Доверять нужно не слепо

Прошло около трех с половиной месяцев с того момента, как Арсений переехал в свою квартиру. Примерно месяц назад он последний раз заезжал к Матвиенко в гости, но в тот день Антона не было, и нельзя сказать, что Арс ничуть не расстроился. Но нужно отметить, что мысли о мальчишке уже не занимают так много места в сознании мужчины. Да, он по-прежнему время от времени думает и вспоминает о нем, но в последнее время, кажется, количество этих странных чувств и мыслей начало значительно уменьшаться. Это не могло не радовать.

***

Арсения будит поздний звонок. Он берет трубку, и из динамика доносится обеспокоенный голос друга: — «Арс, извини, что так поздно, ты спишь?» — Серег, да ты чего? Два часа ночи! Кто спит в такое время? — саркастично отвечает Попов, раздраженный поздним звонком. — «Арсюх, мне твоя помощь нужна. Я уехал сестру навестить, Антону ключи оставил.» — И что, он заперся в квартире и дверь не может открыть? — «Слушай, мне сейчас не до шуток. Он опять пошёл по клубам шастать. А сейчас написал мне, что ему плохо очень. Ты можешь его забрать?» — Насколько я помню, раньше он сам умел до дома добираться. — «Так и я к тому же, Арс. Я боюсь, что кто-то что-то ему подсыпал. Как бы не случилось чего. Он в клубе на набережной, мы с тобой были там прошлым летом, помнишь? Там всяких гандонов пруд пруди, а он же еще малой совсем — мало ли. Так что, поможешь?» — Ладно, Серег, договорились. — «Спасибо» Мужчина сбрасывает трубку и, окончательно проснувшись, начинает одеваться.

***

Попов заходит в помещение, брезгливо расталкивая толпы пьяных людей. Глазами ищет Антона, но в главном зале его нет. Тогда Арсений направляется в туалет. Зайдя внутрь, он видит мерзкую картину: какой-то бухой крепкий мужик вжимает в стену молодого худого паренька. Попов присмотрелся и скривился — этим пареньком оказался Антон. Внутри Арсения вспыхнуло странное чувство, похожее на ревность, но он откинул от себя эти мысли. Не церемонясь, Попов одернул мужчину за плечо и, пока тот не успел опомниться, ударил ему кулаком в нос. Шастун скатился по стене, видимо, не в состоянии стоять. "Значит, все действительно так плохо" Арсений подходит к мальчишке, поднимая его за предплечье. — А-Арс? — Привет, Антох. Ты как? Идти можешь? — парень качает головой, мертвой хваткой вцепившись в чужое плечо, дабы не упасть обратно на пол. Арсению приходится выносить мальчишку на руках, что из-за его роста совсем не кажется удобным. Антон рефлекторно пытается сильнее прижаться к телу мужчины. Потому что доверяет. Потому что видит в нём спасение.

***

— Ну как ты? Сильно плохо? — уже в машине спрашивает мужчина. Парень выдавливает из себя тихое "мгм", немного ёрзая на заднем сиденье. — Это что ты такое умудрился выпить, что ходить разучился? — Н-не знаю я, — с трудом склеивает слова Антон, — ну... меня вроде угощали чем-то, и я... — Тох, скажи мне честно, ты идиот? Кто же в клубах, особенно в таких, берёт у кого попало выпивку? — Я не знал... — виновато проговаривает Антон. — Ладно, проехали. Мы сейчас ко мне поедем, утром отвезу тебя к Серёже. Ключи-то хоть не потерял? — мальчишка отрицательно мотает головой и ещё больше расслабляется на сиденьях. Арсений незаметно смотрит в зеркало заднего вида, рассматривая Шастуна. В груди опять разливается странное навязчивое чувство. Арсений боится, что не сможет его контролировать.

***

Арсений несет парня на руках, чувствуя, что с ним опять что-то происходит. Опять их телесный контакт ощущается так, будто любое прикосновение к мальчишке отдает в руки током. Тот пронзает едва уловимым разрядом — таким слабым, но всё равно ощутимым, что становится даже приятно. Толстовка Шастуна немного задирается сзади, оголяя поясницу. Мужчина, делая вид, что ему неудобно, подтягивает парня чуть повыше, чтобы якобы невзначай переместить руку на оголенный участок кожи. "Блять, что я делаю?!" — Попов, резко опомнившись, снова возвращает руки на прежние места. Мальчишка заметил это, но решил, что Арсений просто никак не может взять его поудобнее. Поэтому он сам льнет ближе, обвивает худыми руками чужую шею и утыкается носом в плечо, стараясь сделать так, чтобы мужчине было удобно его нести. "Сука..." Арсения пробивает мелкая дрожь, он стискивает зубы. Становится дико жарко. Его сдержанность начинает давать трещины.

***

Мужчина заносит Антона в квартиру, проходя дальше, к спальне. Арсений опускает его на кровать и оглядывает: веки полуприкрыты, но зеленые глаза все равно очень выразительно смотрят на него, искусанные пухлые губы время от времени легонько подрагивают, русые кудряшки частично закрывают лоб. Попову кажется, что сейчас Шастун очень красивый. Даже слишком. — Антох, тут только это... кровать одна. Не против, если я тоже лягу? — опять слышится тихое "мгм" от парня. Он не против. Но Арсений врет. В зале стоит диван, на котором сам мужчина спал несколько раз. Он снова понимает, что не должен. Понимает, но делает наоборот. "Я просто побуду рядом. Ничего страшного, я себя контролирую". Да, и правда. Антону же плохо, ведь так? Он ляжет рядом не из-за своего странного желания, а потому, что мальчишке в любой момент может понадобиться помощь. — А-а-арс, мне жарко, — тянет Шастун, выводя мужчину из мыслей. — А, да, сейчас, подожди, — Арсений подходит к окну и проворачивает ручку, открывая его. Но стоит ему повернуться, как он застывает, уперевшись взглядом в Шастуна. Тот стягивает с себя толстовку, оставаясь в одних лишь свободных джинсах, после чего ложится обратно на кровать, отвернувшись на бок и подогнув колени. "Твою мать, твою мать, твою мать!" — Арсений быстро вылетает из комнаты, словно его ошпарили кипятком. Он направляется на кухню, решив, что сам он с этой херней точно не справится. Ему надо выпить, срочно. Мужчина достает бутылку коньяка и бокал с верхней полки шкафа. Быстро наливает и, наконец, делает жадный глоток.

***

Прошло продолжительное время, он успел осушить несколько бокалов. Алкоголь бьет в голову, но нужного эффекта не дает. Все совсем наоборот. Мужчина хотел уйти от своих мыслей, но в сознании только интенсивнее появляются картинки парня, находящегося сейчас в соседней комнате. Все стало еще хуже. Уже плохо анализирующий происходящее Попов возвращается в спальню. Мальчишка уснул, лёжа на спине, его грудная клетка размеренно поднимается и опускается. Арсения завораживает это юношеское тело. Ему хочется прикоснуться. Он подходит ближе, залезает на кровать, подвигается к парню. И, наконец, дотрагивается, отчего по всему телу разливается приятное тепло. Теперь он себя не контролирует. Руки начинают блуждать по чужому телу, ощупывая каждый миллиметр. Мальчишка открывает глаза, щурится на мужчину. Сначала он не понимает, что происходит что-то странное. Конечно, ведь Попов говорил, что кровать одна, поэтому он здесь. Он его трогает? Ну, может он хочет его немного подвинуть и освободить место для себя. Антон доверяет ему до последнего. Но это заходит дальше: Арсений не останавливается. И только сейчас Шастун понимает, что касается он его как-то странно. Он понимает, что происходит что-то неправильное. — Арс? — еле слышно зовёт Антон. Ответа не следует, Арсений лишь продолжает изучать чужое тело. — Эй, т-ты что делаешь? — мальчишка уже начинает пугаться. После того как его вопрос снова проигнорировали, парень пытается убрать чужие руки. Но мужчина наваливается сверху, стесняя движения младшего. — Это не смешно, слышишь? — он снова пытается выбраться, но тело под влиянием алкоголя и, видимо, ещё каких-то веществ попросту его не слушается. Собрав оставшиеся силы, парень бьет старшего по плечам. Удары, как и следовало ожидать, оказались слишком слабыми для того, чтобы защитить себя хоть как-то. Мужчина начинает оставлять засосы на юношеской шее, прикусывая тонкую кожу. Антон, вцепившись в чужие волосы, безуспешно пытается "оторвать" его от себя. Арсений впивается своими губами в чужие, проникая языком в приоткрытый рот. Парень мычит, всё ещё пытаясь оттолкнуться. — Отвали от меня, не трогай! — Шастун хрипло кричит, когда мужчина отстраняется. На его рот ложится тяжелая ладонь. Только сейчас мальчишка понял, насколько тот пьян. Голубые глаза застланы пеленой; самого Попова здесь сейчас нет, здесь только его тело, лишённое рассудка. Мужчина ещё сильнее наваливается на Шастуна, минимизируя сопротивление. Арсений себя не сдержал, непреодолимое желание победило.

***

Осознание случившегося приходит к Арсению уже тогда, когда всё заканчивается. Антона сильно трясет, он все еще под мужчиной, но уже не пытается освободиться. Арсений быстро отстраняется, рассудок моментально проясняется. — Антон? — мужчина оглядывает парня, по лицу которого катятся крупные слёзы. — Антош, прости меня, прости, я не хотел, я... — Уйди. Пожалуйста, просто уйди отсюда, — шепчет парень, перебивая Арсения. Мужчина тянется к нему рукой, желая успокоить, но Шастун отворачивается и сжимается всем телом. — Не трогай меня, уйди! — срывается мальчишка, громко всхлипывая. И Попов уходит, оставляя его одного.

***

Арсений ненавидит себя за то, что не сдержался. Да, он пьян, но это его не оправдывает. Он возвращается на кухню, садится за стол и зарывается пальцами в волосы. "Боже мой, что же я натворил..."

***

Наутро Попов заваривает Антону его любимый чай. Тот самый, идеальный: зеленый, с двумя ложками сахара, на треть разбавленный холодной водой. Но Шастун даже не притрагивается к нему. Сережа решил приехать сегодня, и Арсению нужно отвезти мальчишку домой. Они собираются молча, молча выходят и молча едут в машине. Дверь квартиры открывает её хозяин. Двое заходят, и Антон, кидая быстрый взгляд на Матвиенко, уходит в комнату, не говоря ни слова. Мужчины какое-то время что-то обсуждают, даже над чем-то смеются. Шастун слышит смех Арсения, но теперь он совсем не кажется таким приятным и заразительным, как раньше. Теперь он мерзкий и противный. Сережа зовёт парня в прихожую, тот утирает рукавом толстовки влажные глаза и выходит. Матвиенко осматривает парня, заметив что-то странное в его поведении. — Антох, чего ты не в настроении? Случилось что-то? Шаст медлит с ответом, но потом выдавливает из себя короткое: — Нет, ничего... Попов смотрит на него, младший тоже поднимает глаза. Они опять встретились взглядами, но теперь зелёные огоньки потухли — в них больше нет ни ребятчества, ни веселья, ни невинности. Никогда больше не будет. Арсений и Серёжа прощаются, крепко пожимая руки. Шастун не подходит. Он не говорит больше ни слова. Попов тоже молчит. Арсений выходит из квартиры, а Антон так и остаётся стоять неподвижно на месте. Сережа, кажется, спрашивает что-то. Или, может, рассказывает? Мальчишка не понимает. Не слышит. Теперь парень думает, что Арсений далеко не хороший человек. Он неинтересный собеседник, плохой друг. Он больше не кажется ему красивым, добрым и любезным. Шастун его ненавидит. Попов тоже ненавидит себя — он, безусловно, сожалеет о том, что сделал. Но разве это сожаление сделает мальчишку снова таким же открытым, веселым, озорным и невинным? Разве теперь он сможет доверять другим так же, как раньше?