Выжившие

По пути к тяжелым шлюзовым воротам, которые были уже совсем рядом, Гондар не переставал расспрашивать Сларка о том, что его волнует. Ему было жизненно важно цепляться за логику и хоть какой-то план. Охотнику нужно было знать, чем руководствуется Странник, и верить, что всё идет хорошо, пока вокруг них медленно угасал очередной серый день. — Слушай, а ведь ты, получается, вообще все регионы обошел? — тихо спросил кот, шагая рядом по склизкому металлическому полу. Их шаги глухо отдавались под бетонными сводами коллектора. — Так почему же ты до сих пор не встретил Техника или… того же Хищника? — Не совсем все… — Сларк сделал долгую паузу, глядя под лапы, где в ржавых трещинах плит лениво бежали мутные струйки дренажной воды. Его перепончатые лапы шлепали по сырости почти бесшумно. — Дальше Затенённой Цитадели я не ходил. Ну, разве что глазком заглянул в следующий регион, обосрался и удрал обратно. Там слишком опасно. И я полагаю, Хищник именно там… — Так нам, получается, в любом случае нужно будет идти туда?… — боязливо переспросил охотник. Гондар никогда не бывал в том регионе, но если сам Сларк боялся туда сунуться, то по шерсти невольно пробежал мороз. — А что насчет Техника? — добавил он, пытаясь перевести дыхание и унять дрожь. — Без понятия, — Сларк качнул головой. — К тому же они ведь не привязаны к какому-то одному месту. Они, как и мы, могут бродить где угодно. Я с большой вероятностью мог их просто не встретить. Они подошли к тупиковой массивной стене. На толстом, изъеденном коррозией металле тускло, едва заметно пульсировал неоновый символ ворот. Изнутри шлюза доносилось тяжелое, мерное дыхание древних механизмов — поршни лениво гоняли застоявшийся горячий пар. Заходить внутрь они пока не спешили. — Хотя насчет Хищника я не уверен. Его символ на пропускных воротах практически нигде не загорается, а значит, он заперт в своем секторе и ограничен шлюзами, — добавил Слизерин, вспомнив эту важную деталь, и прислушался к далекому гулу в глубине стен. — В общем, план такой: сейчас направляемся на свалку. Оттуда через Побережье пробиваемся в Цитадель, а там уже в Крипты Памяти. — Пиздец… — Гондар мрачно выдохнул, уставившись на светящийся знак в стене. — Сколько займет у нас дней? — Всё зависит от времени до ливня, — Сларк поднял глаза на кота. — Если ливень задержится и день будет долгим, мы успеем завтра добраться до Побережья. Ну а если небо потемнеет слишком рано и день окажется коротким, придется экстренно искать убежище и ночевать прямо на свалке. Сларк первым нырнул в узкий проход, а следом за ним протиснулся и сам Гондар. Сразу за лазом их встретили массивные ворота, ведущие в Промышленный Комплекс. Здесь, в глубине суперструктуры, грубые кирпичные стены по бокам соединялись с тяжелым железным мостиком и самой монолитной конструкцией ворот. Как только они зашли внутрь пропускной камеры, слева от них на стене ожил проектор. Проекционные символы начали быстро перебираться один за другим, пока голограмма не застыла, высветив их собственные знаки. Сначала вспыхнул символ Исцелителя, а следом за ним — символ Странника. — Бля, щас опять польет сверху… — Гондар инстинктивно съёжился, закрывая лапами голову и втягивая шею. — Без этого никак, — улыбнулся Сларк, слыша, как тяжелый металлический заслон шлюза с глухим стуком захлопнулся сзади них. И вот теперь они оказались заперты в тесном пространстве. Сверху с шипением ударили первые струи ледяной воды, смывая грязь, мазут и въевшуюся сырость коллекторов. — Это дезинфекция, — крикнул Сларк сквозь шум падающей воды и свист воздуха. — Врата очищают нас перед тем, как пропустить в новый регион. Постепенно гул утих. Горячий пар, поднимавшийся снизу сквозь решетчатый настил моста, перестал выделяться, и тяжелая металлическая заслонка впереди них с надрывным скрежетом поползла вверх. Сквозь открывающийся проем Гондар сразу увидел знакомый неоновый силуэт убежища, но в тот же миг остро ощутил, насколько он голоден. Одного фрукта, съеденного наспех, явно было маловато. — Может, еще поищем еды? — нерешительно спросил он, оборачиваясь к напарнику. — Тебе разве не хватает для спячки? — Сларк вопросительно изогнул бровь. — Хватает, но я прямо чувствую, как ноет желудок, — Гондар схватился лапой за живот, который в ответ жалобно и громко урчал на все пространство. — Пусто там совсем. — Ладно, иди в убежище, я притащу тебе что-нибудь, — Сларк понимающе кивнул. Он уже был готов нырнуть в лаз, ведущий наружу, но вдруг остановился, вспомнив важную деталь: — Только это, положи свой камень в проходное отверстие убежища. Заклинь его, чтобы гермозатвор раньше времени не закрылся. — Понял, — Гондару дважды повторять не нужно. Он заранее, еще на ходу, снял с пояса светящийся самоцвет. Залезая в тесную, покрытую мягким защитным слоем камеру убежища, он сразу же поглубже запихнул тяжелый камень в узкий технический проход, надежно блокируя сдерживающие механизмы. Инородный предмет не давал камере закрыться, тяжелые герметичные дверцы убежища не действовали. Механизмы замерли глубоко в стенах, послушно ожидая, пока мешающий самоцвет уберут из прохода. Пока Гондар ждал напарника, он сидел, прижавшись спиной к холодному металлу, и медленно погружался в гнетущие раздумья. Его пугало абсолютно всё: от непонятных кармических символов на собственной руке до туманного, неизвестного будущего, которое ждало их впереди.

И вот в голове снова произошла резкая вспышка. Клеймо на руке замигало призрачным, едва различимым светом, а в висках отозвался оглушительный, набатный звук собственного сердцебиения. Кот замер, оцепенев от ужаса. На мгновение он снова увидел себя со стороны: он стоял посреди зловонных куч хлама в мутно-зеленой воде, намертво сжимая в лапе ржавое копье. А прямо на него из темноты, шумно перебирая лапами, на полной скорости несся жадный ящер с двумя костяными рогами на голове. Снова накатило то самое удушливое ощущение паники и полного непонимания, что, черт возьми, всё это значит.

Когда Гондар наконец вернулся в реальность, сознание обожгло новой волной страха — снаружи начался дождь. Стены пока еще мелко сотрясались, но с каждой секундой эта смертоносная тряска лишь усиливалась. — Блять, да где он там? — запаниковал кот. Пролезая к узкому лазу, он нащупал лапой самоцвет и высунул наружу только голову, чтобы быстро осмотреться. Но смотреть было практически не на что: прямо перед ним возвышались монолитные ворота региона, рядом росли мелкие безжизненные кусты, а прямо под платформой убежища чернел проход вниз — туда, куда ушел Сларк. — Только попробуй сдохнуть там где-нибудь и оставить меня тут одного… — пробормотал он в пустоту. Но ждать снаружи уже становилось невыносимо, сверху ощущались первые тяжелые удары падающей воды. Начинался настоящий ад. Потолок конструкции вибрировал так, что голова кота начала биться о края металического прохода куба. Гондар поспешно втянулся обратно в безопасное пространство, но самоцвет так и оставил лежать в проеме. Сердце бешено колотилось в груди. Дождь уже вовсю колотил где-то наверху суперструктуры, заставляя всю эту массивную постройку ходить ходуном. И вот, спустя пару секунд, в узкий проход тяжело нырнул Сларк. Он был весь запыхавшийся, мокрый, но крепко сжимал в лапах еду. Гондар с колоссальным облегчением громко выдохнул, тут же выдергивая самоцвет из паза, чтобы дать механическим дверцам камеры наконец-то закрыться. Толстые заслонки со скрежетом сошлись, отрезая их от ревущего снаружи ливня. — Я уж думал всё… не придешь… — тихо пробормотал кот, всё еще пытаясь унять дрожь в лапах. Он перевел взгляд на добычу напарника: две водяные кувшинки и какой-то совершенно новый, незнакомый вид пищи. Это был круглый, полупрозрачный шарик, внутри которого слабо мерцали нежно-голубые пятнышки. — Что это такое? — Хах, не торопись меня хоронить, — с тяжелой одышкой отозвался Сларк, устало роняя еду на освещенный самоцветом пол убежища. — Ты про эту прозрачную штуку? — Да, такое я еще ни разу не видел. — Это… сложно объяснить, — Странник слабо улыбнулся, вытирая мокрую морду. — Короче, водяной попкорн. Эти семена растут снаружи на маленьких кустиках, сами по себе они нежно-синего оттенка. Срываешь такой сухой бутон, кидаешь в воду, и они лопаются, превращаясь в вот такую мягкую круглую штуку. Потому я её попкорном и прозвал. Прошло еще немного времени перед тем как они поели и пошли спать. Сон в защищенном кубе наступал моментально, утягивая их в глубокое беспамятство.

◉◉◉◉|◉◉○

◉◉◉◉◉|◉○○

Новый Д̶е̶н̶ь̶.

Гондар наконец-то выспался, ведь в этот раз Сларк его не торопил, хотя сам он всегда просыпался немного раньше кота. Слизерин в это время терпеливо сидел в углу убежища и, кажется, молча обдумывал их путешествие вплоть до мелочей, взвешивая каждый шаг.

◉◉○○|○○○

◉○○○○|○○○

— Придется поискать еды, — вздохнул Слизерин, искренне ненавидя то, что в этом мире нужно постоянно думать о пропитании. — У меня совсем все грустно. Нужно целых семь штук до упора… — Ахуеть. Это что-то многовато, у тебя разве не столько же ячеек, как у меня? — спросил охотник, лениво потягиваясь и вылезая из убежища с самоцветом на поясе, следуя прямо за Сларком. — А сколько у тебя? По моим личным расчетам, у тебя изначально семь, — ответил Странник и первым нырнул в выходной проход. Гондар пошел следом, протискиваясь сквозь узкую трубу. Там, в новом открывшемся пространстве свалки, стояла вонь несусветная. Выбравшись из лаза, они сразу же плюхнулись в мутную зеленую воду, которую со всех сторон охватывал вековой мусор и только. — Да, так и есть. Я не знал, что ячейки еды у всех разные… — продолжал кот следовать за своим проводником, который, быстро выйдя из зловонной воды, уже уверенно поднимался вверх по зыбкой груде хлама. — У меня в сумме восемь, — остановился Странник на вершине насыпи, бдительно оглядываясь по сторонам. — Внимательно смотри наверх и постоянно вслушивайся в звуки. Здесь летают стервятники. Они в три раза крупнее любого из нас. Схватят — не заметишь. Кот ужаснулся, мысленно осознавая очередной кошмар этого безумного мира. Дикие ящеры, плотоядные растения, гигантские стервятники… кого еще тут можно встретить на своем пути? Даже думать об этом не хотелось. Но его искренне радовало хотя бы то, что они наконец-то вышли на поверхность, а не скитались больше по тесным водным трубам и туннелям внутри удушливой канализации. Справа и слева эту бесконечную свалку огораживали колоссальные, уходящие в хмурое небо бетонные стены, на самых верхушках которых можно было заметить витки ржавой колючей проволоки. В монолитных стенах чернели огромные круглые люки, сквозь горизонтальные щели которых под ноги с шумом текла всё та же зеленая вода. — Кайф, нам повезло! — внезапно крикнул Сларк отставшему напарнику. Странник уже перепрыгнул на соседнюю кучу промышленного мусора и теперь активно указывал лапой на красное вытянутое растение, одиноко растущее прямо посреди хлама. — Вот это уже настоящий попкорн в естественной среде. Гондар с диким интересом поспешил к напарнику, быстро переплывая через узкую протоку зеленой воды и вновь карабкаясь по ржавому мусору вверх. Сларк тем временем уже точным ударом своего копья вспорол созревшую головку растения, и оно, с треском лопаясь, прямо на глазах покрылось пышным, белым попкорном. — Какие еще виды попкорна тут есть? — спросил кот со смешком, искренне поражаясь пищевой разновидности в этом месте. Гондар ел и ел, торопливо запихивая зерна в рот, пока наконец полностью не заполнил все свои ячейки сытости. — Это же ваще имба.

◉◉◉◉|◉◉◉

◉◉◉◉◉|◉◉◉

— Никаких больше не встречал, — улыбнулся Слизерин в ответ, глядя на его довольную морду. Хоть этот попкорн и был суховат на вкус, да и совсем не сладок, однако ребята остались невероятно довольны такой сытной и легкой находкой. Оглядевшись по сторонам, Гондар заметил перед собой целую кучу брошенных черных копий. Одно из них он взял не раздумывая, взвесив в лапе. Сларк тоже подобрал себе свежее оружие. — Теперь надо поискать жемчужины, скавы это дело любят. Даже сказал бы, обожают до безумия, — проговорил Странник, уверенно ведя кота за собой дальше через лабиринты хлама. — Только так у нас получится мирно пройти через заставы этих вооруженных придурков.