Сури

По морю Ист-Блю проплывала маленькая лодочка. В ней плыл молодой парнишка в соломенной шляпе. К несчастью, капитан судна не имел навигаторских навыков, поэтому лодка столкнулась с рифами, окружавшими маленький островок. Юноша, понимая, что начинает медленно тонуть, с громким: «Вот черт!» — по-сверхъестественному длинно растянул свою правую руку и схватился за небольшое дерево. Подпрыгнув, он за долю секунды оказался возле дерева с уже нормальной длиной конечности. Развернувшись бывший капитан судна увидел, что его средство передвижения ушло на дно морское. Парня в соломенной шляпе это не расстроило, а наоборот, даже позабавило. Решив для себя, что сначала найдет себе еды, а после — новую лодку, он отправился искать на этом острове пищу, исполняя глупые песенки. На острове, кроме маленького берега, всё было усыпано деревьями. Попроводив немного, парень с нечеловеческими способностями залез на высокую ветку дерева и начал вертеть головой в разные стороны, разглядывая уже наскучивший пейзаж. Желудок издал громкий протяжный вопль, намекая, что уже пора есть. Этот совершенно неожиданный звук заставил вздрогнуть и упасть с соседнего дерева девушку, что пряталась в листве от него. — О, ты значит, тут все-таки кто-то живет! Как тебя зовут? У тебя случайно нет еды? — естественно, она не осталась незамеченной. Спрыгнув с насиженной ветки с лучезарной улыбкой, он встал напротив шокированной девушки и внимательно рассматривал. Темно-серые кудрявые волосы, голубые словно, море, глаза, поношенная коричневая майка с маленькими дырками в разных местах, черные бриджи, видавшие лучшие времена. Сандалями на ногах девушки назвать то что держалось благодаря всем существующим молитвам в мире, было сложно. Спустя пару секунд она смогла справиться с шоком и, буквально подпрыгнув на ноги, уже хотела что-то сказать, но, запутавшись в ногах, грохнулась лицом в землю. Это выглядело настолько комично, что парень в соломенной шляпе не выдержал и упал на четвереньки, смеясь в голос, попутно ударяя кулаком по земле. — Ты такая забавная! — сквозь смех проговорил парень. Со стоном «местный бомж» этого острова, приняла сидячее положение и смирившись со своей судьбой. Девушка посмотрела на уже успокоившегося, но продолжающего солнечно улыбаться чужака и смиренно сказала. — Ну давай убей меня, если можно то побыстрее. Улыбка вмиг исчезла, а на её месте появилось недоумение. — Зачем мне тебя убивать? — Почти все кого я встречала хотели меня убить или продать. — девушка явно не понимала, почему этот парень еще не напал на нее, а спокойно разговаривает с ней. — Я не собираюсь тебя убивать и кого-то еще — серьезно пообещал он, смотря ей в глаза. — Хорошо, — ответила девушка и мгновенно расслабилась, не видя лжи в его глазах. — Тогда кто ты? — Я Монки Д. Луффи – человек, что станет Королем пиратов! — гордо сказал уже не незнакомец. — Пират?! Ты не пират! — возмущенно прокричала она, застывшему от такого «не пирату». — Пираты – это жирные, бородатые мужчины, которве грабят и уничтожают деревни. А... еще они... плохие, а ты... вроде не плохой... и... кто такой... король пиратов?— конец тирады сероволосая пробурчала себе под нос. Почему-то новый знакомый не казался ей ужасным человеком. — Я самый настоящий пират! Девушка прищурилась, скрестив руки на груди, и с сомнением посмотрела на «пирата». Её лицо выражало смесь недоверия и любопытства. — Самый настоящий? — переспросила она, делая шаг вперед и внимательно рассматривая. — Ты не похож на пирата. Ты выглядишь как... как обычный парень. Луффи на секунду замер, а затем возмущенно надулся. — Эй! Я капитан! — он гордо ударил себя кулаком в грудь. — И я не просто пират. Я стану Королем Пиратов! Это значит, что я буду самым свободным человеком в мире! Девушка моргнула, переваривая новую для себя информацию. Слово «свобода» зацепило её внимание больше, чем слово «пират». — Король... Пиратов? — она повторила это медленно, словно пробуя слова на вкус. — Это звучит... опасно. И глупо. Никто не может быть королём всего моря. — Могу, — отрезал Луффи, мгновенно становясь серьёзным. Его взгляд стал острым и уверенным. — Я уже решил это в детстве. И я не остановлюсь, пока не найду Ван Пис. — Ван Пис? — девушка нахмурилась. — Что это? Еда? Луффи нахмурился, не совсем понимая, почему эта девушка не знает таких элементарных вещей. — Нет, это величайшее сокровище в мире! Оно спрятано где-то на Гранд Лайн. Тот, кто его найдёт, станет Королём Пиратов. Девушка вздохнула и поднялась, попутно отряхивая свои бриджи. Она внимательно изучала парня в соломенной шляпе. Он выглядел странным: слишком беззаботным для человека, который только что потерял лодку и заявляет о планах покорить мир. — Значит, ты ищешь сокровище? — уточнила она. — Не совсем, — Луффи тоже поднялся и пару секунд рассматривал небо, а после снял шляпу и посмотрел на неё так, будто видел что-то далекое и прекрасное. — Я ищу свободу. Ван Пис — это просто доказательство того, что я добрался до конца пути. А пиратство... Настоящее пиратство — это не грабежи и убийства. Это значит жить так, как хочешь ты сам, а не так, как тебе велят другие. Девушка замолчала. В его словах не было ни капли лжи или хитрости. Это было странно. Это значительно отличалось от поведения и разговоров тех пиратов. — А ты... — она запнулась, но всё же решилась спросить: — Ты правда никого не убиваешь? Луффи посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд был прямым и честным. — Я ненавижу насилие без причины. Я дерусь только с теми, кто мешает моим друзьям или моей мечте. Но убивать? Нет. Это скучно и бессмысленно. В этот момент желудок Луффи издал громкое урчание, которое эхом разнеслось по лесу. — ...Но сейчас мне очень нужна еда, — закончил он с виноватой улыбкой. Девушка не выдержала и тихо хихикнула. — Ты такой странный... Монки Д. Луффи. Ладно... «Не пират». Раз уж ты не собираешься меня убивать... У меня есть немного фруктов в глубине острова. Я поделюсь с тобой. Но только если ты пообещаешь рассказать мне про свои приключения. Луффи вскочил на ноги так быстро, что его соломенная шляпа съехала набок. — Договорились! — воскликнул он радостно. — А как тебя зовут? Девушка остановилась и обернулась через плечо, глядя на него с лёгкой улыбкой: — Сури. Луффи кивнул, надевая шляпу обратно: — Сури! Приятно познакомиться! Веди к еде! И они пошли вглубь острова: парень с нечеловеческой растяжкой и странная девушка, которая не чувствовала опасности рядом с тем, кого должна бояться.

***

Сури, поражённая до глубины души, смотрела на это невероятное зрелище. Её новый знакомый, всего несколько минут назад стоявший перед ней в облике обычного парня, теперь сидел на песке с животом, который мог бы посоревноваться размерами с небольшой лодкой. Запас еды, который она кропотливо собирала целый месяц, исчез в этом резиновом чреве за какие-то несколько секунд. — Спасибо за еду! — довольный Луффи похлопал себя по огромному, туго набитому животу, который издал глухой, почти барабанный звук. Девушка наконец, справившись с шоком, решила задать интересующий её вопрос, который жёг ее язык все это время: — Как в тебя столько помещается? — А? Я съел дьявольский фрукт, и теперь я резиновый человек, — сказал он, и его живот, до этого раздутый до невероятных размеров, с характерным шипящим звуком, похожим на сдувающийся мяч, за несколько секунд вернулся к нормальным очертаниям. — Эм... А что такое дьявольский фрукт? Про резину я вроде поняла, — Сури всё ещё пыталась понять, что за странное существо находится перед ней — Монки Д. Луффи. В её голове мелькали обрывки историй, которые рассказывала ей бабушка в детстве: о проклятых пиратах, о сверхъестественных силах, о древних тайнах Гранд-Лайн. Но она всегда считала это просто байками для детей. Луффи, заметив замешательство в её глазах, широко улыбнулся и снова хлопнул себя по животу, который теперь выглядел вполне обычно. — Это такие фрукты, которые дают человеку сверхспособности, — начал объяснять он, присаживаясь на поваленное дерево, ствол которого был покрыт мхом и морской солью. — Я съел Гому Гому но Ми. Теперь я могу растягиваться, как резина! Я могу становиться длинным, как змея, или упругим, как мяч! Тут же он продемонстрировал свои слова: его правая рука с хлопком выстрелила вперёд, растягиваясь и утончаясь, как резиновый жгут, и с силой ударила кулаком по стволу соседнего дерева. Раздался глухой звук, похожий на удар по огромному барабану, и на коре осталась заметная вмятина, от которой в разные стороны разбежались тонкие трещины. — Вау... — выдохнула Сури, подходя ближе и осторожно трогая место удара. Кора была тёплой, словно только что по ней прошёлся солнечный зайчик, и шершавой на ощупь. — Это... это невероятно. Но почему ты называешь его «дьявольским»? Это звучит... пугающе. Улыбка Луффи на мгновение померкла, став более задумчивой. Он почесал затылок под соломенной шляпой. — Не знаю, все их так называют. Знаю только, что, съев такой фрукт, больше никогда не сможешь плавать. Море тебя отвергает. — Он с грустью посмотрел на горизонт, где виднелась синяя гладь Ист-Блю. Его взгляд стал далёким и каким-то особенно серьёзным. — Я не могу даже окунуться в воду, иначе камнем пойду ко дну. Это паршивое чувство для того, кто мечтает о море. Сури понимающе кивнула. Для неё, прожившей почти два года на этом маленьком острове, море было всем — источником жизни и смерти одновременно. Она видела, как оно было ласковым и спокойным, как серебристая гладь, и как оно могло разбивать корабли в щепки, вздымаясь грозными волнами. — Значит, за силу приходится платить... — задумчиво произнесла она, перебирая в руках кончик своей косы. — Ага! — Луффи мгновенно вернулся к своему бодрому настроению и вскочил на ноги, отряхивая песок с своих синих шорт. — Но это того стоит! Смотри! Он подпрыгнул, и его ноги, изогнувшись под неестественным углом, зацепились за толстую ветку над головой. Повиснув вниз головой, он сложил руки на груди и посмотрел на девушку с абсолютно невозмутимым видом, будто такое положение было для него самым естественным на свете. — Видишь? Я могу делать что угодно! И я не чувствую боли от ударов! Я неуязвим для пуль и тупого оружия! Сури не удержалась и прыснула со смеху. Вид этого парня в соломенной шляпе, висящего вниз головой и с таким серьёзным лицом рассуждающего о своей неуязвимости, казался ей слишком комичным. Ветка под ним слегка покачивалась, и он покачивался вместе с ней, как маятник. — Ты такой забавный! — сквозь смех проговорила она, прижимая ладонь к груди, чтобы успокоить внезапно участившееся сердцебиение. Луффи лишь хмыкнул и спрыгнул вниз, перевернувшись в воздухе и приземлившись на ноги с кошачьей грацией, подняв небольшое облачко пыли. — А ты смешная. Хочешь быть моим накама? Сури перестала смеяться и серьёзно посмотрела на него. Она почувствовала, как внутри неё что-то ёкнуло. В её взгляде читалось искреннее любопытство без тени страха, смешанное с лёгким удивлением. — Накама? Это что-то связанное с пиратами? Луффи замер на месте, словно она спросила что-то совершенно невообразимое. Его глаза округлились, а рот приоткрылся в искреннем изумлении. Для него это слово было настолько естественным, что он даже не задумывался, что кто-то может его не знать. Оно было частью его самого. — Ты не знаешь, что такое накама?! — воскликнул он так громко, что несколько птиц с испуганным криком сорвались с веток и улетели прочь, оставляя за собой шум крыльев и щебет. Сури вздрогнула и сделала шаг назад, удивлённая такой бурной реакцией. — Я... я не знаю. Прости, — тихо ответила она, опустив взгляд. Ей стало немного стыдно за своё невежество. Пират мгновенно сменил гнев на милость. Он подошёл к ней ближе и, к её удивлению, положил руку ей на плечо. Его хватка была крепкой, но не грубой — чувствовалась его сила, но он явно сдерживал её, боясь причинить боль. — Сури, — начал он, и в его голосе прозвучала такая серьёзность, какой она ещё не слышала за всё время их знакомства. — Это самое важное слово в мире. Накама — это не просто друг. Не просто попутчик. Это... это семья. Он убрал руку и посмотрел куда-то вдаль, словно видя там лица людей, которых он уже встретил или ещё только искал. Его взгляд стал теплым, почти ностальгическим, хотя он и сам, возможно, ещё не осознавал всей глубины этого чувства. — Это люди, ради которых ты готов умереть. Люди, которые всегда прикроют твою спину. Люди, с которыми ты делишь еду, смех и слёзы. Когда у тебя есть накама... тебе больше ничего не страшно. Даже море. Сури слушала его, затаив дыхание. Ветер слегка шевелил её короткие волосы, и она чувствовала солёный вкус моря на губах. В его словах не было пафоса или лжи. Это была простая, абсолютная истина его мира, такая же естественная, как то, что солнце встаёт на востоке. — Значит... ты зовёшь меня в свою семью? — спросила она едва слышно, и в её голосе послышалась лёгкая дрожь. Монки Д. Луффи резко повернулся к ней и широко улыбнулся, снова становясь тем беззаботным парнем, которого она узнала всего несколько часов назад. — Конечно! Он протянул ей руку ладонью вверх. На его грязной ладони были видны мозоли и шрамы от битв, старые и новые, но в этом жесте было столько искренности и доверия, что у Сури перехватило дыхание. — Ну что? Пойдёшь со мной? Ну же, соглашайся! Это будет весело! Сури посмотрела на его руку. Затем она перевела взгляд на его лицо. На эту открытую, честную улыбку и глаза, горящие мечтой. Она вспомнила два года жизни на этом острове. Постоянное одиночество, боль и скорбь, которые она носила внутри себя, как тяжёлый груз. Она вспомнила, как каждый день смотрела на море, думая о том, что никогда больше не увидит мира за горизонтом. Медленно, очень медленно, её собственная рука поднялась и легла в его ладонь. Она почувствовала тепло его кожи, шершавую поверхность мозолей. И в этот момент она поняла, что делает правильный выбор. — Я... я согласна стать твоей накама, Луффи. Луффи сжал её руку так сильно, что она испугалась за свои кости (хотя он старался быть аккуратным, и его пальцы лишь слегка сдавили её ладонь), и издал победный клич, разнёсшийся по всему пляжу: — ЙОХО-ХО! У меня появилась первая накама! Он закружил её в воздухе — буквально поднял и покружил, как маленького ребёнка, — а затем поставил на землю. Его глаза сияли, как два солнца, а улыбка была шире, чем весь этот остров. — Теперь нам нужна лодка! — заявил он деловито, уперев руки в бока. — И еда! Много еды! Сури рассмеялась, чувствуя странное тепло в груди. Впервые за долгое время ей не было грустно. Впервые за долгое время она чувствовала, что нужна кому-то. — Еды у меня больше нет, — напомнила она ему, улыбаясь. — А лодки здесь все о рифы разбиваются. Луффи на секунду замер, словно его резиновый мозг наткнулся на невидимую стену. Его глаза, только что горевшие энтузиазмом, внезапно потухли, и он задумчиво посмотрел на горизонт, где волны Ист-Блю разбивались о неприступные рифы, обрамлённые белой пеной. — Хм... — протянул он, почесав подбородок. — Рифы — это проблема. Даже если мы построим плот, он разлетится в щепки, как моя лодка. Он начал ходить кругами, размахивая руками и бормоча себе под нос: — Плот не пройдёт... Лодка разобьётся... Плыть нельзя... Летать я не умею... Хотя... я очень лёгкий, когда раздуваюсь... Сури с улыбкой наблюдала за его метаниями. Этот парень, со всеми его странностями и безумными идеями, нравился ей всё больше. В нём было столько жизни и энергии, что она чувствовала, как её собственная душа начинает оживать. — Луффи, мы не можем просто взять и перепрыгнуть рифы. Ну, по крайней мере, я точно. Внезапно будущий король пиратов остановился так резко, что Сури чуть не врезалась в него. Его глаза загорелись той самой безумной искрой, которая обычно предвещала гениальную (или катастрофическую) идею. — Бочки! — выпалил он, указывая пальцем в направлении северного берега. — Что? — Сури непонимающе моргнула, пытаясь осмыслить его внезапное озарение. — Бочки! — повторил он, хватая её за плечи и слегка встряхивая. — На северном берегу! Я видел там несколько пустых деревянных бочек! Они крепкие и... они плавают! Сури нахмурилась, пытаясь уловить суть его плана. Она представила себе эти бочки — старые, выброшенные морем, пропитанные солью и смолой. — И что мы будем делать с бочками? Пить из них воду? Резиновый человек отпустил её и начал жестикулировать, изображая свою задумку в воздухе. Его руки двигались быстро и хаотично, словно он пытался нарисовать невидимую картину. — Возьмём две бочки, свяжем их вместе крепкими лианами! Закинем в них припасов, а потом сами залезем и отправимся в путь! И нас не разобьёт о рифы! Сероволосая обдумывала пару секунд, после с улыбкой покивала — ей определённо понравилась эта идея. В ней было что-то веселое и безумное, и это было именно то, что ей сейчас было нужно. Спустя час всё было готово (на самом деле, они бы справились раньше, но Луффи постоянно съедал припасы, которые они собирали для путешествия). Они нашли две большие деревянные бочки, которые, казалось, были выброшены на берег после какого-то давнего кораблекрушения. Они были старыми, но крепкими, их доски были плотно подогнаны друг к другу. Луффи с лёгкостью (благодаря своей резиновой силе) притащил их к кромке воды и связал толстыми зелёными лианами, которые он нарвал в джунглях. В момент, когда Сури залезала в свою бочку, Луффи заметил у неё в руке странную чёрную металлическую палку длиной в вытянутую руку. Она была гладкой, без единого украшения, но производила впечатление очень тяжёлой и прочной вещи. — О, что это? Это твоё оружие? — глаза капитана сверкали, словно он увидел новую игрушку. Он даже попытался дотянуться до неё, чтобы рассмотреть поближе. — А? Ну, что-то вроде того, — быстро закончила тему разговора уже бывшая жительница этого острова, закупоривая бочку изнутри. Парень недоуменно почесал затылок, не понимая такой реакции, но быстро забыл о своём любопытстве. Сури, сидя внутри бочки, услышала, как Луффи устраивается в своей. Он громко пыхтел, пытаясь поудобнее разместиться в тесном пространстве, и его резиновые конечности издавали странные скрипящие звуки, когда он сгибал их под неестественными углами. — Готова? — крикнул он, и его голос прозвучал глухо из-за деревянных стенок. — Да! — отозвалась девушка, крепче сжимая свою палку. Она чувствовала, как её сердце бьётся где-то в горле от волнения и предвкушения. Луффи издал клич, который, казалось, разнёсся по всему побережью: — ВПЕРЁД! К ПРИКЛЮЧЕНИЯМ! Сури почувствовала, как их нехитрое плавсредство качнулось. Бочки, связанные лианами, соскользнули с песчаного берега и с громким плеском плюхнулись в воду. Первые несколько метров прошли гладко, покачиваясь на прибрежных волнах, которые нежно обнимали деревянные бока. Но вот впереди замаячила белая полоса пены — начало рифов. Сердце Сури пропустило удар. В следующую секунду их подхватила мощная волна и швырнула прямо в гущу острых камней. Бочки с грохотом ударялись о кораллы, дерево жалобно скрипело, и Сури больно ударилась плечом о стенку, прикусив язык. Она почувствовала солёный привкус крови во рту, но стиснула зубы. Бочки снова подкинуло на гребне волны. На мгновение они зависли в воздухе, и Сури показалось, что она парит над морем. Она увидела на секунду бескрайнее голубое небо, а затем они рухнули вниз, с другой стороны рифа. Удар о воду был такой силы, что у сероволосой перехватило дыхание, и она на мгновение потеряла ориентацию в пространстве. Вокруг них мгновенно стало тихо. Грохот прибоя сменился мерным плеском волн открытого моря. Сури услышала, как вода мягко касается деревянных стенок, и поняла, что они были свободны. — Мы сделали это! — радостно завопил Луффи, стукая кулаком по стенке бочки изнутри. — ЙОХО-ХО! Мы в открытом море! Сури осторожно выглянула в щель между досками. Над головой было бескрайнее голубое небо, а вокруг — только синяя вода до самого горизонта. Она почувствовала, как ветер касается её лица, и глубоко вдохнула солёный воздух. — Ты был прав, Луффи, — тихо сказала она, прижимая к груди свою металлическую палку и чувствуя, как по её лицу текут слёзы — слёзы радости и освобождения. — Это... это весело. Сури улыбнулась, глядя на бескрайнее море. Её одиночество действительно закончилось. Впереди их ждали приключения, о которых она даже не смела мечтать. Бочки мерно покачивались на волнах, унося их в неизведанные дали Ист-Блю, а где-то в небе кружили чайки, провожая их в долгий путь.