Осколки моей души

Мы ехали молча. Я крепко держалась за Барса, чувствуя, как под моими ладонями напряжены его мышцы . Он вёл мотоцикл в привычной ему манере-резко, стремительно, будто бросая вызов дороге. Но что-то в его стиле вождения поменялось: движения стали чуть более сдержанными, повороты-плавнее. Город постепенно редел, сменяясь безлюдными кварталами. Мы выехали на окраину-вокруг тянулись ряды гаражей, заброшенных складов. Фонари горели тускло, отбрасывая длинные тени на асфальт. Дима остановился у одного из гаражей. Он был старый, кирпичный, с облупившейся краской. Заглушил двигатель, снял шлем и посмотрел на меня. «Следуй за мной». Он достал ключи, долго возился с замком-тот заедал. Наконец, дверь со скрипом открылась. Дима включил свет, и я вошла внутрь. Гараж оказался просторным. Вдоль стен стояли стеллажи с инструментами, в углу-верстак, заваленный деталями. В центре помещения стояли три мотоцикла и старый автомобиль с разобранным двигателем. Пахло бензином, маслом и металлом. Запах показался мне знакомым с детства-папа когда-то любил чинить машину в нашем старом гараже. «Здесь я работаю с ребятами»,- пояснил Дима, закрывая дверь. «Чиним мотоциклы, автомобили. Иногда берём заказы, иногда просто восстанавливаем старые модели для продажи». Я огляделась. Ничего подозрительного. Никаких следов чего-то нелегального. Просто обычный гараж. «И это всё?»,- не удержалась я. «Ты привёз меня сюда, чтобы показать, как чинишь мотоциклы?». «Ну да. Это место, где я могу быть собой»,- он усмехнулся и пожал плечами. «Пойдём прогуляемся. Есть о чём поговорить». Мы пошли к набережной-она была совсем рядом, за промзоной. Ветер с реки холодил лицо, но я почти не замечала этого. Внутри всё бурлило: вопросы, сомнения, страх. Дима шёл молча, засунув руки в карманы куртки. Он был взволнован и явно не в настроении. Мы долго шли вдоль перил, глядя на тёмную водку, в которой отражались огни города. Молчание становилось невыносимым. «Дима»,- не выдержала я,- «Что происходит? Почему ты так резко отталкиваешь меня, а потом…». Он резко повернулся ко мне. Так резко, что я от неожиданности сделала шаг назад. Он сделал шаг вперёд, заставив меня отступить ещё-пока я не прижалась спиной к стене старого здания, выходящего к набережной. Барс расставил руки по обе стороны от моей головы, наклонился слишком близко-слишком опасно. В его глазах будто чёртики бегали: смесь злости, отчаяния и чего-то ещё, что я не могла понять. «Что ты творишь, синеглазая?!»,- его голос звучал хрипло,- «Зачем провоцируешь меня? Почему ты такая непонятливая? Следишь за мной, таскаешься везде… Ты идиотка-Туманова!». Его кулак ударил о стену в сантиметре от моей головы. Я вздрогнула, но не отшатнулась. Смотрела ему прямо в глаза-в эти тёмные, полыхающие гневом глаза. Он вдруг схватил меня за подбородок-не больно, но твёрдо. Его пальцы слегка дрожали. «Ты не понимаешь»,- прошептал он,- «Я не смогу… не смогу тебя защитить, если ты будешь лезть в мои дела…». А потом он впился в мои губы жадным, резким поцелуем. Не нежным, не осторожным-отчаянным. Его рука медленно спустилась к моей талии, прижимая меня к себе. Поцелуй длился недолго-всего несколько секунд. Он оторвался от меня не хотя, выдохнул, будто пытаясь взять себя в руки. Затем вдруг психанул. «Чёрт!»,- сжал кулаки, отступил на шаг. «Я отвезу тебя домой». Обратный путь мы проделали в молчании. Я снова держалась за его пояс, но теперь ощущения были другими. Кожа горела в тех местах, где он касался, губы покалывало от поцелуя. Дима остановил мотоцикл у моего подъезда. Не слезая с байка, кивнул на входную дверь. «Иди». Я молча сняла шлем, положила его на сиденье. Хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого просто кивнула и пошла к подъезду. Уже на пороге я обернулась. Барс всё ещё сидел на мотоцикле, глядя куда-то вдаль. В свете фонаря его профиль казался резче, жёстче. Я вошла в подъезд. И в тот же момент услышала шаги за спиной. Обернулась-это был мой отчим. Пьяный, с красными глазами и с бутылкой в руке. «А, вернулась»,- хрипло произнёс он. «Ну-ка, иди сюда, доченька. Поговорим». «Я не хочу с тобой разговаривать»,- отступила я,- «И не называя меня дочерью. Ты мне не отец». «Ах, не отец?!»,- он сделал шаг ко мне, схватил за руку. «А кто тогда? Кто тебя кормит, поит, крышу над головой даёт?» «Мама»,- твёрдо ответила я. Его лицо исказилось от злости. Резкий удар по щеке-я отшатнулась, прижала ладонь к горящей коже. А он схватил меня за волосы, дёрнул вниз. «Будешь знать, как дерзить мне, дрянь!». В этот момент дверь подъезда распахнулась. Вбежал Барс. Его глаза мгновенно потемнели, когда он увидел, что происходит. «Отпусти её»,- тихо, но так, что мороз по коже, произнёс он. «Чего?!»,- отчим обернулся. «Это наше дело, мы разберёмся». «Сейчас будет твоё…»,- Дима шагнул вперёд. Что было дальше, я понимала отрывками. Барс резко дёрнул отчима за грудки, отшвырнул к стене. Тот попытался ударить-Дима увернулся, схватил его за руку, заломил за спину. Отчим вскрикнул, упал на колени. «Ещё раз тронешь ей-убью»,- прошипел Барс. «Понял?». Отчим что-то промычал-то ли согласие, то ли ругательство. Дима отпустил его, толкнул в сторону лестницы. Тот, пошатываясь, побрёл наверх. На площадку выбежала мама. Её лицо было бледным, глаза расширены от ужаса. «Что тут происходит?!»,- закричала она. «Уходи! Немедленно! Я сейчас полицию вызову!». «Мам, он…»,- начала я. «Молчи!»,- она повернулась ко мне. «Не надо врать, чтобы оправдать его. Я всё видела. Он напал на Андрея!». «Но он защищал меня!»,- я не сдавалась. «Хватит»,- мама схватила меня за руку. «Идите оба. Он-вон, ты-домой!». Дима бросил на меня короткий взгляд-в нём читались боль и злоба. Потом развернулся и вышел из подъезда. Я вышла на балкон. Ночь была холодной, но было всё равно. Слёзы катились по щекам, оставляя солёные дорожки. Щека горела от удара, волосы путались на ветру. Я не знала, что делать. Всё смешалось: злость на отчима, обида на маму, благодарность Диме. И этот поцелуй… Что он значил? Я взглянула на балкон Димы, и увидела альбомный лист, приклеенный на окно. На бумаге было написано крупными буквами: «Не плачь, синеглазка». Вернувшись в комнату, я бросила взгляд на телефон. Два новых сообщения. Снова от анонимного отправителя. «Полина, гараж на Заводской-только верхушка айсберга. Будь осторожна с теми, кому доверяешь». Я замерла, глядя на экран. Пальцы дрогнули, и телефон чуть не выскользнул из рук. «Будь осторожна с теми, кому доверяешь». Эти слова будто ударили под дых. Откуда он знает, что я была в гараже? Стало не по себе. Пока я пыталась осмыслить прочитанное, пришло новое сообщение. На этот раз от Руслана. «Полин, ты дома? Я хочу завтра заехать. Дождись меня». Я вздохнула. Его постоянное присутствие и настойчивые сообщения начинали потихоньку доставать. Ещё вчера я была благодарна за поддержку, но сейчас… Сейчас всё казалось слишком запутанным. Отложив телефон на тумбочку, я подошла к окну. В голове крутились события вечера и Дима: его резкий тон на набережной, тот отчаянный поцелуй, его ярость, когда он защищал меня. Почему он так изменился? То отталкивает меня, то бросается на помощь. И что скрывается за его ремонтом в гараже-действительно ли это просто ремонт мотоциклов? Телефон завибрировал. Опять Руслан: «Сестрёнка, ответь, пожалуйста. Всё в порядке?». Я закусила губу. Не хотелось отвечать. Не сейчас. Не тогда, когда мысли заняты совсем другим. Вместо ответа я открыла чат с Димой. Пальцы зависли над клавиатурой. Написать ему? Что сказать? «Спасибо, что защитил?», или «Почему ты такой непредсказуемый?». Но я так и не решилась нажать «Отправить». Вместо этого выключила звук телефона и отошла от окна.