Не вещь

Это были лучшие полгода в жизни Тсуны. Это были худшие и самые страшные полгода в жизни её хранителей. Это были самые безысходные полгода жизни Реборна. И это были самые отвратительные полгода в Жизни Занзаса. Что же произошло? После признания Тсуна сначала совсем не могла понять, а изменилось ли что-то в её жизни. Она так же общалась с друзьями, ходила в школу и проходила адские тренировки. Лишь вечером она подолгу переписывалась со своим парнем, который всегда поддерживал её и принимал сторону своей девушки. Но этого подростку казалось мало, она хотела объятий, ночных прогулок, даже иногда, грешным делом, представляла их первый поцелуй, ужасно смущаясь и прячась под толстым слоем одеяла и подушек. Для неё это казалось верхом близости и Савада могла только представлять себе этот контакт. Вместе с Хару и Киоко она зачитывалась сёдзе мангой, пищала от восторга на романтических фильмах и всегда представляла себя героиней этих сказок, а Занзас занимал роль спасителя, помогая ей избежать ужасов мафии, укрывая у себя от врагов, побеждая всех с её именем на устах. Взамен этих подвигов подросток начала учиться готовить, убираться, становилась идеальной домохозяйкой. Она не имела таланта к кухне, но спасибо отважным друзьям. Первые её печенья ел только Гокудера, глотая их сквозь слёзы и хруст то ли его гордости, то ли самого угощения. Последующие выходили лучше и даже сложилась традиция, что на все тренировки и посиделки она приносит свои старания в виде закусок. Девушка хвасталась и успехами Занзасу, получая в ответ похвалу и слова о любви к ней и без этого. Подросток улыбалась и продолжала утопать в своих мечтах. Пока не произошли изменения. Всё началось с глупости. Изменилась цифра на весах. Она росла, развивалась, постоянные тренировки, плотное питание, так как отказывать себе в еде она не имела привычки, вот и она, закономерно выросла. Нет, она сразу в слезах прибежала к Реборну, на что тот лишь окинул её взглядом, напоминающий ужас, что возникает, когда понимаешь, что девочка-подросток что-то себе надумала, а после перенаправил к Бьянки, которая и должна была рассказать про здоровое женское тело, что 45 кг её прошлого веса на 160 см роста – это ужасно. И Тсуна слушала, внимательно, запоминала и радовалась. Она долго крутилась перед зеркалом, улыбаясь и смеясь. Стояла в коротких шортиках и лёгкой майке перед зеркалом, рядом заботливая Бьянки, что, словно старшая сестра, поддерживала радость, указывая на положительные черты подростка. Тсуна отложила в памяти – ей можно весить больше 50 кг, потому что это о здоровье. Но мир разбился. Вечером она написала Занзасу. «Любимый, я сегодня стала красивее, это ради тебя» «Ты что-то купила?» «Нет! Мой вес стал 50 кг! Все вокруг говорят какая я красивая» «Да? Сфотографируйся, тоже хочу увидеть» И Тсуна моментально подлетает к зеркалу в рост, уже готовится щёлкнуть, как замирает. Она находится всё в том же домашнем наряде. Короткие шортики и майка. Перед сном она даже сняла бюстгальтер, а теперь она смотрит на себя и понимает, что фотография даже в таком виде. А не слишком? Да, её так видели дома, но это другие люди, кроме домашних она ни перед кем так не показывалась. С сомнением она вернулась на кровать, печатая сообщение. «Ой, Зан, давай потом, я уже в пижаме, утром в школе сфотографируюсь» «Уверен, что ты в пижаме невероятно милая» «Она уже старая» «Я просто хочу увидеть тебя, а не твою пижаму. Ничего такого я не прошу, не переживай, взрослые часто отправляют друг другу такие фотографии» И Тсуна поджимает губы. Она в сомнениях крутит телефон в руках, снова включая и выключая камеру. Её внешний вид стал смущать. Уже даже хотела отказаться, мол, нет, ей стыдно отправлять фото себя, но тут пришло уведомление. «Ты же мне обещала, что будешь соответствовать взрослым отношениям. А тут ты даже в одежде. Сама же хотела показать свою фигуру, я весь во внимании» Воздух выбивает из лёгких. Где-то на краю подсознания она понимает, что нет, он несёт какой-то бред. Но взгляд цепляется за эти сообщения. И правда, она просто сфотографирует себя в одежде и пришлёт своему парню. Она же не стесняется так ходить по дому, так почему для него это стыдно? И она смело поднимается с кровати, принимает, как ей кажется, самую выгодную позу, щёлкает себя. Она вышла забавно, словно ребёнок повторяющий за взрослым. Но не решается делать ещё один кадр. Быстро выключает свет и отправляет фото. Лишь когда всего не вернуть, её накрывает паника. А вдруг всё же это слишком вульгарный костюм? Вдруг он испытает отвращение? Тем же временем Занзас сидел у себя в кабинете и упивался виски, несмотря на ранний вечер и что его дела не доделаны. Он испытывал полное отвращение к себе. Любителей женщин помладше, а тем более несовершеннолетних он презирал. Никогда не мог и точно не сможет понять, как можно эти костлявые и несуразные тела променять на красивых сформированных женщин. Но сейчас он в ужасной ситуации. Хочешь Вонголу? Давай, соблазняй малолетку. И Скайрини делает это. Через отвращение, полное неприятие и всё растущую ненависть к Саваде. И даже сейчас, он, как последний извращенец уговаривает её отправить ему фотографию, когда она ломается, будто она там голая сидит. Он делает глоток, лишь бы не испытывать ещё большего раздражения. Вот приходит ему это злосчастное сообщение. На первый взгляд ничего такого. Обычная мелочь. Да она даже одета приемлемо! Он таких на улицах Италии каждый день видит, а эта развела концерт. Но он смотрит на появившиеся небольшие щёчки девушки, что должны присутствовать, на ноги и ягодицы, там появляется уже что-то, за что в будущем точно можно будет зацепиться взглядом. Выше он не приглядывался, ибо больше не мог ощущать себя уголовником по делам детишек. С пару секунд он смотрит в стену. Допивает бокал, наливает новый. Тяжело вздыхает, поправляет волосы и ловит одно страшное осознание. Он нашёл за что можно зацепиться. Он видит, что она будет красивой, не его вкус, но точно поклонников в будущей донны будет неимоверно много. Нет, нет, так не пойдёт. Найдётся тот, кто постарается тогда её забрать у неё. Ему наплевать уйдёт ли она сама, ему страшен лишь один факт, что Вонгола может ускользнуть от него таким образом. Поэтому он пишет то, что должен, то, что поможет удержать в руках власть, девочку, чтобы никто кроме него не думал даже смотреть на неё, как на кого-то серьёзного. «Хм, ты выглядишь полной, раньше ты казалась хрупкой и маленькой» И Тсуна, что получила это сообщение замирает. Внутри неё всё похолодело. Она выглядит полной. Подросток коснулась своего лица, собрала щёку в небольшую складку и почувствовала укол совести. Ей же вроде вот говорили, что это здоровье, что так и должна выглядеть девушка. Но Занзас пишет другое. Она перестала быть хрупкой в его глазах. И это вызвало слёзы. Савада утыкается лицом в ладони, так и не отвечая на сообщение любимого. Внутренний голос, что заучил новую информацию шепчет, что нет, всё в порядке, просто показалось. Но что-то, находящееся ещё глубже закричало и вывесило табличку "толстая". Да, вокруг все радовались, что она ушла из своего страшного недовеса, но ведь, как женщина она любима только Скайрини. А для него это много. И Тсуна не позволяет себе мысли, что ошибается он. Она уверена, что ошиблись остальные. Ну да, будет она не в "нормальных" цифрах, а в тех, что удобны её любимому. Это её тело, а не других. С этого момента Тсуна больше не могла выйти из этого порочного круга. Утром она поздоровалась с матерью, специально провалила тест Реборна на скорость, благодаря чему пропустила завтрак. Утренняя прогулка до школы, обычные уроки, если не считать момента, когда живот жалобно заурчал на весь класс. Но бенто Тсуна оставила на столе специально. Во время перерыва они сидели во внутреннем дворе школы, Ямамото шутил, Гокудера возмущался на глупость друга, а Савада ковырялась в еде, которую ей передал её репетитор, заметивший, что она забыла коробочку. Друзья вскоре замечают задумчивость подруги. Начинаются ожидаемые вопросы, а что она, почему не ест, почему хмурится. Под пристальным взглядом Гокудеры она всё же кладёт в рот немного риса, довольно расплываясь в улыбке. Она была голодной. За раз съела всю порцию, а после тяжело выдохнула, с грустью посматривая на своё тело. - Джудайме, вы до сих пор не в порядке, что-то случилось? – верный Хаято, как всегда оказался внимательным. - Гокудера-кун, - поджав губы, подросток подняла глаза на друга, а после посмотрела и на беззаботного Такеши, - Парни, вот скажите мне, я толстая? И оба подростка, что услышали данный вопрос замерли. Нет, они знали, что девочки такими вопросами задаются, но, чтобы это была Тсуна. С её физическими нагрузками можно вообще не переживать о фигуре. Но, видимо, никогда не понять мужчинам женскую логику. - Ч-что вы такое говорите! – выпалил покрасневший в миг Хаято, - Да вы одна из самых стройных женщин в Намимори! - Ха-ха, - громко засмеялся Ямамото, осмотрев школьников, что на них обернулись, - Не знаю, что он тебе сказал, но ты хорошо выглядишь, Тсуна. Девушка лишь кивнула им, но не поверила. Перед ответом они помолчали, а значит, точно думали, как бы её не обидеть. Она точно стала выглядеть хуже. Пока Гокудра стал трясти за плечи Такеши, требуя ответа, кто мог сказать что-то не то их джудайме, подросток открыла телефон и быстро напечатала сообщение Занзасу. «Друзья мне сказали, что я выгляжу хорошо» «И что? Мне надо ревновать?» «Нет, я просто подумала, что, возможно, стоит похудеть» «Я тебя поддержу в этом решении» Улыбнувшись телефону, Савада убирает его в сумку. Да, правда, ей надо вернуться в старый вес. Увидев, что на неё уже с пару секунд смотрят удивленные пары глаз, вскидывает голову и слегка краснеет, после чего тихо говорит. - Парню отвечала. - Кому!? – глаза Хаято расширились, и он схватился за сердце. - Парню своему, - буркнула снова девушка, сжимая в руках телефон, - Мы уже несколько месяцев вместе. - Ты знал!? – оборачивается резко на бейсболиста подрывник и после падает на колени, чувствуя себя побеждённым, - Почему вы не сказали об этом мне!? Я не заслужил вашего доверия, джудайме? Неловко хихикнув, подросток стала поднимать друга с земли, прося успокоиться и продолжая утверждать, что не хотела ничего говорить, пока не будет уверена, что всё серьёзно. Это успокоило хранителя урагана, но ненадолго, когда он услышал имя возлюбленного Тсунаёши, то долго умолял одуматься. Это не сработало, а саму девушку напугало. Она не стала пытаться объяснить ему, что этот грубиян исправится с ней, не стала умоляюще смотреть на хмурого Ямамото. Лишь попросила не вмешиваться в её отношения, и первая направилась в класс. Это была первая трещина в её отношениях с хранителями. Сначала Гокудера стал навязчиво постоянно звать её куда-либо пойти с ним, часто их видели выходящими из кинозала, как вдвоём, так и в компании друзей. Занзас прямо писал, что ревнует. Тсуна кивала и отдалялась. В первый раз она сказала, что устала и не пошла с ним никуда, потом прикрылась домашней работой, после приготовлением печенья и утром угостила в знак извинения, а последующие разы перестала просто отвечать на сообщения. Ведь после каждой их встречи она была на грани ссоры со Скайрини. Он даже звонил, говорил, что ему не нравится их близкое общение, а Тсуна слушала любимый голос, кивала и сама же рассказывала всё, что можно своему любимому. Ямамото тоже, увы, попал под санкции Занзаса. Началось всё с простого похода за суши. Они собрались, как всегда большой компанией. Сидели у Такеши, шутили, ели. Савада вышла с прекрасным настроением, но уже дома поняла, какую ошибку совершила. Встала перед зеркалом, увидела округлый от большого количества еды живот. И тут же почувствовала приступ тошноты. Нет, нет, она набирает вес из-за друзей! Этим же вечером она рассказала и день, и свои переживания Занзасу. Он лишь улыбнулся в трубку и кивнул девочке, радуясь тому, какое отчаяние слышится в женском голосе, она стала ждать его одобрения. Он не напрягался, подтвердил мысли Тсунаёши, а дальше она сделала всё сама. Сначала ела меньше, после просто стала сидеть рядом, а теперь сбегает с общих встреч, лишь бы они не заставил её идти в какое-то место, после посещения которого она пожалеет об этом. Но Тсуна не смогла бы вечность сидеть в изоляции от хранителей, когда рядом был и Реборн. Он постоянно давал задания на сближения команды, силой выпинывал девочку из дома, доводил до той стадии утомления, когда у неё не было сил брать в руки телефон для очередного разрушающего её звонка. К сожалению, Реборн не видел, как Тсунаёши однажды перешла черту, которая казалось непреодолимой. Вечер, она находилась одна лишь по одной причине – смогла пронести телефон в душ и теперь никто не побеспокоит её. Радостно отвечала парню, пока мылила голову, смывала пену, держала бальзам на волосах. Когда неожиданно он попросил фотографию. Он сказал, что просто хочет посмотреть, изменилась ли его Тсуна или нет. Сама девочка уже надумывала себе всякого. Она долго отказывалась, как и в прошлый раз с фото в пижаме. Но это и сломало её. Она же уже отправляла ему свои фотографии, никто о них не узнал, это осталось только между ними. Так почему сейчас что-то должно измениться? Тем более Занзас разрешил завернуться в полотенце, чтобы она могла скрыть интимные част своего тела, пока он просто посмотрит, изменилась ли она. И Тсуна сделала это. Смущалась, дрожала. Отправила и стыдливо удалила фотографию с телефона, тяжело дыша и впервые ощутив непонятное чувство. Тело горело, ноги невольно дрожали, а внизу живота впервые за всё время она ощутила тот самый тёплый узел возбуждения, о котором писали в более взрослых мангах. Девочка напугалась. Она же просто отправила парню фото в полотенце, так почему такая реакция? Да он даже не ответил! Но уведомление пришло быстро, а девочка схватила в руки мобильник, читая одно сообщение. «Уже лучше стала выглядеть. Я приеду к тебе на следующей неделе» И Тсуна повернула голову, осматривая себя в отражении плитки. Недостаточно худая, раскрасневшаяся, нервно ёрзающая по полу от неизвестных ощущений. Она не знала - так разве выглядят взрослые девушки? В ее голове она никак не могла окончательно примерить на себя образ взрослой. И обещанная следующая неделя случилась. Случилась слишком быстро, Тсуна успела только набраться смелости. Ровно на полгода их отношений Занзас стоял с букетом цветов напротив средней Намимори, ловля восхищённые взгляды школьниц и испытывая полное отвращение ко всему происходящему. Тсуна вышла из школы одна. Не было с ней рядом прилипчивых хранителей. Они лишь наблюдали из окна, сжимая руки в кулаки и ненавидя Скайрини всей душой. Все они стояли и не могли отвести взгляд от девушки, что бежала к тому, кто отдалил её от них, кто медленно пожирает девочку. А он улыбался, видя вместо девочки приближающуюся к нему Вонголу. А Тсунаёши шла к любимому, почти летела на крыльях любви, не слыша ни шёпотом одноклассниц, ни восхищённого писка и удивления парней. На глазах у всей средней Намимори никчёмная Тсуна повисла на шее у незнакомого взрослого мужчины, который в этот же момент прижал её к себе, поцеловав. Тсуна навсегда запомнит их первый поцелуй. На глазах у всех, с привкусом виски и запахом роз. Как он прижимал её ещё недостаточно хрупкое тело к своему, а она видела звёзды и не могла дышать. Ей хотелось навсегда остаться в этом моменте. Раствориться в руках и просто продолжать ощущать это тепло. Тсуне было почти 15, когда она впервые поцеловалась с парнем. Тсуне было почти 15, когда он сделал последние надломы в её личности, чтобы завладеть Вонголой.