Ты моя одержимость

Добраться до полицейского участка оказалось тем еще квестом. Учитывая, что у Джени ни телефона, ни наличных денег, а дом Этери находится за городом, брюнетке пришлось пешком идти к ближайшей трассе и ловить такси. Приехав на место, Джени убедила водителя, что поездку оплатит человек, которого она позовет, так как у самой денег нет. Угрюмый мужчина, с подозрением посмотрел на молодую женщину и если бы она не выглядела прилично и пункт назначения был не полицейский участок, он бы наверное не выпустил ее из машины, пока не оплатит. Джени быстро вбежала в участок, надеясь, что Джон в столь позднее время еще на работе. - Джени? - искренне удивляется мужчина, отрываясь от экрана компьютера, когда дверь резко открылась и на пороге появилась его бывшая девушка. - Что ты здесь делаешь в такое время? Что-то случилось? - Джон, заплати, пожалуйста, за такси, у меня нет денег, а потом я тебе все объясню, - быстро проговорила брюнетка. Пока мужчина ушел оплачивать поездку, Джени села на стул, налила себе воды в стакан и наконец-то выдохнула. - Ну, рассказывай, что произошло? - вернувшись обратно, спрашивает Джон, опершись на стол рядом с молодой женщиной. - Я влипла в очень неприятную историю, - выдыхает Джени. - Точнее мы с отцом. Он должен деньги, большие деньги, а так как мы не смогли их достать, то я ушла в оплату долга. - Что значит, ушла в оплату долга? - удивляется мужчина. - Ты вещь что-ли? - Не поверишь, но именно так я себя и чувствую, - вспоминая Этери, Джени даже плечами дернула. - Джон, она страшная женщина и я понятия не имею, что ей от меня нужно. Но она меня пугает до чертиков. - Так от меня ты чего хочешь? - не может понять мужчина, что от него требуется. - Я не знаю, - поникла Джени. - Помоги мне. Может у тебя есть что-то на нее, и она меня отпустит. А долг мы выплатим позже, частями. - И кто же она такая, твоя страшная женщина? - Я знаю только имя, Этери, - отвечает брюнетка. - Тутберидзе? - а вот сейчас в глазах Джона загорается неподдельный интерес и даже азарт. - Я не знаю, - качает головой Джени. - Высокая, кудрявая блондинка. - Слушай, Джен, я, возможно, смогу помочь тебе, если ты поможешь мне, - говорит мужчина. - Ты права, я ее знаю. Мы давно за ней наблюдаем, но проблема в том, что у нас на нее ничего нет, сколько бы мы ни копали. - Так, а я чем помогу? У меня тоже ничего нет. - Ну, как же, ты ведь у нее дома? - уточняет Джон. - Ближе к ней, чем кто-либо из нас может подобраться. Она занимается незаконными делами, насколько ты уже успела понять. Мне нужны на нее неопровержимые доказательства, чтобы закрыть ее раз и навсегда. И если ты их достанешь, то и твои проблемы решатся сразу же. - Джон, да ты с ума сошел, - вскидывается Джени. - А если она меня поймает, то убьет не раздумывая. - А ты сделай так, чтобы не поймала, ты же умная девочка, - снисходительно говорит мужчина. - Кстати, она предпочитает девушек. А ты красивая. Охмури ее. - Ты сейчас серьезно? - возмущается Джени. Как вообще можно охмурять того, кто угрожал тебя стереть в порошок? - Более чем. Включи свои женские чары, и она точно не устоит, - спокойно говорит Джон. - Джен, с каких пор ты стала такой трусливой. Помнится тебя мало что пугало в жизни. - А она пугает, - признается брюнетка. Она и правда всегда была пробивной, с сильным характером, а перед этой женщиной чувствует себя дрожащей ланью. - Джен, соглашайся. Я же не говорю, прямо сейчас идти рыться в ее бумагах. Усыпи бдительность, осмотрись, а потом уже действуй. И думай о том, что это решение всех твоих проблем, - настаивает на своем плане Джон. Брюнетка задумалась. На кону стоит очень много, но если ничего не делать, непонятно, сколько это будет продолжаться и чем кончится. - Ладно, - сдается Джени. - Я попытаюсь тебе помочь. - Вот и умница, - удовлетворенно улыбается Джон. - И все у нас получится. Поехали, я отвезу тебя обратно, - предлагает мужчина, поднявшись с места и захватив пиджак, направляется к двери. Джени не остается ничего другого как последовать за ним. Она пришла сюда за помощью, а уходит, ввязавшись в еще большие проблемы. Тихо переступая порог дома, Джени надеется, что Этери уже спит и ее поздняя прогулка останется незамеченной. - Нагулялась? - внезапно звучит низким голосом в темноте гостиной и заставляет брюнетку заметно дернуться, будто ее окатило ледяной водой. Он звучит почти лениво, только Джени отлично знает, что в этой ленивой интонации прячется сила и холод. Наивно было полагать, что она не заметит. На секунду брюнетке хочется закрыть глаза и представить, что это все лишь игра воображения и в комнате никого нет. Тишина после этих слов ощущается тяжелой, вязкой. Даже воздух будто становится плотнее и давит на виски. Блондинка неспешно поднимается с дивана, приближаясь к замершей на месте молодой женщине. Джени судорожно пытается придумать, что сказать в свое оправдание, потому что вид Этери не предвещает ничего хорошего. Ее плавные движения напоминают повадки хищника, который все решил: мягкие бесшумные шаги и плотно сжатые губы. Джени стоит, как вкопанная, пытаясь собрать мысли в хоть какое-то подобие оправдания, но слова разбегаются. Взгляд Этери скользит по ней - холодный, внимательный, изучающий. Такой взгляд не обещает ничего хорошего. Но вместо того, чтобы остановиться перед ней, женщина проходит мимо, даже не задев плечом, словно Джени лишь бездушный предмет интерьера. Она направляется на кухню, и это почему-то пугает сильнее, чем если бы она осталась здесь. Брюнетка решает, что во избежание еще больших проблем, стоит пойти за ней, а не уйти в свою комнату, иначе это все усугубит. В приглушенном свете, Джени только сейчас замечает, что на женщине только один длинный шелковый халат с глубоким вырезом, открывающим вид на верхнюю часть груди, а при движении обнажает длинные стройные ноги. У Джени мелькает несвоевременная мысль, что у блондинки шикарная фигура. Мысль чужая, она почти пугает своей неуместностью здесь и сейчас. Тряхнув головой, брюнетка отгоняет ее подальше. Страх возвращается на место, заполняет собой все внутри. - У тебя было всего одно правило, - тихо, но жестко произносит Этери, достав из ящика стола нож и направляясь в сторону Джени. - Не покидать пределы дома. Ты ослушалась. Брюнетка даже в стену вжалась, уже представляя, как женщина ее тут и зарежет, а труп спрячет в морозильную камеру. В голове вспыхивают образы слишком яркими и реальными картинками: кровь, холодный металл, темная морозильная камера. Сердце бьется так сильно, что отдает в горле. Внутри все заледенело. Не обращая внимания на реакцию Джени, Этери кладет нож на столешницу и открывает дверцу холодильника, что-то из него достать. Руки брюнетки действуют быстрее мозга, хватая оставленный нож и направляя его в сторону блондинки. Пальцы сжимаются на рукояти, и она поднимает его, направляя в сторону Этери. Лезвие дрожит так же, как и ее руки. Этери, краем глаза замечает это действие, но никак на него не реагирует. Достав из холодильника лайм, спокойно оборачивается к Джени и начинает медленно к ней подходить. Медленно, спокойно, будто и не удивлена происходящим. Это сразу сбивает с толку. - И что ты хочешь сделать, детка? - насмешливо ухмыляясь, спрашивает блондинка, и голос ее звучит почти ласково, но от этого только хуже. Подойдя настолько близко, что острие ножа упирается ей в ложбинку между грудью, она останавливается. Джени чувствует тепло ее тела, слышит ее дыхание спокойное и ровное, в отличие от своего. У Джени сильнее дрожат руки. И правда, зачем она усугубляет и так свое незавидное положение? Мысли путаются, и что дальше? Пока она размышляет над происходящим, Этери резко выхватывает нож из ее рук и приставляет к горлу, с силой вжимая в стену, от чего у Джени перехватывает дыхание. Холодное лезвие касается ее шеи. - Никогда не начинай того, чего не сможешь закончить, - голос блондинки скорее напоминает шипение ядовитой змеи, а взгляд жалит не меньше. Он скользит по ней словно яд. Джени, даже дышать перестала, чувствуя, как холодное лезвие движется по шее вниз в слегка расстегнутый ворот рубашки, оставляя за собой тонкую, жгучую дорожку страха. В следующую секунду резким движением срезается вторая пуговица и с тихим щелчком отлетает в сторону, ткань расходится, а острие упирается брюнетке в солнечное сплетение. И в этой тишине Джен чувствует, какими влажными стали ладони, а еще собственное, сбивчивое дыхание. Слишком реально и опасно нарушать правила этого дома. - Умеешь пить текилу? - спрашивает блондинка, своим будничным тоном, напрочь сбивая Джени. Нож все так же касается нежной кожи, и брюнетка даже дышит еле-еле. А Этери улыбается с явным удовольствием, словно наблюдает за чем-то завораживающим. - Что? - хрипло выдавила из себя брюнетка. - Текила, - спокойно повторяет женщина и отходит к столу, чтобы нарезать лайм. Нож исчезает вместе с ее близостью, оставляя после себя только фантомное ощущение холода на коже. - Нет, я не пью крепкий алкоголь, - выдыхая, отвечает Джени. Сердце все еще не вернулось к нормальному ритму, но брюнетка чуть успокоилась. Убивать ее вроде не собираются. Однако контраст происходящего сбивает с толку. - А зря, - говорит блондинка, разливая по рюмкам "огненную воду". - Здесь есть ритуал. Иди сюда. Джени медленно отталкивается от стены. Только сейчас она чувствует, насколько влажной стала ее спина, ткань рубашки липнет к коже, и неприятно холодит. Каждый шаг дается с усилием, будто она идет не по кухне, а по тонкому льду. - Главное правильная последовательность, - говорит Этери, взяв в руку солонку. - Сначала соль. Ее движения неторопливы, выверены, почти ритуальны, но вместо того, чтобы насыпать ее себе на ладонь, Этери тянется к брюнетке. Длинные пальцы вплетаются в темные волосы, наматывают их на руку уверенно и без спешки. Легкое движение, и голова Джени отклоняется в сторону, обнажая шею. Теплое дыхание касается кожи за мгновение до того, как Этери медленно проводит языком по ее шее. Движение тягучее, неторопливое, словно она пробует не кожу, а момент на вкус. Джени замирает, а кожа мгновенно покрывается мурашками. Следом на коже, увлажненной слюной, оказывается щепотка соли. Легкое покалывание, которое тут же усиливается, и Джени теряется в ощущениях. Она еще не отошла от ножа, а эти действия блондинки сбивают все мысли в голове в одну кучу. Ощущения накладываются друг на друга, смешиваются, и Джени теряется в них. Мысли распадаются, становятся обрывками. Теплый и чуть шершавый язык слизывает соль с шеи брюнетки, медленно и почти лениво. Жжение усиливается, заставляя Джени тихо зашипеть, с трудом удерживая равновесие между дискомфортом и чем-то странно притягательным. Отрываясь от ее шеи, Этери залпом опрокидывает в себя рюмку текилы и берет лайм. Проводит по нему языком, медленно, сексуально, почти демонстративно, не сводя цепкого взгляда с Джени. Та, помимо воли сглатывает. То ли из-за ощущения кислоты лайма, то ли от действий блондинки. - Пей, - Этери протягивает вторую рюмку так естественно, будто между ними не осталось ни напряжения, ни недосказанности. Только вот воздух по-прежнему плотный, почти осязаемый. Стекло холодит пальцы Джени. Во второй руке оказывается солонка, и Джени смотрит на женщину коротко, почти растерянно. Чего от нее ждут, куда ее сыпать, явно же не на шею женщине... Такое представление ей точно не провернуть. - На руку, - видя замешательство брюнетки, с легкой усмешкой подсказывает Этери. Насыпав на тыльную сторону ладони небольшую щепотку, Джени слизывает ее языком, стараясь не морщиться, и быстро выпивает содержимое рюмки. Оно обжигает горло и грудь, будто туда влили огонь. Джени закашливается, резко втягивает воздух, чувствуя, как глаза на мгновение предательски увлажняются. - А теперь лайм, - она не просто подает дольку, а подносит ее сама, удерживая между пальцами у самых губ Джени. Сок катится по длинным пальцам к запястью. Очень близко и слишком медленно. Джени облизывает губы, и почти не отрывая взгляда от ее глаз, тянется вперед. Осторожно касается губами лайма и в этот момент задевает пальцы Этери. Смазанное легкое прикосновение, неловкая случайность, но оно отзывается где-то глубже в животе, чем должно. - Умница, - удовлетворенно говорит женщина, медленно проведя пальцами по щеке Джени. Они так и стоят несколько секунд рядом друг с другом, не отрывая взглядов. - Я прощу тебе твою прогулку, если ты кое-что сделаешь, - все так же, не отходя от Джени, говорит Этери. Голос у нее тихий, но в нем слышится уверенность человека, который не сомневается в исходе. - Что? – осторожно спрашивает брюнетка. - Поцелуй меня. - Я .. я никогда этого не делала. - Никогда не целовалась? - удивленно выгибает бровь блондинка. - С женщинами, нет, - уточняет Джени. Напряжение возвращается к ней, только уже другого рода. Оно становится волнительным, тягучим, как кончик языка, ползущий по теплой коже и способный погрузить в новые ощущения. - Уверяю тебя, это мало чем отличается от поцелуев с мужчинами. Даже приятней. Не такая уж большая жертва от тебя, в обмен на мое прощение. Джени медлит, пока мысли ее мечутся. Это всего лишь поцелуй, и больше ничего. Что ей стоит это исполнить и Этери забудет о нарушении правил. Всего лишь способ избежать последствий, сохранить хоть какое-то подобие контроля. Раз уж брюнетка согласилась помочь Джону, то нужно как-то завоевывать ее расположение. Джени подается вперед и, закрыв глаза, быстро касается своими губами, губ блондинки. Это даже нельзя назвать поцелуем. Слишком поверхностно и по-детски. - Это не то, - раздражение в голосе Этери вспыхивает резко. Она вжимает Джени в столешницу. Холод дерева за спиной контрастирует с теплом женского тела напротив. - Будешь пробовать, пока мне не понравится. Еще раз, - властно требует блондинка. Джени чувствует, как сердце снова начинает биться быстрее. Она тянется вперед медленнее, чем в первый раз, но в последний момент что-то внутри срывается. Она бросает короткое: "Я не могу", вырывается из женских рук и выбегает из кухни. Быстрые шаги гулко звучат в тишине дома. Этери остается одна. Несколько секунд она просто стоит, затем тихо усмехается в тишину кухни. И в ней нет ни капли раздражения, а скорее удовлетворение, будто все произошло именно так, как и должно было. - Как по нотам, - произносит она вполголоса. Наливает себе еще одну рюмку. Выпивает уже без соли и лайма, позволяя алкоголю растечься теплом внутри. У нее был слишком долгий и выматывающий день, пора спать. А с Джени все идет так, как по намеченному плану. Даже лучше.