Ты моя одержимость

На следующее утро, спускаясь на кухню, чтобы позавтракать, Джени надеется, что Этери нет дома. После вчерашнего, ей кажется неловким столкнуться с ней, пока неясные чувства еще одолевают. Но ее надеждам не суждено сбыться. Этери, стоит у стола, держа в руках неизменную чашку с черным кофе, и кажется слишком задумчивой. Тусклый утренний свет лениво ложится на столешницу, скользит по ее светлым волосам, очерчивая профиль резче, делая его почти неподвижным. Взгляд ее устремлен куда-то вглубь себя, как-будто пытается найти потерянное. Горячий фарфор согревает пальцы, от напитка поднимается тонкая струйка пара, растворяясь в воздухе. Со стороны могло показаться, что ничего не изменилось. Все та же Этери, спокойная, собранная и непоколебимая. Женщина, которую невозможно застать врасплох. Качества, которые всегда были для неё не просто чертами характера, а почти образом жизни. Но сейчас внутри нее царил непривычный беспорядок. Она слишком долго строила себя той холодной, расчётливой, не позволяющей эмоциям диктовать правила, но стоило мыслям предательски вернуться ко вчерашнему вечеру, как внутри болезненно сжималось. Дрожащие пальцы. Сбившееся дыхание. Испуганный взгляд Джени в тот момент, когда всё едва не зашло слишком далеко. Этери медленно сделала глоток кофе, затем еще один. Горький вкус привычно обжёг язык, но на этот раз не помог собраться с мыслями. Ведь впервые за долгое время она почувствовала то, что не готова принять: собственная безупречная выдержка затрещала по шву. И это бесило сильнее всего. Именно поэтому, когда она услышала за спиной едва различимые шаги, лицо осталось бесстрастным. Ни один мускул не дрогнул, только пальцы на чашке сжались чуть сильнее. Джени, уже дернулась, чтобы выйти за дверь, но была замечена. - Доброе утро, - тихо и слегка смущенно здоровается брюнетка. Этери, несколько секунд внимательно смотрит на нее взглядом, в котором нет ни единой эмоции, а затем, ничего не говоря, ставит чашку на стол и выходит из кухни. - Вот какого черта? - сама себя спрашивает Джени. Ее достали эти игры, правила которых знает только блондинка. Ведь по сути она от нее ничего не требует, не давит, про долг вообще не вспоминает, а только играется, как кошка с мышкой. И когда ты не понимаешь, чего от тебя в принципе хотят, это начинает не на шутку раздражать. Пойди, пойми эту женщину. Но еще больше, Джени напрягает то, что она начала что-то к ней чувствовать. Пока еще непонятное и неуловимое, но оно определенно есть. Закончив завтрак, брюнетка возвращается в свою комнату и видит на комоде новенький телефон. Не из воздуха же он взялся. Значит Этери. С чего такая щедрость? Какие бы ни были мотивы блондинки, телефон ей точно пригодится. Взяв в руки гаджет, первым делом набрала отца по видеосвязи. За это время он, наверное, весь извелся и Джени хочет показать, что с ней все в порядке. - Джени, милая, слава богу, - радостно и облегченно говорит Арман, увидев дочь. - Как ты? - Привет, пап, - улыбается ему дочь. - Не волнуйся, со мной все хорошо. Ты как? - Все нормально, можно даже сказать, как прежде. Будто ничего и не случилось. Но я очень переживаю за тебя. Тебе не причиняют вреда? - Нет, все хорошо, - успокаивает Джени. - Когда тебя отпустят? - спрашивает мужчина. - Я не знаю. По правде сказать, с меня тоже ничего не требуют. Каким образом отдавать долг, тоже неясно. - Тогда я ничего не понимаю, - обескуражен Арман. - Я навел справки, она страшная женщина. Будь осторожна. - Возможно, она и не такая страшная как говорят, - вспоминая вчерашний вечер даже слегка смущается брюнетка. - В любом случае, тебе не стоит волноваться. У меня, точнее у нас с Джоном есть план. И если он выгорит, то все наши проблемы будут решены. - Ты просила о помощи Джона? - Да, пришлось, - отвечает брюнетка. - Дочь, я прошу тебя, будь осторожна, - как бы Джени его не успокаивала, но пока она находится у Тутберидзе, он не может быть полностью спокойным. - Буду, - уверяет его Джени. - Я еще тебе позвоню. Люблю тебя. - И я тебя люблю, малышка. После разговора с отцом у Джени на душе стало гораздо теплее. Теперь у нее есть с ним связь, а это уже неплохо. Подумав пару секунд, она набирает другой номер. - Да, слушаю, - деловым тоном раздается из динамика. - Джон, это я. - Джен, ну наконец-то, - вмиг меняет тон мужчина. - Есть новости? - Пока нет, - отвечает брюнетка. - Я не могу попасть в кабинет, он постоянно заперт. - Так постарайся, времени мало, - с нотками раздражения звучит в ответ. Он надеялся, что Джени звонит именно потому, что уже что-то нашла. - Ты же помнишь, что от этого зависит судьба твоего отца, да и твоя тоже. - Я помню, - резче, чем хотелось бы отвечает молодая женщина. - Как только будет что-то, я позвоню, - и, не дожидаясь ответа, сбрасывает звонок. Джени даже не подозревала, что всё это время была не одна. Пока она разговаривала с отцом и Джоном, за неплотно прикрытой дверью стояла Этери. Не двигаясь, почти не дыша, она слышала каждое слово, каждую интонацию, каждую случайно вырвавшуюся эмоцию. Достаточно, чтобы сложить ещё несколько деталей общей картины. И, несмотря на то, что услышала она много интересного, мозг зацепился только за одну фразу: "она не такая страшная, как говорят". Именно она зацепилась за сознание так нелепо, так раздражающе крепко. Как бы женщина не старалась отбросить все личное, что возникло к Джени, эти слова отозвались в душе. Женщина медленно прикрыла глаза. Слова звучали просто, но внутри от них возникло тихое, почти болезненное ощущение, словно осторожно коснулись места о существовании которого она давно предпочла забыть. Люди редко пытались увидеть в ней что-то еще за фасадом опасной, холодной, расчетливой женщины, которую проще бояться и ненавидеть, чем пытаться понять. Саму Этери это вполне устраивало, ведь она гоами создавала этот образ вокруг себя, слой за слоем укрепляя стены, за которыми безопасно существовать. Но Джени…эта большеглазая девчонка видела не то, что о ней говорят, а ее саму. И это оказалось неожиданным и неприятным открытием, а еще сулило опасность. Потому что Этери уже слишком хорошо понимала, куда всё начинает двигаться. Она чувствовала это в собственных реакциях, в том, как слишком часто возвращалась мыслями к брюнетке, как непозволительно внимательно следила за каждым её взглядом, каждым изменением интонации. Но справиться с собой проще, гораздо проще. Этери привыкла держать себя в руках, душить любые чувства, как неугодных союзников, прежде чем они успеют пустить корни. Проблема была в другом, Джени тоже изменилась. Она больше не смотрела с одной только настороженностью или страхом. В ее взгляде сквозило тепло и искренность, слишком открытые, чтобы игнорировать их. Вот и сегодня утром на кухне это невозможно было не заметить. Как девушка смутилась, как отвела глаза, как вдруг перестала понимать, куда деть руки. Там Этери почувствовала привычное желание бросить что-нибудь язвительное и колкое. Что-то, что мгновенно разрушило бы это странное, опасное напряжение между ними и вернуло всё на свои места. Вернуло Джени с небес на землю. Этери почти открыла рот, но не сказала по итогу ничего, а молча ушла. И это беспокоило сейчас сильнее всего, потому что молчание было ей не свойственно. Этери надеется, что доведет свой план до логического конца раньше, чем все окончательно выйдет из-под ее контроля. Но где-то глубоко внутри уже появилось неприятное, холодное понимание: возможно, контроль она начала терять гораздо раньше, чем решилась это признать. Просидев неподвижно некоторое время, Джени решает снова попытать удачу и проникнуть в кабинет. Спускаясь по лестнице, прислушивается к звукам, но дом кажется абсолютно пустым и в тишине слышны лишь ее собственные легкие шаги. Подойдя к двери, берется за ручку, мало на что надеясь, но каково же было ее удивление, когда дверь поддается и бесшумно открывается. Еще раз, быстро оглядевшись по сторонам, Джени входит внутрь и замирает на месте. Интерьер кабинета разительно отличается от интерьера всего дома. Стенные панели теплого бежевого оттенка, на полу мягкий ковер такого же цвета, уютный диван с подушками и сложенным пледом, книжный шкаф, пара картин, деревянный рабочий стол и даже комнатные цветы. Это настолько не вяжется со всей серостью, остального пространства, а еще с личностью самой Этери, что Джени даже забывает, зачем сюда пришла. Вместо того, чтобы начать искать компрометирующие документы, подходит к книжному шкафу, взглядом пробегается по корешкам. Никакой тебе деловой литературы или дамских сопливых романов. Классика на разных языках, философия, публицистика. Книги не выглядят как предмет интерьера, заметно, что их читают. И Джени размышляет, насколько же она абсолютно не знает ту женщину, в доме которой живет. А хочет ли узнать? Мотнув пару раз головой, вспоминает цель своего визита сюда. Вот только где искать? Для начала решает проверить ящики стола. Этери конечно не такая дура, хранить важную документацию в открытом доступе, ну а вдруг. Просмотрев пару ящиков, в одном из них находит то, что искала. Джон подробно ей объяснил, договора с какими компаниями ему нужны. Спрятав папку за пояс джинсов, и прикрыв сверху рубашкой, она уже собралась выходить, как дверь резко открылась и на пороге появился Дэн. - Джени, что ты здесь делаешь? - строго спрашивает мужчина. Кажется, он очень удивился, застав ее здесь. - Просто мимо шла, дверь была приоткрыта и я увидела книги, подумала, что могу взять почитать, - брюнетка старается не выдать голосом своего волнения. Хотя сердце пропускает удары, и ладони похолодели и намокли. Если он, а еще страшнее, Этери узнает, что она тут что-то выискивает, ей точно несдобровать. Поэтому брюнетка тянется к первой попавшейся книге из классики и вытягивает ее с полки. - Любишь читать? - иронично интересуется Дэн. - Непривычное занятие для молодежи в наше время. - Мне все равно нечем заняться, - как можно спокойнее отвечает Джени. Мужчина пару секунд внимательно смотрит на брюнетку, но больше ничего не говорит, только подходит к столу и забирает какую-то папку с него. - Мой тебе совет, не нарушай правил. Это может дорого стоить, - обернувшись у порога, говорит Дэн и выходит из кабинета. Когда за ним закрылась дверь, Джени рвано выдохнула и только сейчас почувствовала, как рубашка прилипла к спине. Еще пару таких ситуаций и у нее сердечный приступ случится. Подождав для верности пару минут, тихо открыла дверь и, осмотревшись, быстро ушла к себе в комнату. Там созвонилась с Джоном и договорились встретиться вечером. Джени надеется, что до вечера Этери не приедет домой и не хватится этих документов, иначе выкрутиться будет нереально, учитывая, что Дэн ее застал в кабинете. - Ну, как? - спрашивает Этери, когда Дэн сел в машину. - Все нормально, - коротко и по-деловому отвечает мужчина. И с усмешкой дтбавляет. - У нее интерес к чтению проснулся. - Ты уверен, что она их нашла? - Этери игнорирует последнюю реплику. - Думаю да. Во всяком случае, выглядела она испуганной, - слегка улыбнулся Дэн, вспоминая, как Джени безуспешно старалась быть спокойной. - Ладно, будем надеяться, - откинулась на спинку сиденья блондинка. - Этери, что с тобой происходит в последнее время? - спрашивает мужчина, смотря на ее профиль. Он стал замечать, как она порой смотрит на Джени, как задумывается. Ничего этого не должно было произойти, и он боялся, что личное поставит под угрозу весь их план. - Ничего, все как обычно, - отвечает блондинка. - Я бы так не сказал. - Дэн, ты мой психотерапевт? - жестко спрашивает Этери, одаривая холодным взглядом. - Нет, - отвечает мужчина, чувствуя, что перешел грань и нужно отступить. - Раз нет, то и займись своими обязанностями, - заканчивает разговор Этери. Дальше едут молча, каждый думая о своем, пока не подъезжают к неприметного вида клубу. Этери выходит из машины первой и, не дожидаясь Дэна, резкой походкой входит внутрь. Если снаружи клуб выглядит непрезентабельно, то внутри шик и блеск. На сцене, девушки в ярких костюмах репетируют общий номер. Через несколько дней здесь предстоит большая вечеринка. - Этери, рад тебя видеть, - сияя как тот начищенный пятак, говорит высокий худощавый мужчина, подходя к блондинке. - Эд, как у нас дела? - сухо интересуется женщина, не отвечая на его радостное приветствие. - Все хорошо. Девочки готовы, - указывает в сторону сцены. - Да и в принципе все в порядке. - Отлично, - кивает головой Этери. – Надеюсь, все нужные люди приглашены? - Конечно, не беспокойся, - уверяет мужчина. - Тогда пойдем, обсудим детали, да и о наших делах поговорим, - отводя взгляд от девушек на сцене, одна из которых привлекает больше остальных, говорит блондинка. Мысленно помечая, что девушку надо бы запомнить. Внутреннее напряжение нужно куда-то скинуть. *** - Принесла? - в нетерпении спрашивает Джон, как только Джени села в машину. - Да, - достав документы, отдает их мужчине. Пролистав страницы, Джон в раздражении отбрасывает их на приборную панель. - Это все не то, - злится мужчина. - Другого там не было, - пожимает плечами брюнетка. - Джон, я тут подумала, спасибо, что согласился мне помочь, но лучше я сама отработаю у нее долг. Я ведь все равно толком не знаю, что именно тебе нужно, да и вряд ли она хранит компромат на себя в открытом доступе. - Детка, ты думаешь так просто слиться теперь? - угрожающе спрашивает Джон. - Не выйдет. Ты теперь замарана в этом тоже. Я в любом случае ее прижму, но вместе с тобой. Ты сядешь как соучастница, а твой отец лишится всего. - Ты сейчас серьезно? – возмущение закипает в Джени. - Абсолютно. Поэтому достань мне то, что должна. И не мои проблемы, как ты это сделаешь, детка, да хоть ляжешь под нее, - ухмыляется Джон, проведя ладонью по ее щеке. - Какая же ты мразь, - отдергивается от его руки Джени. - И я тебе не детка. - Ну-ну-ну, - посмеивается мужчина. - Никто не просил тебя во все это влезать. - Да пошел ты, - брюнетка выскакивает из машины, громко хлопнув дверцей. Внутри кипит злость. Вляпалась, так вляпалась. Теперь не знаешь, кто еще больший враг. Этери или же тот, кто должен был защитить. Вечерний воздух немного остудил голову, но беспокойство никуда не исчезло, только стало тише и осело внутри тяжёлым комом. - Твои вечерние прогулки входят в привычку, - зависнув в своих мыслях, Джени даже не сразу услышала и увидела блондинку, стоявшую на кухне, мимо которой она проходила. Она вздрогнула и повернула голову. Этери стояла у кухонного стола, прислонившись бедром к столешнице. Свет над кухней мягко очерчивал её силуэт, оставляя часть лица в тени. Она выглядела расслабленной, почти отстранённой, но Джени уже слишком хорошо знала, что за этим спокойствием всегда скрывается внимательный взгляд, от которого не ускользает ни одна мелочь. - Я не могу подышать воздухом? - с вызовом спрашивает брюнетка. У нее сейчас не то настроение, чтобы быть тише воды и ниже травы. Что-то внутри весь день болезненно скреблось, не давая покоя, а после всиречи с Джоном, осталась лишь усталость и раздражение. Тишина повисла на несколько секунд. Этери даже бровью дернула от такого тона и вида Джени. Казалось, еще чуть задень и та откусит голову. Как ни странно, но ей это нравится. Девчонка то своенравная. Она внимательно посмотрела на Джени. На напряжённую линию плеч, на упрямо вздёрнутый подбородок, на взгляд, в котором сейчас почти искрилось желание спорить. - А что, жажду к чтению ты уже утолила? - Джени едва заметно нахмурилась, но стоит отдать ей должное, лицо сохранила. Оно и к лучшему, нельзя же вечно прятать голову в песок в надежде, что все как-нибудь само решится. - Свежий воздух помогает проветрить голову. - Надышалась? - иронично интересуется блондинка и в уголках ее губ дрогнула тень улыбки. Такой опасной и знакомой, после которой обычно ничего хорошего не происходило. - Что вам нужно? - зайдя на кухню и опираясь плечом о холодильник, спрашивает Джени. Ей сейчас не до игр и расшаркиваний. Хочется побыстрее уйти в свою комнату и подумать. От брюнетки ощутимо чувствуется волна злости и раздражения. По взгляду, резким движениям видно, что она кипит внутри. Даже голос звучит иначе, жестче и острее, с едва сдерживаемыми колючими нотками. И это даже возбуждает. Этери, хоть и запрещает себе всячески эмоционировать в сторону Джени, но не может отказать себе в удовольствии снова поиграть с ней. Нравится наблюдать, как в тёмных глазах вспыхивает упрямство, как Джени сердится, как пытается защищаться. Потому что за этим огнём скрывается столько всего настоящего. Если сейчас слегка подтолкнуть, задеть ещё немного, получится ли изменить фон этих эмоций? Сможет ли злость исчезнуть так же быстро, уступив место чему-то совершенно другому? - Ешь, - Этери взяла с тарелки клубнику и медленно окунула её в сливки. Белая густая масса мягко обволокла ярко-красную спелую ягоду, оставляя тонкую дорожку на тонких пальцах. В кухне стоял сладковатый запах фруктов, смешиваясь с вечерней тишиной, которая казалась слишком плотной. Джени даже не сразу подняла взгляд. - Я не голодна, - коротко бросила она, всё ещё сохраняя остатки упрямства в голосе, но Этери лишь слегка приподняла бровь. - Я сказала - ешь, - твердо настаивает Этери. Голос ее звучит спокойно и без раздражения, и именно от этого в ее тоне сквозит еще больше уверенности. Джени раздражённо выдохнула и закатила глаза, но всё же подошла ближе. Настолько близко, что теперь ощущались едва уловимые ароматы, духов Этери и так некстати предложенной сладости. Она наклонилась и откусила ягоду прямо из её рук, не отводя взгляда, будто для нее это тоже стало маленьким вызовом. И эти несколько секунд между ними повисли в странной, вязкой тишине. В уголке губ Джени остается немного сливок и Этери протягивает руку почти лениво, подушечкой большого пальца стирая это недоразумение. Обычное, почти невинное движение до того момента, пока она не подносит этот палец к своим губам, медленно слизывая каплю сливок и не сводя с Джени взгляда. Это заставляет брюнетку замереть, ощущая дрожь в коленях. Раздражение, которое ещё недавно бурлило внутри после встречи с Джоном, вдруг словно растворилось, отступило куда-то далеко. Сердце сбилось с привычного ритма, а во рту пересохло. Заметив изменившийся взгляд, Этери мысленно улыбнулась. Кажется, все-таки удалось переключить эмоции. И ей бы закончить на этом, но какой-то внутренний чертенок толкает ее на дальнейшие действия. - Сними его, - просит блондинка, плавно поставив на стул ногу, затянутую тонким кружевом чулка. Джени уже даже не сомневается. Внутренние колебания растворились в чужом взгляде, в интонации, в этом странном напряжении, которое повисло между ними густой, почти осязаемой дымкой. Она тянется рукой, но ее останавливают на полпути. - Зубами, - властно приказывает Этери. Джени медленно наклоняется, облизывая пересохшие губы. Осторожно подцепляет тонкое кружево резинки и, сжимая его между зубами, тянет чулок вниз. Губы смазано касаются теплой кожи, и от этого мимолетного соприкосновения по телу пробегает дрожь. Стянув чулок как можно ниже, Джени опускается на пол на колени. Холодный пол почти не ощущается, ведь жар внутри давно вытеснил все остальное. Бархат женской кожи под губами напоминает сладость сливок, такую же нежную и тягучую, тающую под теплом и оставляющую после себя желание задержаться ещё на мгновение дольше. И от этой мысли все труднее остановиться. Джени медленно стягивает чулок дальше вниз, ощущая каждое движение почти болезненно отчетливо, а затем снимает его рукой и поднимает взгляд на Этери. Покорность в ее глазах, тяжелое дыхание, темнеющий взгляд, все это бьет сильнее, чем блондинка ожидала. Будто что-то внутри окончательно срывается с цепи, полностью отключая голову, когда Этери мало себя контролируя, резко поднимает Джени на ноги, а в следующую секунду разворачивает к себе спиной и вжимает в стол. Брюнетка оказывается прижатой к столу, едва успев выставить руки вперед. Холод столешницы резко контрастирует с жаром, который уже растекся по телу, тяжелыми волнами накрывая с головой. Ноги вдруг становятся непривычно слабыми, а дыхание рваным. Но страха больше нет, осталось лишь мучительное, жадное ожидание. Длинные пальцы медленно скользят по плечам, неторопливо спускаясь ниже, к ладоням, накрывая их. За спиной ощущается чужое горячее тело, слишком близко прижатое к спине. Горячее дыхание касается шеи, заставляя кожу Джени покрыться мурашками. Она непроизвольно запрокидывает голову назад, инстинктивно стремясь сократить и без того исчезающее расстояние. И именно в этот момент все меняется. Ее руки резко оказываются заведены назад, а через мгновение запястья стягивает тот самый чулок. Этери, одной рукой наматывает темные волосы на руку, а второй уверенно надавливает между лопаток, укладывая Джени на стол. Из уст брюнетки непроизвольно вырвался рваный вздох. Внизу живота не просто теплеет, а разливается тяжелый, густой жар, настолько пульсирующий и обжигающий, что становится трудно понимать собственные мысли. Происходящее жутко возбуждает и хочется лишь одного – удовлетворения желаний. Джени сама не ожидала от себя такой реакции. Теплая ладонь Этери, что чувствуется даже сквозь одежду, медленно и почти лениво скользит по спине вниз на ягодицы, чуть усиливая давление и поглаживая. Джени прикрыв глаза, ждет продолжения… Еще секунду, другую, но вместо прикосновений ощущает лишь пустоту. Недоумение заставляет резко открыть глаза. Распрямившись и обернувшись, Джени видит только спину уходящей блондинки. Сорвав с рук злосчастный чулок, с силой отшвырнула его в сторону при этом от души выругавшись.