Персонажефики

      Сквик-ролевой тур начался, и Орг, внимательно сверяясь со своим планшетом, раздал анонам запечатанные конверты. Те начали поспешно вскрывать их, и комнату наполнили самые разнообразные звуки.       — «ТАКОЕ» попалось мне! — вскрикнул один анон и тут же добавил: — Уффф! Ну и ну…       — Нет, мне! — возразил другой и странно, безумно засмеялся.       — Не, я больше не пойду… — протянул третий и закурил.       Кто-то фыркал, кто-то восклицал, кто-то прыгал от радости, кого-то, кажется, стошнило.       Наконец аноны справились с эмоциями — кто как мог — и сели писать отзывы, низко склонив пакеты.       За ними из-за непроницаемого барьера всё так же наблюдали персонажи.       — Никого в треде так и не позвали… — раздался тихий вздох.       Ответом ему было лишь скорбное молчание.       Вдруг один анон поднял голову в пакете, сделал из доставшегося листа с текстом самолётик и запустил в сторону барьера. Персонажи замерли, следя за ним.       — Летит… — восторженно прошептал персонаж, что сжимал яркую гелевую ручку.       Он тут же сунул её в кармашек пиджака, к бутоньерке, и в надежде поднял руку, но самолётик пролетел мимо и приземлился чуть ли не на рога пурпурной навки в причудливых многослойных одеждах всех оттенков розового. Но она в последний момент сделал едва заметный жест, и самолётик спикировал ей в раскрытую ладонь.       По толпе персонажей пронёсся одобрительный шёпот.       — Они помнят о нас! — со сдержанной радостью воскликнула бледная молодая женщина в старинном морском мундире.       Следующий самолётик приземлился ей прямо в руки.       — Везёт… — раздались вздохи.       Персонажи всматривались в анонов, но никто больше не складывал самолётики. Тем временем Орг сложил самолётик сам. Этот пролетел дальше остальных и был пойман персонажем в зелёном, как лес, шерстяном плаще, что всё это время молчаливо наблюдал, негромко перебирая струны видавшей виды лютни. Прочитав текст, он поискал кого-то глазами в толпе, чуть присвистнул и, тут же вытащив маленький кусочек пергамента и гусиное перо, быстро начал выводить строки.       По толпе пронёсся шёпот, кто-то озирался, кто-то спрашивал:       — Это про кого же он пишет?       — Наверняка строчит компромат или угрозы, пользуясь анонимностью. Он всего лишь прокси, а настоящий заказчик остаётся в тени, — рыжий мужчина в простом чёрном мундире кивнул на анонов за барьером. Выражение на его лицо было весьма жёстким.       — Или просто выдумки и пустую чушь, — усталый черноволосый волшебник в чёрной мантии скривился, как от зубной боли. Он старался не обращать внимание на внимательный взгляд другого волшебника, такой же светло-серый, как и его мантия, что стоял рядом всё это время.       — Всё же что-то случилось, — тихо сказал тот. — Раньше они вспоминали куда больше.       Небольшая группа персонажей, что стояла в какой-то мрачной тени, одетая преимущественно в тёмное, начала вспоминать прошлые туры и былую славу.       — Им было интересно узнать наши мысли, — подал голос кто-то. — И чем сложнее, чем неоднозначнее персонаж… — голос стал грустно-мечтательным.       — Да-а, меня звали прицельно. Сами ругают, плюются, а поди ж ты, зовут!..       Голоса становились всё резче, уже послышались горькие обвинения, которые аноны, к сожалению — или счастью — не могли слышать.       — Появись вы пораньше, вас бы непременно позвали, я уверен. Они ругали таких, как мы, но жаждали нашего внимания, — усталый волшебник подошёл к темноглазому идальго в мундире испанского адмирала.       — Вписался бы как родной! — заметил кто-то.       Испанец хотел было что-то ответить, но тут послышался фрустрированный вскрик:       — Да сами они мудаки! Пошли они все!..       В барьер ударила зелёная вспышка, и персонаж в тёмной мантии, громко топая, ушёл куда-то совсем в темноту.       Тут и там слышались ропот и вздохи, а кое-где даже зубовный скрежет.       — Ещё летит! — внезапный вскрик тут же заставил всех замереть.       И правда, летело что-то ещё. В этот раз не самолётик — маленький воздушный шар. В корзине его лежал увесистый мешочек, а к её борту было прикреплено объявление. «Деньги за отзыв».       — За деньги?.. — разочарованно протянул кто-то. — Неужели всё настолько плохо?       Темноволосый молодой мужчина в строгом костюме и перчатках уверенно протянул руку и подбросил тяжело звякнувший мешочек на ладони.       — Крюге за буквы. Неплохая сделка. Я согласен!       Несколько самолётиков тут же полетело в него.       Снова воцарилась тишина. Выбранные персонажи грызли перья, тихо раздавались аккорды лютни. Наконец, персонажи сложили свои отзывы и отправили обратно за барьер. Все они, словно живые, спланировали точно к Оргу.       Аноны тем временем тоже заканчивали и отдавали отзывы. Орг сортировал их и отдавал адресатам. Чей-то пакет расплылся в улыбке, чей-то смущённо покраснел, а кто-то радостно подпрыгнул.       Пара анонов было легла мокрыми котами, но стоило им получить отызвы, водопад слёз тут же иссяк.       Они принялись обсуждать отзывы, и персонажи замолчали и напрягли слух.       Но вот Орг объявил о голосовании, и аноны потянулись смотреть на отзывы персонажей. Кажется, количеством отозвавшихся были обескуражены даже они.       — Как мало ролевых отзывов, и половина — от Каза, — усмехнулся один и тут же лёг котом, вздохнув о том, что аноны в этот раз позвали так мало персонажей.       Это, кажется, немного приободрило нескольких из них.       — Хоть у кого-то есть сердце, — раздались нестройные голоса за барьером.       — Мне они интересны только в их текстах, где я их ругаю. И не интересны в отзывах мне, где они ругают моих персов, — пожал плечами другой анон. — Что за наглость вообще немыслимая!       — Посмотрите-ка на него! Как он ругать чужих персонажей, так пожалуйста! Как чужие персонажи пишут о его, так сразу неинтересно! — ядовито процедил кто-то из персонажей.       — Да он просто боится критики! Ещё и с новой точки зрения! — усмехнулся ехидного вида дед.       Эти выкрики поддержал возмущённый ропот.       Анон, словно почувствовав негодование с той стороны барьера, добавил:       — Так что с ролевыми я завязал с прошлого ещё сквика.       Это явно расстроило персонажей, уже начавших было строить коварные планы по разносам. Крючконосый волшебник даже в сердцах скомкал пергамент.       — Пост-мета-ирония прошла мимо него, — задумчиво произнёс некто, очень напоминающий фейри.       Тем временем Орг собрал все записки с голосами и начал подсчитывать, делая пометки в планшете. Времени это заняло немного, и Орг провозгласил, что голосование завершено, поблагодарил всех за участие и послав в воздух маленькое сердечко.       Сначала он объявлял результаты конкурса ников — победил какой-то очень длинный.       И вот, выдержав небольшую паузу, показавшуюся персонажам вечностью, Орг провозгласил:       — Лучший ролевой отзыв — Шервудский рифмоплёт!       На огромном экране, что было видно отовсюду, появилась статистика. К ней обратились все взоры.       Победителей ролевого тура было трое.       На одного меньше, чем участников.       Рифмоплёт победил с солидным отрывом: семь голосов против одного у бин-амиры Адили бин-Джахиры бени-Азим (в девичестве бени-Феллах) и у Дж. Стюарт.       Какой-то анон пустился в пляс, да так радостно, что треуголка на его пакете то и дело грозила свалиться. Горящие сердечки и овечки на радуге полетели во все стороны: его ник впервые выиграл, а победивший отзыв от стихоплёта был на его работу. Он ещё раз достал листки со всеми отзывами, перечитал каждый, прижал к сердцу и, бросившись к столу, лихорадочно принялся что-то снова писать.       — Наверное, вдохновился! — заметил эльф в замысловатом одеянии,.       Персонажи нестройно зааплодировали фигуре в плаще цвета дубовых листьев и маленькой шапочке с пёстрым пером.       — Талант, я считаю! Почти единогласно выбрали!       — Ну и уморительно же!       Рифмоплёт любезно кивнул им и взял несколько мажорных аккордов на лютне: он явно был рад тому, что его вирши пришлись по душе и анонам, и персонажам, каждому!       Почти.       — Испашки. — Медленно и тяжело произнёс идальго, подходя ближе. — Подумать только. С таким бесстыдством рассуждать, есть ли у нас душа. Люди ли мы. В то время, как ваши соотечественники беспринципно!..       Рифмоплёт показал ему старинный оскорбительный жест английских лучников, растопыренные указательный и средний палец: приди-ка отрежь, если сможешь!       Рука идальго легла на эфес шпаги.       — У вас есть дерзость судить целую нацию по дурному поступку одного, — его акцент стал сильнее, — но найдётся ли хоть толика смелости ответить за свои слова?!       Персонажи вокруг замерли: кто в страхе, кто в замешательстве, кто в восторженном нетерпении.       — Но он всё же благодарит вас за кота, в заключении, — стараясь не слишком улыбаться, заметила блондинка в мантилье, положив свою руку на руку идальго, сжимавшую шпагу.       Тот, фыркнув, нехотя отпустил эфес. Но взгляд его, задержавшись на ней, смягчился.       Тем временем их уже теснили другие персонажи, чтобы поздравить победителей и обсудить отзывы.       Высокий оранжевый навь сначала сложил когтистые пальцы в сердечко для Адили, а потом, осторожно пробрался к ней, стараясь не задавить никого из остальных персонажей — всё же нави великаны! — взял её за руку и сказал, что не сомневался в том, что её помнят и хотят отзыв. Она немного смутилась, потому что многие взоры были обращены на неё, но всё же было видно, что ей приятно. Кто-то одобрительно забряцал оружием, кто-то запустил волшебный фейерверк, и вокруг неё забили крылышками золотые птички.       — Джорджи! Я в тебя всегда верил! Так держать! — выкрикнул невысокий, чуть полноватый юноша в таком же старинном морском мундире.       Джорджи радостно помахала ему, пожала несколько протянутых рук и лап, улыбнулась Адиле, и они одновременно кивнули друг другу.       Каз с безразличным видом, словно его не касалась суета вокруг, принялся считать гонорар. Похвалы победителям постепенно умолкли, и взгляды обратились к нему. Но никто из персонажей не знал, что сказать ему (или не решался начать первым).       — Мне кажется, или пропущен Каз Бреккер? — наконец раздался чей-то голос из толпы анонов.       Взоры персонажей обратились на Каза, что невозмутимо пересчитывал крюге. Он лишь пожал плечами:       — Сделка есть сделка. Вот если бы призом за лучший отзыв тоже были бы деньги…       Лицо его оставалось непроницаемо.       — Значит, за него не голосовали, — сказал кто-то из анонов.       — Вот что бывает, когда пишешь за деньги, а не от души! — другой анон наставительно поднял палец.       — Я не получил ни одного голоса, — анон в отчаянии заломил руки.       — Выходит, это не самая выигрышная стратегия, — кисло произнёс персонаж в простом чёрном мундире, словно беря на заметку.       — Ну и ну. Такое демонстративное игнорирование не вмещается уже ни в какие рамки. Я не говорю даже об элементарной вежливости и приличиях, — покачал головой приличного вида джентльмен с лёгкой проседью. — Бернард, запишите…       Он хотел было продиктовать текст пометки, как заметил, что рыжик, так восторженно встречавший начало тура, чуть не плачет, обхватив лицо руками, и сочувственно положил руку на ему плечо. Тот пробормотал благодарность, обернулся, и его лицо вдруг медленно расплылось в улыбке.       Он хотел что-то сказать, как по ту сторону барьера появился запыхавшийся анон.       — Блин, забыл проголосовать! Я как раз за Каза хотел, — анон явно расстроился.       Его поддержал другой — он тоже забыл. И ещё один анон присоединил свой голос к их.       — Я очень хотел за Каза, но всего лишь один голос и пришлось выбирать. Но Каз наверняка знает, что он в моём сердце.       При этих словах тихий звон монет прекратился, и взгляд Каза по очереди задержался на тех, кто хотел голосовать за него. Дольше всего он смотрел на того, кто сказал о сердце. Лицо его по-прежнему оставалось непроницаемым, но что-то неуловимо изменилось во взгляде.       Темноволосая смуглая девушка в чёрной неприметной одежде, гибкая, как ива, улыбнулась, увидев его выражение.       — Всё же они не совсем безнадёжны, — со снисходительной усмешкой сказала крепко сложенная женщина в доспехах паладина.       — За забывчивость я бы всё равно снял баллы! — черноволосый волшебник поморщился.       — С кем ни бывает! Может, они устали! Всё равно они милые, и я верю, что в на следующий ролевой тур они позовут побольше! — персонаж в ярком костюме уже что-то быстро рисовал своей ручкой с блёстками.       — Всем шампанского! Вина! Шербета! Крови! Свежайшей росы! Сливочного пива! Рома! Эля! Жирных сливок! — раздался возглас, и за барьером заметались разноцветные всполохи, одаривая каждого персонажа её или его любимым напитком.       Общее настроение медленно улучшалось, переходя в веселье.       Всё же про них помнили. И вера в анонов выдержала очередное испытание.