Not So Little Secret

Минхо проснулся от дискомфорта внизу живота. Было не больно, но неприятно. Во сне он, вероятно, перевернулся, потому что теперь лежал, свернувшись калачиком под боком у Хёнджина. Минхо медленно распрямился, возвращая голову на подушку, и тут же встретился с обеспокоенным взглядом Хёнджина. — Всё в порядке? — Да, — зевая, отозвался Минхо. — А ты не спал? — Не смог, — признался Хёнджин. — Ты слишком вкусно пахнешь, я с ума схожу. — Правда? — Минхо опустил руку ему на ширинку и сжал ладонь. Хёнджин шумно выдохнул. — Ой, прости! — Минхо отдёрнул руку и окончательно проснулся. — Не понимаю, почему я так сделал. Я не должен был… — Всё в порядке! — остановил поток извинений Хёнджин. — Не веди себя как трепетная девственница. Ты же знаешь, как работают феромоны в течку. — Вообще-то это моя первая течка рядом с альфой. — Минхо отвёл взгляд в сторону и потрогал горящее огнём ухо. — И что это за «с ума схожу»? Ты говорил Чану, что можешь себя контролировать. — Я могу себя контролировать. Если бы не мог, вряд ли на тебе было бы так много одежды, — спокойно ответил Хёнджин. Минхо покраснел ещё сильнее. — Ну да, из-за этих феромонов. — Возможно, — неопределённо хмыкнул Хёнджин. Минхо затих, не понимая, что делать дальше. Он постарался как можно незаметнее посмотреть на Хёнджина, но его план провалился, потому что Хёнджин смотрел прямо на него и его ноздри хищно дёргались. И в этом было столько привлекательно животного, что Минхо, не задумываясь, потянулся к парню — и остановился на полдороги. — Не бойся! — Хёнджин поймал его за плечи и завершил его движение, прижимая к себе. — Я не боюсь, — буркнул Минхо. Он мгновенно растёкся в его объятиях, уткнувшись носом в шею Хёнджина. Омега понятия не имел, как пахнут кедр и бергамот, но если так, то это очень вкусно. Впрочем, если они и правда истинные, логично, что ему приятен этот запах. Внезапно Минхо пронзило осознание, что именно всё произошедшее значит. — Ты веришь в истинность? — осторожно спросил он. — Да. Не знаю. Мне всегда хотелось верить, что это правда, — тихо ответил Хёнджин и прижал к себе Минхо ещё крепче, с шумом вдохнув воздух у его шеи. — А ты? — Ну, у науки нет однозначного мнения на то, существует ли истинность. Но мои родители — истинные, и, глядя на них, я думаю, что что-то такое должно быть. — Вот как. Так и знал, что ты как хлебушек: твёрдая корочка только снаружи, а внутри — романтичный мякиш. Минхо недовольно сморщил нос, а потом довольно прижался им к шее Хёнджина ещё крепче. — И что будем делать? Хёнджин неопределённо пожал плечами. — Ты даже не сказал мне, что ты омега, — обиженно сказал он. Минхо собрался с силами и оторвался от парня, потому что сложно язвить, когда ты требовательно вжимаешься в чьё-то тело. — Разумеется, нет, если учесть, как тебя заводит идея единственного омеги в группе. Хёнджин покраснел, прокручивая в голове все разговоры на эту тему. Но потом вспомнил один конкретный и покраснел ещё сильнее. В одной из поездок в Японию Хёнджин и Минхо пили пиво в комнате Чана в компании хозяина помещения. Ковидные ограничения еще были строгими, поэтому им запретили выходить из отеля. А рейс был только утром. Так что все развлекались как могли. Хёнджин уже порядком накидался и жаловался, что из-за ограничений у них нет ни единого шанса выйти из их порочного альфьего круга. — Если бы у нас был хоть один миленький омега, у меня всегда бы был секс, — самодовольно заявил Хёнджин, откинувшись в кресле. Его язык уже начал заплетаться. — Почему у тебя? Может ему бы понравился кто-то другой из нас, — усмехнулся Чан. — Да брось! Какой омега смог бы передо мной устоять? — Ну ты не единственный красавчик у нас. У как же Минхо? Хёнджин сполз в кресле ещё ниже и прикрыл глаза, не в силах больше сопротивляться алкоголю. — Минхо был бы идеальным омегой… — пробормотал он. — С идеальной задницей! Вот бы он был омегой… После этого Хёнджин вырубился прямо в кресле. По всем правилам, он должен был забыть этот разговор — очень уж был пьян. Но утром он проснулся на кровати Чана, зажатый между двумя друзьями, с ладонью на той самой идеальной заднице, и вспомнил всё дословно. Хёнджин потряс головой, пытаясь не отвлекаться на воспоминания. — В целом, я был прав. Единственный омега нашей группы выбрал меня. — Я тебя не выбирал, — фыркнул Минхо. — Это дурацкое тело! — По крайней мере, у твоего тела есть вкус, — усмехнулся Хёнджин и на секунду завис. — Твоя смазка, наверное, на вкус такая яблочная и сладкая, — внезапно прошептал он. — Ой, прости! — Ничего. — Минхо куснул губу и, после некоторых размышлений, решил усложнить ситуацию для Хёнджина. — Сладкая и похожа на яблочный мохито. Зрачки Хёнджина заметно расширились, запах бергамота стал насыщеннее, но он исхитрился взять себя в руки. — Ты откуда знаешь, какой на вкус яблочный мохито? — протянул Хёнджин. — Ты любишь совсем другие напитки. — Это мой маленький секретик, — хихикнул Минхо. — Оказывается, у тебя много от меня секретиков, — мгновенно посерьёзнел Хёнджин. Его запах стало горче. — Мы друзья, ты мог бы и сказать. — Зачем? Чтобы мы переспали друг с другом из любопытства и ты пошёл дальше трахать своих омег? Или ты правда рассчитывал на то, что у тебя в группе всегда будет вариант на случай, если никто лучше не подвернётся? — Это… Нет. Я бы… Это нечестно! — отчаянно крикнул Хёнджин. — Ты слишком много знаешь о моей личной жизни! — Прекрати мять мою задницу и орать на меня! Хёнджин даже не заметил, как его ладонь сползла со спины Минхо ниже на ягодицу — настолько на своём месте она там была. — Прости! За крик, не за задницу. Её я продолжу мять, это успокаивает. Для меня это, знаешь ли, тоже нервная ситуация. Я не каждый день нахожу избранного. — Зато ты очень активно искал! — фыркнул Минхо. — Обычно, как нормальный альфа без отношений, — снова начал злиться Хёнджин. — У тебя тоже был секс всё это время и ты тоже, скорее всего, менял альф как перчатки. Хёнджин пытался сохранять спокойствие, пока внутри него сворачивалась тьма. Ему так хотелось, чтобы Минхо объяснил, что никого не было, что он уходил из общежития к друзьям, родителям, внезапно обретённым братьям и сёстрам, бродячим котам — куда угодно… — Это не твоё дело, как часто и с кем я спал, — разозлился Минхо. Хёнджин коротко рыкнул и опрокинул его на спину, нависая над ним. Он толкнулся между бёдер так, что у того не было выбора кроме как обхватить альфу ногами. — Моё дело! Мой омега! Он жадно прижался губами к запаховой железе влажным поцелуем, задевая её зубами, и впервые в жизни почувствовал это животное желание прокусить кожу, сделать омегу под собой своим вне зависимости от его мнения на этот счёт. Он вкусно пах, у него была такая нежная кожа, такое милое покрасневшее ушко — этот омега его и все вокруг должны были об этом знать… — Зубы, Хёнджин! Голос Минхо выдернул его из феромонового тумана. Хёнджин уткнулся ему в плечо, издав жалобный рычащий звук. — Тише, глупыш! — Минхо прижал его к себе. Одна ладонь легла на спину, другая заботливо поглаживала Хёнджина по голове. — Если ты меня пометишь, нас выебут, а у тебя даже смазка своя не выделяется. Побереги задницу! Рычание Хёнджина стало ещё жалобнее. Он несдержанно толкнулся бёдрами, потираясь о Минхо. В ответ тот простонал так сладко и громко, что Хёнджин был почти готов в будущем рискнуть жопой перед менеджментом, лишь бы прямо сейчас вонзить свои зубы в шею омеги, пока он будет извиваться на его члене. — Мне всё сложнее себя контролировать, хоть мы и ругаемся! — Он снова приподнялся над Минхо. — Просто оттолкни меня! Руки омеги соскользнули на кровать, но ноги всё ещё обхватывали бёдра Хёнджина, притягивая ближе. Первый прилив течки приближался, что было понятно по слегка затуманенным глазам, зарумянившимся щекам, припухшим губам… — А мы разве ругаемся, альфа? — игриво спросил Минхо, хлопая ресницами. И тут же закатил глаза, мысленно отчитывая себя за то, что гормоны берут над ним верх. — Мы ругаемся, — грустно кивнул Хёнджин, вспомнив, на чём они остановились. — Мы ругаемся из-за того, что ты спал с кем-то до меня. И что не сказал мне, что ты омега. А Джисону сказал! Или погоди, ты спишь с Джисоном? Хёнджину хватило трёх предложений, чтобы завестись обратно. — Ты ебанулся что ли? — Минхо возмущёно сел на кровати, спихнув с себя альфу, отчего тот снова недовольно зарычал. — С чего мне спать с Джисоном? Просто мой папа сболтнул лишнего, когда подвозил нас в кино, и мне пришлось всё рассказать. — Прости! — отчаянно прошептал Хёнджин. Он прополз по кровати к Минхо и уткнулся лбом ему в бедро. — Внутри меня буря из эмоций, я просто… их слишком много. Я знаю, что не должен упрекать тебя. Но твой запах, он заставляет меня… Он делает меня… Это безумие! — Ты когда-нибудь был с омегой, запах которого чувствовал? — спросил Минхо. Хёнджин отрицательно помотал головой. — У меня не было секса до того, как я присоединился к компании. — А с омегой в течке? — Да. — Хёнджин прикусил губу. — Когда был на ресте. Мне хотелось попробовать, как это. — Ну и как? — Как много секса с малознакомым омегой. Приятно. Утомительно. Бывали у меня кейсы и поприятнее. — Точно. Как я мог забыть, что мне в истинные достался блядун, — Минхо свернулся калачиком рядом с Хёнджином так, чтобы его голова продолжала касаться бёдер омеги. — Раньше ты не осуждал, — тихо сказал Хёнджин. Мята в воздухе стала такой резкой, что ещё чуть-чуть — и глаза начнут слезиться. — Я и сейчас не осуждаю. Это твой выбор, который меня не должен волновать… — Но теперь волнует, да, котёнок? Минхо ничего не ответил, просто сжался в клубок плотнее, прижимая руки к животу. — Больно? — Хёнджин подвинулся ближе к Минхо и обнял так, чтобы его шея была ближе к носу омеги. Минхо неразборчиво фыркнул, но потом прижался к Хёнджину, капитулируя перед феромонами. — Хёнджин, мне нужно, чтобы ты меня трахнул. Прямо сейчас. Уверен, тебе будет несложно, — губы Минхо горько изогнулись. — Не уверен, что это хорошая идея. Сейчас, три секунды. Хёнджин сполз с кровати, облокотившись о неё спиной, достал телефон и написал Чану: «Если вы дома, то все сходите погуляйте во двор на полчасика. И здесь одна из комнат точно должна быть оборудована для течек и гонов. Выясни, пожалуйста, какая. Не хочется, чтобы Минхо смущался». Альфа отправил сообщение и шумно выдохнул, вспоминая, как психолог учил его заземляться с помощью техники 5-4-3-2-1. Ему нужно было успокоиться, вырваться из плена феромонов омеги, чтобы не наломать дров. Пять предметов вокруг: ноутбук, зарядное устройство, ваза с искусственным цветком — очень страшным на вкус Хёнджина — на столе, зеркало, одиноко валяющийся у кресла носок. Пока достаточно успокаивающе. Четыре звука: шум потолочного вентилятора, поскрипывание кровати, на которой ёрзает возбуждённый омега, постанывания этого же омеги, биение сердца, которое от двух предыдущих звуков пытается выскочить из груди. Три ощущения: прохлада пола, твёрдость кровати за спиной, невыносимое давление в паху, из-за которого хочется побыстрее раздеться. Два запаха: мята и зелёное яблоко. Один вкус: вкус яблочного мохито, который он может попробовать прямо сейчас… Хёнджин издал жалобный звук, потому что ничего не действовало, когда рядом был омега в течке. Он попытался дышать ёбаным квадратом, но его прервал голос Минхо. — Переебать всех знакомых омег тебе не составило труда. В чём дело, Хван Хёнджин? Ты настолько меня не хочешь? Хёнджин, захлебнувшись воздухом, на несколько секунд забыл вовсе, как надо дышать. Он хотел возмутиться явной несправедливостью слов омеги, но Чан ответил на сообщение. «Уже узнал. Забавно, но это твоя комната. Так что ни в чём себе не отказывайте, а мы останемся в доме». Альфа забрался на кровать и сел рядом с всё так же свёрнутым в калачик Минхо. Он накрыл ладонью щёку омеги, смахнул большим пальцем собравшиеся в уголке глаза слезинки. — Хочу. Но пока мы не будем заниматься сексом. Не сейчас, когда ты на меня злишься. Я не хочу, чтобы ты потом жалел. — Не время проявлять благородство, Хёнджин, — пытался сурово сказать Минхо, но получилось скорее жалобно. — Мне правда очень больно. — Я помогу. — Хёнджин прижался губами к запаховой железе Минхо. — Это комната для течек. Никто ничего не услышит. — Ты собираешься меня бить? — хмыкнул Минхо и снова сморщился от боли. — Глупая шутка! — Хёнджин перевернул Минхо на спину и навис сверху, опираясь на руки. — Хотя иногда ты так бесишь, что хочется надавать тебе по заднице? — Животом? — не смог удержаться от очередной глупой шутки Минхо. Хёнджин шумно выдохнул. Он находился на полпути к тому, чтобы перевернуть парня спиной вверх и выполнить всё в точности по его инструкции. Но он старался держать себя в руках — как альфа и как друг, который знал, что Минхо жизненно необходимо что-нибудь говорить, когда он волнуется. Минхо жадно втянул носом воздух, наполненный феромонами альфы. Хёнджин нежно расцеловывал его шею, иногда цепляясь за нежную кожу зубами. Омега, кажется, больше не переживал о возможной метке, он лишь откинул голову так, чтобы Хёнджину было удобнее, и всем телом прижимался к альфе. Хёнджин коленом раздвинул ноги Минхо, располагаясь между них. Он провёл ладонями по бёдрам парня вверх, зацепившись за край футболки. — Приподними бёдра. Минхо послушно толкнулся вверх, и Хёнджин задрал его майку, протащив через голову, но не снимая с рук, и выпрямился, чтобы полюбоваться на результат. Зрелище было на сто из десяти. Омега следил за его действиями поплывшим взглядом с пластилиновой готовностью подчиниться следующей просьбе. Растрёпанные волосы, приоткрытые губы, сдерживаемые тканью футболки руки над головой, вставшие коричневые соски, светлая кожа живота. Хёнджину не нужно было понимать, что Минхо омега, или чувствовать его феромоны, чтобы знать, что он никого никогда не хотел сильнее. Альфа снова припал губами к шее омеги, облизнул запаховую железу, а потом крошечными поцелуями начал спускаться вниз, руками стягивая с Минхо штаны вместе с трусами. Омега в попытках помочь дрыгал ногами, но скорее мешал. Однако, избавившись от ткани, так широко и призывно расставил колени, что Хёнджин мысленно поблагодарил богов растяжки и феромонового бесстыдства за царский подгон. Хёнджин оставил почти целомудренный поцелуй на одном колене парня, потом на другом, и не стал больше заставлять омегу терпеть, размашисто лизнув его между ягодиц. Тот отозвался мелодичным стоном. Техника 5-4-3-2-1 схлопнулась до 1-1-1-1-1: был только Минхо, звук стонов Минхо, тепло кожи Минхо под пальцами, запах Минхо и вкус Минхо. И только это правда успокаивало, заливало тревожный пожар внутри Хёнджина смазкой со вкусом яблочного мохито. Минхо, похоже, был готов принять всё, что Хёнджин ему предлагал: и распаляющие движения языка, и палец внутрь, а потом почти сразу второй. В Минхо было невероятно скользко и в то же время невыносимо узко. Альфа был в секунде от того, чтобы приспустить свои штаны и заменить пальцы во влажной дырочке членом. Вместо этого он добавил третий палец, преодолевая сопротивление мышц, и одновременно обхватил головку омеги губами. Минхо в ответ простонал так громко, что Хёнджин порадовался, что комната звукоизолированная. Остальные, конечно, не чувствуют этой волны феромонов. Однако омежьи стоны одинаково действуют на всех. Но стоны Минхо — только для него. Омега кончил, как только Хёнджин взял его член в рот целиком, и бессильно расплылся по кровати со всё ещё запрокинутыми вверх руками. Полностью одетый альфа не нашёл ничего лучше, как накрыть его собой, уткнувшись носом в шею и стараясь не думать о том, как сильно ему самому нужна разрядка. И у него бы получилось, если бы прохладная ладонь не скользнула за пояс штанов, крепко сжимая ствол. Хёнджин не кончил сразу же только для того, чтобы не показаться скорострелом. В конце концов, ему хотелось впечатлить омегу. Но продержаться долго он тоже не смог. Какое-то время они просто лежали. Потом Минхо глубоко вздохнул, распахнул глаза и спихнул с себя Хёнджина. В его взгляд начала возвращаться ясность, первая волна течки прошла. — Ладно, твоё блядство тебя чему-то да научило, — сразу перешёл в сучий режим он. Но всё же, вспомнив, что его самочувствие в ближайшее время буквально зависит от альфы, смягчился. — Спасибо. — Это ты, меня всему научил ты. Хёнджин мягко, но властно потянул к себе Минхо, пока тот не оказался прижатым к его груди. — Трахаться с омегами? — Минхо не удержался и куснул Хёнджина за грудь. — В том числе. Быть альфой. — Парень прижался губами к макушке Минхо. — Ты говорил быть честным с омегами. Быть заботливым, даже если это секс на одну ночь. Относиться с уважением. И я тебя слушал. Я никогда не обещал чего-то большего, никогда не врал. Мы занимались сексом на понятных условиях и расходились в хороших отношениях. У меня совсем не было опыта, а твои советы прекрасно работали. Хотя сейчас я понимаю, что ты заботился не только обо мне, но и об омегах. — Вот как... — задумчиво отозвался Минхо. — Я думал: какой ты крутой альфа! И ещё что у тебя, наверное, где-то есть постоянная омега, потому что ты никогда не цеплял никого при нас. Я немного завидовал, что... Неважно. Ну а я… — Решил переебать всех вокруг за себя и за меня? — Пытался понять. Пытался найти омегу, которая что-то во мне изменит, убедиться, что со мной всё в порядке… — А что с тобой не в порядке? У тебя маленький хуй что ли? Вроде был нормальный, когда я трогал… — Я тебе им сейчас по лбу настучу, — снова начал закипать Хёнджин. — Твои угрозы все несколько однообразные, — с деланной печалью вздохнул совсем не напуганный Минхо. — Так что там с твоим маленьких хуем? — Блядь! Нормальный у меня хуй! — вышел из себя Хёнджин. — И всё с ним было бы в порядке, если бы он не вставал на друга-альфу! — Вот как… — Минхо на пару секунд завис, пытаясь вычислить тайный объект воздыханий члена Хёнджина, и после озарения резко сел на кровати, вырвавшись из объятий парня. — Это… Его прервал стук в дверь. — Погодите, — крикнул Минхо, быстро собирая свою одежду по кровати. Хёнджин подошёл к двери, чтобы придержать до тех пор, пока омега не оденется, и только после этого приоткрыл её. В коридоре стояли Банчан и незнакомый бета с чемоданчиком. — Тут наши нашли врача на острове, попросили осмотреть Минхо и убедиться, что всё в порядке. Хёнджин распахнул дверь, впуская врача. — Вам лучше выйти, — сказал бета после приветствия. — Конечно, сейчас, — кивнул Хёнджин. Он подошёл к омеге и поцеловал его в лоб. — Это ты. Альфа вышел, оставляя Минхо с врачом.