Золотой Асгард: Яд в единственном троне

Утро коронации выдалось ясным, но без удушающей жары. Небо над Асгардом было пронзительно-синим, словно выстиранным после золотого шторма Галльвейг. Тор стоял перед огромным зеркалом, пока четверо слуг пытались застегнуть на его плечах тяжелый плащ. Но на этот раз это был не алый шелк режущий глаз. Ткань была цвета грозового неба, глубокого синего, почти черного с вышитыми серебром молниями которые, казалось, тихо вибрировали при каждом его движении. — Перетянули, - пробасил Тор, слегка поводя плечами. — Я собираюсь править миром, а не задыхаться в корсете. — Терпи брат. Власть это всегда немного тесно. - Локи вышел из тени колонны. Слуги замерли и синхронно поклонились. Локи выглядел безупречно. Его облачение было шедевром, темно-изумрудный бархат, переплетенный с серебряными нитями, и доспех из черненой стали который не скрывал движений, а подчеркивал их грацию. В его руках была подушка из черного шелка, на которой покоились те самые короны. — Ты всё-таки сделал их, - Тор подошел ближе разглядывая изделия. Они были прекрасны в своей суровости. Никаких пухлых купидонов или громоздких золотых лавров. Серебро было матовым, словно покрытым инеем. Изумруды в короне Локи горели внутренним огнем, а стальные вставки в короне Тора напоминали лезвия мечей. — Золото это для тех, кому нужно доказывать свое богатство. - Локи прикоснулся к серебру. — Мы же будем носить то, что нельзя купить. Стой смирно. Локи поднял корону Тора. На мгновение его пальцы замерли. В этом жесте было столько невысказанного признания, что Тор на секунду перестал дышать. Локи аккуратно опустил венец на чело брата. Серебро коснулось кожи, и Тор почувствовал странный холод, который тут же сменился теплом, корона приняла своего хозяина. — Тебе идет. -искренне сказал Локи, отступая на шаг — Похож на настоящего царя. Даже лицо стало... чуть менее круглым от эля. — Твоя очередь, -Тор взял вторую корону. Он действовал медленно, осознавая важность момента. Когда серебряный венец с изумрудами опустился на черные волосы Локи, по залу пронесся легкий вздох магии. Локи выпрямился и в его взгляде появилось то самое величие которое он так долго искал в обманах, но нашел лишь в верности. — Мы готовы? -спросил Тор, протягивая руку. Локи посмотрел на его ладонь, затем на свое отражение в зеркале. Два бога. Два брата. Лед и Пламя, Гром и Тишина. — Подожди, -Локи вдруг щелкнул пальцами и красный плащ, который Тор тайно надеялся надеть «для пафоса», висевший на манекене в углу, мгновенно превратился в стаю белых гусей, которые с гоготом вылетели в окно. Тор вытаращил глаза, а потом расхохотался так что задрожали подвески на люстрах. — Локи! — Я предупреждал, Ваше Величество. Дизайн это моя территория.   Они вышли из покоев бок о бок. Путь к Тронному залу был устлан лепестками белых цветов. Эйнхерии стояли шпалерами, ударяя копьями о щиты в такт их шагам. Это был не звук войны, это был ритм сердца нового Асгарда. У дверей их ждала Фригга. Она была в золотистом, блестящем платье, и на её лице сияла улыбка матери, которая наконец-то видит своих сыновей дома. Она ничего не сказала, лишь коротко коснулась рук каждого передавая им свою силу. Двери распахнулись. Один Всеотец сидел на троне, Гунгнир сиял в его руке. Весь зал был полон послов из девяти миров. Были здесь и хмурые йотуны, и изящные альвы и даже пара гномов, которые с интересом разглядывали работу Локи. Один поднялся. Его голос перекрыл гул толпы. — Асгард видел много побед. Но сегодня он видит самую главную, победу мудрости над гордыней. Мои сыновья! Подойдите и примите свою ношу! Тор и Локи начали свое восхождение к трону. Каждый шаг отзывался в памяти , Мидгард, Йотунхейм, пепел Галльвейг, детская шалость... Всё вело к этому мгновению. Тор и Локи остановились у подножия трона. Весь зал замер, даже послы из вечно враждующего Йотунхейма подались вперед, чтобы не пропустить ни слова. Один Всеотец опустил Гунгнир и его наконечник коснулся пола, высекая тихую искру. — Асгард помнит золото, которое ослепляло, - голос Одина был ровным, как поверхность застывшего озера. — Но сегодня он видит серебро, которое отражает истину. Сыновья мои, перед лицом Девяти Миров и предков наших... Какую клятву вы принесете своему народу? Тор сделал полшага вперед. Его голос, гулкий и мощный как раскат грома в горах, заполнил пространство зала без всякой магии. — Я клянусь, -Тор поднял Мьёльнир, и по металлу пробежали бело-голубые искры, — что мой молот никогда не поднимется ради жадности или пустой славы. Я буду щитом для слабого и грозой для того, кто несет тьму. Я клянусь помнить, что истинное величие в милосердии, а истинная сила в умении созидать. Асгард будет домом для каждого, кто ищет справедливости, пока во мне бьется сердце защитника!  Зал отозвался коротким, благоговейным гулом. Тор отступил и теперь настала очередь Локи. Он не кричал. Его голос был тихим, вкрадчивым, но проникал в самую душу каждого присутствующего, словно шепот самой судьбы. — Я клянусь, - Локи коснулся изумруда на своей серебряной короне, и его глаза блеснули холодным зеленым пламенем, — что мой разум будет бодрствовать, когда другие спят в иллюзиях. Я клянусь разоблачать ложь, даже если она одета в золото, и хранить тайны, которые оберегают наш покой. Моя магия будет не цепью, а нитью, связывающей миры в гармонии. Я буду глазами Асгарда там, где царит мрак, и его мудростью там, где правит хаос! Они одновременно ударили кулаками в грудь, Тор по стальному доспеху, Локи по серебряному шитью. — МЫ КЛЯНЕМСЯ! -выкрикнули они в унисон, и этот крик подхватили тысячи голосов снаружи дворца. Один медленно кивнул. Он протянул руки и положил их на плечи сыновей. — Да будет так. Отныне и до скончания времен! Асгард в ваших руках. Фригга подошла к ним, и в её глазах стояли слезы гордости. Она знала, через что им пришлось пройти, чтобы стоять здесь не как соперники за трон, а как его правители.  Пир начался мгновенно. Загремели кубки, запели скальды, а небо над городом расцвело тысячами огней, переливающихся всеми цветами радуги. Тор и Локи сидели на своих новых местах, чуть ниже отца, но выше всех остальных. Тор наклонился к Локи, прикрывая рот кубком, чтобы никто не видел его улыбки. — Ну что, Хранитель. Первая клятва дана. Теперь пути назад нет. — И не говори Тор, я уже чувствую как на меня наваливается груз ответственности - прошептал Локи, ехидно глядя на делегацию из Альвхейма, которая уже спешила к ним с длинным списком жалоб — Но признай Тор... в серебре мы выглядим гораздо эффектнее. Тор улыбнулся, и этот было первым по-настоящему свободным улыбкой в Тронном зале за долгие годы. Новая эпоха началась не с указа, а с этой искры братства.