Ревность, капризы и прочие человеческие причуды

      Отвратительно.       Альбедо мог бы описать своё состояние лишь одним, красноречивым, словом. Последнюю неделю он не находил себе покоя. В очередной раз, он откинул голову на спинку дивана, уставившись в потолок. На столике были разбросаны бумаги и графитовые палочки. Некоторые бумаги были скомканы, другие перечёркнуты. Всё же, было у них, что-то общее. На всех них можно было узнать девичьи силуэт. Сахароза. Необузданное раздражение его охватывало последние несколько дней. И всему причиной была его ассистентка. Она была мила, очаровательна и…Она держала дистанцию. Это его донимало больше всего. Празднования начались полным ходом. Дни напролёт слушались людской шум и гам. Вечером, на центральной площади, шумели аккордеоны, фанфары. Молодёжь выходила танцевать от шуплаттлера до цвифахера и польки. В другие годы, Альбедо нравилась эта атмосфера фестиваля и всеобщего веселия. Порой, он позволял себе участвовать в лендлере, наблюдать за так называемыми «рыцарскими дуэлями» или танцем майского шеста и выигрывать в местных конкурсах. Уже как три года он праздновал в компании Тимея и Сахарозы. Прогулки по вечерам втроём, насмешки над Тимеем под градусом, одно яблоко в карамели на двоих для Альбедо и Сахарозы. Было в этом что-то, что насыщало алхимика и заставляло чувствовать некое тепло внутри. Однако, в этом году всё не так. Дело даже не в том, что Альбедо упёрся как ребёнок, привыкшему к одному исходу событий. Он признавал, возможно, он и вправду блажил. Какое ему дело с кем празднует Сахароза этот злосчастный праздник? С ним или с…Томой. Больше всего его задевало другое - резкая смена отношения к нему. Это началось с тех пор, как Кли потребовала, чтобы Сахароза пришла к ним домой. Тогда он между слов напомнил о том, что ему нужна помощь в архивах. Сахароза согласилась, она всегда соглашалась. Тогда, он не думал, что это обернётся крахом. Он ожидал привычный исход событий. Они будут работать вместе, в полдень сходят съесть по десерту, а после, вечером, может прогуляются по улочкам Мондштадта. Так было уже три года, так должно было быть и дальше. Но в эту идиллию вторглись и отобрали у Альбедо важную часть праздничного ритуала. Девушка была до невозможного профессиональна. Выполняла задачи без лишних слов, однозначно отвечала на вопросы Альбедо и даже отказывалась от выхода в город на время обеда. И даже когда мужчина приходил с выпечкой для неё, она аккуратно благодарила его и ставила на его стол несколько монет. Возместить траты. Его Сахароза никогда так не делала. Хуже всего, даже от вечерних прогулок пришлось отказаться. Стоило им двоим выйти из здания штаба, как девушку уже поджидал её приятель. Тома без церемонии здоровался с Альбедо, улыбался как другу и при этом тянул девушку к себе. Сахароза же не упиралась, шла на встречу, принимала парня ближе к себе. Только в те моменты, на её лице виднелась лёгкая улыбочка. Она прощалась с  Альбедо, желала хорошего вечера. А Альбедо что? Альбедо застывал на месте, машинально прощался в ответ, а когда эти двоя отдалялись смотрел на них, пока они не потерялись бы среди толпы. Не стоило зацикливаться лишь на этом. Рациональная часть Альбедо говорила ему. Другая же, отказывалась её слушать. В это раз, всё было хуже. Этим вечером, он пообещал Кли сходить погулять. Девочке тоже хотелось окунуться в атмосферу праздника, а разрешить ей прогуляться с другими детьми по вечерам Альбедо не решался. Они сидели на трибунах, наблюдая за очередной рыцарской дуэлью. Гуляли по улочкам – Кли выпрашивала очередную игрушку, а Альбедо отмахивался. В итоге, они пришли к консенсусу и Кли просто купили яблоко в карамели. Тогда, он подловил себя на мысли, что Сахароза тоже бы понравилось…Но мысли быстро выветрились от шума на центральной площади. Инструменты играли польку. У фонтана собрались молодые люди. Некоторые танцевали, кто постеснительнее улюлюкал со стороны. Может он бы не обратил внимания, если бы не замечание девочки у него на шее. - Сахароза! Радостно прокричала малышка, указывающая пальцем в сторону людей на центральной площади. Вправду. Сахароза была среди тех, кто танцевал. Разве она умела? Альбедо задумался и не сразу заметил того, кто был её партнёром по польке. Тома. Конечно же это был Тома… Он застыл на месте, несмотря на просьбы Кли приблизиться и рассмотреть их поближе. Глаза были зациклены лишь на одном. На улыбке Сахарозы, её румяных щеках, на том, как легко она вела себя рядом с Томой. Он давно не видел её такой задорной и светлой. С ним она уже давно не была такой. Последние несколько месяцев, Сахароза ему запомнилась смущающейся, неловкой. Изредка можно было заметить на её лице лёгкую улыбку, да и то только связанная с работой. Когда в горле появился тошнотворный ком, они спустились ниже. Зря. Стало только хуже. Рука Томы легла на девичью талию. Это было сделано с такой естественностью, с такой простотой, что Альбедо, вопреки его протестам, охватывала зависть. Зависть к чему? Это даже звучало нелепо. Тут было нечему завидовать… И всё же, было интересно смущалась ли Сахароза от этого так, как было с ним? Ломит ли Тому от такого касания? Дрожали ли его пальцы? Наверное нет. От чего алхимику становилось только хуже. Вскоре, музыка остановилась. Сахароза, устало свалилась на своего друга. Тот лишь подловил уставшую девушку, посмеиваясь над ней. Толпа хлопала, свистала. В Мондштадте было принято смущать новоиспечённых парочек во время фестиваля. Таковы обычаи, что уж поделать. - Сахароза-а-а! Звонкий голосок девочки раздался по центральной площади. Кли махала в попытках обратить на себя внимание, пока Альбедо пытался усмирить пыл своей подопечной. Получалось только вцепиться мертвой хваткой в детские голени, чтобы малышка не вырвалась и не побежала к девушке. Было не сложно заметить девочку на плечах Альбедо. Сахароза поправила очки, другой рукой махая ей. Она локтем подтолкнула Тому и тот тоже стал махать на встречу двум блондинам. Из приличия, Альбедо тоже поздоровался. Без особого энтузиазма. Ему даже улыбку не удалось из себя выдавить. - Альбедо, пошли к ним! Кли радостно согнулась в спине, встретившись взглядами с Альбедо. Тот лишь небрежно убрал детские глазки со своего поля зрения. Указательный палец мужчины надавил на детский лоб, силой вскинув голову девочки верх. Вышло грубее, чем он того ожидал. Чувство вины тут же его окатило, но ничего предпринять он не собирался. Девочка захныкала, потирая лоб. - Злюка! Девочка возмутилась, ударив ножкой по груди Альбедо. Тот закряхтел, но ничего говорить не стал. Он решил игнорировать детские капризы и развернулся, идя в сторону их дома несмотря на возмущения и капризный скулёж девочки. На все вопросы был один ответ : отбой. Было полдевятого, в девять Кли уже стоило уложить. Удобное оправдание, язвило подсознание Альбедо, которое он не собирался слушать. И вот он прибыл домой. Уложить Кли спать всегда было испытание, но почувствовав ухудшенное настроение старшего не стала упрямиться в этот раз. Сейчас она тихо посапывала в своей комнате, а Альбедо разлегся на диване в гостиной. Рисование успокаивало его, но не в этот раз. Рука механически принималась рисовать образ девушки, что только больше выводило его из себя. Некоторые рисунки он со злобы зачеркнул. Другие смял, разбрасывая по комнате. Он не мог себе позволить дать эмоциям взять верх. Да и…О каких эмоциях могла идти речь? Разве он мог позволить себе пасть так низко?

***

      Было тёплое, солнечное утро. Уже спозаранку на улицах Мондштадта было шумно. Пьяницы навеселе выходили из таверн, торговцы открывали свои лавочки, а музыканты уже играли у фонтана на центральной площади. Сахароза уже была в кабинете Альбедо. Окна были открыты, внутри пробирался лёгкий ветерок. Он игрался с тюлем, иногда бросая по бумажке в воздух. Девушка зачастила приходить раньше положенного. Помещение надо было проветривать, особенно при учете всех реагентов и прочих пахучих химикатов, которые Альбедо хранил у себя. Каждый год проводилась полугодичная чистка архива. Старые отчёты, научные работы и прочие бумаги стоило рассортировать. Как на зло, она чаще всего попадала на начало мая. Для исследовательской команды, по крайне мере. Альбедо копался в бумагах самостоятельно, но с приходом его ассистентов этим начала заниматься и Сахароза. Занятие не заурядное, хоть и очень долгое. Около недели работ в лучшем случае. А это во время фестиваля! Конечно же, Сахарозе хотелось побыстрее расправиться с бумагами. Раньше, потому что проводить опыты ей было интереснее. В этом году же, потому что есть Тома, с которым хочется провести как можно больше времени. Так что, рабочий день начинался на час, а то и два, раньше.  Девушка бегло читала документы, сортировала их по датам и в алфавитном порядке. Часть с алфавитном порядком была не обязательна, просто Сахарозе это нравилось. Справедливости ради, с её приходом архивы исследовательской команды были как никогда организованы. Вот очередная бумага. Исследовательская работа  Тимея с прошлого года. Она не особо вчитывалась в суть, да и смысла не было. Она вздохнула, отложив бумагу в соответсвующую стопку. День только начался, а глаза уже устали от постоянного чтения. Возможно, стоило выспаться вчера, а не праздновать до полуночи с Томой… Сахароза сняла очки и аккуратно сложила их, положив на столу. Она моргала, уставившись на дверь в кабинет…Ну или в её направлении. Она вновь закрыла глаза, как раздался скрип двери. Плечи слегка вздрогнули от неожиданности. Сахароза видела силуэт, что был в дверном проёме, но не могла понять кто это был. Рукой она ощупывала свои очки и тут же нашла. Стоило надеть их, как всё вновь стало видно. Господин Альбедо. - А…Доброе утро. Голос слегка дрогнул. Уголки губ напряглись, стыд вновь окутывал девушку. С того дня у него дома, чувство путаницы преследовало её. В словах матери была доля правды, она и не собиралась оспаривать их. Но была и частичка, что хотела противиться им. Как же сложно быть влюбленной… Несмотря на это, надо было подходить ко всему с холодной головой. Она искренне пыталась, но тот инцидент полностью выбило и так шаткое спокойствие Сахарозы. Тем же днём и было принято решение отстраниться. Не стоило давать другому человеку право так распоряжаться её чувствами. Возможно, она и вправду сгущала краски. Сахароза иногда корила себя за это решение, но в её чаше терпения это стало последней каплей. - Да. Доброе. Девушка вновь вздрогнула. Резкость в голосе Альбедо её удивило. Нет, голос звучал как и всегда был плавным, ровным. Но она чувствовала исходящую от мужчины раздражение. Может спросить его? Хотя лучше не стоит, вдруг ещё больше разозлится… Альбедо направился к окнам. Они закрылись с громким хлопком, из-за чего Сахароза прикрыла уши. Громкие звуки она переносила хуже других. - Прости, Сахароза. Сквозняк. Он объяснил лаконично, сделав пару шагов в сторону своего стола. Да, с господином Альбедо явно что-то не так. Сахароза подытожила слегка вздохнув. Обычно, он бы поинтересовался бы не испугалась ли девушка. А сейчас даже извинения звучали неискренне что ли. Ладно, не стоит вмешиваться. Остаток дня прошёл без происшествий. Что Сахароза, что Альбедо были заняты своими делами. Вокруг стола девушки образовалась полноценная крепость из отсортированных материалов. У всех стопок было своё предназначение, по одному виду документа на каждую. Альбедо же вникал, или пытался, в очередной отчёт от магистра Джинн. Сколько же бумажной волокиты у рыцарского ордена… Сахароза подняла взгляд на настенные часы. Маятник покачивался из стороны в сторону, был слышен характерный звук. Три часа дня. Она оканчивала работу к пяти, но сегодня Тома попросил её освободиться раньше. Было представление, поставленная тётей Марленой и детьми из местной школы. Не то чтобы Сахарозу и Тому сильно интересовали детские спектакли, но речь ведь шла о тёте Марлене… Набрав воздуха в лёгкие, она поднялись со своего стула. Тот слегка скрипнул, заставляя девушку напрячься. Альбедо навострил уши аккурат когда девушка встала изо стола. Он не поднял взгляд, когда услышал приближающиеся шаги. Не имел желания, да и смысла не видел. Краем глаза он видел остановившуюся у его стола девушка. То как она неловко пыталась сложить руки у живота, но после спрятала за спину. Она молчала ещё несколько секунд. Альбедо хотел было сам заговорить, но его прервали. - Господин Альбедо…Это… Он узнавал эту неловкую интонацию и короткие слова между почти каждым словом. Его ассистентке нужно было что-то. - Тебе что-то нужно? Он не стал поднимать взгляд на девушку, хотя даже не читал содержимое отчёта. - Это, ну…А м-можно я раньше освобожусь сегодня? Просто…Я обещала, что прийду на одно представление. А оно начинается через час. - Разумеется. В последнее время фестиваль интересует тебя куда больше работы. Ответ прозвучал резче чем нужно. Он сложил бумаги на стол и поднял голову, всматриваясь на девушку. Он сложил руки, опирая подбородок. Сахароза застыла на долю секунды. Она не ожидала такого ответа. Господину Альбедо не была характерна такая дерзость. Её ушки опустились, а губы дрожали, не в силах ответить. Рот слегка приоткрылся, но воздух остановился на пол пути когда она увидела ожидающее лицо Альбедо. Приподнятые брови, взгляд лишенный интереса и напряженные губы. - Г…Господин Альбедо, я выполнила всю работу на сегодня. Не вижу в этом ничего зазорного. Её голос слегка, но ей удалось ответить на этот очевидный упрёк. Пальцы сильнее сжались в запястье, а другая рука сжалась в кулак. Сахароза и так делала больше, чем того требовалось. Она могла хотя бы раз попросить об одолжении. Глаза Альбедо приоткрылись на долю секунды, но он тут же усмирил свою физиономию. Кажется, он перегнул палку. А осознал он это слишком поздно, чтобы можно было извиниться. Мужчина мысленно себя пропесочил, но ничего говорить не стал. Была среди ругани и мысль о том, что он был прав. Сахароза и вправду не ставила работу в приоритет последнее время. Исключительно, по его скромным наблюдениям. Как ответственный наставник, он должен был ей об этом напомнить. Да, именно так. - Я и не запрещал тебе, Сахароза. Просто решил напомнить, что… Он замолк на несколько секунд, подбирая слова. В голове опять всплыла сцена с веселящейся девушкой, в компании другого. Он выдохнул, закрыв глаза на долю секунды в раздражении. Одно воспоминание об этом выводило его на эмоции. Интересно почему. - Что твои приоритеты сместились. Брови Сахарозы встали домиком. О чём шла речь? Ком обиды появлялся в горле. Это было несправедливо. Она впервые за несколько лет решила отпраздновать как нормальный человек, а её за это ругают. Разве не господин Альбедо говорил ей почаще отдыхать? К чему такая переменчивость? Она и вправду не понимала его… - О каких п-приоритетах вы говорите?… Несмотря на то, что она чувствовала как унижение съедает её изнутри она ответила. Наверное это была та самая точка кипения, когда слова выходили сами по себе. Без того, чтобы человек давал себе отчёт. Ей этого, ох как не хотелось. Чего ей не хватало, так это поссориться с ним. Всё же, чувство достоинства взяло верх. Сахароза не была горделивой девушкой, но и стерпеть откровенную клевету тоже не умела. В своё время она из-за этого и рассорилась со своими подругами будучи девочкой подростком. Кроме того, странное ощущение, что дело было далеко не в её работоспособности, преследовало её. Господин Альбедо, ведь заметил её вчера с Томой. Он сразу же отдалился, а теперь пришёл на работу в дурном настроении. Возможно, фантазия Сахарозы играла с ней злую шутку. А была ещё возможность что… - В-вы уверены, что дело только в работе? Голова опустилась. Её голос стал мягче, тише. Словно она не хотела чтобы её услышали. Было до жути неловко, даже попытаться намекнуть на что-либо, но это нужно было сделать. Нельзя чтобы их недоразумения в личных отношениях, повлияли и на рабочие. - Что прости? - Может не будете л-лгать, что дело только в этом. Она резко подняла голову, встретившись взглядами с Альбедо. Он сохранил нейтральное выражение лица, но тонкая линия губ давала знать о явном раздражении. Господин Альбедо всегда так хмурился, когда был чем-то недоволен. Мужчина молчал. В голове появилась каша из всевозможных ответов. От попыток защитить себя, до…Нет. Висок с дискомфортом пульсировал, пока он пытался заставить себя заговорить. Ничего, кроме слов которые Альбедо даже представить себе не мог. Маятник пробил один раз. Была половина третьего. - На сегодня ты свободна. Он смог из себя выдавить, хотя это было далеко от тех слов, что он хотел бы сказать по-настоящему. Сахароза удивленно распахнула глазки, хлопая ресницами. - Ты же хотела. Иди. - Как скажете… Сахарозе не верилось в то, что она слышала. Он ей даже не ответил! Хотя…На что она надеялась? Нет же, если бы он и правда был бы обеспокоен её рабочей этикой он бы так и сказал. Ему не было зачем уводить разговор в другое русло. Не стоило раздувать из мухи слона. Она сделала пару шагов к своему столу. Взгляд мужчины на её затылок её заставлял чувствовать себя неловко. Хотелось впопыхах собраться и выскочить из этого кабинета. Закинув почтальонку на плечо, Сахароза направилась к двери. Прежде чем выйти, всё же, было бы вежливо попрощаться. Как бы то ни было, он разрешил ей уйти пораньше. Она взглянула на него, тот всё так же сидел опирая подбородок о кулак. На его лице лёгкая улыбка, хотя Сахарозе от неё было ни горячо ни холодно. Хотелось даже «прихлопнуть» его. - Хорошего дня. - И тебе хорошего времяпровождения. Он махал рукой, наблюдая как девушка вышла из кабинета. В тот же момент как раздался щелчок замка улыбка спала с лицо. Чувство удовлетворенность, в собственной правоте, пропало. Альбедо выдохнул, зарывшись пальцами в свои волосы…