Там, где кончается радианит

— Ты целишься не в того.. — устало сказал Гекко в десятый раз за пятнадцать минут — Я целюсь в мишень! — возмутилась ты, опуская пистолет и оборачиваясь к нему — Ты целишься в дверь за мишенью. А за дверью — склад с боеприпасами. И если ты туда попадешь, Бримстоун сделает из нас двоих коврики для ванной! Ты вздохнула и снова вскинула руки. Стрелковый тир Валорант оказался куда страшнее, чем выглядел на голографических схемах. Гулко, холодно и пахло порохом. И все вокруг — даже Сэйдж с ее целительной силой — стреляли лучше тебя.. — Расслабь плечи — Гекко подошел сзади и положил руки на твои локти, поправляя хват — Ты вся напряжена, как струна. Радианит не любит страх. — А я люблю, когда меня не учат люди, у которых вместо оружия ящерица! — огрызнулась ты, но голос вышел не злым, а скорее смущённым — от его близости, от тепла его ладоней, от того, как его дыхание щекотало макушку — Диззи — это высокоточное биологическое оружие, между прочим, — обиделся Гекко — Она никогда не промахивается. В подтверждение его слов Диззи, сидевшая на стойке сбоку, лениво метнулась вперед, цапнула зубами муху на потолке и вернулась на место, довольно жуя. — Видишь? — Гекко гордо кивнул на своего питомца — А ты в стену попала! Ту, что за спиной. У тебя пистолет, Т/и, не бумеранг — Пошути еще раз, и я буду целиться в тебя — пригрозила ты, но уголки губ предательски поползли вверх — О, это уже прогресс — он хмыкнул и отошёл, скрестив руки на груди — Злость — хороший катализатор. Давай, представь, что мишень — это тот, кто тебя бесит. Например, Феникс, когда он по утрам поет. Ты закрыла глаза, представила Феникса, орущего под душем «What Makes You Beautiful», и нажала на спуск. *Бах!* Пуля вонзилась прямо в центр мишени. — О! — выдохнула ты — О, — повторил Гекко с искренним удивлением — Я не думал, что сработает.. — То есть ты просто так сказал? — Я просто так сказал — признался он, и вы оба расхохотались После тира вы пошли в кафетерий, где Гекко торжественно вручил тебе наклейку с надписью «Я пережила урок стрельбы от Гекко и всё ещё не пристрелила его». — Ты специально это заказал? — спросила ты, разглядывая наклейку — Сделал на 3D-принтере Феникса, пока он не видел, — шепнул Гекко — Теперь ты официально часть команды. Неоплачиваемая, рискованная и с правом жаловаться на начальство Ты прилепила наклейку на свою кружку и впервые почувствовала, что этот мир — с радианитом, перестрелками и чешуйчатыми монстрами — начинает ощущаться домом.

***

До Рождества оставалась неделя, когда ты поняла, что Гекко понятия не имеет, как его праздновать. — Ну, мы с Диззи обычно... эээ... спим? — неуверенно сказал он, когда ты спросила про планы — Иногда Вигман находит блестящую штуку, и мы считаем это подарком. Ты посмотрела на него с таким ужасом, что он отшатнулся. — Все, — твердо сказала ты — Мы устраиваем нормальное Рождество. С елкой, подарками и, возможно, небольшим количеством радианитовых украшений, если ты обещаешь, что Вигман их не съест! — Не обещаю.. — честно ответил Гекко.

План «Рождество в аду» был запущен!

Ты уговорила Бримстоуна выделить вам общую гостиную на время праздников. Сэйдж принесла гирлянды. Феникс вызвался отвечать за музыку и, разумеется, поставил рождественский плейлист Майкла Бубле на репит. Джетт притащила коробку с елочными игрушками, половина из которых была разбита — результат прошлогодней тренировки по метанию ножей. — Я обещала Киллджой, что в этот раз ничего не взорвется — мрачно сообщила Джетт, вешая на елку уцелевший шарик — Ты каждый год так обещаешь — напомнил ей Феникс — В этот раз серьёзно! Елка, кстати, была настоящей. Гекко притащил ее лично — с корнями, в горшке, и с маленьким радианитовым слизнем, который успел поселиться в ветвях. — Это не мой, — тут же сказал Гекко. — Дикий. Но он безобидный. Походу тоже любит блестяшки! Ты вздохнула и украсила слизня маленьким красным бантиком. Теперь он был официальной частью декора. Кульминацией подготовки стал момент, когда ты достала коробку с самодельными подарками. Для каждого члена отряда ты что-то связала или нарисовала — Сэйдж тёплые носки, Фениксу шарф в огненных тонах, Джетт — бандану с драконом. И так далее. Для Гекко ты приготовила кое-что особенное. Но об этом — позже.

***

Вечером декабря гостиная Валорант превратилась в рождественскую сказку. Гирлянды мигали теплым светом, елка пахла хвоей и немножко радианитом (спасибо дикому слизню), а Вигман, нарушив все обещания, счастливо жевал нижние ветки. Гекко стоял посреди этого хаоса в смешном свитере с оленем, которого ты заставила его надеть («Это традиция!»). Диззи сидела у него на плече и примеряла крошечную шапочку Санты. — Вы выглядите как открытка, — сказала ты, подходя ближе — Мы выглядим как катастрофа — поправил он, но улыбнулся — Ты... ты правда всё это ради нас устроила? — Ради тебя, — поправила ты — В основном Он хотел что-то ответить, но в этот момент Феникс включил «Last Christmas» на максимальную громкость, Джетт запустила в него варежкой, и началась традиционная рождественская битва подушками. Вы с Гекко синхронно вздохнули и сели в угол, наблюдая за хаосом. — Знаешь, — сказал он, когда Сэйдж левитировала Феникса в воздух, а Киллджой пыталась объяснить, что дирижабль из дивана — не лучшая идея. — У меня никогда не было такого Рождества. Раньше я просто.. выживал.. - обреченно выговорил он — А теперь? — Теперь я с тобой, — он посмотрел на тебя, и в его глазах было что-то такое, от чего сердце замерло — И с этой сумасшедшей семьей. И я.. я даже не знаю, как сказать.. — Скажи просто, — прошептала ты — Я люблю тебя, — выдохнул Гекко, и это прозвучало так, будто он нес эти слова через взрывы, перестрелки и радианитовые бури — И я, наверное, люблю тебя с того самого момента, как ты в клетке не закричала, а спросила, как меня зовут У тебя защипало в глазах. — А я люблю тебя с того момента, как ты разделил со мной последнее печенье, — ответила ты, и он рассмеялся — тем самым смехом, который ты хотела слушать вечно Он поцеловал тебя. Под елкой. Под светом гирлянд. Пока Феникс и Джетт кидались подушками, а Вигман доедал нижние ветки. Диззи тактично отвернулась. Дикий слизень с бантиком счастливо засветился фиолетовым.

***

Когда шум стих и все разошлись по комнатам (Феникс — жаловаться на шишку, Джетт — хохотать, Сэйдж — подлечивать пострадавших), вы остались вдвоем у елки. — У меня для тебя кое-что есть! — сказала ты и протянула ему маленькую коробочку, перевязанную лентой Гекко открыл ее дрожащими пальцами (ты заметила — и сердце сжалось от нежности). Внутри лежал брелок. Маленькая фигурка Диззи из полимерной глины, которую ты слепила сама. И с обратной стороны — крошечная гравировка: «Ты — мой дом. Даже в клетке». Он молчал очень долго. Потом засмеялся, но как-то странно, всхлипывая. — Ты плачешь? — испуганно спросила ты — Нет, — соврал он, вытирая глаза рукавом — У меня аллергия на то, что кто-то делает для меня такие вещи. Иди сюда! Он обнял тебя так крепко, что аж затрещали ребра. Диззи перебралась к тебе на плечо и ткнулась носом в щёку — своим способом сказать «ты своя». — А теперь мой подарок — сказал Гекко, отстраняясь, и полез в карман Он протянул тебе.. фиолетовый камень. Светящийся. Пульсирующий. — Это радианит? — ты округлила глаза — Обработанный, — поспешно сказал Гекко — Сэйдж проверила, он безопасен. И он.. он настроен на меня. Понимаешь? Пока он светится — я жив. Где бы я ни был. Чтобы ты не волновалась! Ты сжала камень в ладони. Он был теплым. Как Гекко. Как его руки, его улыбка, его странная, нелепая, невероятная любовь. — Это лучший подарок в моей жизни — сказала ты — Даже лучше печенья? — поддел он — Даже лучше печенья — подтвердила ты и поцеловала его в щеку, в веснушку, в уголок губ За окном падал снег — первый снег в этом году. В гостиной пахло хвоей и радианитом. Где-то на кухне Феникс с кем-то спорил, а Тыдыщ довольно урчал, переваривая елку. Это было не идеальное Рождество. Оно было лучше. Потому что оно было их.