Из огня возрождаюсь

      Катакомбы под Безночным городом впечатляли. Сухие и жаркие, выложенные базальтовыми плитами и сплошь покрытые талисманами и затейливой вязью, вырубленной прямо в камнях. Кто-то очень заморочился возводя такое инженерное чудо под городом и без того, стоящем на вулкане.       Здесь было бы неплохо помедитировать, восстанавливая силы. Может быть он даже сможет быстрее восстановиться.       Но то он. Феникс и воплощение огня, а детям здесь делать нечего, а если все же забрели, покинуть опасное место как можно быстрее. К сожалению, не выходило.       - А-Сюй, я пить хочу, - всхлипнул Вэнь Чао.       Они провалились сюда, выйдя в город, на ярмарку, с двойным набором охраны и нянек. С адептами, просто присматривающими за детьми в оба глаза.       И все равно нарвались. Взрыв под ногами стал неприятным сюрпризом, а не успевшую среагировать охрану хотелось злостно заклевать. Если бы не щиты, поднятые им вокруг мальчишек — одними синяками бы не обошлось.       - Потерпи, А-Чао, воду надо беречь, - просит Вэнь Сюй, крепко держа его за руку.       Юмао, сидящий у него на плече накидывает на детей ещё один щит, оттягивая на себя жар. Хорошо, что форма у него не крупная и весит он чуть меньше полкило, на пол дня десятилетка такой вес выдержит. Главное почаще менять плечи и не впиваться когтями в защитную вышивку, а то даже к птенцу-яо несомненно возникнут вопросы, как он дырявит защиту, рассчитанную на удар меча заклинателя...       Впрочем, он уже не уверен, что сможет поддерживать легенду о своём происхождении.       Они ходят здесь чуть больше часа, потому что место, в которое они провалились, начало обрушаться. Пока у детей есть ещё пол фляги в бездонных рукавах Вэнь Сюя, допустимо шататься под городом в поисках выхода. Как только у них кончится вода, Юмао плюнет на осторожность и перенесет их к Вэнь Жоханю. На два коротких огненных прыжка с грузом, не превышающим полсотни кило, его хватит.       На один.       Потому что как только они появятся перед Владыкой Вэнь во вспышке пламени, "всего-лишь яо" Юмао не назовёт даже самый несведущий. И придётся прыгать ещё раз, благо, что без утяжеления.       Но пока он всё ещё надеется найти здесь выход...       А-Чао остановился и дернул Вэнь Сюя за руку.       - Брат, там кто-то лежит.       Юмао напрягся. "Кто-то" был мертвецом и лежал здесь уже давно, тело успело высохнуть, покрывшись пылью и паутиной, но под слоем грязи и земли, всё ещё угадывались белые одежды с красными солнцами по рукавам.       Вэнь Сюй поднял повыше ночную жемчужину, которой освещал их путь и неуверенно шагнул ближе.       "Осторожно!"       Пронзительный птичий крик заметался под сводами катакомб. Он хлопнул крыльями, слетая с мальчишеского плеча.       Рядом с трупом обнаружился кровавый круг, исчерченный символами.       - Это женщина. - Уверенно определил Вэнь Сюй, послушно не приближаясь, пока Юмао облетал труп. Повезло, что коридоры были не слишком узкими, можно было сделать крошечный круг.       И удостовериться, что опасности действительно нет. Ни проблеска ци - все выгорело, сожженное каким-то чудовищным напряжением, и отголосок этого напряжения еще ощущался в спертом воздухе пещеры.       Что-то скверное здесь случилось. Очень скверное... но в то же время он смог уловить почти истаявшее эхо торжества. Не злобного торжества негодяев, настигших беспомощную жертву, а скорее радости воина, сумевшего из последних сил вырвать сердце врагу и защитить самое дорогое.       - Смотри, - сказал внезапно Вэнь Чао. - Украшения, как у мамы…       - Как у жены главы ордена? - хмурится, Вэнь Сюй, и тут же дёргает головой. - Нет! Все мамины украшения папа сам делал. Не может быть, чтобы тут было такое же!       - Но правда, такое же! Только сломанное. Смотри!       “Блять.” - Думает про себя Юмао, с хлопаньем крыльев садясь обратно на плечо старшего мальчишки.       Трупу, не один десяток лет. Даже если брать ситуацию с поправкой на возраст – жена не Вэнь Жоханя, но может быть его мать или тётя… находка скверная.       Дети растерянно вертят дорогую золотую брошь с искусно выправленным солнцем.       - Действительно…       Он чувствует, как в груди поднимается знакомое, неприятное предчувствие проблем и безысходности. Он должен поступить правильно или не поступить никак. В первом случае, на кон будет поставлена его судьба, во втором, судьба тех, за чью смерть он не хочет брать ответственность.       “Блять.”       Юмао глубоко вздыхает и пока дети сидят голова к голове, мысленно очерчивает круг вокруг. Сделать поправку на живой груз. Влить больше сил, обеспечивая безопасность подопечных. Место назначения…       “Правильные Гриффиндорцы принимают последствий своих решений стоя.”       Он взмахивает крыльями, взлетая под потолок и окутываясь пламенем под крики мальчишек, дёргает их всех к ауре Владыки Вэнь.       ***       Охрана бессмысленно мельтешила, разбирая вместе с адептами завал на том месте, куда провалились сыновья. К трём ближайшим входам в катакомбы были направлены отряды, в попытке добраться до нужного места с другой стороны. Но Безночный огромен, а катакомбы строили вместе с городом, тринадцать поколений назад. В них не так-то просто пробить проход и ещё сложнее не запутаться.       Даже он знает только самые основные проходы.       Ци клокотала под кожей и неистово хотелось убивать. Ярость кружила голову, сжигая мечущийся под ней страх. Дети... Кто-то снова покусился на его детей и он ничего не успел сделать. Ни предотвратить, ни броситься на помощь.       И охрана вообще ничего не сделала. Не успела среагировать!       И остаётся только надеяться, что А-Сюй и А-Чао выжили, потому что на ярмарке, в месте взрыва разворотило пять домов и всю улицу.       - Долго ещё будете копаться? - рыкнул Вэнь Жохань на командира отряда.       По пальцам бежали золотые искры. С каждой прошедшей минутой он всё больше склонялся к мысли просто прожечь проход. Если бы это не грозило навредить мальчикам, возможно, оставшимся под завалом, он так бы и поступил.       Его дети живы. Он должен в это верить.       - Мы стараемся, Владыка... - проблеял адепт и гнев ещё выше поднял голову.       Стараются...       Вспышка пламени и расцветшая волна ци в трёх шагах от них, заставила людей с криками броситься в стороны, а его обернуться, зажигая на ладони солнечное пламя. Нападение? Ловушка?       - Ай! - из огненного бутона на кое-как разгребённые обломки торговых палаток, домов и камней, с вскриком выпали его сыновья и что-то ещё, глухо подкатившееся под ноги. - Папа?!?       Птица объятая пламенем неловко взмахнула крыльями и шлёпнулась рядом, затухая с недовольным клёкотом.       Ошеломлённая тишина упала на людей подобно оборванным флагам.       - Воистину, - раздался в этой тишине чей-то потрясённый шёпот. - Небеса благоволят Владыке...       - Юмао! - не обращая внимания на огненные перья, младший сын подхватил своего питомца. Хотя... кого ещё считать питомцем - божественного Феникса или смертного мальчишку?       Жохань сгребает в объятия всех троих и прижимает к себе, чувствуя как с души валится гора, размером с Луаньзан. От облегчения не держат ноги. Живы.       Феникс недовольно и обиженно вскрикивает, но не вырывается и не дерётся, хотя сил у него не занимать. Жохань видел, какие синяки оставляют небольшие с виду крылья.       - Спасибо. - Выдыхает он. - Спасибо, тебе...       Он ослабляет объятия, осматривая детей, ощупывая их взглядом и своей ци. К ним уже пробиваются лекари.       Светлые одежды в пыли, на лицах и волосах клоки паутины, но дети в порядке. Самое большее пара синяков и ссадин. При таком взрыве - чудо. Ну, или не чудо.       Жохань смотрит на взъерошенного феникса, снова не отличимого от обыкновенного, цишанского сокола. Небеса действительно благоволят ему.       За спиной раздаётся вскрик и он оборачивается. Взгляд цепляется за отблеск золота.       - Отец, мы нашли мертвеца с такими же украшениями, как у мамы. Странно, правда? - спрашивает А-Сюй, и суёт ему в ладонь брошь с солнцем.       Эту брошь он узнал бы даже слепым. Перед глазами темнеет и в сердце разливается холод, перехватывая горло.       Ему нельзя впадать в искажение ци на глазах у детей и подчиненных. Усилием воли он заставляет темноту отступить и в этом здорово помогает феникс, внезапно клюнувший протянутую ладонь. Почти не больно, но что-то в руке от этого будто разорвалось. Что-то, стягивающее, как прочная нить…       Это тоже надо будет обдумать.       - Тело, во дворец. - хрипло каркнул он. - Охрану удвоить. Главного целителя и главу стражи ко мне, для дальнейших распоряжений.       Он поднимается на ноги, вставая вместе с детьми на руках и привычно бросая меч под ноги усилием воли. Ничего ещё не кончилось.