Из огня возрождаюсь

      Его никуда не тащат. Не тянут руки и не суетятся прикладывать обездвиживающими печатями. Флера темных мыслей, возникающих, когда у людей — и не людей — просыпаются алчные желания, он тоже не чувствует, что настораживает ещё сильнее.       Да, даже в Союзе Бессмертных, нет-нет, да появляется у кого-то мыслишка, прибрать его к рукам. Даже брак однажды предлагали, невзирая на форму и вид.       Учитель рекомендовал относиться к этому, как к дождю, снегу или насморку. Среди заклинателей, не ставших полноценно бессмертными, на него самого частенько открывают матримониальную охоту.       Здесь... здесь, люди были странными.       Юмао покосился на горку "подношений", притащенных охраной, слугами и... собственно любым Вэнем, которого допускали в защищённые покои, где дети сидели с матерью и служанками.       Орешки в меду, вяленое мясо, драгоценности вот, тоже зачем-то тащили. Камни, золотые блескучки... Приходилось мужественно делать вид, что ничего этого нет и прятаться за Вэнь Чао, злобно клекоча на каждого, кто протягивал руки "погладить" под недовольным взглядом мальчишки.       Стоило отдать ему должное, с ролью защитника А-Чао справлялся хорошо. Единственный человек, кому кроме него и Вэнь Сюя, все же пришлось дать себя погладить, была госпожа Вэнь.       Вэнь Лихуа, высокая, статная, по меркам этого мира, наверное, не слишком красивая, не слишком женственная и строгая. Чем-то напоминала молодую МакКонагалл... ровно до того, как улыбнулась, и улыбка отразилась в глазах и душе. Он даже слегка прифигел от такой разительной перемены.       Это, конечно, ни о чем не говорило. Возможно, отбиваться всё равно придётся и для этого, нужно сохранить силы. К собственному неудовольствию, сразу после прыжка из катакомб, он обнаружил, что переход отнял у него больше, чем он рассчитывал.       То ли он ошибся в скорости восполнения ци, то ли дети оказались энергетически тяжелее, чем в его мире, то ли мертвеца с собой все же брать не стоило... а может, печати в подземельях как-то усложнили дело, но на второй прыжок, даже без груза, в этот день его не хватило. И не хватит до следующего вечера. Прорва времени, чтобы подготовить какой-нибудь ритуал "передачи сил более достойному".       Оставалось надеяться, что Вэнь Жоханю будет совсем не до этого, а на питомца сына главы сразу не покусятся...       ... Бессмертного Владыку было немного жаль. Покойную женщину из катакомб он явно знал. И знал так, что вид ее мертвого тела едва не отправил главу Вэнь в искажение.       Хорошо, что он был рядом и достаточно близко, чтобы вмешаться. Что-то подсказывает, что искажение ци у заклинатель, такого уровня ничем не лучше его собственных, когда вокруг образуются огненные проплешины.       Кого жалко не было, так это заговорщиков. Кто бы это ни был, темный взгляд Вэнь Жоханя гарантировал — он их найдет. И смерть их не будет лёгкой.       Очень недоставало возможности пойти ногами в архив и зарыться в расследование. Все же сидеть и сторожить детишек, занятие весьма скучное. Учитель обычно отряжал ему в помощь кого-то из маленьких шиди, кто брал книги и переворачивал страницы. Здесь о подобном не стоило и мечтать.       Что ж, будем играть теми картами, что есть.       Юмао облетел все покои, выделенные мальчишкам, посидел рядом со всеми украшениями, талисманами и защитными вышивками. Ни одна из них не была нацелена во вред семье Главы Вэнь. И ни одна из них не была следящей в том смысле, что позволяла подглядывать и подслушивать. Тревожные были, но их связь уходила к амулетам охраны и, как он подозревал к Бессмертному Владыке лично.       Пока что, об этом тревожиться не стоило.       Его беспокоило другое.       Судя по перешептыванию слуг, раньше покушения на правящую семью Вэнь если и случались, то никогда такие масштабные. Шутка ли, половину улицы разнесло. История с благовониями тоже никак не выходила из головы.       По всему выходило, что кто бы не желал зла Вэнь Жоханю и его семье, действовать он начал примерно с момента появления Юмао. Возможно, это было совпадением, а может прямым указанием на преступника.       Птичник Вэнь Мин сказал: держать в спутниках зверя-яо может не каждый. Любой яо, оставшийся с заклинателем, следствие выбора самого яо. Это предмет гордости.       О том, что Юмао феникс никто не знал - если уж Бессмертный Владыка не опознал его с первого взгляда, то и другим, кто не брал его в руки и не видел лично, это и вовсе было не под силу. Значит, если исходить из худшего варианта, наличие у Вэнь Чао зверя-спутника могло вызвать некие желания, заставившие злоумышленника действовать.       И этот кто-то не служка с кухни и не просто шпион. Этот кто-то имеет власть. Подменить благовония младшего наследника не так просто, а подстроить всё так, чтобы выглядело случайностью... предполагаемый враг не дурак.       К тому же, охрана на ярмарке, Юмао это видел, не просто отвлеклась, их творчески отвлекли, каждого чем-то своим, ровно в нужный момент.       Только ни один страж не был начинающим юнцом. Они все знали свою работу - других бы Вэнь Жохань не подпустил к своим детям. Охрану хорошо знали. Слишком хорошо.       Охотник скрывается или в ближнем круге Владыки, или где-то рядом. На кого не подумаешь сразу. Друг, любовница... или Наставник? Например, старейшина.       Насчёт Вэнь Сюя, он судить не брался, Юмао проводил с ним значительно меньше времени, но вот Вэнь Чао не выглядел сильным заклинателем. Конечно, пока рано, ребёнку и пяти нет, но у него уже слабое здоровье. Возможно ли, что кто-то считает его недостойным или позорящим отца?       Хуже фанатиков тварей нет.       Особенно таких, которые считают, что только им известно, как нужно жить и поступать во имя всеобщего блага.       Юмао беспокойно переступает с лапы на лапу.       Пока он всё обдумывал, незаметно сгустились сумерки и наступила ночь. День выдался непростым.       И, как и всегда в таких делах, он не знает как быть. По-хорошему, по правильному, нужно плюнуть на тайны чужого ордена и чужих людей. Ему должно вернуться к Учителю и забыть обо всём, что его не касается.       "Здоровый эгоизм, Ученик! Отрасти его уже, наконец!"       Ну, право слово, неужели это первые интриги за всю историю Ордена Вэнь? Какой там по счёту глава Вэнь Жохань? Двенадцатый? Тринадцатый? Уж тысяча лет Ордену Вэнь точно есть.       Но не хочется. Он всегда был по-странному слаб к детским бедам, даже если не имел к ним никакого отношения.       Может быть потому, что когда-то про него тоже думали - "не наше дело".       А ещё, хотя бы за имя, он малышне должен.       Дверь в комнату, где свернувшись в клубочек спят мальчишки, тихо открывается в середине ночи, заставляя встрепенуться. Блеснув драгоценным камнем в налобной повязке Бессмертный Владыка подошёл к кровати, почти не шурша одеждой.       Тонкий нюх уловил от мужчины запах огня, крови и горелого мяса. Ох, и незавидная участь была у тех, кому он задавал вопросы.       И скорее всего это была утренняя охрана.       Повезло ему, что за прошедшие годы Юмао начал относиться к подобному проще. И понятнее. Будь у него родичи, он бы поступал так же?       Меридианы знакомо дёрнуло. О родичах думать не хотелось. А наблюдать за Вэнь Жоханем и его сыновьями - завидно.       Он ждал, что заклинатель подойдёт к детям. Но вместо этого с удивлением заметил, что тот приблизился к нему самому. Встал в паре шагов, пристально глядя, постоял, и вдруг... поклонился.       Перья на загривке едва не встали дыбом. Чужая благодарность пробрала до мурашек. Он знал, что это вежливость! И что... наверное, это правильно. Благодарить. Да, хоть спасибо сказать. Но почему-то каждый раз продирало.       Кое-как справившись с собой, он опустил голову в ответ. Он тоже вежливый. И этикет ему читали.       - Ты не задержишься надолго, верно? - негромко спросил Вэнь Жохань, выпрямившись.       Немного подумав, Юмао согласно щёлкнул клювом. Поздно притворяться ничего не смыслящей животиной. Да, он не задержится.       Владыка понимающе прикрыл глаза.       - Я знаю, что фениксы не часто появляются в обычном мире и редко благоволят людям, - тихо проговорил он. - Мне нечего предложить Воплощённому пламени, и всё же... я хочу попросить тебя... задержаться, пока я не найду виновных.       Неожиданная просьба. И в то же время ожидаемая больше прочих. Уговори, умасли волшебную птицу, авось привяжется, останется, согласиться... такое с ним тоже пробовали провернуть. Он знает все человеческие уловки, и...       Он не обязан соглашаться.       Он не обязан помогать.       Ему следует вернуться к Учителю, как можно скорее.       Юмао косится на спящих мальчишек. Сопят, словно ничего и не было.       "Месяц". - Говорит он, собирая свою ци и бросая ее во Владыку. Самый доходчивый способ быть услышанным кем-то с достаточным уровнем совершенствования. - "Не больше месяца."       Вэнь Жохань не вздрагивает. Но даже в темноте ночи Юмао видит, как темнеют и расширяются его глаза. Он услышал.