соседи не здороваются

Тэхён проснулся раньше будильника и какое-то время просто лежал, глядя в потолок, не двигаясь. Это состояние он знал слишком хорошо: когда тело уже проснулось, а вставать не хочется не из-за усталости, а потому что впереди снова тот же день, который ничем не отличается от вчерашнего. Он провёл ладонью по лицу, на секунду задержал дыхание и резко сел, словно от этого зависело, сможет ли он вообще начать двигаться. Будильник всё-таки зазвонил, но он выключил его почти сразу, не дав себе времени передумать. На кухне было прохладно. Он не включал свет, налил воду, поставил чайник и встал у окна, глядя вниз на пустой двор. Людей было немного, машины проезжали редко, и всё это выглядело слишком спокойно. Тэхён поймал себя на том, что снова делает то же самое — зависает, уставившись в одну точку, и думает ни о чём конкретном. Мысли приходили обрывками, не складывались в цепочку, но всё равно не давали расслабиться. Он отвернулся первым, как всегда, налил себе кофе и сделал глоток, не обращая внимания на вкус. Выходя из квартиры, он почти автоматически прислушался. Это было короткое, едва заметное движение внимания, но он всё равно его поймал. За стеной было тихо. Ни шагов, ни звуков, ничего. Тэхён хмыкнул сам себе, закрыл дверь и пошёл к лестнице, даже не пытаясь анализировать, почему это отсутствие вдруг показалось ему заметным. Рабочий день начался как обычно, но держался он чуть хуже, чем вчера. Не критично, никто со стороны не заметил бы, но он сам чувствовал это слишком чётко. Дети шумели, тянули его за руки, задавали вопросы, требовали внимания, и он отвечал, реагировал, включался, но внутри постоянно было ощущение, что он делает это с небольшой задержкой. Как будто мысли не успевают за действиями. Юнги пару раз посмотрел на него внимательнее обычного, но ничего не сказал. И это было неожиданно лучше, чем любые комментарии. Ближе к обеду Тэхён вышел на улицу вместе с детьми. Воздух был холоднее, чем утром, но солнце всё-таки появилось, и двор выглядел чуть живее. Дети разбежались по площадке, кто-то полез на горки, кто-то начал спорить из-за игрушек, и это привычное движение наконец немного отвлекло. Тэхён стоял чуть в стороне, наблюдая, как один из мальчиков пытается объяснить другому правила игры, и на секунду поймал себя на том, что ему становится легче. — Ты сегодня странный, — сказал Юнги, подходя ближе и закуривая, хотя формально это было запрещено. Он делал это так спокойно, будто правила к нему не относились. — Обычно ты хотя бы притворяешься, что всё нормально. — А сегодня не притворяюсь? — спросил Тэхён, не поворачиваясь. — Сегодня ты слишком молчаливый даже для себя. Тэхён усмехнулся. — Звучит как диагноз. — Это и есть диагноз, — спокойно ответил Юнги. — Вопрос только в том, что именно тебя выбило. Тэхён пожал плечами, не собираясь продолжать тему. — Работа. — Не пизди, — без злости сказал тот. — Работа тебя не трогает уже давно. Пауза повисла между ними, но не давила. Тэхён смотрел на детей, которые бегали по площадке, и не отвечал. Юнги сделал ещё одну затяжку и, будто решив не лезть дальше, добавил уже спокойнее: — Ладно. Когда захочешь — скажешь. — Не захочу. — Тоже вариант. Юнги ушёл первым, оставив за собой тонкую полоску дыма и ощущение, что разговор не закончился, а просто отложился. После работы Тэхён не стал идти в кофейню. Вчерашний разговор с Хосоком всё ещё крутился где-то на фоне, и возвращаться в ту же точку не хотелось. Вместо этого он решил пройтись дальше, чем обычно, свернул на улицу, по которой почти никогда не ходил, и просто шёл, не думая о направлении. Город в это время выглядел иначе — не спешащим, не перегруженным, а каким-то равнодушным. Люди проходили мимо, не замечая друг друга, машины проезжали с одинаковым шумом, и всё это складывалось в ровный, почти убаюкивающий фон. Он остановился у небольшого продуктового магазина, зашёл внутрь, взял воду и что-то из еды, не вчитываясь в состав, и встал в очередь. Перед ним стояла женщина с ребёнком, который капризничал и тянул её за рукав, за ним — парень в наушниках, уставший и раздражённый. Обычная сцена, которую он видел сотни раз, но сегодня почему-то отметил её чуть внимательнее. Возможно, потому что в этом было что-то простое и понятное. Расплатившись, он вышел на улицу и пошёл домой уже по привычному маршруту. К этому моменту стемнело окончательно, и подъезд встретил его привычной тишиной. Лифт всё так же не работал, и он снова пошёл по лестнице, не спеша, слушая собственные шаги. На своём этаже он замедлился почти незаметно. Свет за стеной снова был включён. Тэхён остановился на секунду, потом всё-таки подошёл к своей двери, вставил ключ и провернул его, но не сразу зашёл внутрь. Что-то в этом повторении — свет, тишина, одинаковые вечера — начало цеплять сильнее, чем должно. Он уже собирался открыть дверь, когда за спиной щёлкнул замок. Тэхён замер. Медленно обернулся. Сосед стоял в дверях своей квартиры, придерживая их рукой, и смотрел прямо на него. Вблизи он выглядел чуть иначе, чем утром у лифта. Не хуже, не лучше — просто более… реальным. Без расстояния, без случайности. Пауза затянулась на секунду дольше, чем было комфортно. — Мы, кажется, живём через стену, — сказал он спокойно, как будто констатировал очевидное. Тэхён хмыкнул, слегка приподняв бровь. — Кажется. — Я Чонгук. Он не протянул руку, не сделал шаг вперёд. Просто назвал имя. Тэхён задержал взгляд на нём на долю секунды, потом ответил: — Тэхён. Снова пауза. Ни один из них не спешил её заполнять. — У тебя стены тонкие, — добавил Чонгук так же спокойно. Тэхён усмехнулся. — У тебя тоже. На этом можно было закончить. И, по идее, нужно было. Но никто не ушёл сразу. Чонгук чуть склонил голову, будто оценивая, стоит ли продолжать разговор. — Если я мешаю — скажи. Тэхён пожал плечами. — Не мешаешь. Это было правдой. И одновременно — нет. Чонгук кивнул, как будто этого было достаточно. — Хорошо. И закрыл дверь. Тэхён ещё секунду стоял на месте, потом выдохнул и зашёл в свою квартиру. Закрыл дверь. И снова поймал себя на том, что прислушивается. Но теперь уже не к звукам. А к тому, что внутри стало чуть менее спокойно, чем было до этого.