Цирк/Цикл (Циркл)

20. 10. 200*.

*БИБ*БИБ*БИБ*БИБ*БИБ*БИБ*БИБ*

Электронный звон будильника вытащил из безпамятной тьмы. Энджел открывает глаза и не глядя дотягиваеся рукой до будильника, через три-четыре попытки попадает и отключает. Тишина. Потерянный взгляд сфокусирован на пустоту потолка, как самое завораживающее отражение безнадëги, перед тем, как нарушить стерильный покой, чтобы собраться на работу. Так и не взглянув на дату в будильнике, встаëт без настроения и на автомате идëт собираться. На миг обратила внимание, что ходит в пижаме и не припоминает, когда переодевалась. Разбитое состояние не давало сил на раздумья. Все силы целенаправленно идут на исполнение ритуала, пока умывается, переодевается и собирает волосы в низкие хвосты. –Здравствуйте, Босс... – репетирует приход на работу, чтобы от бессилия не тупить на ходу. – Да, о Кэрол ничего не слышала... Да, знаю, снова всë на мне... Да, я тоже надеюсь, что с ней всë в порядке... Клиенты ждут.... Я готова. Накрасив глаза, закончила и снова нормальный человек. Нормальная баристка. Без видений и предсказаний. Выходит на улицу и снова видит как всë заполонило этими листовками о злополучном цирке на каждом шагу. Всë не заканчиваются. Вдруг слышит злой крик мужчины и видит знакомую картину. Этот же мужчина наехал на Пьеро, свалив того с ног, отчего вокруг разлетелись листовки. Энджел, недоумевая с происходящего, начинает приходить в действительность и думает что делать. Эта обстановка будто издевается, испытывает закономерность совести в девушке. Всегда ли будет за всех заступаться или послушается совета Босса? – (Стоит ли помогать Пьеро, зная, что он причастен в похищении людей? Может он и не похищал сам, но он работает на похитителей. Кэрол погибла из-за таких, как он, но... Почему он обделил меня от других? Чем Кэрол заслужила такой судьбы? Является ли он плохим после того, как уберëг меня от своих?) Вчера он обещал, что вызволит еë, просил верить ему, взял под свой контроль, но не сдержал слово. Хочется злиться на него, обвинить его, но глядя как он беспомощно сидит и терпит нападки грубияна, складывается впечатление, что он просто "невинная овечка". Может он действительно был готов выполнить обещание, но оказался тоже не всесильным? Не рассчитал свои полномочия и оплашал, как и Энджел. – (Пьеро, как же ты жалок...). – сжала в руки ремень сумки, пока держалась в стороне, втайне ненавидя себя. Как бы не держала обиду на него, Энджел колеблилась между добром и злостью, пока к ней не пришла в голову идея и по своей причине всë-таки решилась вмешаться. – Эй, ты говоришь это из-за них люди пропадают? – спрашивает она нахала. – Конечно из-за них! – А есть доказательства? – Какие ещë доказательства?! Разве не очевидно?! Похищения начались с тех пор, как они явились! Это точно из-за них люди пропадают! Энджел встала вступор. Не такого ответа ожидала от того же задиры, что не впервой наезжает на Пьеро. –... Ты что, дурак?! Я что тебе говорила!? Не имеешь право набрасываться на того, кого лишь подозреваешь без доказательств! Или ты правда думаешь, что я шучу?! Ты думаешь я полицию не вызову! Ну всë, смотри! – достаëт телефон из сумки. – Эй-эй, придержи коней! Я тебя понял! Хочешь доказательств? Я их добуду, только смотри, как бы и тебя не похитили. – и ушëл. Энджел со злости в разочаровании в парне взбодрилась и вышла из унылого состояния окончательно, но только потому что захотелось про себя поныть. – (Ооох, ну что за идиот?! Ну как так можно? Неужели я непонятно с первого раза донесла про доказательства? И поэтому надо ещë раз поступить как мудила? Ну что за кретин безмозглый?) – затем обратилась к Пьеро, пока он сидел и ждал чего-то, наблюдая за ней. Спасительница вновь смотрит на того, на кого положилась, и жалеет, что доверилась, но своим оправданием подавила в себе злость, сжалилась и помогла встать. – Ты ведь сделал всë, что мог, правда? – напоминает ему о вчерашнем. Пьеро, встав на ноги, непонимающе наклонил голову в бок. (Скорее подумает на потасовку с плохим человеком). – Что-то этот тип к тебе пристал, да? – и заметила всадину на левой щеке. – Он опять ударил тебя? Ещë и в то же место? Ну что за придурок... Принялась искать в сумке пачку с пластерями, но покопошившись не находит. – Что? Где? – ищет в одном отсеке, в другом, затем у себя в карманах, ничего. – Неужели я дома вытащила? Но я не помню этого... Блин, ладно, пойдëм, Пьеро, я ещë тебе куплю. – и взяла его за руку по привычке. Пьеро вдруг застыл на месте и не сдвинулся, отчего та чуть ли не дëрнула его руку. – Что такое? – спросила она, увидев его удивлëнное и расстерянное "лицо". Красный клоун молча замешкал, бегая любопытными глазами, не зная что делать. Когда понял, что это бесполезно, просто вернул улыбку и повертел головой, издавая звон бубенцов. – Тогда идëм. Энджел купила пластыри те же розовые с котиком, приклеила к его "лицу". Тот довольно покраснел. – Надеюсь, этот придурок больше к тебе не подойдëт. Ты ведь сможешь постоять за себя? Он пожал плечами. – Не уверен? Это из-за твоей роли не можешь дать отпор? – *кивнул* – Хм, тяжело тебе... Что ж, удачи, будь осторожен. – и помахала рукой, он ответил так же и заворожëнно посмотрел на свою. Энджел всë думала о злом мужчине как о надежде, что разоблачит этих похитителей и они получат по заслугам за Кэрол. За что критиковала его весь путь на работу. Войдя в кафе, встречает Босса в самом разгаре работы в одиночку. – Ты как раз вовремя. Желающих зайти, согреться больше обычного. Начинай смену сразу же, Кэрол опаздывает и мне пришлось быть за неë. Заказы уже на прилавке, разнеси их по столикам, пожалуйста. – Ага..., я ничего не... – принялась выдавать отрепетированную фразу, как тут спохватилась. – Стоп, что? – Сегодня Кэрол опаздывает. Я пытался ей дозвониться, но она не отвечает. Приболела видимо. –... Разве... – Что-то не так? Энджел растерялась и практически слилась с воздухом в попытке понять, что происходит. А время кипит, клиенты ждут. Применив прагматичное мышление, упомянула самое трезвое предположение, которое развеет все смутные сомнения. – ........ Разве... Вы не поиском новых сотрудников занимались? – Нет. Зачем мне нанимать новичков? – Но ведь Кэрол.... – Что, "Кэрол"? Ты знаешь что с ней? – (Да что это с ним? Он что, забыл? Что с ним такое стряслось?). Нет... Не знаю... – не стала говорить, что о ней можно забыть. – Прошу, соберись. Постарайся выложиться на сегодня, пока она не прибудет. – (Ничего не понимаю... Это он сошëл с ума или я? Или Кэрол жива, а мне предвидилось...? К чëрту! Потом разберусь). Приступив к раздаче, лицезреет знакомый набор клиентов за столами и их знакомый диалог. Обслужив первый столик, пара друзей ведут разговор и звучит так, будто не помнят что недавно обобщали с ней. – Эй бариста, до тебя уже доходили новости? – Какие? – Про похищение. Люди всë не умолкают. – Вы же недавно мне это говорили. – приметила она. – Правда? Я не помню. Может вы меня с кем-то спутали? – Да, мы бы запомнили тебя. – сказал второй клиент. – Наверное... Как скажите... – не имея весомых аргументов, отпустила дискуссию. – Просто будь осторожнее, ладно? – пожелал второй клиент. – Вы так поздно закрываетесь, так что... не теряй бдительности, хорошо? – Угу. Не стала упоминать своë предположение с любовниками. Ей и так известно кто за похищениями стоит, поэтому нечего добавить. За вторым столиком клиент обсуждал о нестабильной погоде, к которой не выходит правильно одеться, чтобы не замëрзнуть и не вспотеть в течение дня. Приступая к третьему столику, кофе обжëг руку. – (Да что же это такое). Добрый день! Ваш эспрессо и макиато. – Спасибо, умираю без кофе. – Кажется, будто эти листовки с цирком повсюду. – сказал другой посетитель. – Ага, странно. Уже и не помню, когда в последний раз сюда приезжал цирк. – Неизвестно сколько ещë он здесь пробудет? – спросила Энджел. – Нет, не знаем. Собираетесь посетить? – Нет... Просто интересуюсь... (... когда они уйдут из города). – Мы тоже думаем пойти. Говорят оно того стоит. – (Если вам не противно смотреть на насилие). Зовите, если что-нибудь понадобится. – закончила с ними общаться баристка. – Спасибо. Приятно вам дня! Все эти разговоры были такими привычными, что девушка почти не испытывала груз бесед. Будто клиенты не помнят что недавно говорили, а Энджел уже адаптировалась. Листовки снова заполонили кафе. Босс только начал ворчать, как Энджел, уже зная что делать, собирает их. Боссу оставалось лишь похвалить и вернуться к своим делам. И снова мужчина с тëмными волосами в синем деловом костюме. Заказывает горячий крепкий кофе, получает и заводит разговор как в первый раз. – Спасибо. На улице очень холодно. Что это за листовки? Энджел нахмурила брови и недоумевающе обрабатывала услышанное. – Я что-то не так сказал? – приметил еë задумчивое молчание и пристальный взгляд. – Вы же... спрашивали недавно... – Спрашивал? Я не помню этого. – Тогда вы должны были сами знать, что у меня за листовки. Они же повсюду. Или не заметили? – Разумеется я заметил. Я просто хотел узнать что собираетесь с ними делать. – А что? Хотите себе на переработку сдать? – Хех, как вы догадались? – Вы уже так делали. Я помню. –...... – его глаза округлились. – Я так делал? – Ну да. – Странно, я не помню, чтобы у вас забирал листовки. Может вы меня с кем-то путаете? – (И он туда же...). Может быть... Чего бы вы-? – Вам нравится цирк? – Ну-у-у... – Вы там были? – В цирке ужасов? Ну да... – О, неужели? Вам понравилось? Энджел не сдержала смущение и выразила это на лице, покосив взгляд в сторону. – Ох, неужели нет? Вам не нравятся ужасы? – Да, именно. Не люблю сцены, где убивают людей... Извините за спойллер. – Что вы, это же спектакли. Там всë не по-настоящему. – Знаю..., – подыгрывая утвердила, но втайне понимает, что это далеко не так. – но всë равно это выглядело так натурально, а мне не по душе такое. – Очень жаль это слышать... А вы знаете, что в этом цирке есть специальные представление для таких как вы? – Нет. – Есть розовые шатры в качестве утешительного бонуса. На случай, если зритель остался недовольным, но постеснялся вернуть деньги. Вот, держите утешительный билет. – подал до ужаса знакомый розовый билет. Энджел уже не выдерживает этого притворства и настороженно спрашивает: – Вы... точно не помните меня? – Нет... Я бы запомнил такую приметную особу, как вы. Слишком знакомая обстановка. Слишком знакомая картина. Слишком знакомый человек, предлагающий собрать листовки себе, а потом предлагать розовый билет бесплатно. При этом врать (если правда врал), что не помнит ничего. Голова закружилась. На ум приходит пугающая догадка о, возможно второй раз, пережитых днях во сне. Но это невозможно! Невозможно – если бы на Пьеро напал грубиян, имея доказательства, и циркачей бы арестовали. Невозможно – если бы Босс не ждал Кэрол, а нанял новобранца. Невозможно – если бы те же посетители помнили, что уже говорили о похищениях и не повторялись. В точном подтверждении, что не находилась во сне дважды, вспоминает: а смотрела ли, перед тем как встать с кровати, на календарь? – Вы не знаете какое сегодня число? – спросила она. – 20 октября. Земля провалилась из под ног. –... Быть не может... Вы шутите? (Скажите, что шутите!!) – Нет, сейчас двадцатое. А вы о каком подумали? –... Двадцать... третьем. – Ого, как далеко вас занесло. Не перерабатывайтесь. Такое бывает, когда люди путают даты от переработок. Девушку затрясло. Глаза округлились и забегали. Сердце утануло в пятки. Дыхание прервалось, тяжело дышать, но медитативно вдыхает через нос и выдыхает через приоткрытый рот. Мужчина заметил еë реакцию и обеспокоился. – С вами всë в порядке, мисс? Вы чем-то напуганы? – Нет, я... Я просто... От попытки заговорить ему зубы разволновалась ещë сильнее, что оперелась одной рукой на его стол, и через нос задышала чаще как сумашедшая. – Вам плохо, мисс? – обеспокоенно встал со стула и казалось хочет положить руки ей на плечи, но держит дистанцию. –... Да, голова закружилась..., *вдох-выдох* простите! – и поспешила в туалет. Войдя туда, опрокинулась руками на раковину и интенсивно глубоко дышит, задыхаясь от паники. Старалась как можно тише паниковать, чтобы никто не услышал, и лихорадочно расхаживает туда-сюда возле раковин, пытаясь разобраться у себя в голове и разбавить энергию. – (Что...? Что...? Что...? Что?! Что происходит?! Что?! Что? Что? Почему все ведут себя так странно?! Что? Как? Как это возможно?! Я не могла быть во сне! Дважды! Я всë помню! Всë повторяется! Нет! Не может быть! Я не могла быть во сне! Я не могла ВСË ЭТО видеть ВО СНЕ! Может я и сейчас сплю?! Если так, то как проснуться? Я сейчас сплю или нет?! Нет-нет-нет-нет-нет!) – и присела спиной к углу, сжавшись в калачик, издав сдавленный, бесшумный визг в колени. Реальность расщипился на молекулы потрясëнного сознания. Разум потерялся где-то в размытом пространстве и оказался в невесомости. Затем Энджел стихла и стала прислушиваться к тишине, к тихим звукам, притворившись камнем. Бездушным, бесстрастным, неживым камнем. Обычно такое упражнение помогает при стрессе, когда злые клиенты выводили из себя. – (Я же не сплю? Я не сплю. Тогда что это было? Почему всë так знакомо идëт? Или мне это просто кажется? Я сошла с ума? Я настолько карю себя от смерти Кэрол, что мне мерещится будто вернулась в прошлое? Будто я вернулась в прошлое, когда она ещë была жива. Но так не бывает... Такое происходит только с психически больными. Я больна? Нет, скорее травмирована. Да. Я просто пережила трагедию, вот и схожу с ума... Люди просто делают, что делают, а я накручиваю... Надо работать. Надо идти работать. Потом разберусь что со мной происходит). Наконец, придя к выводам, взяла себя в руки и отпустила тревогу. Вышла из туалета, а мужчина в синем костюме терпеливо ждал еë у прилавка. – Прошу прощения за всë это. – извинилась она. – Ничего. Всякое бывает. Вы сами как? – Уже лучше. Простите, что я так себя повела. Я и правда переработалась... – Бедняжка, вам точно следует посетить розовый шатр цирка. Возьмите билет, но если не понадобится, можете передать другому. – и выдал его вместе с оплатой за кофе, затем уходит. – Всего вам хорошего. Энджел сложила деньги в кассу и рассматривает полученный билет. Готова поклясться, что этот билет достался прямиком из сна, даже если отказывалась. Теперь он снова в руке. Почувствовав нотки наваждения от размышлений, отложила билет в сторону и вернулась за работу. Смена прошла практически одинаково из того, что баристка помнила, но ради спокойствия предпочла игнорировать. Убеждала себя, что другие не виноваты, что стали вести себя предсказуемо. Это просто последствие еë травмы. Скоро это пройдëт и жизнь наладится, когда цирк уедет. Надо просто потерпеть и всë пройдëт. Рано или поздно всë закончится. Надо просто смириться с тем, что прошло и потрачено. К вечеру Босс задал указ. – Как только все посетители разойдутся, закрой тут всë и приберись. Сегодня заканчиваем работать раньше, так как у меня возникла внезапная встреча. А раз кроме тебя никого нет, то и сидеть тут допоздна нет смысла. Я пошëл, разберешься тут со всем? – Конечно. – Звони, если что-то случится. – Хорошо. До встречи. Последний клиент заплатил и попрощавшись ушëл. Только собралась прибирать столики, как слышит ложный звон, вещащий приход посетителя, но там никого нет. – Эй, кто там? Свет потух. Всë окутано непроглядной тьмой. Пристальные взгляды из тëмных углов и окон впиваются в кожу. Это начинает надоедать. Энджел по привычке взялась за нож для гарантии безопастности и последовала к коробке передач. Свет наладила и всë встало на своих местах, вот только чувство дэжавю всë не отпускало ни на секунду, как и раньше, так и сейчас. – *динь-динь* – молча вошëл с приветливой улыбкой и снова кровь со лба. – Это ты... У тебя кровь... Где ты поранился? – делает вид, что не ожидала увидеть в таком состоянии. Он молча подаëт покрашенную бумажную розу. – Оу, спасибо. Какая прелесть. – без труда выразила реакцию и берëт в руку. – А теперь позволь вытереть твой лоб. Когда протëрла бумажной салфеткой, заставив того расплыться от блаженного контакта, вспомнила, что сейчас он может с ней разговаривать. – Ты же можешь говорить, верно? Клоун оглянулся вокруг и подошëл ближе. – Да, всë верно. Я рад, что ты догадалась об этом. – Ну так, по чëм ты сюда пришëл? – Я пришëл, чтобы выразить глубокую признательность за твою помощь. – Ты о том нападении? А точно, ты не мог говорить при всех, потому пришëл поблагодарить в этот момент? – Всë верно. – Тот мужчина говорил что-то о похищении. Что это вы замешаны в этом. – А... – застан врасплох, но сохраняет спокойствие. – Полагаю вышло недоразумение... Правда? Ты так не считаешь? – Конечно... Никто не знает кто за этим стоит, вот и вешают вину на кого можно. – подыгрывает, будто тоже не знает. – (Тебе повезло, что доказать нечем). – Кстати, мне очень хочется спросить. Откуда ты знаешь моë имя? Ты произнесла его, когда стала мне помогать. Энджел застыла, будучи измотанной и потерянной между временем и пространством, молча себя карила за низачто. Откуда она знала, что и он "забудет", что были знакомы? – (Чëрт... Что мне делать? Я не хочу разбираться и сходить с ума). Так ты... не помнишь меня? – В каком смысле? Я помню, что видел тебя, но... Не помню, чтобы говорил с тобой или с кем либо ещë, чтобы выдавать своë имя. Энджел в застывшем состоянии медленно качает головой, закрывая глаза в тщетном раздумии, просто смиренно ломается и, приложив руку к лицу, устало отходит от разговора. –... Не важно. Забудь. Просто забудь. Этого... разговора не было. – Моя Леди? – обеспокоенно поднял ладони перед собой. – Я тебя чем-то расстроил? Прости, я не хотел! Может, если я постараюсь, я смогу вспомнить! – Нет, не надо. Просто забей. Считай это... моим секретом. Ладно? – Хорошо, я понимаю. Не буду донимать, если не хочешь. – (И что теперь? О чëм мне говорить с забывчивым? Я не в настроении делать вид, что хочу узнать о нëм больше). – Ты какая-то замучанная. У тебя был трудный день? – Ещë как... Я уже домой хочу. – Тогда не будет терять времени. Я же ещë принëс тебе кое-что в знак признательности. – подаëт красный билет. Глядя на него, голова начинает разламываться в попытке понять где и когда находится. Она вернулась назад в прошлое или что-то путает? Это первый красный билет или второй? Сейчас двадцатое число, но когда успела обрести ещë один красный билет? Снова почувствовав головную боль, встряхнула себя от поисков логики. – С-спасибо. – с лëгкой улыбкой принимает. – Уверяю, улыбка не будет сходить с твоего лица всë моë выступление. – (Если это то же выступление, сомневаюсь...). Жду не дождусь. Кстати, мне жаль такое говорить, но мой Босс велел мне закрываться, пора уже уходить. – Я всë понимаю. Я надеялся прибыть сюда раньше, но не желал накликать на тебя беду, моя Леди. – (Не напоминай мне...). Рада с тобой поговорить, пока никого не было. – Я тоже. – покраснел. – А, твой пластырь отклеивается. Позволь. – снимает его. – Спасибо, моя Леди, доброй ночи. – Доброй ночи! Энджел вернулась домой как всегда вымотанной, несмотря на освобождение на час. Доставая из сумки красный билет, вспоминает Арлекина и розовый билет, отложенный в карман. Помнит как ей не удалось провести его до конца. Если бы могла вернуться назад в прошлое, возможно смогла бы обыграть. Представляет как показывает ему этот дурацкий розовый билет и тот успокаивается и оставляет в покое. Хочется попробовать ещë раз, ведь в этот раз розовый билет с собой, а значит шанс оттолкнуть его есть, если... действительно дальше день будеть идти точно также, как во снах. Не желая думать об этом, приняла душ. Из последних сил хватило переодеться в пижаму, распустить волосы, надеть ободок и рухнуть спиной на кровать. Пять минут медитации в тишине и силы на какое-то время вернулись. От чувства скуки после медитации принялась вести дневник для обработки мыслей. Энджел помнила, что что-то записывала на тему шутов и цирка и этой записи, как оказалось, не было. От всей этой путаницы она ничего не смогла написать. Рисовать не хотелось. Голова перегружена. Разве что не оставляет в покое один вопрос: сколько у неë красных билетов? Две? Три? С этой мыслей собралась с силами обыскать всю квартиру. Один красный билет по-прежнему в сумке, а где тот с прошлого раза? Осмотрела тумбы, кровать, шкафы, карманы в одеждах. Нигде не нашла ещë один. И ещë... зелëный куда-то делся. Пришлось надеяться, что Арлекин тоже забудет и не спросит: сохранила ли его билет. Смирившись с аномалией, осталось по-лëгкому поужинать, посмотреть телевизор, что не заметила как уснула и забыла выключить. – Ах, моя Леди. Во сне ты ещë прекраснее. Эта уязвимость... Эта беспомощность.... Мне казалось ты меня не знаешь, но теперь я всë не перестаю думать о нашей незабываемой встрече. Как ты назвала моë имя, взяла меня за руку, будто мы давно знакомы. Но где? Где я мог видеть тебя? Я так хочу вспомнить. Так хочу узнать, что ты от меня скрываешь. Твоя тайна. Так манит меня. Я хочу узнать о тебе больше. Я уже знаю о твоих предпочтениях, твою рутину, привычки, хобби, движения, каждый твой шаг, даже то, как ты хмурится от смущения... или страха, но я хочу больше. Ах, как же ты прекрасна. Я всë понял, когда увидел тебя... сегодня. Это был лишь один взгляд... но что-то внутри меня воспылало, и теперь... Пути назад нет. Бежать некуда. Мне нужно было увидеть тебя своими глазами.... Убедиться, что это был не мираж. Что ты существуешь. Ты должна стать моей. Ты будешь моей. 21. 10. 200*. От наваждения, будто что-то навалилось всем весом, резко пробудилась. Телевизор сам выключен и во рту снова странный привкус. Будильник не сработал, как чувствовала. Пришлось быстрее завтракать, включила телевизор на фоне. Шли новости о популярности цирка и нелегальном торговле угощений. Взяв сумку, услышала новости о пропавшей вчера утром девушке и еë потерянной сумке, которой обнаружили розовый билет. Энджел прислушалась к новостям и узнала чья была... И собралась на работу, не думая о странностях. Количество листовок по улицам увеличилось. По пути встретился зелëный клоун в двулучном колпаке и конечно не оставил девушку без своего внимания. – Не хотите посетить цирк? Вы точно будете удивлены~ Вот, возьмите листовку! – Ты не вкурсе, что у меня есть билет? – задала вопрос для проверки. – О! Не знал! Это же прекрасно!! Билет розовый, да? – ... да. – Хе-хе, должно быть было приятно получить наш скромный подарок для такой очаровательной гостьи. Будем ~очень~ рады видеть вас в нашем цирке. – и элегантно с поклоном ушëл в сторону. – (И он не помнит... Ну и ладно, теперь-то я точно его заставлю оставить меня в покое). После такого успеха будущее вещает хороший расклад – в теории. Если Энджел, правда, либо вернулась в прошлое, либо пережила три дня во сне, дважды. Войдя внутрь кафе, настигла напряжëнная атмосфера, когда увидела как Босс разговаривает с полицейским, пока та откладывает ключи на стойку, будто помнит куда во сне велел положить Босс. – Итак, прошлой ночью были проблемы при закрытии? – спросил Босс после допроса от копа. – Нет, всë нормально... Что-то случилось? – Ну... Кэрол не вернулась домой прошлой ночью. Похоже, она сбежала. – (Или погибла...) – не стала заморачиваться о повторном сообщении с еë побегом. – Вот как... – Должны были быть серьëзные причины. Если она придëт сюда, нам нужно будет сообщить в полицию. Вероятно Кэрол не в себе. Я начал искать нового сотрудника, так что буду у себя, проводить собеседования. Как смена закончится, можешь идти домой. Я присмотрю тут за всем. – Да. (Надеюсь, они не тронут тебя). Нацепила бейджик со своим именем, готовит оборудования и ресурсы. Первым клиентом оказался Пьеро. – Приветик. Ты будешь молочный коктель-комбо из клубники, шоколада и кофе? Он был изумлëн, выразил аплодисментом, покраснел и пристально сверлил влюблëнным взглядом. Энджел предложила подождать за столиком и резко приступила выполнять его заказ, прежде чем приступит к следующему для одной "злой женщины". Даже если Энджел отрицает, что вернулась прошлое, хочется заранее подстраховаться. За оборудованием стоял Босс и спрашивал: – Энджел, он что-нибудь купил? – Да, молочный коктель. – Хорошо. Не хочу, чтобы они тут прохлаждались, ничего не купив. И дай ему знать, что листовки тут запрещены. – Ясно. – оборачивается к прилавке. Вдруг Пьеро оказался позади очень близко. Энджел даже позабыла, что он так сделает. –Ах! Ты меня напугал! Почему ты не сядешь за столик? Он крепко взял еë за руку, смотрит прямо в глаза и делает жест, чтобы приблизилась. – Что такое...? – спросила она. – Он... был груб с тобой, моя Леди? – прошептал за ухом он. – Нет. Он просто дал мне пару напоминаний. На деле он очень добрый... (... я тебе это говорила) – хотела досказать, но понимала, что этим только всë усложнит. – Ты... придëшь сегодня ночью? – В цирк? Конечно, я приду. – Мне так радостно это слышать, Энджел. Обещаешь воспользоваться моим билетом, моя Леди? – Конечно, обещаю. (Я чувствую как его накладные когти впиваются в мою руку, больно. Почему он так нервничает?). Заметив еë взгляд на его перчатку с когтями, Пьеро отпустил и сделал глупую гримасу. Девушка решила занять его ожидание вопросом, на который, как она помнит, не ответит: – Кстати, ты что-нибудь знаешь про розовые билеты? Он приставил перед своим ртом палец. В этот момент явилась мать со своим ребëнком. – Мама, смотри! Клоун! – Правильно. Он такой большой. Только этот цирк не для детей, у тебя от него будут кошмары. – Не-е-ет! Энджел раздосадована. Она помнит этот момент, но не предвидела, что и он повторится. – Повезло тебе... – говорит она Пьеро. – (Будто ты забыл, что я читаю твои мысли... Хотя, о чëм я? Конечно ты всë забыл, а я просто сошла с ума и проживаю эти же дни заново, потому что потеряла знакомого, которого должна была спасти, но ты...). Затем подошла та самая раздражëнная клиентка в деловом костюме с пучком на голове, которая обещала не вернуться. И всë же вернулась. Заказ Пьеро и еë успела приготовить быстрее, чем во сне, но немного изменила рецепт и подала ей другой напиток. – Я не такое кофе заказывала! – То, что вы заказывали вам не понравилось. Попробуйте это. – Я предпочитаю чистое кофе без добавок! Мне важен вкус и аромат его натурального состава! – Простите, я всë исправлю. – У меня нет на это времени. Раньше надо было думать, бестолочь, теперь я сюда ни ногой. – (Да блин. Какая вредная...). Пьеро аккуратно положил деньги вместе с маленькой плиткой шоколада баристке в руку. –О, спасибо за чаевые. Пьеро за это время подхватил грубые слова той женщины и ушëл за ней со своим напитком. – (Мне показалось или он присмотрелся за ней?). По памяти из сна сюда должен был заглянуть и Арлекин, но он так и не пришëл. Энджел это очень обнадëжило, но впереди ещë будет встреча, перед которой нужно вооружиться билетами. Смена подходила к концу и Босс отпускает на час раньше, пока не наймëт новенького. Девушка также обратила внимание на рану на руке Босса и поделилась с ним пластырем. – Спасибо! Хорошо, что ты носишь их с собой. – Обычно нет. Пришлось купить, когда на одного клоуна напал задира и поранил. – Ты ради него купила пластыри? Ты слишком добра. Тебе следует быть осторожной, не помогай кому попало. Не все люди заслуживают твоей доброты. Они могут воспользоваться тобой и причинить вред. Так что умей выбирать кому протягивать руку помощи и следи за их действиями. Не все заслуживают прощения. – повторно посоветовал начальник после этого разговора. – Хорошо. Буду иметь в виду. – не стала упоминать, что он уже говорил это. – Я пойду, не хочу опоздать. Сегодня иду в цирк. – Здорово. Расскажешь потом, что было. Может и сам как-нибудь схожу. – Конечно. Увидимся. Рабочий день закончился, в этот день надо наведаться в цирк, ведь Пьеро ждëт. Что на счëт Пьеро... – (Как же ему хорошо ничего не помнить... Такой беззаботный, пока другие страдают. Интересно как он так забыл? Может всë-таки проблема во мне? Я просто схожу с ума... Только... если я схожу с ума, то что с Кэрол в данный момент? Может она жива? Может я пережила сон дважды, потому что некая мистическая сила знала, что не справлюсь и не даëт мне проснуться, пока не сделаю всë правильно?... Боже, это УЖАСНО СТРАННО. Кто я? Что я за человек, чтобы со мной подобное происходило? Или я просто не знаю как работает ясновидение? Боже, дай мне ответ... Я ничего не понимаю). Прийдя в цирк, всë выглядело знакомым. Те же палатки, те же ларьки с едой, о которых предупреждали в новостях. И вроде никто не следит, как раньше. И Билетëр ведëт себя непринуждëнно. – Приветствую, гостья! Могу я пробить ваш билет? – Конечно, вот. – подаëт красный билет. – О, особый билет! Обязательно сохраните его, ладно? Его нужно предъявлять на аттракционах. – Хорошо. – Наслаждайтесь представлением. Шоу Пьеро ещë не начинается, придëтся занять какое-то время. В фиолетовом шатре представление закончилось. В синий заходить не хочется. Бирюзовый... Нет, тоже не желательный вариант. Зеленый... тоже нет. Вдруг Арлекин начнëт преследовать? Остаëтся заглянуть втихую в розовый шатр, как в тот раз, но... Какой в этом смысл, если там ничего приятного там нет, и Кэрол... Какой смысл рисковать проверять, если и тогда не получилось еë увидеть? Поэтому ничего не остаëтся как просто ждать, когда время Пьеро настанет. Пока ждала и гуляла по цирку, ей захотелось перекусить и купила себе попкорн. Как время настало, в красную палатку, заняла своë место. Увидела тот же самый номер с танцем с тенью и ассистенку на доске для метания ножей. – (Кого-то она мне напоминает... У всех ассистенток такие причëски? И у той женщины, которая была моим клиентом...). С каждым ударом ножей ждала, когда кинет пятый кинжал, попав в голову, и Энджел закрывает глаза, пока всë не кончится. Как затихло, открыла и "убитой" ассистенки нет на виду. С облегчением уходит наружу. – (Что-то в этот раз номер получился таким... атмосферным. Меня накрывает теплом... Так приятно). Затем еë останавливает Пьеро, положив тяжëлую ладонь на еë плечо. – А! А, это ты, боже... Ты чересчур тихий для человека, обвешанного бубенцами. Пьеро наклоняется, медленно приближаясь к ней, и тянется к вашему уху, чтобы прошептать. – (Сердце бьëтся всë быстрее...) Чувствует, как тело накрывает эйфория. Становится жарко, руки дрожат, и какой-то странный восторг и прилив сил захлëстывают, пока сердце бешено колотится в груди. – Тебе понравилось моë представление? – Да! Это было потрясающе!! Я даже не знаю, как описать. Сначала мне было страшно не по себе, но сейчас всë кажется таким... Невероятным! Он всë также близко шепчет, чтобы разговор оставался только между ними двумя. – (Сердце всë не успокаивается. Может он мне и правда нравится? Я немного нервничаю, когда он так близко) – Хочешь, я покажу тебе остальную часть цирка? – Конечно...! Я... Я бы с радостью провела с тобой ещë немного времени. – с потаëным желанием берëт его за руку, он краснеет и крепко сжимает. – Я уверен, тебе понравится это место, моя Леди. Энджел улыбается слегка задыхаясь, и смотрит на улыбающую маску. – (У меня кружится голова... Кажется со мной что-то не так... ) – и падает в обморок. – Чт- моя Леди?? Девушка чувствует как кто-то прижимает еë к себе. Все звуки словно доносятся издалека и лишь обрывки происходящего мелькает перед глазами, прежде чем всë погружается во тьму. – Что...? Ох, теперь всë понятно. Всë хорошо, Энджел, я позабочусь о тебе. О, моя Леди ♪ Ты ведь ждала этого, не так ли? Ах... Но не так сильно как я. Держать тебя вот так – невероятно приятно. Наконец ты моя. Тепло твоей кожи... Запах твоего тела... Ты даже не представляешь, что ты со мной сейчас делаешь. Твой прерывистое дыхание... То, как твит тело поддаëтся, даже без сознания. Жестоко с твоей стороны, знаешь? Быть такой вкусн-- Милой! Такой... хрупкой. И оставлять меня вот так, на грани безумия. У меня столько мыслей, моя Леди... Столько желаний. Мои руки жаждут исследовать каждый сантиметр твоего тела. Сделать тебя своей. Но... Нет. Пока нет. Так ведь не интересно, правда? Тебе нужно это видеть почувствовать. Выбрать... Выбрать меня. Даже несмотря на то, что сейчас я полностью одержим тобой. Я подожду. Когда ты проснëшься... Я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза. Энджел глубоко уснула на целую ночь. 22. 10. 200*. Когда проснулась, она была не у себя дома, а под шатром на кровати. Ощущение, что она здесь бывала. – Уф... Голова... Где я, чëрт возьми?

Держать тебя вот так – невероятно приятно. Наконец-то ты моя. И оставлять меня вот так, на грани безумия. Мои руки жаждут исследовать каждый сантиметр твоего тела. Даже несмотря на то, что сейчас я полностью одержим тобой... Я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза.

– Это... Он сделал? Это всë взаправду? Мне нужно... Вдруг чувствует что-то обхватывающее лодышку, а цепь прикована к кровати. – Нет, нет, нет... (Опять! Я опять здесь! И приковали как во сне!) Но не долго оставалась на едине, как еë навещает довольный Пьеро. Как только взгляды двоих встречаются, у пленицы застревают в горле слова. Он медленно ставит поднос с десертами рядом с кроватью, так осторожно, будто боится, что даже малейшее движение напугает ещë сильнее. С радостной улыбкой присаживается на краю кровати. – Ты наконец проснулась, моя Леди! Я так скучал по цвету твоих глаз, и по твоему голосу, когда ты говоришь со мной. Тело инстинктивно отшатывается, вжимается в изголовье кровати. Он осторожно поднимает руки, пытаясь успокоить. – Ах, конечно... Должны быть, ты сейчас напугана... Всë хорошо, моя Леди. Я не причиню тебе вреда. – Что это было? Ты же не давал мне своего торта. Разве что тот попкорн... Почему у меня случился похожий эффект? – Энджел...? – задумчиво проговорил. – И ты воспользовался, чтобы похитить!! Пьеро накинулся ближе, будто хочет заставить замолчать. – Я..! Я..! Нет... Я не знал, что в еде в тот день что-то было. Пожалуйста, моя Леди, не кричи, ладно? Остальные... Они рядом. Просто... выслушай меня. Я видел тебя такой уязвимой, моя Леди, и это заставило... Всë моë тело дрожать во всех смыслах-- Т-точнее... Ты ведь тоже это почувствовала, да? – прислонил ладонь к своему "лицу", мечтательно уставился вверх, наматывая локон волос на палец. – После еды твоë тело стало... чувствительным, лëгким и поддатливым. Но потом. – выразил лица сменился страхом. – Я увидел как мир смотрит на меня в этот момент. Как на добычу. Я видел эти голодные взгляды, что хотели тебя сожрать, жаждущие прикоснуться к тебе. – и странно ухмыляется. – Это сводило с ума. Мне пришлось нести тебя в более безопастное место под моим присмотром. Пьеро протягивает руку, чтобы прикоснуться. Энджел позволила ему коснуться, он раскраснелся от радости. – Мне пришлось спрятать тебя, прежде чем кто-нибудь посмел дотронуться до моей Леди. Потому что если бы кто-то кроме меня осмелился прикоснуться к тебе... Я не знаю, что мог бы сделать. – (Это ведь... Уже было... Во сне... Но почему это случилось снова? Да что происходит? Не с знаю что страшнее, то что сны сбываются или что он говорит со мной таким мрачным и... голодным тоном?). – Я так рад, что ты проснулась, Энджел! Я уже начинал волноваться. – Волноваться? Это я должна... – Ты дышала так медленно, так спокойно... Словно... Словно ты собиралась исчезнуть навсегда, прямо как... Н-нет, я бы никогда не сделал тебе так больно! Поверь тогда я-- – Где Пьеро? – раздался издалека чей-то голос. – Пожалуйста, моя Леди, послушай. Доверься мне. – и аккуратно надевает ей маску на лицо и наклоняется, прижимаясь лбом. – Даю слово, я вернусь. Если ты захочешь, чтобы я тебя отпустил – я отпущу. Но, прошу, подожди ещë немного. И если кто-то войдëт, не говори ни слова. Не дыши слишком тяжело. Притворись, будто ты просто кукла. Ты будешь в безопастности, ладно? Не двигайся. Он связывает еë руки верëвкой, но узел чересчур слабый. – (Он только сделал вид, что связал меня? Зачем? Может, мне стоит--) В попытке пошевелить ногой цепь тяжело дëргает еë назад. – (Мне остаëтся только... Ждать). Вдруг раздаются чьи-то шаги. – (Он уже вернулся...? Нет, погоди, кажется это...) – Хм-м? Божечки, что тут у нас? – (Это Арлекин... Снова. Только не это). – Я знал, что он что-то скрывает..., но это куда забавнее, чем я думал! – оглянулся в сторону пленицы. – О, кого я вижу! Моя маленькая врунишка с розовым билетиком. Привязана к кровати в месте, где ты не должна была оказаться, будь у тебя красный билет. Он забирается на кровать и медленно приближается. – Это немного странно. Билетëр же не мог тебя спутать с другим обладателем красного билета. Сейчас узнаю♪ – начал плавно неторопясь изучать руками еë тело, заглядывать пальцами в карманы и достаëт билет. – Ага, всë-таки красный. Получается это его рук дело, что ты оказалась здесь. Очень интересно. Он ведь предупреждал тебя, да? – представил свои когти у своего лица. – Здесь, если ты закричишь, тебе очень не поздоровится. Хм? Ты уже дрожишь? – (Что мне делать? Мне всë ещë молчать?) – Хм-м, что мне с тобой делать? Ух, как сложно выбрать. Энджел не хочет проходить через это ещë раз и рискнула закричать. Но Арлекин быстро прикрыл ей рот рукой. – Какая упрямая, да? Если кто-то и сломает тебя, то это буду я, а не кто-то другой. Так что лучше не кричи, ясно? Я бы не отказался это услышать, но делиться не люблю. Он медленно проводит когтями по коже, острые концы касаются шеи и скользят вниз по груди, но не царапает. – А ты хорошо справляешься, даже не дëрнулась, но твоя кожа тебя выдаëт – все эти мелкие мурашки от острых ощущений? Или от осознания того, что ты полностью в моей власти? Не убежишь... И нет даже бдительных глаз твоей верной сторожевой псины. Всë равно молчишь? Ох, эта игра начинает меня заводить... Тело Энджел дрожит от рассеянности. – Прошу, уходи... – сказала так тихо, что маска почти полностью заглушает ваш голос. – "Просишь"? Ты так мило умоляешь. Он наклоняется и шепчет. – Позволь напомнить. Это не я тебя связал. Я здесь лишь потому, что кое-кто другой оставил тебя здесь одну... Не с тем хищником. – он расковывает цепь и развязывает верëвки. – (Он... Отпустил? Почему? Кажется он так уже делал... Да, я так освободилась во сне. Почему я об этом забыла?) – Почему? Об этом ты сейчас думаешь? Просто так интереснее. Не люблю, когда добыча связана. Мне нравится охота. А лучше всего – будет выражение его лица, когда он пойдет. Беги, киса. Энджел рывком встала с кровати и бежала прочь из цирка, но не зная куда бежать, случайно врезалась в одного из розовых шутов. –Ой, простите, я не заметила... Как с него слетела маска, увидела свою знакомую пропажу. – Не пропустите представление. Вам точно понравится. – Кэрол...? – при виде неë живой, но в ужасно знакомой обстановке, впадает в глубокий шок. – Не пропусти-... Но еë лицо прикрыли обратно маской. – Ох, как неловко, дорогуша, твоя маска съехала. Перед ней встал Билитëр, приклонившись по-джентельменстки. – Не беспокойтесь о ней, гостья. Она просто играет свою роль. Здесь никто никогда, не выходит из образа. Ни при каких обстоятельствах... Эти слова. Этот образ. Этот момент. Эта несостыковка с Кэрол. Энджел лихорадит. Такое мощное зловещее дежавю. Будто время и правда вернулось назад. Но как такое возможно? Что происходит? Девушку одолевает паническая атака и начинает тяжело дышать. – ... Но вы выглядите потрясëнно. Вам понравились наши промо-аттракционы? Или что-то случилось? Энджел поглотила лихорадка и потеряла связь с реальность, что не может ответить. Опрокинулась руками на колени, согнулась, тяжело глотая воздух. – С вами всë в порядке, мисс? Девушка отреагировала на его руку на еë плече, подняла голову и взглянула прямо ему в синий глаз. Вдруг под припадком разглядела в нëм своего клиента в светло синем костюме с розовым билетом и задумчиво замерла, приковав взгляд на него. – Вы же тот... – расстерянно хотела подтвердить догадку. Билетëр уловил еë мысль в голосе и взгляде, и меняет положение: выпрямляется, доминирующе глядя с высока, и подаëт руку. – Вам нужна помощь. Пройдëмтесь со мной. С вами всë будет в порядке. – его гнетущий голос противоречит его снисходительным словам. Энджел знает, что будет дальше от чего ещë больше поглощает паника и падает на колени, ещë больше задыхаясь от уязвимости понять что происходит. Кажется она совсем растворилась в тревоге. Потеряла связь с реальностью. Билетëру ничего не оставалось кроме как пристроиться сзади, взять еë за подмышки и поднять на ноги. – Я вам помогу дойти туда, где сможете отдохнуть. – его голос не смягчается, всë так же угнетающе наводит тревогу. Девушка уже не в силах что-либо предпринять. Страх сковал еë рассудок. Вдруг в ситуацию вмешался Пьеро, взявшись за его запястье. – Пьеро? Что ты...? – *кладëт эту же руку себе на грудь* – Она с тобой? – *кивает* – Посмотри на неë, Пьеро... Она напугана, нет, она в шоке. У неë лица нет. Нельзя еë отпускать. Она должна остаться. – Тогда оставь еë мне. – шëпотом проговорил Пьеро. – А ну тихо. Ты знаешь правила. Не соблюдая их, у нас будут большие проблемы. Пьеро обхватил руками тело Энджел в припадке, прижал в свои обьятия, вырвав из рук Билитëра. – Ты настаиваешь оставить еë под своим присмотром? – *кивает* – Шут будет не доволен, если допустишь оплошность. Будет лучше следовать нашему порядку. – *качает головой* – Тогда придëтся временно освободить тебя от обязанности, и ты очень постараешься позаботиться, чтобы она никуда не сбежала, пока не разберëмся что с ней делать. – *кивает* – Вот и замечательно. Отведи еë в палату и прицепи. Пьеро с соболезнованием взял девушку на руки и уводит в ту палатку, а Билетëр уводит Кэрол. Пока укладывал Энджел на кровать, приковал лодышку цепью и присел рядом, она не могла подобрать ни слов, ни мыслей. Слишком всë странно сложилось. Всë это время она, как контуженная, молчала в потерянном бытие. Пьеро обеспокоен еë состоянием и решился прилечь рядом, потеснившись в одноместной кровати. Одну руку сунул под подушку, другой обнял и прижал к себе. – Моя Леди, мне так жаль. Этого не должно было случиться... Ты не должна была этого видеть. Ты не должна была сбегать... Но я тебя не виню. Ты же не знала, что так случится. Я не должен был оставлять тебя. Прости. Ты была так напугана перед ним, вся дрожала. Источала столько страха, что могла бы привлечь слишком много внимания. Мне придëтся держать тебя при себе, чтобы ничего с тобой не случилось. Энджел слушала его голос и, вслушиваясь, возвращается в реальность с одним экзистицеальным вопросом. – Пьеро, что со мной будет? Он сказал, что меня нельзя отпускать. Что это значит? – Не волнуйся. Я не дам им причинить тебе боль. Мне следует их хорошенько попросить, иначе... Я не знаю, что буду делать. Не хочу знать, чего мне это будет стоить, лишь бы защитить тебя... – (Пьеро будто отчаянно готов настоять на своëм... Страшно представить, готов ли даже... убивать тех, кто с ним не согласится? Мне даже жаль его. Он так отчаян... Из-за меня. С Пьеро сплошные проблемы). – затем задумалась о загадке цирка. – Слушай, а что с Кэрол? Она жива? И все эти люди в розовых костюмах с ними всë будет в порядке? Пьеро трясло и сжал девушку в объятиях. – Пьеро? – Ни за что... Я больше не допущу этого. Только не снова. Только не с тобой. Моя... Ты моя... Одна лишь мысль об этом выводит меня из себя.... Прости, я ничего не могу тебе объяснить. Твоя подруга, да, она жива, но... Ты так подверглась потрясению, что будет лучше, если ты подождëшь ещë немного, прежде чем всë обьясню. С ней будет всë в порядке. – (То есть, она просто втайне устроилась работать в цирке? Но к чему такая тайна? Зачем вот так внезапно всех бросать? Это странно) –... Ах... Как же ты вкусно пахнешь, такая тëплая, мягкая, обожаю тебя. Вот бы этот момент длился бы вечно. Ты практически стала уже моей, осталось ещë немного, когда мы станем ближе. Неразлучными. – (Мы и так слишком близко. Даже понимать не хочу, что ты под этим имеешь в виду). – Я позабочусь о тебе, буду беречь своего маленького ангела. Когда ты уже не сможешь оставить меня. Не сможешь уйти, потому что сама того не захочешь. Я всмысле... Тебе здесь понравится. Ты убедишься почему тебе стоит остаться. От его тесных объятий всем телом, от его дыхания на шее, Энджел стало совсем не комфортно. Она готова расплакаться от принуждения, от понимая, что совершенно бессильна предоставлять свои права. Словно в ловушке. Ей тяжело сосредоточиться на загадках со снами, спутанным временем и масштабной амнезией. В голове одна каша, в подсознании она знает только один ответ: вряд ли еë отпустят домой. Спустя пару часов, этих двоих посещает сам Шут с элегантно походкой, сложенными руками назад. Пьеро встал и, держа свою любимую в объятиях, поднял за собой. – Так-так, а вот и наша виновница. Это из-за неë, наш Пьеро чуть не устроил саботаж? – Шут, я старался держать всë под контролем, она вовсе не... – пытался оправдать Пьеро. – Помолчи. Когда мне передали новость об особой гостьи, я всë думал что мне с ней делать. А когда объяснили, что в ней такого особенного, я пришëл к однозначному решению. Если наша гостья будет вести себя тихо и покорно отнесëтся к нашим правилам, с ней ничего не случится. Но! Пьеро, у тебя своя задача для твоей роли. Ты не можешь постоянно еë держать при себе. Придëтся отдавать еë под строгим присмотром тем, кто свободен от работы. – наклонился к ней ближе лицом с циничной улыбкой, от чего пленница сжалась от него. – Не волнуйся, я понимаю, нашу гостью нужно беречь, ибо она обладательница красного билета, не так ли? Энджел осознавала своë положение и ради милости со стороны серийных маньяков готова беспрекословно слушаться. К наступлению вечера Пьеро нужно вернуться к своим обязанностям и подготовить своë выступление. Поэтому Энджел сдали под присмотром Шута, так как его выступление настанет позже остальных. Он надел на еë шею поводок и освободил от цепи. По глазам Пьеро читалась паника, он очень не хотел оставлять еë с кем-либо из своих. Шут будто бы понимал о чëм он думает. – Не волнуйся, Пьеро. Я сдержу своë слово. В той ситуации Арлекин сделал это, когда мы все были в отчаянии. Сейчас не та ситуация. Понимаешь? Сейчас у нас всë хорошо. Нет надобности лишать тебя чего-то ценного. А теперь, возращайся к работе. Потом вернëшь еë. Затем уводит в свой шатр. Энджел покорно следует за ним во избежании удушья ошейником. Это было унизительно для неë, но слишком потерянна в себе, чтобы возмущаться. Их путь до шатра сопровождалось тишиной, Шут ожидал, что с гостьи посыпятся вопросы, но та хранила молчание, от чего поинтересовался. – Ты всегда такая тихая или просто напугана? – Я... Ну, запуталась... – Ох, конечно. Наш цирк полон тайн, иногда ответы так хорошо спрятаны, что не замечаешь их у себя перед носом. – Я правильно понимаю..., я теперь не смогу вернутся домой? – Я ещë не решил. Поверь мне, я и сам бы хотел этого, но раз Пьеро положил на тебя глаз, тебе стоит самой поговорить с ним. – и привязал еë к столбу в закулисье. – А если честно, я бы не стал тебя отпускать... живой. Ведь мëртвые хорошо хранят секреты, верно? – и связал руки, прикрепив бубенчики, чтобы не делала лишних движений. – Но тебе повезло. Пока что. Пользуйся моментом и сиди тихо. Энджел уловила его слова и вновь подверглась сомнению в судьбах пленников. – Можно задать вопрос? – В зависимости какой. Я не даю гарантии, что получишь ответ, но всегда можешь попробовать спросить о чëм угодно. – ехидно улыбается. – Эти люди в костюмах они... Помнят, что их похищали? – Хм-м, расчитываешь вернуть всë как было? – Было бы неплохо. – Увы, боюсь я и сам этого не знаю. У нас ещë не было такого, чтобы кому-то из нас приглянулся человек, чтобы отпускать. – В смысле... Посторонний? – Оу, да, конечно. Ты же и этого не знаешь. Это хорошо. – Не знаю что? – Ты скоро узнаешь. Всему своë время, дорогая. Тебе нужно привыкнуть к обстановке. Я не хочу возится с истериками. Я предпочитаю быстро усмерять буйных особей и тебе вряд ли это понравится. – Могу себе представить. – Как приятно с тобой договариваться♪ Может Пьеро не ошибся в тебе и действительно нашëл "редкого" представителя твоего вида. – Чего? – Ладно, сиди тут, а мне нужно настроится на выступление. Шут отлучился по своим делам и подготавливал свою сцену, пока Энджел ждала, когда Пьеро освободится. В течении всего времени, Пьеро пришëл за ней и забрал себе, оставив Шуту записку, что еë забрали под своим присмотром. Время доходило до поздна Пьеро накормил едой и уложил спать свою любимую рядом с собой, обнимая сзади, навалившись сверху. Всë бормотал о том, как он рад еë присутствию, как обожает, как хочет еë, но обещает сдерживаться и ждать, когда та будет готова. Энджел это немного смущало, а ещë интересовало почему Пьеро не переодевается в ночную одежду, даже колпак и "маску" не снимает, но и самой переодеваться не хочется из-за совместного спанья. В страхе навлечь на себя ещë более неприятное положение при нарушении личного пространства, не стала спрашивать его об этом и просто приняла как есть. В голове назрело столько вопросов, но так устала получать отказы, что решила просто плыть по течению. Ждала... Ждала... Ждала... И уснула.