Как выжить в Форксе, если ты не Белла?

Этот вечер начинался как идеальный. Ночёвка у Полины дома, мы втроём смотрим «Сумерки», на лицах маски, на коленях пледы. Посплетничали, поели, посмеялись с каждой неловкой сцены. В общем, всё как мы любим. Но время было почти под утро, и мы начали потихоньку отключаться. Проснулась я от будильника на тумбочке. Сначала просто моргнула, потом приподнялась на локтях и уставилась на этот древний механизм. «Серьёзно? У Полины был такой будильник?» — подумала я. А следом: «Сегодня же воскресенье… Зачем он орал?» Я потёрла глаза и только тогда заметила, что комната совсем не Полинина. Девочки спали рядом, свернувшись каждая в своём направлении. Я тихонько встала, боясь их разбудить, и огляделась. Окно было большое, почти во всю стену, и за ним открывалась улица — такая знакомая по американским фильмам. Дома без заборов, газончики, и кажется, что сейчас какой-нибудь дядя в кепке кинет на крыльцо газету. Не хватало только флага США и крика орла где-то на заднем плане. Погода стояла хмурая, вся серая, и в воздухе чувствовалось, что скоро пойдёт дождь. Сзади тихо скрипнула кровать. Я обернулась — Ангелина села, трет глаза и смотрит на меня таким взглядом, будто не понимает, реальность это или нет. — Мне снится странный сон, — тихо сказала я. Она помолчала, потом выдавила: — Я думала, это мне снится… Мы просто смотрели друг на друга. Никто не вскакивал, не кричал. Просто сидели и тупили. — Слушай, — я чуть подала голос, — а вдруг это кооперативный сон? Помнишь, я тебе про такое рассказывала? Ангелина прищурилась: — А вдруг ты мне это говоришь во сне, чтобы я запуталась? Тут с кровати донеслось что-то невнятное. Полина, даже не открывая глаз, пробормотала: — Девочки… я тоже хочу спать… Родители ещё не скоро приедут... И в ту же секунду из-за двери раздался мужской голос: — Девочки, завтрак готов! Полина резко села, распахнула глаза. Мы переглянулись втроём. Никто ничего не говорил. Мы просто сидели и смотрели друг на друга с одним и тем же выражением лиц. Мы молча, только поглядывая друг на друга, накинули первые попавшиеся вещи и вышли из комнаты. Сразу в нос ударил запах яичницы и кофе — такой домашний, что на секунду даже стало спокойно. Спустившись на кухню, мы увидели мужчину. Обычные джинсы, клетчатая рубашка, рукава закатаны. Выглядел так, будто сейчас с завода пришёл или чинил машину в гараже. Лицо простое, доброе, но точно незнакомое. — Ну чего вы стоите? — он повернулся к нам с лёгкой улыбкой. — Вам в школу скоро. Ешьте, одевайтесь, я вас подвезу. Мы всё так же молча сели за стол. Перед нами стояла яичница с беконом — горячая, маслянистая, аппетитная. Не хватало только тоста с арахисовой пастой для полного счастья, прямо как в фильмах. Полина взяла вилку, посмотрела на тарелку с очень серьёзным лицом и выдала: — Что ж, зато мы не лузеры. И у нас на завтрак не брокколи. Мы с Ангелиной переглянулись. И в этот момент я всё поняла. По её глазам — она думала ровно о том же. Мы не во сне.

***

— То есть вы думаете, что это не сон? — Полина отодвинула тарелку и посмотрела на нас уже без всякой иронии. — Тогда где мы сейчас? И как нам вернуться обратно? — Пока ничего не понятно, — я задумчиво покрутила вилку в руке. — Мы смотрели «Сумерки», заснули… И проснулись уже здесь. В типичном американском доме. С красавчиком-фермером в роли отца, — вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык, потому что Ангелина округлила глаза. — А вдруг мы правда попали в «Сумерки»? — Ангелина понизила голос почти до шёпота, хотя вокруг никого не было. — Вся эта загадочная атмосфера… Нужно съездить в школу. Там и посмотрим. — Нет-нет, девочки, — Полина растерянно замотала головой. — А что тогда с нами в реальной жизни? Вдруг мы не сможем вернуться? Или… с нами что-то случится? Мы замолчали. За окном всё так же хмурилось небо. Всё выглядело пугающе нормальным. И от этого становилось только страннее. Мы молча, только поглядывая друг на друга, доели яичницу с беконом. Мужчина в клетчатой рубашке убрал тарелки, бросил короткое «собирайтесь, жду в машине» и вышел на улицу. Мы остались сидеть за столом, переваривая не столько завтрак, сколько происходящее. — Нам нужно переодеться, — наконец сказала Полина, посмотрев на нас. Мы поднялись наверх, в ту самую комнату, где проснулись. И тут началось. Открыв шкаф, мы сначала просто замерли. Потому что внутри нас ждал портал в 2007 год. Джинсы-клёш с заниженной талией висели аккуратными рядами. Различные топы с непонятными надписями лежали на полках. Балетки и кеды, которые явно помнили лучшие времена, стояли в углу. Казалось, ещё чуть-чуть — и оттуда выглянет Линдси Лохан в расцвете сил. Мы переглянулись. Сказать было нечего. Только вздохнуть и начать перебирать это всё в надежде найти что-то, в чём не стыдно выйти на улицу. Нашли. Кое-как. Напялили. Покрутились перед зеркалом и синхронно поняли: мы выглядим ровно как нпс подросткового фильма, у которых нет своих реплик, зато есть джинсы с заниженной талией. — Ладно, — сказала я, одёргивая топ. — Сойдёт. — А у нас есть выбор? — вздохнула Ангелина. — Нет, — ответила Полина и первой вышла за дверь. Мы спустились, сели в ту самую машину, где уже ждал мужчина. Он молча кивнул, завёл двигатель, и мы выехали на дорогу. Дорога оказалась короткой. За окном мелькали аккуратные домики, похожие на тот из которого мы вышли. Мужчина молчал, мы тоже молчали, потому что не знали, с чего начать. Когда машина свернула к школе, всё встало на свои места. То самое здание, та самая парковка, те же серые облака над крышей. Школа города Форкса. Мы вышли, захлопнули дверцу и направились ко входу, стараясь не выглядеть растерянными. Хотя внутри всё кричало, что мы понятия не имеем, куда идём. Внутри нас встретил коридор, который мы видели сотни раз на экране. Школьные шкафчики, свободный запах Америки и жвачки. Мы отошли к стене, чтобы хотя бы на минуту выдохнуть. — Так, — тихо сказала Полина, оглядываясь по сторонам. — Как и обсуждали. Сначала разбираемся, что тут к чему. Потом думаем, как вернуться. Я кивнула, но внутри была небольшая паника. Потому что, конечно, идея оказаться внутри Сумерек звучала забавно, когда мы обсуждали это ночью с масками на лице. Но теперь, без близких, без тик тока и вообще привычного интернета, в джинсах с заниженной талией, всё это казалось уже не таким весёлым. — Нам бы спросить у кого-нибудь, — уверенно сказала Ангелина. — Знают ли они нас. В каком мы классе. На какой урок идти. Я не стала долго раздумывать. Просто шагнула вперёд и остановила парня, который шёл мимо. Обычный парень, в очках и с рюкзаком. Короче вылитый ботан из американских фильмов, которого обычно щемит у шкафчиков задира Боб. — Слушай, — я постаралась улыбнуться как можно естественнее. — Ты случайно не знаешь меня? Он посмотрел на меня с таким выражением лица, будто я щас тоже его загнаблю. — Нас? — я обернулась на Полину и Ангелину, которые стояли чуть позади. Парень помолчал пару секунд, потом просто пожал плечами, обошёл меня и ушёл, даже не оглянувшись. — Ну что ж, — я медленно повернулась к подругам. — Судя по реакции, мы здесь не новенькие. Пока мы никого не трогаем — на нас вообще не обращают внимания. Мы стояли у стены, всё ещё переваривая тот факт, что нас игнорируют, когда я заметила странный взгляд девочек. Они смотрели куда-то за мою спину, и выражение их лиц медленно менялось от обычного до полного ступора. Я тоже медленно повернулась. И замерла. По коридору, будто в замедленной съёмке и под невидимую крутую музыку шли они. Калены. Элис с Джаспером, а чуть в стороне — Эдвард. Они двигались так плавно, что казалось, время вокруг них течёт иначе. Все ученики школы замирали, когда они проходили мимо. Кто-то открывал рот и забывал его закрыть, кто-то просто провожал их взглядом, не моргая. Мы были не исключение. Они действительно оказались безумно бледными, безумно красивыми и такими загадочными, что хотелось одновременно смеяться и бояться. Они прошли мимо нас, даже не повернув головы. Словно нас не существовало. Словно мы были просто частью декораций. — Ахуеть, — выдохнула я, когда они скрылись за поворотом, и медленно повернулась к подругам. — Мы реально НПС, — прошептала Ангелина, всё ещё глядя в ту сторону. — На нас даже не посмотрели. — Думаете, мы можем повлиять на сюжет? — задумчиво спросила Полина, прищурившись. Мы с Ангелиной переглянулись и почти одновременно спросили: — К чему ты клонишь? А потом все трое замолчали. И у нас у всех начала медленно появляться на лицах одна и та же ехидная улыбка.

***

Побродив по школе и заглянув в несколько кабинетов, мы довольно быстро поняли одну важную вещь: всем вокруг на нас настолько всё равно, что можно было бы вообще не ходить на уроки. В списках учеников значились либо главные герои, либо второстепенные — те, у кого есть имя и хотя бы пара реплик за весь фильм. А дальше шли какие-то размазанные фамилии, из которых было вообще непонятно, кто есть кто. Мы попробовали поговорить с другими учениками. Тех, кого мы тормозили в коридорах, игнорировали так же сильно, как и нас. Они просто странно на нас смотрели, будто мы спросили у них что-то запрещённое, а потом молча возвращались к своим делам. У них у всех были свои мини-истории — кто-то спешил на свидание, кто-то боялся опоздать на автобус. Но диалог с нпс проводить оказалось практически невозможным. Они как будто не были запрограммированы на разговоры с такими же, как они. — Мы типа фоновая мебель, — коротко резюмировала Ангелина после третьей неудачной попытки узнать у какой-то девочки, который сейчас час. Мы с Полиной только вздохнули. На одном из перерывов мы решили пойти в столовую. Потому что, во-первых, хотелось есть, а во-вторых, мы прекрасно помнили, что именно там в фильме начиналось самое интересное. Но Беллы мы не увидели. За столиком Калленов тоже никого не было — пустые стулья, ни бледных лиц, ни загадочных взглядов. — Так, — сказала Полина, оглядывая столовую. — И что это значит? — А то и значит, — ответила я, садясь за свободный столик. — Белла Свон ещё не приехала в Форкс. Мы переглянулись. В голове медленно, но верно начало складываться понимание. У нас есть время. Неделя, может, две, а может, и месяц — пока Белла не переступит порог этой школы и не запустит всю эту историю с вампирами, оборотнями и вечной любовью. — Так, — Ангелина села напротив и сложила руки на столе. — У нас есть время подумать, что мы вообще будем делать. — И насколько сильно мы хотим повлиять на сюжет, — добавила Полина, и в её голосе снова послышалось то самое ехидство. Я посмотрела на пустой стол Калленов, потом на девочек, и улыбнулась. В конце концов, если уж мы здесь застряли, то почему бы не сделать это максимально забавно?