АЛИБИ

— До сих пор не верю, что ты выбрал кофе вместо карьеры аврора, — смеялся Рон, сидя в форме мракоборца за столиком внутри кофейни, где, благодаря охлаждающим чарам, было лучше, чем на улице. Июнь в этом году был поистине жарким. Треллони предвещала знамение зла и много крови. Если честно, Гарри в это не верил, но к концу месяца даже его родители начали страдать непонятно чем, ища зацепки. Будто погода и преступления связаны. — Зато вы с Гермионой вместе. Уже четыре года. — Ага, нам уже по двадцать два, она работает с кентаврами, а я мракоборец. И знаешь, что я тебе скажу? Гарри отрицательно покачал головой, а его глаза прищурились за круглыми очками. Он знал, что если Рон начинает так говорить, то у него есть план. — Гермиона хочет съехаться. То есть, чтобы я жил у Грейнджеров. Гарри прикрыл глаза, понимая, что это будет конец отношениям. Гермиона не любит стирать и готовить, а её мама хоть и работает дантистом, как-то с этим управляется. Рон все эти годы живёт в Норе. Джинни спортсменка, оттого весь дом в распоряжении Рона. Молли настолько рада карьере сына, что ничего не заставляет делать его. Близнецы открыли свой магазин, на который денег им дал Гарри. Благодаря завещанию деда Флимонта, деньги имелись не только у родителей. Перси работал в Отделе транспорта. Начальником. Билл в банке с Флёр, а Чарли жил драконами. И всех всё устраивало. — И что ты решил? — Я пришёл к тебе с просьбой. Мне очень стыдно, Гарри, но я уже не студент, а Гермиона отказывается снимать квартиру. Я хотел бы одолжить у тебя денег. Я всё верну. У меня заработная плата будет хорошей. Рон не смотрел на Гарри. Он вцепился в чашку с чаем и взглядом, и руками, а голос дрожал. — Могу я предложить тебе иной вариант? — А он есть? — Рон восторженно посмотрел на друга, который сидел с довольной улыбкой. — Аберфорт Дамблдор ищет наследника для бара «Кабанья голова». Он предлагал мне, но я сказал, что у меня уже есть свой бизнес. Он спрашивал о тебе. Дружим ли мы. Надёжный ли ты. Поговори с ним. В баре наверху комнаты. Не обязательно продолжать дело, бар можно сделать своим коттеджем, как сделали Билл и Флёр. И жить. Аберфорту важно, чтобы здание жило и дальше. — Ты серьёзно? — радовался Рон. — Да. Работай себе мракоборцем, получай пять сотен в месяц, делай карьеру и вкладывай деньги в коттедж. Пока ты не женат на Гермионе, всё, что придёт к тебе, будет твоим. — Хогсмид! Я буду жить в Хогсмиде! Гарри, спасибо. Рон поднялся и обнял Гарри. Каким бы не был высоким Поттер, Уизли был выше. Гарри любил Лондон и жить в Хогсмиде не входило в его планы. Он даже квартиру купил в маггловском квартале, чтобы никто не знал, где он живёт. Даже родители. Гарри их любил, но свободу и личное пространство любил больше. Рон убежал прочь, пока Гарри провожал его взглядом, зная, что как только Аберфорт согласится, друг прибежит рассказать подробности. Гарри протёр столик и вернулся работать. Он не работал один. В первой смене с ним работали Найджел Уолперт и Мариэтта Эджком (Гриффиндор и Рейвенкло), а на второй Натали Макдональд и Кормак Маклагген. Тут только Гриффиндор. Гарри после школы не захотел никуда поступать, хотя отметки были самыми высокими. Джеймс пророчил сыну карьеру аврора, а мать артефактора, но Гарри не хотел великую карьеру, как было у родителей. Он хотел жить для себя, как дедушка Флимонт. Признав, что сын пошёл в деда, родители отстали. К тому же, Флимонт завещал Джеймсу и Гарри равные доли своего имущества. В сейф Гарри никто не мог войти, кроме него, даже до совершеннолетия. Флимонт считал, что родители обязаны дать детям всё, а его наследство — это подарок. Вот Гарри и открыл свою кофейню «Coffe Room». Гарри показалось это название неординарным и свежим. Тут можно было купить и чай, и освежающие коктейли, и даже выпечка была. Гарри уже четыре года был сам себе хозяином и получал отменную прибыль, ведь его кофейня была расположена напротив Министерства Магии. Всё гениальное просто. Дверь кафе открылась, о чём оповестил колокольчик, и кто-то подошёл к кассе, глядя на табло меню. — Добрый день, — к посетителю подошёл Гарри, ведь Натали и Кормак принимали выпечку, которую готовили в Хогсмиде. Розмерта очень довольна прибылью. — Профессор? На Гарри, стоящему в белой футболке и джинсах, глядела его мечта. — Я давно не твой профессор, Гарри. Здравствуй. Том Реддл учился на седьмом курсе, когда поступил Гарри. Увидев старосту школы, Гарри пропал. Тогда он себе пообещал, что влюбит в себя Тома Реддла, пускай они и учились на разных факультетах. Но Реддл не заводил друзей. Он старательно учился, держался ото всех стороной и мечтал о величии. Увы, величие не пришло. На седьмом курсе Тома проснулся василиск в Тайной комнате, выполз и убил Миртл Уоррен. Девочку со второго курса. Привидение не отлетело и подтвердило, что змей выполз сам, а Том его только укротил. Том Реддл был сиротой, но знал, что Салазар Слизерин был его предком. Оттого усыпил змея. Вот только Дамблдор не поверил, и будучи влиятельным дедуганом, перекрыл Тому дорогу в Министерство от греха подальше. Том пропал на несколько лет, а вернулся из Албании с отменными рекомендациями. Том получил степень и зельевара, и артефактора. Отдел Тайн очень его хотел, но Дамблдор, даже умирая, снова не позволил. Однако, Том нашёл в Албании диадему самой Ровены Рейвенкло. И пообещал передать это наследие Хогвартсу, если ему дадут должность профессора ЗоТИ. Лили тогда только второй год как была Министром Магии и согласилась спустя пару месяцев, ведь Дамблдор помер тем же летом, подхватив проклятие. Да и давил Визенгамот. Гарри наслаждался выпускным годом в Хогвартсе, ведь холодный Том Реддл преподавал у него. Однако, Том был закрытым и нелюдимым даже со студентами. Хогвартс явно был не тем местом, о котором он мечтал. И пускай Дамблдор помер, а МакГонагалл хорошо к нему относилась, Реддл всегда был грустным. Он каждый год что-то создавал, чтобы попасть в Министерство. На выпускной Гарри Реддл создал Изумрудное зелье, которое используют авроры, пытая убийц. Но Реддла не взяли на работу. Снейпа, к примеру, сразу взяли после школы, ведь тот создал Левикорпус, Сектусемпру и улучшил Оборотное зелье. Ещё и взяли в Отдел Тайн, а сейчас он его возглавляет уже шестой год. Реддлу явно было обидно. Гарри слышал, что затем Реддл создал артефакт от семейного проклятия. Астория Гринграсс не снимает его, отчего до сих пор жива. Том отдал рецепт Отделу Тайн, чтобы он помогал волшебникам. Тома не взяли на работу вновь. Затем Реддлом был создан артефакт, поглощающий Аваду Кедавру. Авроры носили его все поголовно. Лили снова отказала Тому в работе.       В прошлом году Том создал руны для заточённых Азкабана, чтобы отпала надобность в дементорах. Пока на заключённом руна, он дальше камеры никуда не пойдёт. И Лили снова отказала Тому. Мама Гарри стала Министром, когда Фадж и Амбридж слишком много на себя взяли, а саму женщину рекомендовал покойный директор. Гарри тогда заканчивал пятый курс. Сейчас ему двадцать два. Лили будет Министром ещё два года. И глядя на опустошённого Реддла сейчас понимал, тому снова отказали. — Кофе. Покрепче, — отстранённым голосом попросил Реддл. Гарри вздохнул и приготовил кофе. Он не хотел портить и без того паршивое настроение. — За счёт заведения. Мама отказала вам? — Гарри, мы вместе учились. Не «выкай» мне, — попросил Том, которого это бесило. Особенно сегодня. — Какой проект в этом году отклонила мама? — Гарри было стыдно за своих родителей, которые вцепились в бедного Реддла. Вообще, Гарри был наслышан, что Минерва взяла Тома на работу, а у Лили не оставалось выбора, ведь Квиррелла сожрал вампир, а в школу мало, кто хотел идти работать. — Никакой. Я не подавал. Я переписал учебники по ЗоТИ и их одобрили, — вздохнул Том, допивая горький кофе. — Пока Лили Поттер — Министр, у Снейпа связаны руки. Он хочет меня к себе в Отдел, а ему не позволяют. Но ничего, ещё две осени, а на третью перевыборы. Наслышан, что Амелия Боунс имеет все шансы. И она смотрит на факты, а не прислушивается к сплетням мертвецов. — Мне жаль, что родители вбили себе в голову из-за Дамблдора то, что ты опасный, раз интроверт и наследник Слизерина, — Том печально улыбнулся, слыша искренне сочувствие. — А ты почему думаешь иначе? — Имею свою голову на плечах. Том улыбнулся уже непритворно. Но устало. Без веры. Без надежды на будущее. Он тихо вышел, забыв попрощаться. А Гарри тяжело вздохнул. — Странно, что он не женился на чьей-то влиятельной дочери, — рассуждал Кормак. — Уже бы получил свою должность. — Да он асексуален, — закатила глаза Натали. — Я к нему подкатывала после выпуска, а ещё ему глазки строил Колин Криви. Но Реддлу никто не по нраву. Не удивлюсь, если он девственник, — хихикала девушка. — Это плохо? — удивился Гарри. — Реддлу двадцать восемь, — напомнила Натали. — Для кого он себя бережёт? — Я девственник, — заявил Поттер. — И это делает меня хуже других? Я тоже не хочу ради жажды тела спать с кем попало. Я может любви хочу. А ежели её нет, то лучше умру девственником. Натали виновато опустила голову, пока Кормак оценивал начальника взглядом. Тот был слишком обалденным, чтобы быть девственником. Но факт оставался фактом. Гарри всю жизнь любил одного волшебника. И его семья этого волшебника уничтожала.

***

Гарри жил в богатом квартале на последнем этаже. Пентхаус был с бассейном и своим садом на крыше. Везде магглы. Хэдвиг очень нравилось здесь летать. А ещё у Гарри были маггловские документы, где он числился, как Генри Харриссон. На это же имя был и пентхаус. Родителям его в жизни не достать. Само собой на пентхаусе было море защищающих его чар. Налив себе вина, Гарри вошёл к себе в кабинет и открыл посылку. Пришёл его чёрный кожаный плащ. В подарок ему отправили коробку конфет за то, что постоянно делает крупные заказы. Сварив себе кофе, Гарри сел почитать. Вечерний выпуск «Ежедневного пророка» говорил только о Томе Реддла с новой программой. И то, Реддл был на пятой странице. В последнее время первые страницы занимали убийства. В апреле был убит Бартемиус Крауч-старший спустя месяц после естественной смерти жены. Та отказалась носить ожерелье от проклятия, считая, что без неё муж станет больше любить сына. Его сын на похоронах от радости аж плакал. Если верить отцу Гарри, то беднягу сначала пытали Круциатусом, а затем под Империусом заставили отрезать себе язык. И только потом его добила Сектумсемпра. Участь того же Руфуса Скримджера в январе была не лучшей. Его пытали очень долго, отрезая пальцы на руках и ногах. Затем вырезали глаза и только потом добили Сектумсемпрой. Корнелиуса Фаджа в сентябре изнасиловали ножкой стула, а затем добили Сектумсепрой. Можно подумать о серийном маньяке, который убивает одним заклинанием, но все жертвы были убиты по-разному. В разных местах. Джеймс предполагает, что это псих. Да и объявился он недавно. Всего два года как. Первыми его трупами стали родители Сириуса. — Гарри, ты дома? Всё-таки у кое-кого был адрес дома Гарри. И их камины были настроены на дома друг друга. В кабинет вошёл, как всегда весь в чёрном, Регулус Блэк. — Какая прелесть, — Регулус заметил плащ и тут же взял в руке. — Дорогой? — Сам как думаешь? — засмеялся Гарри. — Чего припёрся? У меня нет настроения. — Оттого и припёрся. Я же знаю, как ты реагируешь каждый год на отказы для Реддла. Напомнить мост и Темзу, с которой я тебя доставал, а потом залечивал три года назад? Ты страдаешь по парню, который тебя обходит стороной. — Вот тут ты ошибаешься. Сегодня он приходил ко мне в кофейню. Впервые, — обрадовался Гарри, а Регулус тут же сел ему на колени и прижал голову Поттера к груди. — Ты держишься? Нужно успокоительное? — Регулус, — Блэк засмеялся и встал с колен Гарри. — Твоё общение с Барти на тебя плохо влияет. — Кстати, мы с Барти идём в боулинг. Ты с нами? — Не сегодня. — Соглашайся, — протянул Блэк. — Если что, адрес ты знаешь. Мы собираемся на девять. — И что мне там делать? — Мы три холостых мужика. Напьёмся. Поклеем красивых парней и девушек. Приходи. Тебе нужно расслабиться. Если с нами не дружит твоя семья, то это не значит, что не можешь дружить ты. — Сириус до сих пор считает, что это ты всех Сектумсемпрой убиваешь, ведь первая жертва психа была Вальбурга, а через неделю убили Ориона. Регулус заливисто засмеялся, поиграл бровями и склонился к уху Гарри. — Так ты боишься идти гулять с психами? Тем более, слизеринцем? Гарри, я думал, у тебя слабость на слизеринцев. Или мы с Барти такие обаятельные, что ты не можешь выбрать между Рейвенкло и Слизерином? — Приду я. Приду. Только умолкни. — Отлично! — На кой я дал тебе адрес, — вопрос был чисто риторическим. Регулус заливисто засмеялся, приказал Гарри не опаздывать, иначе Барти потребует с Поттера бесплатные угощения. А Крауч потребует. Гарри как-то опоздал на две минуты и весь вечер оплачивал в бильярде все хотелки наглого орла. Попал в копеечку.

***

Очнулся Гарри на диване в доме Поттеров. Как он тут очутился, он не помнил, зато сразу услышал смех отца, сидящего над ним. — Так ты дружишь с Регулусом и Барти? — спросил Джеймс, держа в руках антипомельное зелье. — Не начинай. Как я тут оказался? И почему у меня болит щека? — Римус и Сириус пришли поиграть в боулинг, — произнесла Лили. — Хорошо, что и мы там были, а то Сириус начал драку, считая, что тебя совратили. Когда ты полез защищить Барти, Сириус случайно тебя вырубил. Ты как, сынок? — Вы усмирили моего крёстного? Гарри заметил, что его рубашка порвалась, а джинсы в пиве. Забрав из рук отца антипохмельное, сделал глоток и выдохнул. Драки между Блэками в последнее время не новость. Но до этого всегда были словестными. — Суббота. Почему ты в авроровской мантии? — удивился Гарри, глядя на отца. Джеймс вздохнул и протянул Гарри новый выпуск «Пророка». Колин Криви в этот раз опередил Риту Скитер. Примерно в час ночи был убит Златопуст Локонс. А так же опубликованы его дневники, где он описывал, как забирал память волшебников и их подвиги. Локонса остригли. Заживо сняли ногти на руках и ногах, заставили под Империусом вырвать себе все зубы, а после убили Сектумсемпрой. — Кошмар! И никаких следов? Снова? — Следов никаких, но у нас есть предположения. Дамблдор всегда считал опасным Тома Реддла. — Мама! — застонал Гарри. — Я с ним учился. Он у меня преподавал. И он приходил сегодня ко мне. Не проще ли было убить меня, а не Локонса? И он в Хогвартсе находился, когда происходили все убийства. Кроме этого. — Я согласен с Гарри, — улыбнулся Джеймс сыну, и посмотрел Лили. — Пора снять с него все подозрения. — Дайте мне последний шанс доказать, что Реддл опасен! — Последний шанс? — удивился Гарри. — Разве не папа всегда против Реддла? — Лили виновато опустила глаза. — И ты позволял себя делать крайним? — Лили нужна была политическая поддержка. — Римус узнал, что в семье Смиттов хранится ещё два сокровища Основателей, — заявила женщина. — Смитты потомки Хельги Хаффлпафф, не новость, — закатил глаза Гарри. — Смитту об этом на седьмом курсе поведал Реддл, так тот и нос задрал, заявив, что знает теперь, что же далёкая тётка прячет в тайнике дома. — Да! — воскликнула Лили. — Рада, что ты сам о тётке этой заговорил. Вот только один предмет ей достался случайно. Он принадлежал Меропе Гонт — матери Реддла. И Том последние недели часто появляется по выходным в Хогсмиде в компании некой Хэпзибы Смитт. Старушка бойкая, злобная и ей нравится наследник Слизерина, — рычала Лили. — Я верю Дамблдору. — Дамблдора убило проклятие. Как можно верить волшебнику, который суёт руки куда не попадя, — закатил глаза Гарри. — Пап, ты же не будешь участвовать в этой авантюре? — Прости, сынок, но маму без присмотра не оставлю. — А как Том начал общение с Хэпзибой? — дошло до Гарри. — Ну, я зашла в гости к Минерве и поведала эту информацию. Пригласила Хэпзибу с собой, чтобы она увидела и диадему в Хогвартсе, — не каялась Лили. Гарри понимал, что переубедить мать невозможно. Придётся смириться с её заскоками. Но у Гарри была навязчивая идея доказать, что Реддл не убийца. Он точно не был тем, кого ищут авроры. — Почему сейчас? — не понимал Гарри. — Потому что в январе этого года были убиты все Реддлы. Маггловские новости я тоже читаю, — заявила Лили. — Там была, правда, Авада Кедавра, которую не засекли авроры! Но может у нас два психопата, ведь убиты были и Гонты, а палочка Морфина пропала. — Если она у него была, — закатил глаза Джеймс. — И мы об Аваде узнали в мае. Следов нет. Гарри поднялся с дивана, не желая говорить с матерью. Он уставился в её зелёные глаза и оскалился. Он знал её, как облупленную. — Ты узнала, что я влюблён в Реддла? — Джеймс удивлённо поднял бровь, а Лили ничего не отвечала и не двигалась, сглотнув слюну. — Узнала. Видеть тебя не хочу. — Гарри, он убийца! — А ты шизофреничка, как Дамблдор! Гарри забрал свою палочку с дивана и аппарировал. Он не собирается общаться с теми, кто свято верил в слова Альбуса Дамблдора, которого психом даже родной брат считал. Гарри не даст посадить Реддла. И он докажет его невиновность. Но вначале узнает, кто поведал матери, что Гарри влюблён в Реддла. Знало не так много человек. И начнёт Гарри с Гермионы. Та могла сдать, считая, что уберегает так друга.