«Нулевой порог»

Кьюри ненавидел запах крови. Но последние пять лет он не чувствовал ничего другого. Его собственная - ампулы тускло блестели в кожаном подсумке на поясе, смешанная с консервантом, густая и тёмная. Чужая - та, что сочилась из ран беженцев, которых он так и не смог спасти. И та, которую он смывал с рук в проржавевших раковинах старого завода. - Чисто, - сказал Ван, опуская самодельный детектор. Серая пластиковая коробка пискнула один раз, подтверждая: уровень нанороботов в воздухе в пределах нормы.  - Проходи. Только без резких движений. У нас тут нервные. Кьюри кивнул. Он не спрашивал, кто такие «мы». Он видел их - мельком, сквозь копоть стёкол защитных очков. Тени за мутными окнами. Десятки. Может, сотни. Завод встретил его гулом генераторов и запахом переваренных овощей. Дешёвая еда, консервы двадцатых годов, жизнь на грани. Но это была жизнь. Не выживание в одиночку в руинах, где каждый шорох заставляет хвататься за скальпель. - Два дня, - сказал Ван, когда они поднялись на третий уровень, в бывшую мастерскую, переделанную под жилую ячейку. - Два дня, и ты сам решишь, оставаться или уходить. Я никого не держу. Кьюри снял очки. Впервые за неделю. Свет люминесцентных ламп резанул по глазам, но он заставил себя не щуриться. - Договорились. Ван усмехнулся. Он был странным - для лидера общины в постапокалипсисе слишком спокойным, слишком… живым. Его улыбка не была дежурной. Она трогала уголки глаз, делала его похожим на человека из прошлого мира. Того, где ещё можно было смеяться без оглядки на «Синдром тишины». - Анализатор покажи, - Ван кивнул на прибор у Кьюри на поясе. - Я таких не видел. Сам собрал? - Переделал из нейро-сканера. - Кьюри отстегнул устройство, протянул.  - Считывает уровень наночастиц в крови за три секунды. Если выше порога - человек уже на первой стадии. Ван взял анализатор с уважением. Провёл пальцем по спаянным контактам, по царапинам на корпусе. - Ты и есть тот самый Кьюри Райвен? — спросил он тихо. - Сотрудник «Эдема»? Вопрос повис в воздухе, тяжёлый, как пуля перед выстрелом. Кьюри замер. - Откуда ты… - Слухи, - Ван пожал плечами. - В пустошах говорят. Есть один, мол, нулевой. Кровь которого сбивает заражённых со следа. Он поднял взгляд.  - Я не выдаю. И не боюсь. Я сам не заражён, потому что у меня…  Он запнулся. - Ген PRZM-X7, - закончил за него Кьюри. И почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Впервые за два года. Впервые с тех пор, как он похоронил последнего «нулевого» в какой-то придорожной канаве, потому что у того открылось внутреннее кровотечение, а аптечки не хватило. Ван кивнул. - Два нулевых в одной комнате. Забавно, да? Они не стали говорить об этом больше в тот день. Но Кьюри остался.