Дневник не для всех

Турция осталась за спиной, как тёплый сон, который не хочется отпускать. Эмилия провела там две недели. Две недели приключений и сотни маленьких побед над собственным страхом. Она покидала Стамбул с мокрыми глазами. Но мир большой. А девушка явно только начала. Ещё в последние дни в Турции Эмилия запустила в своём телеграмм канале голосование. Простое. Куда летим дальше? Варианты: Япония, Исландия, Перу. Выбирайте за меня, потому что я сама не справлюсь. Она пошутила, конечно. Но подписчики, а их уже было почти две тысячи, восприняли вызов всерьёз. Голосование кипело трое суток. В комментариях спорили, доказывали, присылали фотографии сакуры и гейзеров, вулканов и неоновых улиц. Эмилия читала всё, улыбалась и чувствовала странное тепло в груди. Все эти люди, которых она никогда не видела вживую, которым она писала о голубях-бандитах и мужских хамамах, вдруг стали… родными. Они волновались, чтобы она не замёрзла в Исландии. Предупреждали, что в Перу опасно. Советовали попробовать настоящий рамён в Токио. Эмилия не просила у них ничего, кроме внимания. Но через несколько дней после старта канала на её карту пришли первые деньги. Небольшие суммы. Кто-то перевёл сто рублей, кто-то тысячу, кто-то написал: На кофе в аэропорту, Эмилия, держись. Потом были ещё переводы. Подписчики называли себя неловким отрядом и требовали, чтобы она не смела экономить на билетах. — Вы с ума сошли, — прошептала она в пустоту комнаты, глядя на баланс карты. — Вы все с ума сошли. Эмилия купила билет в Токио. Голосование завершилось, выиграла Япония. С большим отрывом. Там ты точно потеряешься и найдёшь себя заново, — написал кто-то в комментариях. Эмилия сохранила этот пост в избранном. Перелёт был долгим. Она спала, смотрела два фильма, трижды пила отвратительный самолётный кофе и каждый раз вспоминала свой первый шаг в небо. Еще тогда, несколько недель назад, когда она летела в Стамбул, не зная, что её ждёт. Теперь она летела в Токио. И знала, где-то там, в телефонах, её неловкий отряд желает ей удачи. Самолёт пошёл на посадку. Эмилия прижалась лицом к иллюминатору. Внизу, сквозь разрывы облаков, мерцало море огней. Токио. Город, который никогда не спит. Город, где она никого не знала вживую, лишь по картинкам. Город, который, как и Стамбул, не был к ней готов. — Ну что, Токио, — прошептала она, касаясь пальцем холодного стекла. — Принимай меня. Она приземлилась поздно ночью. Часы в аэропорту Нарита показывали одиннадцать сорок пять. Эмилия вышла из самолёта, и её встретила стерильная тишина японского терминала — такая вежливая, такая чужая, такая притягательная. Никто не кричал, никто не торговался, никто не пытался посадить ей на плечо кота. Всё было иначе. Даже воздух чистый, прохладный, с едва уловимым запахом антисептика. Девушка взяла чемодан, прошла паспортный контроль и оказалась в зале прилёта. Огромное пространство, белые стены, указатели на японском и английском, и ни одной знакомой души. Эмилия села на пластиковое кресло, выдохнула и открыла телефон. Связь поймалась не сразу, но через минуту телеграмм ожил. Десятки сообщений: Ты прилетела?, Как Токио?, Напиши, что жива! Она улыбнулась, разблокировала экран и начала печатать. Закончив с текстом, Эмилия нажала отправить и убрала телефон в карман. Впереди был выход в город. Ночной Токио ждал её огромный, незнакомый, пугающий и прекрасный. Эмилия взяла чемодан за ручку и шагнула к автоматическим дверям. За ними темнота, огни и новая жизнь. Она улыбнулась, хотя внутри всё дрожало.