Пьянчужка Мао

– Мао-Мао, ну сколько раз я могу повторять? При ударе нужно выдыхать со звуком! – сказал мужчина, крутясь у девочки, которая оттачивает удары с деревянным человеком. Он отодвинул ее в сторону и продемонстрировал, как нужно это делать правильно, кажется, уже сорок пять раз с характерным выкриком «Ха». – Этот звук должен исходить из души, когда ты наносишь удар. – От его слов девочке ничуть не становилось лучше, она ужасно стеснялась и не могла совладать с собой, заставив издавать звуки. Ей было ужасно стыдно даже от того, что после тренировки она слишком громко дышит, не то что это. – Потрясающе, Гай-сенсей! – воскликнул Рок Ли, который совсем недавно оказался в команде Майто Гая вместе с Тен Тен и Неджи. Мужчина решил познакомить своего ученика с Мао и где-то месяц назад провел первое совместное занятие, они решили провести занакомственный бой, хоть со стороны девочки явного энтузиазма не было, и он в первые же полсекунды разбил ей нос, а потом долго извинялся. С того самого дня он не пропускал ни одной их тренировки, а девочка увидела, насколько она ничтожна в сравнении с ним. В отличие от нее он был в раз пять быстрее и так же, как и его учитель, любил тренироваться. Не то что Мао, которая усердно тренировалась только ради того, чтоб не то что угнаться за Ли, а хотя бы просто не стоять на одном и том же месте. Также она познакомилась и даже подружилась с Тен Тен, ей нравилось, что девочка всегда относится к ней с теплотой, будто к младшей сестре. – Давай, Мао-Мао, попробуй еще раз! – лучезарно улыбнувшись своему ученику, сказал он, кладя тяжёлую руку на плечо девушке с каким-то нажимом. Она кивнула и вновь встала в стойку, нанося удар с неохотно следующим за ним «Ха», и когда ее рука только коснулась деревяшки, нанося новый удар, ей под дых прилетел кулак Гая, и наконец из-за рта у нее послышался тот самый нужный звук. Девочка упала на колени, скрючиваясь от боли, а Ли издал шипящий звук, показывая, как ей должно быть больно. – Ну вот! Вот таким и должен быть этот выдох! Можешь же, когда захочешь! – улыбнулся Гай, выставляя большой палец вперёд. – Думаю, на сегодня тренировка с деревянным человеком закончена, а теперь сто тридцать кругов вокруг полигона бегом на руках и двести отжиманий! А для тебя, Мао-Мао я добавляю дополнительные три часа в стойке лошади! – сказал он, но в его взгляде ни на секунду не промелькнуло раздражение или что-то похожее на разочарование. Мао чувствовала, что она его уже бесит, но он решительно не показывал этого. Она думала, что ему все равно недолго осталось с ней мучиться, до конца ее обучения у Гая осталось полтора года, и это время до конца ее обучения и в академии. Отстояв свои пять часов в полуприсиде с дополнительными утяжелителями на руках, которые, как и Року Ли, подарил их сенсей, наказав снимать только при необходимости, она пошла домой, вся уставшая, потная и грязная. По приходу домой ее ждал отец, чтобы сообщить новость о том, что ее в академии переводят в другую группу, так как в своей она была лишней и осталась бы одна при делении на команды, а в другой как раз отчислился один ученик, и она бы прекрасно туда вписалась. Не задумываясь, прослушав отца, она поспешила в ванную, в которой он заботливо налил горячей воды. «Спасибо, пап!» послышалось из ванной, чему Генма улыбнулся и пошел накладывать дочери еду. Их отношения стали гораздо ближе за последние четыре с половиной года, как она поселилась у него, что не могло не радовать обоих. На следующий день она, как обычно, пошла в академию и, заходя в свою аудиторию, заметила обращенные на себя взгляды. – Мао-Мао, отец не говорил тебе о том, что тебя перевели в другую группу? – спросил ее теперь бывший классный руководитель. В ее голове промелькнул вчерашний момент, когда отец говорил ей об этом, и появилось огромное желание стукнуть себя по лбу. – Простите, Хироши-сан, не подскажите номер моей новой аудитории? – сказала девочка, пытаясь выглядеть как можно естественней. – 314 кабинет. – подсказал он ей и вновь обратил свое внимание на свою группу. – И так, мы продолжаем! Как только она вышла из своего бывшего класса, в коридоре ее сразу же увидел Ирука. – Мао Ширануи, верно? – спросил он у нее и, получив кивок в ответ, улыбнулся. – Я твой новый учитель, меня зовут Умино Ирука. Пойдем, я провожу тебя до кабинета. Он повел девочку к нужной аудитории, по пути говоря, что потерял ее и уже успел испугаться, а также рассказывал, что видел ее табель успеваемости и будет очень рад, что в его классе станет на одну умницу больше. А она... Она была просто в шоке. Это что получается? Мао будет учиться в группе с главными героями? И она действительно поняла это, когда ее ввели в класс и представили одноклассникам, которых она знала как свои пять пальцев. – Здравствуйте, ребята, это Мао Ширануи. Прошу любить и жаловать! – сказал он и подтолкнул ее к свободному месту рядом с Ино. – А сейчас продолжаем урок! – Ирука похлопал в ладоши, привлекая внимание детей, направленное на новую одноклассницу. Девочка присела рядом, раскладывая свои вещи и доставая конспекты. – Привет, меня зовут Ино Яманака! – поприветствовала ее соседка, на что она помахала ей рукой. – Эти темы, – она ткнула в ее записи, – мы уже давно прошли. Давай я поделюсь пока своими. – Спасибо. – тихо ответила ей Мао, наблюдая, как она кладет тетрадь на середину стола между ними. Для нее это было в новинку, в старом классе никто и никогда не делился с ней конспектами, поэтому приходилось рассчитывать только на себя, а тут вдруг внезапно такое дружелюбие. У Мао за все годы обучения никогда не было друзей, неужели в этом классе она их заведёт? Ее первый день прошел очень бурно. Многие дети захотели с ней подружиться, сразу видно, что этот класс дружнее, чем ее бывший, но некоторые были недовольны. – И эта простушка пришла на замену Сакуре? – больше всех возмущался Наруто, но и он захотел подружиться с ней. Мао было немного обидно, но она понимала причину негодования. Сакура была умной, местами нежной, а еще красивой обладательницей необычной внешности, нечета ей самой заурядной, тихой девочке. После академии Ино увязалась за ней, говоря, что им по пути, и стала расспрашивать ее о самой интересующей теме всех подростков, задавая серию вопросов: «А ты встречаешься с кем-нибудь? А кто тебе нравится? А что ты думаешь о Саске? Правда он красивый?» Казалось, девочка бы обрадовалась, если бы услышала положительный ответ на последние вопросы, но увы и ах, она планировала держаться от Саске подальше, так как не хотела связываться с этим человеком, она не отрицала, что он был очень даже красив, но это не перекрывало все его недостатки. – Мао-Мао! Я тут. – позвал ее отец, подходя к девочкам, — они договорились поужинать сегодня в Ичираку. Ино удивило такое обращение ее отца к девочке, но, видимо, и понравилось, ведь на прощание она позвала ее точно так же. Вечером в Ичираку она заказала себе то же, что и обычно, и начав кушать, ее, как обычно случается, когда она решает взять в рот лапшу, напугали внезапно заговорив. – Хороший выбор! Это мой любимый рамен со свининой, мисо и тясу. – проговорил Наруто над ее ухом. А она по обыкновению закашлялась, подавившись едой. Ей бы стоило уже привыкнуть к этому. – Мао-Мао, как же ты так... – с беспокойством сказал Гениа и похлопал ее по спине. – Все в порядке... – ответила девочка, убирая руку отца. – Привет, Наруто. – неловко улыбнулась она, а тот, казалось, даже удивился, что девочка запомнила его имя. Гениа хмуро покосился на него, за что получил кулачком по колену и взгляд Мао, говорящий, чтоб тот вел себя приличнее. Мальчик, кажется, вовсе и не заметил этого, и за ужином весь вечер рассказывал их компании истории, уплетая рамен. Прошел месяц с тех пор, когда Мао перевели в другой класс. За это время Наруто привязался к ней, а Ино пыталась отодрать его от ее новой подруги, но тот говорил, что это и его подруга тоже. Она заметила, что скатилась с места в рейтинге класса почти самой лучшей в классе до твердого среднячка, и это здорово мотивировало ее учиться лучше. Тренировки с Гаем сократились до двух часов каждый день, вместо посвящения всего вечера только им, он сдался и не пытался больше бороться с ее безшумностью, и приступил обучать ее своим техникам, чтоб в итоге прийти к «Форме открытия восьми врат», ведь времени оставалось маловато, а ему еще было необходимо найти ей мастера, который обучит ее «Мягкому кулаку», казалось, Даичи-сан дал ему слишком суровой задачи, поручив обучать его бездарную внучку. Конечно, он так не считал, но иногда у него проскальзывали такие мысли, особенно когда она сопротивлялась и не хотела делать какие-либо упражнения, несмотря на всю его жестокость. Но не стоит забывать, что отец девочки тоже занимался с ней, и, как оказалось, предрасположенность у нее была больше к ниндзюцу, чем к тайдзюцу, но она упорно продолжала стоять на своем и уделять времени больше второму «Ведь дедушка так наказывал!». Но это не мешало Генме обучить свою дочь многим техникам, что он знает сам, далеко не всем, но именно они составляли девяносто процентов ее боевого арсенала на данный момент. А месяцы шли. Жизнь Мао сильно поменялась, в академии у нее появились друзья, тренироваться с Гаем ей стало легче, и скорость даже увеличилась, догоняя Рок Ли, но не совсем, все же в спаррингах всегда побеждал он, с учетом того, что они дрались чисто на тай. Она узнала множество техник своего наставника и пополняла запасы отцовскими ниндзюцу, а также узнала, что у нее чакра ветра и предрасположенность к земле. В классе она вновь могла побороться за звание лучшей ученицы. Но что-то в ней так и не менялось, она была все такой же тихоней и простушкой, и ко всему прикладывала просто колоссальные усилия, ей, как очень обычной девочке, приходилось стараться в десять, а то и в тридцать раз больше, чем всем остальным. С Тен Тен она очень сблизилась и прогуливалась с ней в свободное время, когда не проводила его с отцом. Время близилось к выпуску, Гай с горем пополам всё-таки успел обучить девочку тому, что знает, и дать рекомендацию о ней другому мастеру из клана Хьюго. Когда девочка пошла к нему в первый раз, то перед ней предстал старик, и, представившись Акирой Хьюго, сказал, что был сокомандником и другом Даичи Сакаи — ее деда. Обучение у него нравилось Мао намного больше, чем у деда или Гая, его стиль боя основывался на мягкости и твёрдости, так что девочка без труда начала осваивать его. Но загвоздка была в том, что на чакру она воздействовать не могла, так как не видела чакро-каналы, ведь бьякуганом не обладала, всё, что она могла, используя быстроту ударов, наносить урон на тенкецу — болевые точки, и ей предстояло выучить, где все эти точки и находятся в теле человека. В общем, теории было много, но обучение шло легче, ведь Гай сделал свое дело и заложил основы, а сейчас ей оставалось учить и часами проводить у деревянного человека, оттачивая удары. Приходя с тренировок домой, она очень тосковала по деду и даже по матери, изредко вспоминая свою старую семью из другого мира, роняя слезы, пока никто не видит, и тоскуя по своей тихой и размеренной жизни, где ее не гоняли как бешенную. В конце концов настал день распределения по командам, после выпускных экзаменов, которые Мао успешно сдала, получив свою заветную повязку шиноби, которая была очень тяжёлой и покрытая царапинами. Она ожидала, что будет в команде номер семь вместо Сакуры, но сомневалась, ведь ее «везучасть» никуда не делась. Но и сомневалась она зря, ведь попала она именно в эту команду. Наруто радовался и расстраивался одновременно, что угодил в команду к подруге и к самому злейшему врагу, поцелуй с которым на всю жизнь останется в памяти у девочки. Вот так они и стали дожидаться своего сенсея, который, кажется, не торопился приходить. Впрочем, наша Мао уже была давно приучена и готова ждать, ведь ее отец тоже имел подобные повадки, если, конечно, дело касалось не его работы. Наруто жаловался и жаловался, а вскоре решил пошутить над новым учителем, задумавшись розыгрыш с мельную губку, которой обычно стирали с доски. Мао сначала отговаривала его, но потом сама, поддавшись на уговоры, всё-таки помогла мальчишке. И вошедший через какое-то время Какаши всё-таки попался на эту уловку, девочка поспешила виновато отпустить голову, дабы спрятать улыбку, а мальчики же не скрывали своей реакции, Саске самодовольно хмыкнул и отвернулся, а Наруто же ухахатывался. Обозвав троицу идиотами, он позвал их на крышу, чтобы представиться, а после распустил их по домам, наказав завтра прийти пораньше и ни в коем случае не есть. Мао проснулась с утра как можно раньше, да так рано, что застала отца, только что пришедшего с работы, который готовил ей завтрак. Он сказал ей, что она может не торопиться и должна обязательно поесть, и неважно, что сказал ей Какаши. Генма в принципе был недоволен тем, как распределили детей на команды, про себя он думал: «Это почему это моя дочь должна быть в команде с главными фриками Конохи?», папа девочки даже уже порывался пойти к самому Хокаге, но вовремя передумал, когда, что их сенсеем будет Хатаке. Он знаком с этим человеком и его плохими повадками, но также знал, что он владеет многими запретными техниками и сможет обучить его дочь лучше, чем кто-либо. По пути к полигону Мао вспоминала, какая же там была суть их сражения с Какаши, про которое мальчики пока не знали, она долго думала, вспоминая детали боя и так, и дошла до самого поля, где под деревом сидели Саске и Наруто. – Ты опоздала! – сходу предъявил ей Удзумаки. – Прошу прощения, папа задержал меня. – ответила она и слегка поклонилась в знак сожаления. – Сенсей еще не пришёл? – оба мальчика помотали головой, и Мао присела рядом с ними. Они начали в молчании дожидаться опоздуна, а когда он все соизволил явиться, то сильно пожалел об этом, ведь двое мальчиков налетели на него с претензиями. А тот решил отругать их и сказал брать пример с девочки, которая, конечно, тоже была недовольна, но не показывала этого. После того как Наруто успокоился, а Саске до глубины оскорбился тем, что его сравнили с какой-то девчонкой, он рассказал им, что сейчас будет происходить, и поставил будильник на полдень, ведь именно к этому моменту их бой должен подойти к концу, а колокольчики быть у них. Сразу после того как таймер был поставлен, двое из детей спрятались, а Наруто, решивший напрямую сразиться, остался. Мальчики ни в какую не хотели договариваться и обсудить план, ведь колокольчиков было двое, и оба мальчика предпочли, чтобы Мао осталась всего одна из них, ведь они терпеть друг друга не могли, а девочка всего лишь хотела обойтись малой кровью и, хотя бы попытатьсч, отобрать эти колокольчики. Мао понимала, что им-то и вместе не отобрать колокольчики, не то что по одному, недаром же именно Какаши был одним из ее любимчиков при просмотре аниме. Мужчина быстро справился с пареньком и оглядел округу. – Ну что вы так и будете прятаться? А время-то идет... – дразняще проговорил он. Мао уже решила выходить, ведь ей драться на открытой территории было куда проще, чем, например, в лесу, но не успела, ведь Саске решил сделать это раньше и так же, как и Наруто, оказался быстро побежден и обездвижен, так что одна его голова торчала из земли. – И так осталось разобраться еще с одной... – Какаши медленно и неохотно повернулся к девочке, которая так же медленно выходила из кустов, не отрывая взгляда от книги. Девочка уже даже не понимала, зачем она изначально спряталась, ведь человек перед ней с самого начала знал ее расположение и ни на секунду не открывался для неожиданной атаки. Мао приняла стойку, и в голове мужчины пронеслось, что ему хорошо знаком этот стиль боя. Девочка ринулась на пролом, совершая серию ударов ногами и руками, пытаясь выбить тенкецу, но все было тщетно, ведь на каждый свой удар она получала несокрушимый блок, и поняла, что действует слишком медленно для ее соперника, пытаясь увеличить скорость, быстро достигая своего предела. А все это было из-за утяжелителей, которые она носила денно и ночно, не снимая, по наказанию Гая. И вот Мао уже увидела открывшееся место для атаки и молниеносно ударила по нему, но в лицо ей тут же хлынула влажная дымка. Выругавшись, она начала оглядывать округу, не упуская ни единого дребезжания земли, ведь уже была научена примером Саске. – А ты неплоха, – послышался голос прямо за ней, – но слишком медленная. – произнес мужчина, отскакивая в воздухе от очередной очевидной атаки девочки. Казалось, эти слова здорово разозлили ее. Еще бы, ведь Ли, что был всего на год старше, превосходил ее раза в два точно, еще и отец, что постоянно твердил, что у нее больше предрасположенность к ниндзюцу, чем к боевым искусствам, и ей и вовсе стоит бросить заниматься этим, углубляясь в стезю, что ей проще. Все это невероятно злило ее, ведь цель ее была стать мастером техники «Пьяного кулака», но она понимала и чувствовала, что с чакрой ей управляться было легче. Мао редко в боях использовала техники с использованием чакры, ведь предпочитала тайдзюцу, но в эту секунду, что Какаши завис в воздухе, ей в голову прочно засела мысль о том, что надо использовать технику, коей обучил ее отец. – Ярости ветра! – тихо произнесла девочка, которая, казалось, стеснялась своего голоса, и пульнула в мужчину сенбоны, быстро подбегая к месту, где он должен был приземлиться. Какаши с трудом отбил мелкие иглы, ведь не ожидал подобного, приземляясь и блокируя очередную серию атак от Мао, и был крайне удивлен, услышав ее тихий голос. – Элемент ветра: понижения давления... – Какаши уже хотел было отскочить, но его удержали на месте внезапно появившиеся клоны Наруто. Ему ничего больше не оставалось, кроме как провести технику замены, оставив мальчика обниматься с бревном, ведь он вот-вот мог остаться без сознания. Девочка выжидающе посмотрела на мальчика. – Успел? – спросила она у него, ведь краем глаза во время атаки заметила, что один из удерживающих Какаши клонов потянулся за колокольчиками. Мужчина испуганно похлопал место, где должны были находиться колокольчики, и с облегчением выдохнул, обнаружив их на своём месте и вновь отпуская глаза в книгу. – Нет... – с досадой проговорил мальчишка. – Еще бы секунду, и они были бы у нас! – он сжал кулак, злобно посмотрев на мужчину, который тихонько посмеялся. – У вас был неплохой шанс. Я уже даже было испугался. – произнёс он, уклоняясь от большого количества клонов Наруто, которого выбесили его слова, он ринулся в атаку, пока Мао пошла к закопанному в землю мальчику и начала его освобождать. Тот лишь угрюмо смотрел в сторону. Его бесило его же бессилие не меньше, чем Наруто, слова Какаши. – Нам нужно работать слаженно, у нас с Наруто точно бы получилось отобрать колокольчики, если бы ты был с нами. – проговорила девочка, пытаясь хоть как-то сгладить углы. – У нас бы этого не вышло, даже если нам на это долась неделя! – грубо ответил ей Саске. У Мао была гордость, поэтому, освободив его, она сразу же ринулась помогать второму мальчику, кинув напоследок короткое — «Как знаешь». Но он действительно был прав, даже после нескольких часов Мао с Наруто не приблизились к колокольчикам ближе, чем при первой их попытке. Мао больше не использовала ниндзюцу и сражалась только на тай, не давая больше волю своим эмоциям. Наруто мысленно винил ее в этом, но и сказать ей не решался, ведь за все это время впервые видел вообще, что она применяла техники с использованием чакры. Что говорить про Саске, так это то, что он и вовсе отказался больше пытаться отобрать колокольчик, отчего и был привязан к деревянному столбу без обеда. – И так я решил, что в академию из вас троих никто не вернётся... – сказал эти заветные слова Какаши. – Неужели? – радостно воскликнул Наруто и начал скакать с криками «Ура», а Какаши задумался над правильностью своего решения привязать к столбу Саске вместо него. – Верно... Никто из вас не вернётся в академию, ведь вы трое больше никогда не сможете стать ниндзя! – после его слов от радостных возгласов не осталось ни следа. – Это нечестно! Вы сказали, что если мы не достанем колокольчики, то нас просто отправят обратно в академию! Вы не можете запретить нам быть ниндзя! – кричал ему в ответ Наруто. – Вы не понимаете, что значит быть ими. Вы даже не знаете, почему именно вы трое попали в одну команду. – И откуда же нам это знать!? – вот-вот и мальчик уже готов был кинуться на него с кулаками, но его остановила Мао, хватая того за шиворот и говоря ему успокоиться. – Суть этого задания была в командной работе. Хотя я ошибся, и кое-кто все же пытался сплотить всех, а кто-то наотрез отказался от этого. – после сказанного всем сразу стало ясно, по кого говорит Какаши, а со стороны привязанного Саске послышался скрежет челюсти. – Видите камень позади меня? На нем выгравироны имена погибших в бою войнов, на нем выгравироны и имена моих друзей... – все замолчали, склонив голову, но мужчина не хотел затягивать тишину. – Ладно, я дам вам еще один шанс, но условия будут жёстче, на выполнение я дам вам три часа, а сейчас ешьте и набирайтесь сил. Все, кроме Саске, и вам запрещено делиться с ним едой! – сказал он, испаряясь во влажной дымке. – Мне даже жаль тебя, Саске. – посмеиваясь, говорил Наруто, уплетая еду, а Мао, разпоковав свою коробочку с едой палочками, поднесла белый рис ко рту Саске, у которого урчало в животе. – Что? Мао-Мао, зачем ты кормишь его? Нас же исключат! – звонко сказал мальчик, увидев, что делает его подруга. – Ешь, – сказала она привязанному пареньку и, повернувшись к Наруто, ответила ему. – Не кричи так, вдруг Какаши услышит! Если он будет голодным, то мы не сможем завершить это задание и стать ниндзя, а так у нас вероятность выполнить не станет больше. Он ведь говорил что-то про командную работу, верно? – на ее слова мальчик задумался и, махнув рукой, так же поднес палочки с едой к его рту. – Тогда лучше пусть ест мою еду. Ты и так стараешься больше всех. – как-то смиренно сказал он. – Не волнуйся обо мне. – улыбнулась в ответ девочка. – Я завтракала сегодня утром, так что почти не голодна... – еле слышно произнесла она, от чего оба мальчика недовольно посмотрели на нее, а Наруто дальше продолжил есть свою еду. В голове у нее пронеслой, что она действительно единственная кто полностью и во всем ослушалась сенсея. Но как только Саске проглотил еду, которую дала ему Мао, небо заволокли темные тучи, и откуда-то перед ними возник Какаши. – Вы нарушили одно единственное правило и будете серьёзно наказаны, – зловеще проговорил он, вваливая на них большое количество давящего Ки. – Вам есть чем оправдаться? – из облаков посыпался град молний, и Наруто, бросив еду, обнял столб, к которому был привязан Саске. – Но вы же сами говорили, что мы должны быть сплочёнными и помогать друг другу! – прокричал он ему в ответ. – Верно, мы трое вместе за одного! – пытались так же звонко и уверенно сказать Мао. – И это ваше оправдание? – спросил мужчина, и все трое закивали головой. – Что ж, вы прошли... В отличие от ваших предшественников, вы единственные, кто ослушались меня и накормили наказанного. Другие слепо следовали моим указаниям и не могли думать самостоятельно. Запомните, ниндзя, которые нарушают правила, — плохие ниндзя, но ниндзя, что бросают друзей, хуже мусора. – поучительно проговорил он, но после его слов послышалось жалобное урчание живота Саске, которому дали всего немного риса. – Кхм, с завтрашнего дня мы приступаем к выполнению миссий, так что идите по домам и отдыхайте. После его слов, но отвязал мальчишку от столба, и все разошлись. Со следующего дня они с командой начали выполнять бесчисленное множество разных миссий, начиная от поимки кошки, заканчивая прополкой огорода и работой нянечек. Наруто непрестанно жаловался на то, что им дают такие беспонтовые миссии, не стесняясь самого Хокаге, Саске тоже был недоволен, но не выказывал этого. А девочку же всё устраивало, из-за того что она все еще была на обучении у Акиро-сана, она несколички не скучала, а когда у ее наставника по стилю «Мягкого кулака» были дела или какие-нибудь проблемы со здоровьем, из-за чего он не мог проводить тренировки, и у Мао выдавали свободные спокойные вечера, она выходила на прогулки с Тен Тен, и они обе делились своими историями с заданий. Вскоре обучение Мао стало подходить к концу, но Гай все никак не оставлял ее в покое и предложил Акиро-сану проводить спарринги с его подопечным Неджи, вставляя своей бывшей ученицей палки в колеса. Так и продолжались трудовые будни нашей Мао, пока в какой-то из дней очередного нытья Наруто перед Хокаге тот не сдался и не дал команде генинов задание по сопровождению мостостроителя в Страну Волн...