Pirate's Obsession

Принц Ким Тэхён стоял на балконе и смотрел, как пылает его любимое королевство. По такому случаю он выбрал простоту. Никаких парадных одежд, никакой вычурности, никакой суеты. В тот вечер на нём был лишь тёмный, строго скроенный камзол, мягкая рубашка и высокие сапоги, без единого украшения, кроме подвески, которую он никогда не снимал со своей тонкой шеи. Он сжимал её в дрожащих пальцах, пытаясь удержать себя в руках. Обычно он прятал её под одеждой, скрывая от любопытных взглядов слуг и особенно от внимательного взора отца, но время осторожности давно истекло. Они были на грани конца. И даже отец, король, не смог бы придумать наказания страшнее того, что ожидало его на рассвете. — Милорд. Третий и совсем недавно назначенный генерал королевских армий склонился перед ним на холодных каменных плитах. Двое предыдущих уже пали от рук врагов. В глубине его тревожных глаз плясало отражение далёкого пожара. Принц не помнил его имени, но чёрные татуировки, оплетающие его руки, врезались в память слишком чётко. Лёгким кивком Тэхён позволил ему подняться и снова перевёл взгляд на умирающий город. Огонь ещё не добрался до кварталов знати, но на окраинах уже взмывали к небу искры, расползаясь по улицам тяжёлым, ржаво-красным кольцом. — Какие новости? — тихо спросил он, ощущая на языке горький привкус пепла. — Наша блокада прорвана. Пираты прошли за городские стены. Он медленно закрыл глаза. — Сколько их? — Бесконечно, — генерал сглотнул, голос его дрогнул. — Их всех послал капитан пиратов. С трона, законного, но теперь казавшегося чужим, донёсся хриплый голос его отца: — Не… не называй его так.  Король с бледным лицом сидел, ссутулившись, с влажными от вина губами, судорожно сжимая горлышко уже седьмой бутылки, которую осушил с тех пор, как стало известно о приближении пиратов к берегам его королевства. В ту ночь он не выглядел правителем. Сегодня он был всего лишь человеком, и достоинство, некогда неотъемлемое от его власти, меркло перед лицом неизбежного поражения. И он, словно драгоценный камень, утративший свой блеск, оставался незамеченным. — Пиратские корабли блокируют гавань, — тихо произнёс генерал. Он подчинялся ему, принцу по титулу, но королю по сути. Особенно после того, как наружу вышли некоторые тайны. — Бежать некуда. Уже нет.  Ему не нужно было этого говорить. Ким Тэхён и без того всё понимал. За его спиной стояла наполовину завершённая партия в «Монархические шахматы». Плитки на доске складывались в очертания его королевства, а на их поверхности в мельчайших деталях была воспроизведена текущая атака. И хотя игра ещё не была доведена до конца, её исход уже был очевиден. Количество кораблей, внезапность удара, выверенная тактика пиратского предводителя, всё это делало силы принца несоразмерными. Их застали врасплох и превзошли в манёвренности. Союзники отвернулись, слишком напуганные масштабом пиратского флота, чтобы прийти на помощь. Даже самые продуманные стратегии рушились под давлением превосходящих сил. Блокада стала лишь отчаянной, последней попыткой сдержать натиск, слабой надеждой спасти хоть что-то. Спасти не только себя и корону, но и людей, которых он поклялся защищать. И в этот момент для него имели значение только они, его подданные. С самого начала он знал, что обречён на поражение, что все его усилия тщетны. И всё же надежда заставляла его бороться до конца, цепляясь за последнюю возможность изменить исход. Шанс ускользал из его рук, и ухватить его было так же невозможно, как саму надежду. — Спасибо, генерал, — Тэхён отвернулся от него и от отца, вновь устремляя взгляд на королевство, которое не смог спасти. — Вы свободны.  Но тот не ушёл. Вместо этого он произнёс:  — Это ещё не всё.  Горькая усмешка обожгла горло принца.  — Что ещё может быть? — Посланники капитана. — Он запнулся, бросив косой взгляд на короля. — Они пришли сообщить, что наши граждане взяты в заложники. Кровь в его жилах словно застыла. — Сколько их? — Сотни. Наши оперативники подтвердили это. Их собирают группами и держат под прицелом. Омега на мгновение задумался. — И что требует капитан в обмен на их безопасное освобождение? — Он… — генерал выглядел таким же ошеломлённым. — Он ничего не требует. — Пока что, — тихо произнёс принц. — Время у него есть. И он ждал. Генерал ушёл.  В его отсутствие советники начали выползать из теней тронного зала и кружить вокруг, словно стервятники в чёрных плащах, с холодными, блестящими глазами, ожидая момента, когда можно будет обглодать останки до кости. Они заламывали руки, не сводя с него взглядов. Перешёптывались, склоняясь к уху короля, но тот был слишком пьян, чтобы их слышать. Их было много. Каждый из них считался блестящим умом, незаменимым советником.  Но ни один не мог помочь. Так было всегда, с горечью понял Тэхён. Годами именно он оставался их настоящей опорой, сам того не осознавая. Он выигрывал их битвы задолго до их начала, разыгрывая исходы на шахматной доске власти. Но теперь, когда истина открылась полностью, он оказался бессилен. Бессилен вытащить их из этого земного ада. Всё было кончено. И на этот раз окончательно. Высоко в башне, возвышающейся над городом, принц Тэхён смотрел на пылающее королевство. Его веки тяжелели, слипались от усталости, но он упрямо держал глаза открытыми. Слишком много бессонных ночей. Слишком много просчитанных партий. Слишком много слёз, пролитых в этот вечер и во многие до него, задолго до того, как капитан пиратов ступил на его земли. И всё оказалось напрасным. Теперь враг шёл к его берегам. Его противник. Его тень. Его неизбежность. Скоро он будет здесь. Скоро Тэхён посмотрит дьяволу в глаза  и падёт. Сил сопротивляться больше не осталось. Он медленно закрыл глаза. Над городом поднимались дым и пепел. Ветер мягко касался его щёк, шеи, скользил по рукам, в которых он сжимал любимую подвеску. Но холод камня в ладони не мог заглушить далёкие крики его подданных, оказавшихся во власти пиратов, сокрушивших армии его отца. Для него не было утешения. Петля затягивалась всё туже. Кольцо огня неумолимо сжималось вокруг столицы. Закрыть глаза означало предать тех, кого он не смог защитить. У них не было роскоши ждать своей судьбы в безопасности дворцовой башни. Он резко открыл глаза, вновь устремляя взгляд на сердце своей пылающей, любимой столицы… И замер. Картина не совпадала с тем ужасом, который он ожидал увидеть. Огненный горизонт не сдвинулся. Кольцо не сомкнулось. Напротив, оно застыло, словно ореол разрушения, зависший на месте и не приблизившийся ни на шаг к центру города, где возвышался дворец. Натиск был остановлен. Но чем? Неужели вторжение прекратилось? И если да, то почему? Чего ждал капитан пиратов? Принц оторвал руки от каменного парапета и медленно развернулся лицом к тронному залу. — Вы здесь? — спросил он. Но советники уже исчезли, разбежавшись, словно вороны, стоило его взгляду стать холоднее. Он перевёл глаза на стражника у двери. — Где генерал? — Я могу найти его, милорд, — поспешно ответил стражник, поднимаясь. — Я могу… Он не договорил и исчез за тяжёлыми дубовыми дверями. Тэхён вновь повернулся к линии огня. Колени ныли от долгого стояния на холодных каменных плитах. Он не двигался с тех пор, как пришло известие о вторжении объединённой пиратской армии в столицу. Но, в отличие от отца, сломленного страхом и вином, он не позволял себе поддаться отчаянию. Подвеска в его руке давала ему силы. Тонкая цепочка и розовый бриллиант, который он носил у самого сердца, будто удерживали его от падения. Он перекатывал камень между пальцами, взвешивал на ладони и иногда, когда был уверен, что никто не видит, едва касался его губами. Это было больше, чем просто украшение. В гранях бриллианта отражались его несбывшиеся жизни. Тысячи возможностей. Все дороги, которыми он мог пойти, если бы судьба не сделала свой жестокий выбор. Война была проиграна. Пираты победили. Он никогда не сможет сказать тому, кто подарил ему этот камень, что его слова преследовали его с того самого дня разлуки. Не сможет признаться, что хотел бы изменить своё решение. Он никогда не сможет взять его за руку и сказать «да», как отчаянно хотел когда-то. Эта возможность сгорела вместе с городом. Если бы только они встретились в другой жизни… Двери распахнулись. — Он перестал наступать, милорд. Тэхён резко обернулся. Ткань одежды взметнулась вслед за движением. Генерал вновь опустился на колени перед ним. С трона донёсся слабый стон отца, но принц почти не слышал его. Сейчас значение имели только эти слова. — Наши силы объединились? — спросил Ким, хотя в его сердце не было и тени надежды. — Я не думал, что они на это способны.  — Нет. Не способны. — Генерал провёл татуированной рукой по усталому лицу. — Он может снова напасть в любой момент. У него достаточно сил, чтобы уничтожить нас в одно мгновение. — Он на секунду замолчал. — И всё же… — И всё же он этого не сделал. — Тэхён сжал руки в кулаки, ногти впились в кожу. — Почему этот монстр… — Он покачал головой. — Он ведь всего лишь человек. — Милорд? — осторожно позвал генерал. — Неважно. — Принц опустил руки и медленно повернулся, выпрямившись. Его взгляд скользнул по советникам, усталый, но твёрдый, не допускающий возражений. — Расскажите мне. Всё, что вам о нём известно. О Пиратском капитане Чон. Это имя… Это имя прозвучало, как выстрел. Самое проклятое из имён повисло в воздухе, и под тяжестью его гулкого эха советники сжались, застонали, будто от физической боли. Затем, словно стая стервятников у виселицы, они разом заговорили. Они повторяли всё, что уже рассказывали ему той ночью, когда разбудили его в панике две недели назад и потребовали сыграть партию в монархические шахматы. Но тогда всё было иначе. В их глазах был настоящий страх. И ещё до того, как они, вместе с его отцом, в отчаянии выпалили правду, Тэхён понял, это не очередная игра. Не одна из сотен. Не притворство. Не иллюзия контроля. Он почувствовал это сразу. Битва, в которую ему предстояло вступить той ночью, была настоящей. И именно тогда внутри него прозвучал первый тревожный сигнал. Обман перестал существовать. Маски были сорваны. Это была война за судьбу королевства. А его противником оказался не человек… А оживший кошмар из сказок. Капитан Чон Чонгук. Их противник, чудовище, которому было суждено стереть его королевство с лица земли, за один год создал целую нацию из пепла павших государств. Его путь к власти был стремительным и залитым кровью. Пока Тэхён набирал силу, альфа вёл скрытую войну против их королевства. Разрозненные набеги, нападения разбойников и пиратских банд казались случайными, но на деле все они подчинялись единой воле. Все это время они были его руками. Он был королём по силе, но не по праву. Не признанный правителями мира, не связанный ни родовыми землями, ни титулами. Только власть. Только страх. Непредсказуемый. Свирепый. Неуловимый. — Такова его репутация, — произнёс Ким, когда советники замолчали. — А что вы можете рассказать о нём самом? — О самом человеке? — растерянно переспросили они. — Да. — Его взгляд стал жёстче. — Слабости. Сильные стороны. Что угодно. — Но, милорд… ничего такого нам известного нет. И этого было достаточно, чтобы понять. У него не было ни единого изъяна, за который можно было бы зацепиться. Ни трещины в броне. Ни нити, ведущей к уязвимости. Ни искры, способной обратить его силу против него самого. Он был легендой, выросшей до размеров кошмара. И советники, стоящие перед принцем, были бесполезны в его тени, ослеплённые страхом и восхищением, смешавшимися в одно. И всё же Тэхён знал — он человек. Должен быть человеком. Но всю свою жизнь Тэхён провёл в изоляции от внешнего мира. Без чужой помощи он не мог отличить правду от вымысла, миф от реальности. Даже его отец, сидящий на троне, оказался беспомощен. Король захлебывался страхом и вином, теряя остатки рассудка. Он бормотал, хныкал, бессильно сжимая подлокотники трона, словно это могло удержать его от падения. Два дня назад Тэхён ударил его, пытаясь вернуть к реальности, разбил себе руку, но даже это не помогло. И теперь тот лишь сидел, сломленный и дрожащий, шепча сквозь стоны: — Зачем… зачем мы вообще его туда привели? Как бы низко он ни пал, он всё же оставался его отцом. Тэхён подошёл ближе, опустился на колени перед троном и осторожно взял его за руку. — Куда привели, отец? — Этот человек… — всхлипнул король. — Саммит Короны. Тэхён нахмурился. — Капитан Чон Чонгук присутствовал на Саммите Короны? — Формально… — Король задыхался, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. — Всего лишь формальность, чтобы его успокоить. Он хотел власти. Мы не дали ему её. Но пустой титул, ничего не значащий… — Его тело содрогнулось. — Капитан пиратов, пустой титул, не даёт ему настоящей власти, но раз в год мы позволяли ему сидеть с нами за одним столом. И этот титул, мы дали его, чтобы утолить его аппетит.  Он отшвырнул пустую бутылку и разрыдался, закрыв лицо дрожащими руками. Тэхён медленно провёл пальцами по его костяшкам, стараясь успокоить. Но в глубине души он сам нуждался в опоре. Всего через несколько недель должен был состояться очередной Саммит Короны. Четвёртый, на котором он должен был присутствовать. И, вопреки всему, он ждал его. Ни отец, ни слуги никогда не понимали почему. Во всём мире у Тэхёна был лишь один человек, которого он мог назвать другом. И вторжение Капитана пиратов лишало его последней возможности увидеться с ним. Из-за Чон Чонгука он мог не пережить эту ночь. Не говоря уже о Саммите. Но его личные чувства меркли перед судьбой королевства. И в словах отца было нечто, что заставило его насторожиться. — Что значит успокоить его? — Тэхён крепче сжал его руку. — Отец, каким бы сильным он ни стал, почему простому пирату позволили титул и пригласили на Саммит? Зубы короля, испачканные вином, скрипнули. — Этот монстр.  — Нет. Он не монстр, — тихо, но твёрдо перебил его принц. — Он человек. Расскажите мне, что вам о нём известно. Король тяжело выдохнул, откинувшись на спинку трона. — Этот человек, он не такой, как все. И сквозь страх и слёзы он начал говорить. О падении далёкого королевства. О семье Чонов, жадной до власти, свергнутой за свою алчность. О землях, разделённых между другими правителями. О новом короле, занявшем трон, который когда-то принадлежал их роду. И главное… О наследниках, считавшихся мёртвыми. Но один из них, по его словам, выжил. И не просто выжил. Он поднялся. Собрал армию. Создал силу, которую мог назвать своей. Советники замерли, слушая. Правда, словно кровь, проливалась в тишине зала, просачивалась в каменные трещины и оседала в сознании каждого. — Я знал того короля… павшего монарха, — прошептал король. — Я видел его на Саммитах. И когда этот пират предстал перед нами… я… Принц крепче сжал его руку. — Что ты такое говоришь? Король на троне широко распахнул глаза и застонал: — Я увидел в нём его отца… Тэхён молча смотрел на него. Советники опустили головы. Генерал стоял рядом, человек действия, но сейчас застывший в шоке и неверии. Тэхён поднялся и снова вышел на балкон, устремив невидящий взгляд на пылающий город. — Капитан пиратов… — тихо произнёс он, ни к кому не обращаясь. — Это… принц? И в этот момент всё сложилось. Как фигуры на шахматной доске, внезапно образующие завершённый узор. Почему он напал. Почему остановился. Чего он на самом деле хотел. Тэхён медленно подошёл к столу с монархическими шахматами. Его взгляд скользил по плиткам, изображающим земли и моря, по картам армий, кораблей и жителей, по фигурам, символизирующим ресурсы.  И остановился на дворце. Миниатюрная фарфоровая крепость с крошечным подъёмным мостом и расписанными вручную камнями. Даже башня, в которой он сейчас стоял, была воссоздана с пугающей точностью. Рядом лежала фигура короля. И рядом с ней… Фигура королевы. Та, что символизировала его. — Вот оно… — прошептал Ким, не сводя с неё глаз. — Вот чего он хочет. Советники ахнули. Генерал резко поднял голову. Король на троне зашевелился, его мутные глаза с трудом сфокусировались. — Что, сын мой? — спросил он, и в голосе вспыхнула слабая надежда. — Чего хочет Капитан? Тэхён повернулся. — Он хочет меня.

***

Тэхён стоял в дворцовой часовне в свадебном одеянии. Жемчуг и бриллианты, тонкое кружево и тяжёлый шёлк окутывали его фигуру. Слуги шептались, что он никогда не выглядел столь прекрасным, как сейчас, в традиционной королевской тиаре, главной реликвии рода, которую надевали лишь в день брака наследника. Но для него самым ценным было не это. Под высоким воротом скрывалась подвеска. Тот самый розовый бриллиант. Он отчаянно хотел сжать его в пальцах, чтобы удержаться перед неизбежным. Лишь прикосновение через ткань давало слабое успокоение, но даже оно не могло унять бурю внутри. Он оказался прав. Отец, наконец сломленный истиной, прекратил истерику. Послание было отправлено. Ответ пришёл почти сразу. Капитан Чон Чонгук согласился. Он освободит заложников. Уведёт армию. Если принц станет его. Как и ожидалось. Человек, жаждущий признания, лишённый законного титула, не мог упустить шанс связать себя с королевской кровью. Это был ход. Чистый, точный, выверенный. Такой же, какой сделал бы сам Тэхён. Пожертвовать ферзём, чтобы спасти доску. Когда-то это было лишь стратегией в игре. Теперь же он сам стал этой фигурой. Жертвой. И всё же он стоял прямо, с высоко поднятой головой, сдерживая слёзы. Он исполнил свой долг безупречно. Это был единственный способ спасти народ. Даже если для этого нужно было отдать себя. Он ждал. Не обращая внимания на отца, тайком пьющего вино, на слуг, захлёбывающихся слезами, на советников, сбившихся в кучку, на генерала с побелевшими кулаками, на викария, едва держащегося на ногах. И вот двери часовни распахнулись. Тишину разорвали тяжёлые шаги. Тэхён опустил взгляд. Сквозь вуаль он видел лишь движение. Слышал голоса, обрывающиеся на полуслове, попытку отца заговорить… И затем смех. Низкий. Холодный. — Молчать. Он замер. Не из-за приказа. Из-за голоса. Он знал этот голос. Дрожь прошла по его телу. Память вспыхнула, как молния. Шаги приближались. Перед его взглядом остановились остроносые туфли. Их края были украшены перьями. — Чего ты ждёшь? — насмешливо произнёс тот же голос. — Обвенчай нас. Не заставляй моего принца ждать. Викарий сбился, торопливо начиная обряд. Но раньше, чем он успел закончить, сильные руки подняли вуаль. Пальцы коснулись его подбородка, заставляя поднять лицо. Тэхён не решался поднять взгляд. Но голос, тёплый и опасный, прошептал почти у самых губ: — Посмотри на меня. И он посмотрел. Истина была перед ним. Живая. Улыбающаяся. Невозможная. — Я… я вас знаю… — выдохнул Тэхён. — Да? — усмехнулся пират. Имя сорвалось само. — Капитан… — Значит, ты помнишь. Хороший мальчик. — Его палец скользнул по губам Тэхёна. — Но ты ведь понимаешь… это не моё имя. Тэхён смотрел на него, отмечая каждую черту. Изгиб губ, прищур глаз, гордый профиль. Всё было знакомо. Даже запах. Морская соль. Цитрусовая горечь. Дым и кожа. Тот самый. Тот, что преследовал его ночами. Подвеска под одеждой будто обжигала кожу. В груди сталкивались страх и что-то куда более опасное. Чонгук приблизился, приподнимая его лицо выше. — Скажи это, — прошептал он. — Назови имя своего мужа. — Ч..  — Вот так. — Чон… — голос дрогнул. — Чонгук. Тот тихо усмехнулся, склоняясь ближе. — Хороший мальчик. — Перед лицом короны объявляю вас мужем и супругом, — пробормотал викарий. —  Можете… Он не договорил. Чонгук не ждал разрешения. Как истинный пират, украл поцелуй. Он притянул Тэхёна к себе и поцеловал его, жадно, властно, как будто забирал то, что всегда принадлежало ему. Рука сжала его талию, прижимая ближе. Мир исчез. Остались только тепло, дыхание и этот поцелуй, от которого у Тэхёна перехватило дыхание. Когда он отстранился, принц остался в его руках, разгорячённый, потерянный… И навсегда связанный с тем, кого когда-то знал под другим именем.