Созерцание.

Три месяца спустя Джек Кроуфорд стоял на том же утесе, глядя вниз. Океан был спокоен сегодня — зеркальная гладь, отражающая серое небо. Никаких следов. Никаких тел. Официально Уилл Грэм и Ганнибал Лектер считались погибшими. Дело было закрыто. ФБР двигалось дальше, как всегда двигалось — оставляя мертвых позади и фокусируясь на живых. Но Джек знал. Знал, что где-то там, в темноте, они все еще существуют. Может быть, не в этой жизни. Может быть, в какой-то другой. Но они есть. И они вместе. Он бросил в воду цветок — белую лилию, символ невинности, которая никогда не была присуща ни одному из них. Цветок покачался на волнах и медленно поплыл к горизонту. — Покойся с миром, Уилл, — прошептал Джек. — Хотя я знаю, что ты его не нашел. Он развернулся и пошел прочь, не оглядываясь. А глубоко под водой, в пещере, скрытой от посторонних глаз приливом, два тела лежали на каменном ложе, переплетенные в вечном объятии. Вода сохранила их почти нетронутыми — соль и холод сделали свое дело. Они выглядели так, будто спали. Лицо Ганнибала было спокойным, почти умиротворенным. Губы Уилла изогнулись в легкой улыбке — первой настоящей улыбке за многие годы. Рыбы проплывали мимо, не тревожа их покой. Водоросли колыхались в такт течению, создавая вокруг них живой саван. А на каменной стене пещеры, вырезанные чем-то острым — может быть, осколком скалы, может быть, костью, — остались слова. Они были написаны на латыни, но любой, кто нашел бы их, понял бы смысл: «In aeternum. Invenimus nos. Servavimus nos.» Навеки. Мы нашли друг друга. Мы сохранили друг друга. И где-то там, за гранью понимания, в месте, где не действуют законы физики и морали, две души продолжали свой танец. Танец, который начался в тот день, когда уставший профайлер с даром, похожим на проклятие, вошел в кабинет психиатра, который видел в людях только ингредиенты. Они нашли друг друга. Они уничтожили друг друга. Они спасли друг друга. Разве не в этом суть любви? --- Конец