Уроки жизни (Life lessons)

Урок седьмой: Не забывай заботиться о себе       Ниндзя Конохи преодолели половину пути до побережья. Непрекращающийся дождь хлестал по ним — это внешние окраины надвигающегося шторма достигли суши. Если час назад стояла удушающая жара и влажность, то теперь температура стремительно падала. Молнии вспыхивали между облаками, а гром рокотал всё отчетливее.       — Нам выпала первая смена дозора, — сказал Какаши. Он подозвал Сакуру и Наруто к себе, как только они обосновались на ночлег в гуще леса. — У нас есть около пяти часов на отдых, прежде чем придется продолжить путь к прибрежному городу.       Сакура кивнула и поправила капюшон плаща, глубже пряча лицо. Было холодно и сыро. Они разбили лагерь, и наличие Ямато в группе означало, что у них было превосходное укрытие. К сожалению, команде Какаши предстояло насладиться им еще не скоро.       Наруто создал дюжину теневых клонов.       — Я разошлю их охранять периметр, — сказал он.       Какаши кивнул.       — Мы тоже создадим троих, — сказал он, поворачиваясь к Сакуре. — Это не будет проблемой?       Он не хотел тратить чакру Сакуры на клонов, которые могли понадобиться для лечения раненых или разбора тяжелых завалов.       — Какого черта! Сакура может сделать хоть дюжину, если захочет! — немедленно вклинился Наруто, встав на защиту подруги. — Верно, Сакура-чан?       Сакура положила руку на плечо Наруто.       — Я ценю твое доверие, Наруто. Я могу создать троих клонов и при этом сохранить здоровый запас чакры, если тебя это беспокоит, Какаши.       Мышца на челюсти Какаши дернулась. Он вовсе не собирался оскорблять Сакуру. Он знал, что она способна на это, но не был уверен в её текущих резервах. Она была их главным медиком. Учитывая характер миссии, ей было жизненно важно оставаться бодрой. С самого момента выхода из Конохи Наруто не отходил от Сакуры ни на шаг. Казалось, этот громкоголосый блондин всерьез опасается, что Саске может возникнуть из ниоткуда и похитить её.       — Наша смена продлится девяносто минут, — подытожил Какаши.       Их клоны разошлись по сторонам света. Технически, можно было бы просто отправить клонов охранять лагерь, а самим расслабиться в доме Ямато, но это считалось дурным тоном. Терялись драгоценные секунды, пока спящие шиноби просыпались и пытались прийти в боевую готовность. Устав требовал, чтобы дозорные бодрствовали под открытым небом. Какаши перестал быть фанатиком правил, каким был в юности, но нарушал их только тогда, когда на кону стояла жизнь товарища. Жизнь важнее миссии — этому его научил Обито. И его отец умер за это убеждение.       Какаши устроился на широкой ветке дерева средней высоты.       — Убедитесь, что вы не на самом высоком дереве, — посоветовал он ученикам.       — Профилактика удара молнии, — пояснила Сакура Наруто. — Какаши с его сродством к молнии это может и не беспокоить, а вот остальные из нас не оценят близкого знакомства с разрядом.       Она выбрала ветку чуть ниже Какаши на соседнем дереве, а Наруто уселся на том же уровне на другом. Какаши взглянул на неё сверху вниз. Из-за капюшона он видел лишь несколько розовых прядей, которые ветер выбивал наружу. Ему хотелось поговорить с ней о том, что произошло с Саске.       — Просто поверить не могу в этого теме, — ворчал Наруто. — Я понимаю, Совет давит на него, но просить тебя пройти эту... ферти... — Наруто запнулся, задумчиво поджав губы. — Оценку фертильности. А потом пытаться запретить ходить на миссии? — Он вскинул руки. — Каков осел! Ты — ценный член команды. Где он был, когда мы спасали Какаши-сенсея от этого похитителя тел Хируко? Где он был, когда мы спасали Гаару от Акацуки?       Сакура прислонилась головой к стволу, и Какаши на миг увидел её лицо.       — К тому же, я удивлена, что ты так злишься на него, Наруто. Я думала, Саске в твоих глазах непогрешим.       Наруто возмущенно запыхтел.       — Сакура-чан! Как ты можешь такое говорить? Ты мой лучший друг. Конечно, я в бешенстве от того, что наговорил этот ублюдок! Я, может, не такой умный, как ты, но я бы никогда не сказал такого Хинате! Я — последний в роду Намикадзе, но разве я ору на каждом углу о необходимости восстанавливать клан?       Сакура выглядела измотанной — и физически, и эмоционально.       — Думаю, нам стоит сделать ему небольшую скидку. Саске в плане социального взаимодействия еще хуже, чем Сай, — сказала она.       Какаши не собирался читать морали, но это описание вполне подходило и ему самому. Он прятал лицо за маской и держался максимально отстраненно. В детстве его могла вывести из себя любая мелочь, нарушающая Кодекс Ниндзя. Жизнь стала проще, когда он перестал зацикливаться на пустяках. Он достал свою верную книжку «Ича-Ича» и открыл её под защитой густой листвы. Он не собирался читать, но нужно было соблюдать приличия. Он не мог допустить, чтобы его интерес к Сакуре стал слишком очевидным. Она, казалось, без труда разделяла их новые романтические отношения и профессиональное взаимодействие. Еще один повод быть благодарным маске — она скрывала его растущее разочарование.       — Может, он просто напуган, — добавила Сакура. Она залезла в подсумок и достала несколько пищевых пилюль. — Есть хотите?       — Пайки остались в лагере, — заметил Какаши. Он знал о дурной привычке Сакуры заменять нормальную еду пилюлями на миссиях. — Нам нужно что-то посущественнее.       Она закинула пилюлю в рот.       — Мы сейчас не в лагере, а мне нужно сохранять бдительность.       — Я возьму одну, — сказал Наруто, протягивая руку.       Сакура протянула третью, последнюю пилюлю Какаши.       — Ты уверен? — спросила она.       Он покачал головой. Она сжала пальцы и убрала пилюлю обратно.       — Как знаешь.       Какаши вскинул бровь. Она что, злится на него за то, что он ответственный лидер? Он перелистнул пару страниц, но не мог сосредоточиться на тексте. Он любил, когда всё просто, но сейчас с Сакурой всё было как раз наоборот. Он не ожидал, что Цунаде предложит ему стать Хокаге. Эту должность он никогда не хотел. Минато всегда выглядел обремененным этой ношей. Какаши просто хотел выполнять миссии и защищать деревню привычным способом. Но теперь, когда Сакура стала его напарницей, он начал с нетерпением ждать их будущих заданий — как бы мало их ни осталось.       — Им стоило сделать их со вкусом рамэна, — со вздохом заметил Наруто. Какаши усмехнулся простоте этого замечания.       — Я читала метеосводку. Второй шторм гораздо сильнее первого, — сказала Сакура.       Наруто потянулся и вытянул ноги на ветке. Он закрыл глаза и улыбнулся:       — Хорошо, что у меня сродство с водой. Мы заскочим в ту деревню и будем дома до того, как второй шторм достигнет берега.       — Мы хоть что-нибудь знаем о сыне и сестре Даймё? Имена? Как они выглядят? — спросила Сакура. — Это облегчило бы поиски.       — Сын Даймё — единственный ребенок от его второй жены, — пояснил Какаши. Он заучил эти детали еще в кабинете Цунаде. У Даймё было трое детей от первой жены — политический брак, устроенный еще его отцом. Как только старый Даймё скончался, нынешний взял в жены свою любовь детства. Но она умерла при родах. — У мальчика ярко-рыжие волосы, как у матери. Его зовут Дайсуке, и хоть он младший сын, именно он — наследник. Дайсуке навещал свою тетю по материнской линии, Рику. Она была почти на пятнадцать лет старше своей сестры.       — Это объясняет, почему нас отправили на миссию в такое безумное время, — признала Сакура, потирая руки. — Мы должны спасти будущего Даймё.       — Именно, — согласился Какаши. — И поэтому тебе понадобится нечто большее, чем просто пилюли. OoO       Внутри убежища Ямато Сай лежал на животе, приподнявшись на локтях; в руке у него был угольный карандаш, а перед ним — раскрытый альбом. Ему, Ино и Ямато предстояла следующая смена. Он зажал карандаш между страницами и провел рукой по длинным светлым волосам Ино. Она спала, растянувшись рядом с ним. Он знал, что ему тоже нужно поспать, но годы в Корне приучили его обходиться минимумом отдыха.       — Спи, — прошептала Ино.       Сай опустил взгляд и увидел, что она смотрит на него своими голубыми глазами.       — Позже, — пообещал он. Было слишком много вещей, которые ему нужно было осмыслить. Он снова взял карандаш и продолжил работу над наброском Сакуры и Какаши, который начал ранее. В том, как они стояли рядом, было что-то новое. Он еще не до конца понял, что именно, но его художественный взгляд это уловил.       Он начал накладывать тени, отмечая собственнический жест Какаши — руку на плече Сакуры. Выражение лица самой Сакуры было более открытым, чем он видел за долгое время. С момента окончания войны и возвращения Саске в её глазах и уголках губ затаилось напряжение. Теперь оно странным образом исчезло.       Он перевернул страницу. Его взгляд скользнул по стройному телу Ино, и он начал рисовать её. Затем добавил на ту же страницу себя — их ноги переплетены, руки обнимают друг друга. Ему хотелось добавить цвет: небесно-голубой для её глаз, нежно-медовый для волос и кремовый для кожи.       Ино снова открыла глаза.       — Спи, я сказала, — скомандовала она. Она выхватила карандаш из его рук и отложила в сторону. Затем приподняла край своего спального мешка. — На улице холодно и сыро. Твоя обязанность как порядочного парня — следить, чтобы твоей девушке было тепло и уютно.       Сай удивленно вскинул брови.       — Парня? Я не был осведомлен о своем статусе. Существует ли руководство по обязанностям порядочного парня? Я такого не читал. Есть ли еще какие-то правила?       Он убрал карандаш и альбом в рюкзак и скользнул в спальный мешок к Ино. Она показалась ему очень теплой. Возможно, её желанием было «уютно устроиться», но ему в мешке стало просто тесно.       — Еще одно важное правило: ты не споришь, когда твоя девушка просит тебя составить ей компанию в постели, — заявила Ино.       Звучало логично. Сай обнял Ино, одной рукой придерживая её за поясницу, а другой прижав её голову к себе, запуская пальцы в светлые волосы. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь запахом леса, исходящим от неё.       — А теперь спи, — приказала Ино.       Сай закрыл глаза, как и было велено. По возвращении домой ему придется обыскать библиотеку. Возможно, библиотекарь поможет подобрать книгу о правилах романтических отношений. Пока что правила, которые выдавала Ино, часто противоречили друг другу. Может, у неё «эти дни»? Хотя непохоже. Обычно в такие периоды Ино ведет себя крайне агрессивно, а сейчас она была нежной и ласковой. Наверное, стоит спросить совета у Сакуры. OoO       До прибрежной деревни оставалось совсем немного, и погода окончательно испортилась. Перед выходом тем утром Какаши настоял на том, чтобы Сакура нормально поела, а не перебивалась пищевыми пилюлями. Она и так собиралась это сделать, и ей вовсе не нужно было, чтобы ее сверхзаботливый тайный любовник дышал ей в затылок, контролируя каждый укус. Она была ответственным взрослым человеком и не нуждалась в надзирателе! А он сидел там, делая вид, что читает свой роман «Ича-Ича», и не сводил с нее глаз, пока она не закончила трапезу. Он что, не верит, что она способна позаботиться о себе?       Нога Сакуры соскользнула с ветки во время прыжка, но Наруто вовремя протянул руку и подхватил ее, помогая восстановить равновесие.       — Ты в порядке, Сакура-чан?       — Всё отлично, спасибо, Наруто, — ответила Сакура, одарив старого друга быстрой обнадеживающей улыбкой. — Просто сцепление потеряла.       Она поймала обеспокоенный взгляд темных глаз Какаши, который оглянулся на них через плечо.       Наруто в замешательстве нахмурился:       — Ты же должна использовать чакру.       — Не стоит понимать всё так буквально, — фыркнула Сакура. — Я просто немного устала.       И, возможно, ей не стоило есть ту пилюлю прошлой ночью. Одним из основных побочных эффектов было падение гликемического индекса примерно через восемь часов, что могло привести к колебаниям в контроле чакры.       На окраине прибрежного городка уже виднелись разрушения от первого тайфуна, всего лишь второй категории: многие здания были стерты с лица земли. Ветер набирал силу по мере приближения второго тайфуна — уже четвертой категории. Хината стояла с активированным Бьякуганом. Киба и Акамару умчались вперед, вынюхивая выживших под завалами. Сай и Ино кружили над сценой на чернильной птице; разум Ино сканировал руины внизу в поисках признаков жизни.       — Здесь есть люди! — крикнул Киба, указывая на массивную рухнувшую деревянную конструкцию.       Ямато оказался рядом в мгновение ока, укрепляя стены новыми деревянными балками. Анко запрыгнула в самую гущу и начала вытаскивать раненых.       — Всего под этими зданиями заперто двенадцать человек. Кажется, я нашла сына Даймё и его тетю! — воскликнула Хината, указывая на остатки огромного красного здания. Наруто отправил туда целую армию теневых клонов и начал разгребать обломки. Волны у берега становились всё выше, а небо окончательно потемнело.       — Плохо дело, — пробормотал Какаши, глядя на небо. — Сейчас станет еще хуже. Нужно уводить людей отсюда, и быстро.       — Сакура-чан! Мне нужна твоя помощь! — позвал Наруто.       Она поспешила к нему. Четверо его клонов тщетно пытались сдвинуть огромную балку красного здания. Сакура, используя свою чудовищную силу, легко подняла тяжелое бревно и отбросила его в сторону. Чего она не ожидала, так это того, что вся конструкция начнет оседать в пропитанный водой песчаный фундамент. Она бросилась вглубь завалов и прикрыла своим телом молодого рыжеволосого человека и пожилую женщину.       Здание начало рушиться прямо на них. Клоны Наруто лопались один за другим. Сакура зажмурилась, решив стать живым щитом, чтобы защитить семью Даймё от неминуемого удара.       Но смертоносная балка так и не упала. Сакуру охватило чувство дежавю: над ней, Дайсуке и Рикой выросла огромная призрачная рука, образовав барьер. Она узнала эти руки — руки Сусаноо Какаши, которое он создавал в битве против Кагуи. Сусаноо вытянуло Сакуру и двух членов семьи Даймё из-под завалов.       Сакура встретилась взглядом с Шаринганом Какаши, находившегося внутри защитного тела Сусаноо. В этот критический момент его временный дар вернулся. Она не знала, что это значит, но знала точно: он только что спас ей жизнь.       Находясь под защитой Сусаноо, Сакура быстро осмотрела Дайсуке и Рику. У них были лишь незначительные ушибы и обезвоживание. Последнее выглядело иронично, учитывая количество ливня.       — Это все? — прокричал Какаши, едва перекрывая рев ветра.       — Да! — ответила Ино. — Мы нашли всех двенадцать, кого видела Хината.       — Есть несколько погибших, но сейчас они не в приоритете, — тихо сказал Киба с осунувшимся лицом.       Анко дружески хлопнула его по плечу:       — Заберем их позже. Ты молодец, салага.       — Кто вы такие? — спросил Дайсуке. — Постойте, я вас знаю! — Он схватил Сакуру за руки. — Вы Сакура Харуно, ученица леди Цунаде! Я бы узнал эти розовые волосы и изумрудные глаза где угодно! Музыкант моего отца, Джуро, писал баллады о вашей красоте и силе!       Сакура не смогла сдержать улыбку. Они всё еще были внутри Сусаноо, и Копирующий Ниндзя поспешил увести их подальше от берега вглубь леса, прежде чем техника развеялась. Какаши выглядел бледным от напряжения или, возможно, от шока после создания Сусаноо. Его глаза снова стали угольно-серыми, без намека на Шаринган.       — Нам нужно уходить дальше от берега, — скомандовал Какаши. — У нас есть от силы час до удара основного тайфуна.       — Я могу возвести убежище, и мы переждем там глаз шторма, — предложил Ямато.       — Сначала нужно убедиться, что состояние спасенных стабильно, а потом быстро двигаться, — возразила Сакура.       — Эй, ты не должна спорить с вышестоящими по званию, — огрызнулась Анко.       Сакура сузила глаза. Она не пропустила тот факт, что Анко весь путь заигрывала с Какаши.       — Я говорю как равная с равным, как джонин с джонином. Однако, если мне придется воспользоваться своим статусом старшего медика на этой миссии, я это сделаю, — твердо заявила Сакура.       — Ого, вы такая крутая, — прошептал Дайсуке, глядя на нее с восхищением.       — Ино, Хината, помогите мне с сортировкой раненых. Если все стабильны — выдвигаемся, как предложил Какаши, — распорядилась Сакура.       — Ты позволишь ей так с собой разговаривать? — прошипела Анко Какаши.       Тот пожал плечами:       — Она старший медик, а это спасательная миссия, — повторил он слова Сакуры. — Сакура, тех, кому разрешено идти, мы начнем уводить вглубь леса прямо сейчас.       — Хорошо, Какаши, — Сакура благодарно улыбнулась. — Забирай этих двоих, — она указала на Дайсуке и Рику.       — Нет, я хочу остаться с вами! — заявил Дайсуке, не сводя глаз с Сакуры.       — Или ты можешь пойти со мной! — влез Наруто с широкой улыбкой.       Дайсуке отпрянул:       — Ты — Наруто Узумаки! Можно автограф? Ты мой герой!       Сакура подавила смешок. В кои-то веки она была не против, чтобы слава Наруто затмила её саму. Она осмотрела дедушку с внучкой — оба были в норме. Ино крикнула, что её пациенты — мальчик и его мать — тоже в порядке.       — Эти четверо могут идти.       — Наруто, бери Дайсуке. Анко — Рику, — распорядился Какаши. — Киба, на тебе дети. — Он повернулся к старику и матери: — Вы сможете идти сами? — Те кивнули.       — Хочешь прокатиться на Акамару? — спросил Киба девочку. Та упрямо покачала головой.       — Давай, Суки. Позволь доброму мальчику помочь тебе, — прошептал дед.       — Он очень добрый, и у него мягкая шерсть, — добавил Киба. Девочка осторожно подошла к Акамару и взобралась ему на спину. — Есть место для еще одного! — позвал Киба мальчика. Тот оказался смелее и мигом запрыгнул на пса. — Отлично, за моим носом. Уходим от шторма.       — Ищите систему пещер. Это самое безопасное место, — посоветовал Какаши. — Анко, помнишь пещеры на карте в этом районе?       — Разумеется, — ответила Анко, уже закинув Рику на спину. — Это примерно в двадцати километрах отсюда.       — Там точка сбора. Выбирайте место, которое точно не затопит.       Сакура была благодарна Какаши за лидерство. Он умел брать на себя ответственность и принимать верные решения. Если бы главной была Анко, Сакуре пришлось бы тратить драгоценное время, убеждая упрямую женщину в необходимости стабилизировать выживших. Главной целью была семья Даймё, но для Сакуры другие жизни были не менее важны. Она сосредоточилась на разрыве селезенки у одного из пациентов. Начались признаки тахикардии и одышки из-за кровопотери. Она достала из медицинской сумки пилюлю для переливания крови и дала её раненому. Это поможет стимулировать выработку эритроцитов и справиться с анемией.       — Сакура, мне нужна твоя помощь! — позвала Хината. Сакура поспешила к ней. — Перфорация кишечника, — прошептала Хината. — Начинается сепсис.       Сакура прикусила щеку изнутри, концентрируясь на тяжелой травме. Одно из дарований Сакуры заключалось в работе с ядами, будь то внешние токсины или те, что вырабатывал сам организм при заражении. Она сосредоточилась на промывании системы водой, одновременно сращивая разорванные ткани.       Какаши опустился на колени рядом с ней с чашей чистой воды. Она не знала, где он её взял, но была безмерно благодарна. Операция прошла на грани, но ей удалось восстановить кишечник и очистить рану. Она посмотрела на Какаши и улыбнулась:       — Спасибо. Было близко.       — Ино дала мне воду. Сказала, она тебе понадобится, — ответил Какаши, глядя на темную взвесь токсинов в чаше.       — Что ж, он стабилен, — Сакура провела очищающее дзюцу для рук.       — Хорошо, потому что все остальные уже ушли, — сказал Сай, стоя перед ними. — Я заберу пациента. — Он поднял спящего человека и устроил его на спине своей чернильной птицы. — Встретимся у пещер!       Сакура огляделась и поняла, что с уходом Сая они с Какаши остались одни. Шторм бушевал всё сильнее, и её волосы, выбившись из хвоста, хлестали по лицу.       — Остальные уже направились к укрытию, — сказал Какаши. — Сай создал несколько птиц, чтобы перевезти самых медленных выживших. — Он встал и протянул Сакуре руку. Она взялась за нее, покачнулась, и он подхватил ее. — Я боялся, что ты перенапряжешься.       Он подхватил её на руки и побежал в сторону пещер.       Ливень обрушился на них с новой силой, рев ветра заглушал все звуки. Деревья вокруг стонали под напором стихии. Однако, несмотря на потоки воды, Сакура чувствовала себя сухой.       — Полезное дзюцу, которое я выучил, чтобы мы не вымокли до нитки, — сказал Какаши, словно читая её мысли. — К сожалению, с ветром я ничего поделать не могу. Это не моя стихия.       Сакура прижалась щекой к его груди.       — Не могу поверить, что ты создал Сусаноо.       — Я тоже, — признался Какаши. — Когда я увидел, что ты в опасности, я просто почувствовал, как эта сила закипает внутри. — Он покачал головой. — Наверное, дар Обито задержался дольше, чем мы думали.       — И всё же он не помог тебе, когда ты был тяжело ранен на прошлой миссии, — заметила Сакура. — Это делает его ненадежным.       — Он появился тогда, когда это было важно — когда мой товарищ был в беде, — сказал Какаши, крепче прижимая её к себе. — К тому же, теперь ты будешь со мной на всех будущих миссиях, напарница.       — Я проведу полный осмотр, когда вернемся домой, — пообещала Сакура. Она закрыла глаза, позволяя себе полностью расслабиться в его руках. Она доверяла ему свою жизнь целиком и, честно говоря, после последней операции у неё просто не было сил держать глаза открытыми.       Какаши весело хмыкнул; этот звук отозвался вибрацией в его груди и пощекотал ухо Сакуры. OoO       Когда тайфун миновал, шиноби Конохи разделились. Команды Ямато и Анко сопроводили большинство выживших жителей в ближайший город, не затронутый стихией. Как только тайфун обрушился на сушу, он ослаб с четвертой категории до второй и быстро выдохся. Поиском останков тех, кому повезло меньше, теперь предстояло заниматься местным властям. После этого отряды должны были вернуться в Лист, в то время как команда Какаши продолжила путь, сопровождая Дайсуке и Рику к замку Даймё.       Дайсуке был совершенно очарован членами команды Какаши.       — Джуро будет в таком восторге, когда встретит Цветущую Сакуру Конохи! У него появится еще больше материала для баллад.       — Джуро — это королевский музыкант? — поинтересовалась Сакура.       Дайсуке кивнул.       — Он десятый сын знаменитого купца, но он по-настоящему прославился благодаря своему таланту. Его мастерство игры на кото не знает равных, — с гордостью заявил юноша.       — А что такое кото? — спросил Наруто.       — Неужели за всё время странствий с Джирайей ты ни разу не слышал кото? — удивился Какаши. Герой «Тактики Ича-Ича» славился своим умением играть на этом инструменте. В романе его ловкие пальцы делали его настоящим любимцем дам.       — Нет. А должен был? — переспросил Наруто.       Какаши покачал головой. Иногда ему казалось, что обучение Наруто под началом Джирайи было не таким всеобъемлющим, каким могло бы быть. Но потом он вспоминал про «Сексуальную технику» Наруто и пересматривал это убеждение. К тому же Хината, казалось, была по уши влюблена в сына Минато, так что, возможно, он всё-таки многому научился.       Личная гвардия Даймё сопроводила их в роскошную резиденцию. Она очень напоминала древние деревянные замки эпохи расцвета феодализма. Резиденция Даймё Страны Огня была одной из старейших в Японии и располагалась на огромной территории. Их вместе с Дайсуке и Рикой провели в чайную комнату для частной аудиенции.       В центре комнаты стоял низкий деревянный стол, вокруг которого лежало восемь подушек. Даймё и его жена сидели по разные концы стола. Дайсуке и Рика заняли места справа от Даймё, а музыкант Джуро — слева. Какаши и Наруто сели по обе стороны от супруги Даймё, а Сакура оказалась между Какаши и Джуро. Пока Даймё выражал облегчение и благодарность за то, что шиноби Листа успешно вернули ему наследника, Какаши отвлекало внимание Джуро к Сакуре. Музыкант то и дело напевал ей льстивые строки о её внешности и героических подвигах. Её битва с Сасори была увековечена в песне, что было странно, ведь единственными свидетелями того боя были сама Сакура, Чиё и Сасори — а двое последних были мертвы.       Какаши пригубил чай, не снимая маски, и промолчал. Он позволил своему скучающему взгляду скользнуть по столу, подмечая детали в семье лорда. Было очевидно, что Даймё обожает своего младшего сына и наследника. Также было заметно, что между ним и женой царили весьма холодные, чисто формальные отношения.       — Лорд Даймё, вы посетите экзамен на звание чунина? — с надеждой в голосе спросил Наруто.       — Конечно, мой мальчик! Я с нетерпением жду дня, когда смогу увидеть прославленного Наруто Узумаки в деле! Я слышал, что Саске Учиха тоже будет участвовать в этом сезоне, — ответил Даймё.       — Так точно! — просиял Наруто и указал на Сакуру. — Сакура-чан получила повышение на экзамене четыре года назад.       — Я помню, — кивнул Даймё и повернулся к Джуро. — Как называлось то событие? Джуро посмотрел на Сакуру с томным вздохом.       — «Разрушение поля боя Цветущей Сакурой». Я могу исполнить её позже, если пожелаете. Это весьма захватывающая композиция.       Щеки Сакуры вспыхнули от смущения, и она с предельным вниманием уставилась в свою чашку. Настроение Какаши слегка упало. Он не видел её экзамен. Она выступала в команде с Ино и Чоджи, так как Шикамару к тому времени уже стал чунином. Приходя к Мемориальному камню, Какаши часто мысленно благодарил Асуму за то, что тот взял Сакуру под свое крыло в тот период.       — Я много слышала о вас, Какаши Хатаке, — прошептала жена Даймё, наклоняясь к нему. Она была лет на десять старше него. Хоть она и не была ослепительной красавицей, в ней чувствовалась определенная привлекательность. — Мне вот интересно, что же скрывается под вашей маской. Я думала, вы наверняка снимете её перед своим господином. Я помню рассказы о том, каким красавцем был Сакумо Хатаке.       — Прошу прощения, госпожа, но моё лицо было ужасно обезображено в юности, и я никому его не показываю, — тихо ответил Какаши. — Поверьте, зрелище весьма жуткое.       Он заметил, как интерес в глазах женщины тут же угас. Его захлестнула волна облегчения. Осложнение в виде интрижки с женой Даймё — это последнее, что нужно человеку в здравом уме.       — Огромное спасибо за чай, лорд Даймё, — сказал Какаши, когда в разговоре возникла пауза. — Нам действительно пора возвращаться в деревню.       — Вздор! — возразил Даймё. — Вы как минимум останетесь на ночь. Комнаты уже готовы. Ужин подадут вам в покои, а завтра утром вы присоединитесь ко мне в главном зале. Я настаиваю, чтобы вы остались хотя бы до утра.       Какаши задумчиво провел языком по зубам, но склонил голову, принимая приказ.       — Нам не требуется много комнат. Мы шиноби и не хотим быть обузой.       Он не собирался оставлять Сакуру одну. Не тогда, когда Джуро так на неё поглядывает. А что насчет мальчишки? Дайсуке выглядел как восторженный пятнадцатилетний подросток, но он был наследником. Он привык получать желаемое. А вдруг он решит, что хочет Сакуру? Знаменитая и прекрасная куноичи — мечта любого юноши.       Рика ахнула, переводя взгляд с Сакуры на Какаши и Наруто.       — Это неподобающе! Неженатым мужчинам и женщине делить одну комнату! У вас будут отдельные покои, и это не обсуждается.       Лицо жены Даймё исказилось от недовольства тем, что сестра её мужа говорит с такой властью.       — Я полагаю, что эти шиноби лишь проявляют практичность, которая в конечном итоге экономит средства моего супруга. — Она повернулась к Какаши и тепло улыбнулась; её лицо при этом стало действительно симпатичным. — У вас будет как минимум две комнаты. Смежные. Это приемлемо? — Она блеснула глазами в сторону Сакуры. — Я не могу допустить, чтобы честь молодой леди была поставлена под сомнение.       — Это было бы весьма кстати, — ответила Сакура, видя, что Какаши молчит. Она с яркой улыбкой указала на Наруто. — У этого парня есть привычка храпеть.       Глаза Наруто округлились.       — Что?! Сакура-чан! Вовсе нет!       Дайсуке разразился смехом, и напряжение за столом окончательно рассеялось. OoO       Сакура сидела перед богато украшенным зеркалом в своей комнате. На ней был элегантный шелковый халат, оставленный на спинке стула у туалетного столика — подарок за спасение сына Даймё. Она медленно расчесывала волосы, позволяя им падать свободными локонами чуть ниже плеч. «Нужно снова подстричься», — вздохнула она, отложила щетку и уставилась на свое отражение. Что эти мужчины в ней находят? Она не была слепой и прекрасно видела, какое внимание ей уделяли на чаепитии.       Дайсуке смотрел на нее с восхищением, но, учитывая его положение наследника, он мог бы, если бы захотел, приказать ей стать его любовницей. Она искренне надеялась, что его обожание — это восторг мальчишки, а не алчность мужчины. Джуро, музыкант Даймё, казался одержимым. Неужели он уже пишет о ней песни? Саске хотел, чтобы она стала главой его клана — видел в ней лишь «материал» для продолжения рода. Она даже не была уверена, что когда-нибудь захочет детей, учитывая её преданность карьере. Уж точно не в ближайшее время.       А Какаши... кем видел её он? Неужели кем-то, кого вечно нужно спасать? Привлекала ли она его? Она наклонилась ближе к зеркалу. Лицо милое, конечно, но ничего особенного. Ну, глаза красивые. Какаши же был запредельно великолепен — она видела, что скрывается под маской. Сакура сбросила халат и критически осмотрела свое обнаженное тело. Изгибов почти нет, хотя их стало побольше, чем когда она была угловатым двенадцатилетним подростком. Атлетичное телосложение, почти нет лишнего жира, но рост... Она была чуть ниже среднего.       — Пожалуй, у меня всё же хорошая кожа, — пробормотала она.       — Это уж точно, — согласился Какаши. Сакура мгновенно подхватила упавший халат и прикрылась. Она обернулась и увидела Какаши, который опасно балансировал на подоконнике.       — Что ты здесь делаешь?       Какаши ухмыльнулся под маской, что было заметно по морщинкам в уголках его глаз.       — Очевидно, наблюдаю за весьма приятным зрелищем.       Он полностью зашел в комнату и закрыл за собой окно. Сев на край кровати, он похлопал по месту рядом с собой. Кровать была в западном стиле, как и большинство вещей в этой комнате — Даймё любил выставлять свое богатство напоказ таким образом.       — Я не думала, что меня кто-то увидит. Шторы были задернуты, — смущенно сказала Сакура. Она села рядом, плотно запахнув халат на груди.       — А я элитный шиноби, у которого была веская причина пробраться в комнату к своей девушке, — ответил Какаши. Он обнял её за плечи и притянул ближе, получая отличный обзор на вырез её халата. — Что происходит в твоей сложной голове?       — Я думала о том, как быстро всё меняется, — сказала Сакура, указывая на них обоих. — Неделю назад ты был моим бывшим учителем, а теперь ты мой любовник.       — Неделю назад мы были хорошими друзьями, которые доверяли друг другу, — возразил Какаши. — Я уже очень давно не воспринимаю тебя как свою ученицу. — Он поцеловал её в макушку.       — Просто... ты такой великолепный, замечательный, и я доверяю тебе безгранично. Ты спасал мою жизнь чаще всех, ну, может, кроме Наруто. Вы с ним на данный момент спасли меня равное количество раз, — затараторила Сакура. — Но после войны ты снова ушел на миссии, а Саске был рядом. И он хотел встречаться, а я была влюблена в него с детства, поэтому подумала: «Да, я должна быть с ним». Но он был другим — таким угрюмым и мрачным. Я правда считаю, что мастер Цунаде должна была провести ему тщательное психологическое обследование. Ему нужна серьезная психотерапия.       — Сакура, — прервал её Какаши. Он коснулся её подбородка, заставляя встретиться с его серыми глазами. — Ты заговариваешься.       Она вздохнула.       — Я знаю. Но потом Саске сказал, что его главная цель — возродить клан. Он засыпал меня вопросами о том, как укрепить генетику потомства. Он говорил об инбридинге внутри клана, но я объяснила ему, что происходит, когда люди скрещиваются между собой — генетические предохранители ломаются, и рождаются дети с дефектами.       Какаши начал играть с волосами Сакуры, накручивая прядь на палец.       — Понятно.       — И вот, поскольку он слушал меня с чисто научным подходом, он пришел к выводу, что клану необходимо генетическое разнообразие. И решил, что выход — в многоженстве! — возмутилась Сакура. — Технически это верно. Но я человек, а не племенная кобыла!       — Определенно человек, — согласился Какаши.       — А потом он заявляется на мой праздник в честь повышения до джонина и просит стать одной из его многочисленных жен. И что еще хуже — он даже не спросил меня об этом заранее, хотя мы встречались! Он сначала спросил Карин Узумаки, и она согласилась! — Сакура фыркнула. — Если бы он спросил меня первой, я бы объяснила, что многоженство — это не выход. Но даже здесь у Даймё несколько жен. Саске что, возомнил себя королем?       — Королевской занозой в заднице — это уж точно, — предположил Какаши.       Сакура прыснула со смеху.       — Возможно. Но... а как же я? — Она подняла на него взгляд. — Я месяцами встречалась с Саске. У нас была одна ссора, и я тут же прыгнула в постель к тебе. Это неправильно, Какаши. — Она отвела взгляд и уставилась на свои колени, выглядывающие из-под халата.       — Сакура, — тихо сказал Какаши. — Можешь сказать мне честно: неужели во время Четвертой войны у тебя не было ко мне никаких романтических чувств?       — Я была сильно влюблена, — призналась Сакура. — Но, уверена, так может сказать добрая половина женщин Конохи. Я видела, как жена Даймё смотрела на тебя сегодня.       — Я не спрашивал про половину женщин, я спросил про тебя. Как ты думаешь, сколько у меня близких друзей? — спросил Какаши.       — Ты невероятно популярен, Какаши, — улыбнулась Сакура. — Копирующий Ниндзя знаменит на весь мир.       — Я не спрашивал про славу. Я спросил про друзей. Я отвечу тебе: это ты, Наруто, Гай и Тензо. Раньше друзей было больше, но они мертвы: Обито, Рин, Джирайя, Минато и Асума.       Какаши опустился на колени на пол и, обхватив ноги Сакуры, подтянул её к краю кровати так, чтобы оказаться прямо перед ней, устроившись между её коленей. Он взял её лицо в ладони и нежно поцеловал в губы.       — Ты не просто моя любовница, Сакура Харуно. На данном этапе моей жизни ты — мой лучший друг.       Слезы заскользили из уголков глаз Сакуры.       — Но как ты можешь мне доверять? Я же такая непостоянная, — проговорила она, и её дыхание участилось, переходя в настоящий плач. — А вдруг я просто использую тебя, чтобы забыть Саске, Какаши?       Какаши подушечками больших пальцев стер мокрые дорожки с её щек.       — Меня это не беспокоит, Сакура.       — А меня — беспокоит! — огрызнулась она. Она перехватила его ладони своими и прижала их к своей груди. — Еще и недели не прошло с тех пор, как я планировала жизнь в качестве «миссис Учиха», и вот я уже твоя любовница! Это не его вина — он идиот, который просто извратил мой же совет.       — Сакура, ты хочешь быть с Саске? — тихо спросил Какаши. Его голос был отстраненным. По его тону можно было подумать, что он интересуется прогнозом погоды; проклятая маска, как обычно, скрывала любые признаки эмоций.       Сакура покачала головой:       — Нет. Мне больше не двенадцать, и мои жизненные цели простираются гораздо дальше роли чьей-то жены. Но мне следовало расстаться с ним по-человечески. Саске заслуживает знать, почему я не собираюсь становиться частью его коллекции жен. Я хочу сосредоточиться на карьере. Может быть, когда-нибудь у меня будут дети... скорее всего, будут. Просто я не хочу подгонять этот процесс. Я хочу быть хорошей матерью, но прежде — выдающимся врачом. Я хочу пройти свою долю миссий S-ранга. Мастер Цунаде уже сказала, что не пустит меня в АНБУ, но это ничего. Я действительно хочу ходить на задания А и S рангов в качестве твоей напарницы. — Её глаза снова наполнились слезами. — Я хочу стать лучшей куноичи, на какую только способна!       Какаши улыбнулся:       — Значит, так оно и будет. И я буду рядом.       Сакура перестала жалеть себя. Она положила руки на плечи Какаши и заглянула в его темные глаза.       — А еще я хочу разгадать тайну твоего Шарингана.       — Для этого будет время, когда вернемся домой, — ответил Какаши. — Мне тоже нужно тебе кое-что сказать... — Он открыл рот, чтобы продолжить, но внезапно замолчал, словно обдумывая свои слова.       — Да? — поторопила его Сакура.       Какаши встал.       — Кто-то у двери.       Он пошел открывать, оставив Сакуру в полном недоумении. Она не слышала стука. Как он узнал?       За дверью стоял музыкант Джуро с инструментом в одной руке и бутылкой саке в другой.       — Могу я чем-то помочь? — спросил Какаши.       Джуро нервно сглотнул, его глаза округлились от шока при виде Какаши.       — Прошу прощения, — пробормотал он, отступая на шаг. — Я, должно быть, ошибся дверью.       — Если вы искали Сакуру, то это её комната, — пояснил Какаши. — Правда, боюсь, в такой час она не принимает посетителей. Вы ведь понимаете, не так ли?       — Да, конечно... — Джуро сунул бутылку саке Какаши в руки. — Я лишь хотел принести подарок в знак признательности. Я написал новую песню, основываясь на рассказе молодого лорда Дайсуке о спасении. Подумал, ей будет интересно послушать.       — Возможно, утром, в общем зале, перед нашим отъездом, — предложил Какаши.       — Да-да, разумеется. До встречи, Хатаке-сан, — Джуро низко поклонился и поспешно скрылся в коридоре.       — Что это было? — спросила Сакура, глядя на бутылку саке, когда Какаши закрыл и запер дверь. Она поудобнее устроилась на кровати, прислонившись спиной к изголовью. Какаши сел рядом.       — Подарок от твоего несостоявшегося ухажера, — объяснил он. Он откупорил бутылку и принюхался. — Как думаешь, там нет яда?       Сакура взяла бутылку и изучила жидкость:       — Не ядовитее, чем обычное саке. Я видела, как госпожа Даймё на тебя смотрела. Как тебе удалось её отпугнуть?       Какаши спустил маску, оставив её болтаться на шее. Он улыбнулся, явив лицо во всём его мужском великолепии.       — Я сказал ей, что моё лицо ужасно изуродовано. Она мгновенно потеряла ко мне интерес.       Сакура хихикнула и провела пальцем по его челюсти; белая щетина пощекотала кончики пальцев.       — Абсолютно ужасно, — согласилась она.       — А теперь, не хочешь ли ты, чтобы я перечислил все те вещи, за которые я ценю твое атлетичное тело? — спросил Какаши.       Сакура сузила глаза:       — И как долго, говоришь, ты простоял у окна?