«Пленённый лунным светом»

Ночь опустилась на город, как чёрный бархат, усыпанный редкими бриллиантами звёзд. В районе старых доков, где фонари мигали с болезненной периодичностью, а воздух пах солью и ржавчиной, располагался один из самых дорогих ночных клубов подпольного мира — «Рай и Ад». Сюда не пускали просто по клубной карте. Здесь правили деньги, власть и те, кто умел убивать не моргнув. Кирилл Флинс не хотел здесь быть. Но Нефер, его лучшая подруга с острым языком и ещё более острым ножом в сапоге, заявила, что это «расширение кругозора». Лаума и Инеффа поддакивали, а Варка просто пожал плечами и сказал: «Я прикрою». Девятнадцать лет. Рост сто восемьдесят семь сантиметров, что делало его самым высоким в компании(не выше Варки), но при этом Кирилл умел становиться невидимым. Длинные волосы цвета глубокой ночной синевы с бледно-пурпурными кончиками струились по плечам, скрывая половину бледного лица. Его глаза — бледно-жёлтые, как луна в туманную ночь — равнодушно скользили по танцполу, где под тяжёлые биты электроники извивались тела. Он чувствовал себя чужим. Среди всей этой показной роскоши, золота и крови, что пропитала стены «Рай и Ад», Кирилл оставался спокойным, замкнутым островком. Он учился на историческом факультете, писал курсовую по средневековым манускриптам и ненавидел громкую музыку. — Расслабься, Флинс, — Нефер ткнула его локтем в бок. — Ты как надгробие. — Мне тут не нравится, — тихо ответил он, даже не повышая голоса. В его интонациях всегда сквозила серьёзность, не свойственная юности. — Потому что ты не знаешь главного правила, — Лаума, высокая с хищной грацией, кивнула куда-то в сторону ВИП-ложи на втором ярусе. — Никогда не смотри в глаза человеку с малиновым взглядом. Кирилл поднял голову. И замер. В полумраке ложи, отделённой от зала матовым стеклом, сидел мужчина. Он занимал кресло так, словно это был трон. Бело-пепельные волосы длиной до плеч падали на лицо, длинная чёлка закрывала левый глаз — точнее, то место, где глаз должен был быть. Чёрная повязка скрывала пустую глазницу или старую рану. Но правый глаз… Он был малиновым. Не красным, не вишнёвым — именно малиновым, насыщенным и холодным, как драгоценный камень, в который смотрит смерть. Рери. Глава одной из самых жестоких мафиозных группировок города. Ему было двадцать шесть, но в его осанке, в том, как он держал бокал с тёмной жидкостью, чувствовалась власть, которая не даётся годами — она берётся силой и страхом. И этот малиновый глаз смотрел прямо на Кирилла. Не отрываясь. Изучающе. Как на добычу. — Нас заметили, — тихо сказал Варка, кладя руку на плечо Кирилла. — Пошли. Но Кирилл не мог пошевелиться. Бледно-жёлтые глаза встретились с малиновыми, и по спине пробежал странный холод, который не был страхом. Это было что-то другое. Что-то первобытное, что заставляло сердце биться чаще, а разум — кричать «беги». Он не побежал. Рери медленно, очень медленно улыбнулся. Это была не улыбка — оскал. Хищный, собственнический. Затем глава мафии поднёс к губам край бокала, отпил глоток, и в этом жесте было столько неприкрытого сексуального влечения, что Кирилл почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Уходим, — уже жёстче сказал Варка, и друзья буквально утащили Кирилла к выходу. Они не заметили, как в тот же миг, когда дверь за ними закрылась, человек с чёрной повязкой щёлкнул пальцами. Из тени выскользнул помощник. — Узнать всё, — голос Рери был низким, вкрадчивым, как шорох лезвия о горло. — Имя, адрес, расписание, друзья, враги. Всё. Помощник поклонился и исчез. Рери снова отпил виски. Лунный свет из узкого окна отразился в его малиновом глазу, и на секунду в нём мелькнуло нечто, похожее на голод. Не физический. Иной. — Лунный свет в тумане, — прошептал он, глядя на дверь, за которой скрылся высокий юноша с синими волосами. — Ты даже не представляешь, насколько красив.