Удача с изнанки

День для Хёнджина начался паршиво. Прошлая ночь была просто отвратительной. У него появились тёмные круги под глазами. От тяжёлых раздумий голова адски гудела. Он хочет съехать из этой квартиры. Возможно ли вообще выгодно продать её? Здравый смысл говорил, что надо бросать всё и быстрее убегать. Но, кажется, он испытывает нежные чувства к Ёнбоку... Только мысли о нём вызывали улыбку на его лице и трепет в сердце. Его разрывало на мелкие частички от эмоций: новая жизнь, квартира и связанная с ней ужасная история, кошмары по ночам. Но больше всего занимал его мысли парень, который живёт по соседству. Вдобавок какие-то сектанты, что-то вынюхивающие вокруг его дома. Цепочка его размышлений привела к этим странным людям. Может, о них есть какая-то информация в интернете? Что говорил о них тот дедушка? Как они себя называют? Прокручивая разные названия, он наконец вспоминает и вбивает в поисковик: коммуна «Дети Истинного Света». На большом экране появляется огромное количество информации ссылками на разные статьи. Глаза разбегаются, он такого не ожидал. Найдя знакомые ему теги и название города, открывает эту страницу. «Так называемая “мирная” коммуна в конечном итоге оказалась радикальной сектой со спорными взглядами — “Дети Истинного Света”. По данным следствия, члены общины систематически употребляли психотропные вещества, ограничивали себя в пище и сознательно разрывали контакты с родственниками. Всё это объяснялось стремлением к “очищению” и достижению “истинного света”. Во главе группы стоял человек, именовавший себя “пророком”. В ходе расследования было установлено, что он страдал тяжёлыми психическими расстройствами. По заключению экспертов, в периоды обострения он выдвигал бредовые идеи, которые последователи, находясь под воздействием наркотических веществ, воспринимали как руководство к действию. Изначально группа позиционировала себя как религиозное сообщество, открытое для обсуждения веры. Однако со временем деятельность приобрела закрытый и радикальный характер. Во время допроса один из участников секты дал показания: “Мы стремились к свету. В первый день священного праздника нашему пророку пришло озарение. Он сказал, что для спасения наших душ необходимо принести жертву. Не просто человека. Чистого и непорочного. Того, кто ещё не познал зла. Ангела во плоти. Мы нашли его. Это был молодой парень. Мы наблюдали за ним, проверяли, подходит ли он. Позже пророк сказал, что время пришло. Мы должны были завершить начатое.” Следствием установлено, что жертва была заманена в квартиру обманным путём. Перед совершением преступления ему были введены психотропные вещества. Жертву звали Ли Феликс. Он являлся студентом по обмену. Его семья находилась за границей и длительное время не имела информации о его местонахождении. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, перед смертью молодой человек подвергался длительным пыткам. На теле были зафиксированы множественные повреждения. Эксперты отмечают, что из-за воздействия наркотических веществ болевой порог был снижен. Однако по мере ослабления их действия жертва начинала испытывать интенсивную боль. Грудная клетка была вскрыта тупым предметом. По характеру повреждений установлено, что использовался нож длиной около 14–16 сантиметров и шириной около 4 сантиметров. Из тела были извлечены сердце и несколько нижних рёбер. Несмотря на проведённые поиски, указанные органы обнаружены не были. По предварительным данным, жертва оставалась в сознании значительную часть времени. Тело было обнаружено соседом, проживавшим этажом ниже. По его показаниям, дверь квартиры не была заперта. Внутри находились несколько человек в бессознательном состоянии, предположительно под воздействием наркотиков. В жилом помещении было обнаружено тело погибшего. Свидетель покинул квартиру, запер входную дверь и вызвал экстренные службы. Отдельное внимание следствия привлекли обстоятельства, последовавшие после задержания подозреваемых. Все фигуранты дела погибли до вынесения приговора: один скончался в результате падения и черепно-мозговой травмы, второй покончил с собой, третий был убит в следственном изоляторе. Судебное разбирательство по делу проводилось без участия обвиняемых. Жертва была похоронена на центральном кладбище. На месте захоронения установлен памятник с изображением ангела. В общественном пространстве он стал символом трагедии и напоминанием о последствиях радикальных культов. Несмотря на ликвидацию основной группы, по данным правоохранительных органов, отдельные последователи секты “Дети Истинного Света” продолжают существовать. Активность их значительно снижена, однако полностью движение не исчезло.» — Господин Хван, вы в порядке? — он слишком глубоко ушёл в себя, что не сразу заметил, как его зовут. — Что, простите, я вас не услышал? — Хёнджин поднимает глаза на стоящую рядом коллегу, всё ещё не отходя от шока после прочитанного. — Хотела спросить, как вы себя чувствуете? Вы выглядите так, словно призрака увидели, на вас лица нет... — Правда что ли? — он фальшиво улыбается из вежливости и трёт лицо ладонью. — Я просто задумался. Не переживайте и спасибо за беспокойство. Коллега недоверчиво взглянула на него, напоследок кивнула и ушла. Хёнджин проводил её взглядом, и как только она скрылась за дверью, улыбка тут же исчезла. В голове снова всплыли строки статьи. Словно разбитая фарфоровая кукла. Он резко выдыхает и опускает взгляд на стол. Пальцы едва заметно дрожат. Его имя будто застряло где-то внутри. Хёнджин сжимает кулак, словно пытаясь вытолкнуть эти мысли прочь.

***

Едва дождавшись конца работы, он поднимается с места, направляется к выходу. Ему нужно… отвлечься. Двор встречает его неожиданным спокойствием. Слишком контрастно после всего прочитанного. Тёплый воздух, лёгкий ветер, ухоженные клумбы с цветами. Хёнджин медленно идёт по дорожке, оглядываясь по сторонам. И почти сразу замечает его. Ёнбок сидит на лавочке, слегка наклонившись вперёд, сосредоточенно читает книгу, окружив себя кучей бумаг. Солнечный свет ложится на его волосы, делая их почти светящимися. Хёнджин на секунду замирает. Он выглядит так прекрасно. Будто ничего не происходит. Будто в этом доме нет истории. Нет крови и той квартиры. Эта мысль почему-то одновременно и успокаивает, и тревожит. Он подходит ближе. — Ёнбок. Тот сразу поднимает голову, и на его лице появляется та самая тёплая улыбка. — Хёнджин? — в голосе слышится искреннее удивление. — Рад тебя видеть. — Я… — он запинается, сам не до конца понимая, что собирался сказать. Проверить его? Убедиться? В чём? Это звучит глупо даже в собственной голове. — Слушай… Ёнбок чуть наклоняет голову, внимательно глядя на него. От этого взгляда почему-то становится не по себе. Или это всё ещё последствия бессонной ночи. — Может… — Хёнджин делает короткую паузу, собираясь с мыслями, — сходим куда-нибудь? Слова звучат проще, чем он ожидал. — Ну, не знаю… прогуляться, выпить кофе. Он старается говорить спокойно, будто это ничего не значит. Но внутри всё сжимается в ожидании ответа. Ёнбок на мгновение замолкает. Улыбка не исчезает, но становится чуть мягче. — Я бы хотел, — честно отвечает он. И на секунду в груди Хёнджина становится легче. Но тут же: — Правда, — Ёнбок отводит взгляд в сторону, — сейчас завалы с учёбой. Очень много всего накопилось. Он тихо усмехается, будто самому себе: — Если сейчас отвлекусь — потом вообще не выберусь из этого. Хёнджин кивает, стараясь не показать разочарование. — Да, понимаю. Это звучит спокойно. Хотя внутри что-то неприятно кольнуло. Ёнбок снова смотрит на него и слегка улыбается: — Давай обязательно потом? Когда станет полегче. Но я не против простого просмотра фильма. Хёнджин на секунду задерживает взгляд на его лице. — Да, конечно, — отвечает он. — Можно в моей квартире. У меня как раз есть проектор. Какие фильмы ты предпочитаешь? — Вау, это будет атмосферно! Выбирай на свой вкус. Только кроме фильмов ужасов со всякой резнёй, — засмеялся Ёнбок в ответ, — нам их здесь достаточно. — Хорошо. Стоя рядом с ним, среди этих цветов, тёплого света и спокойствия, Хёнджин вдруг ловит себя на странной мысли – слишком всё идеально.

***

Хёнджин долго ворочался в постели, старался устать так, чтобы уснуть сразу. Он пытался отогнать тревожные мысли прочь. Планировал будущий вечер кино с Ёнбоком. Какой фильм он выберет. Что приготовить. Окунувшись в царство Морфея, Хёнджину снятся светлые сны. Впервые за долгое время. Его тело расслабляется, дыхание становится ровным. Во сне он видит знакомую фигуру. Светлые волосы и веснушки на лице, которые очаровали его ещё при первой встрече. Хёнджин был в горизонтальном положении. Лёжа, смотрел, как к нему сверху опускается он. Это был его Ёнбок. Он садится на него сверху. Касается пальцами его лица и трогает родинку на щеке. Хёнджин испытывает к нему огромную симпатию. А когда объект его симпатии приближается к его лицу, нежно касается его губ. Его сердце начинает неистово биться в грудной клетке. Эти тёплые руки, что ласково трогают его, наконец ощущают желанные губы на себе. Пускай это лишь сон, но он был счастлив. Хёнджин, утопающий в образе светлого Ёнбока, замечает, как тот целует его уже сильнее и напористее. Прежде тёплые и мягкие руки впиваются в его лицо и плечо. Царапают острыми ногтями, словно лезвием. Хёнджин замычал от боли. Чувствует привкус железа во рту. У него не хватает сил, чтобы оттолкнуть от себя другого Ёнбока. Это не настоящий. Этот монстр взял его обличие и притворяется им. Сверху его придавливает Ёнбок, а снизу вырастают руки. Они хватают его за бока и кончиками пальцев впиваются в его плоть. Хёнджин хочет закричать, но выходит лишь тихий всхлип. Пальцы напирают с силой, причиняя сильную боль. Он смотрит снизу вверх на лицо того, в кого влюблён. Его прекрасное лицо изуродовано зловещей улыбкой. Неестественно длинной, обнажив множество маленьких зуб. Нет, пожалуйста… когда это закончится?.. Ужасные руки, вонзающие кончики пальцев, входят в его тело. Он чувствует, как по четыре пальца с каждой стороны впиваются в его бока. Они словно двигаются внутри. Касаются рёбер. Голос его не слушается. Ему больно. Больно дышать. Тело дрожит. Ему больно даже вдохнуть грудью. Больно при малейшем движении. Пальцы не перестают двигаться. Как же больно. Помогите… мне больно. Как же мне больно. Мне больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Хёнджин утопает в луже собственной крови. После долгих и мучительных минут его отпускает. Он сильно вспотел, весь мокрый. Ему не хватает воздуха. В ушах звенит так громко, что он ничего не слышит…