Путь двух слияний

Генерал Ардмор заканчивала свою речь – её голос, чёткий и властный, разносился по залу: – …и поэтому каждый офицер должен предоставить отчёт о готовности своих подразделений к завтрашнему дню до 18:00. Вопросы? В зале повисла короткая пауза, затем несколько человек коротко кивнули, подтверждая, что всё ясно. Элина и Фортис внимательно слушали генерала, склонив головы чуть вперёд. Элина делала пометки в планшете, время от времени поднимая глаза на трибуну. Фортис сидел, сложив руки на коленях, и сосредоточенно кивал, запоминая ключевые моменты. Кайлин же всё ещё витала в облаках. Её взгляд блуждал по залу, останавливаясь то на блестящей поверхности стола, то на тени от лампы на стене, то на лицах коллег. Она машинально теребила край рукава рубашки, погружённая в мысли о завтрашних экспериментах: нужно было перепроверить расчёты по температурному режиму, уточнить пропорции катализаторов, подготовить пробирки с разными средами… Невзначай она повернула голову в сторону полковника Майлза – и на мгновение замерла. Он уже не смотрел на неё, как раньше, а сосредоточенно читал что‑то в своём коммуникаторе. Его пальцы быстро скользили по экрану, брови слегка сдвинулись – видимо, информация была непростой. Кайлин невольно залюбовалась чёткостью его движений: даже такая рутинная задача выполнялась им с той же собранностью, с какой он проводил тренировки или отдавал приказы. Она вздохнула, оторвала взгляд от полковника и обвела глазами зал. И тут её внимание привлёк знакомый силуэт у входа. – Эй, Элин, – тихо шепнула Кайлин, слегка толкнув подругу локтем в бок. – Там Лайл пришёл. Элина мгновенно подняла голову, проследила за взглядом Кайлин – и её лицо расплылось в широкой, почти детской улыбке. Глаза заблестели, губы растянулись в радостной гримасе, а хвост, который она обычно старалась держать под контролем в официальной обстановке, невольно завилял из стороны в сторону. Не раздумывая ни секунды, Элина вскочила с места так резко, что стул чуть не опрокинулся, и почти побежала к выходу – точнее, к тому месту у двери, где стоял Лайл. Тот заметил её ещё издалека: его уши приподнялись, а улыбка стала шире, чем обычно. Он тоже сделал несколько шагов навстречу, и в тот момент, когда они встретились, его хвост начал энергично размахивать из стороны в сторону, выдавая неподдельную радость. – Ну наконец‑то! – весело воскликнула Элина, чуть ли не подпрыгивая на месте. – Я уж думала, ты не придёшь! – Да я просто задержался с отчётами, – Лайл развёл руками, но тут же обнял её за плечи. – Зато теперь я здесь. И, кстати, у меня для тебя кое‑что есть… Фортис, до этого момента внимательно слушавший заключительные слова генерала, обернулся на шум. Увидев, как Элина и Лайл оживлённо переговариваются у входа, он улыбнулся и слегка покачал головой. Затем повернулся к Кайлин, пододвинул свой стул чуть ближе и тихо спросил: – И как долго они уже так бегают друг за другом, не замечая ничего вокруг? Кайлин рассмеялась, наконец полностью возвращаясь из своих мыслей в реальность: – О, уже пару недель, наверное. Но только сейчас, кажется, это стало официально. Она посмотрела на счастливую пару, потом снова на Фортиса – и вдруг почувствовала, как напряжение, сковывавшее её весь день, понемногу отпускает. В зале уже начинали вставать первые ряды, раздавались голоса, шуршали бумаги – собрание подходило к концу. А рядом сидел друг, готовый поддержать разговор, и впереди ждал рабочий день, полный задач, которые она умела решать лучше всего. Зал начал постепенно расходиться: люди вставали со своих мест, собирали бумаги, переговаривались, выстраивались к выходам. Стулья скрипели, раздавались приглушённые голоса, шаги эхом отдавались от стен. Кайлин осталась внутри – она заранее подготовила несколько вопросов по проекту и хотела обсудить их с генералом. Она отошла к окну, аккуратно разложила бумаги на широком подоконнике и начала пересматривать свои чертежи. Линии схем, формулы, пометки красным карандашом – всё это привычно успокаивало, помогало сосредоточиться. Кайлин склонилась над листами, водя пальцем по стрелкам и диаграммам, мысленно прокручивая завтрашние эксперименты. Но сосредоточиться полностью не получалось. Где‑то сзади, в глубине зала, маячил полковник Куоритч. Он готовился к следующему собранию, связанному с тренировками рекомбинантов: раздавал указания помощникам, проверял оборудование, что‑то отмечал в планшете. Кайлин старалась не оборачиваться, но всё равно ощущала его присутствие – будто невидимая сила давила на плечи. Каждый раз, когда он проходил мимо, она невольно задерживала дыхание, а потом с облегчением выдыхала, когда шаги удалялись. Её пальцы слегка дрожали, когда она переворачивала страницу чертежа.  «Почему я так реагирую? – думала она. – Это же просто полковник. Командир. Ничего больше». Но сердце всё равно билось чуть быстрее обычного, а в горле стоял лёгкий ком. Генерал Ардмор закончила разговор с рабочими, поправила китель и направилась к Кайлин. Та почувствовала её приближение и выпрямилась, стараясь выглядеть собранной. – Кайлин, – голос генерала прозвучал неожиданно близко. – Я хотела бы попросить тебя и твою команду сегодня присутствовать на тренировке полковника Куоритча. Кайлин замерла. Её пальцы, только что державшие лист с расчётами, разжались, и бумага чуть не соскользнула с подоконника. Она резко повернулась к генералу, широко раскрыв глаза: – На тренировке? Полковника Куоритча? Внутри всё похолодело. В голове мгновенно всплыли образы: жёсткие нормативы, силовые упражнения, полковник, наблюдающий за каждым движением с непроницаемым лицом. Она представила, как он смотрит на неё – строго, оценивающе, – и почувствовала, как ладони становятся влажными. – Да, – спокойно подтвердила Ардмор. – Это будет полезно для вашего проекта. Ты лучше поймёшь физическое строение рекомбинантов и их силы. Увидите, как они действуют в условиях стресса, какие нагрузки выдерживают, как взаимодействуют друг с другом. Это даст вам новые данные для исследований. Кайлин стояла, словно окаменев. Её мысли метались, как испуганные птицы: «Что? Сегодня? С ним? Но я же учёный, а не солдат… Как я буду там выглядеть? Что, если я не справлюсь с каким‑то заданием? Он будет смотреть… Он будет судить…» Она открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Вместо этого она услышала свой собственный голос – тихий, чуть дрожащий: – Хорошо, генерал. Мы будем там. Генерал одобрительно кивнула: – Отлично. Начало в 16:00, площадка № 3. Не опаздывайте. Ардмор развернулась и пошла к выходу, оставив Кайлин стоять у окна. Та смотрела ей вслед, чувствуя, как внутри смешались самые разные эмоции. Страх перед жёсткой дисциплиной и требовательностью полковника боролся с любопытством: а вдруг и правда удастся узнать что‑то новое о рекомбинантах? Растерянность от того, что она не понимала, зачем учёным присутствовать на военной тренировке, переплеталась с волнением – мысль о том, что придётся провести несколько часов рядом с Майлзом, заставляла сердце биться чаще. К этому всему примешивалась досада: она планировала сегодня закончить подготовку к эксперименту, а теперь придётся всё перестраивать. Кайлин глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Она медленно собрала бумаги, сложила их в папку, но пальцы всё равно слегка подрагивали. Взгляд невольно скользнул в сторону полковника – тот как раз отдавал какие‑то распоряжения солдатам. Высокий, собранный, с прямой спиной и твёрдым взглядом. «Ну вот, – подумала Кайлин, сжимая папку чуть сильнее. – Теперь мне точно не до экспериментов. Сегодня я – наблюдатель на тренировке полковника Куоритча». Она ещё раз вздохнула, расправила плечи и направилась к выходу, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.  Впереди ждал непростой вечер. Весь день до вечера Кайлин работала словно на ножах. Каждое резкое движение, каждый звук за дверью заставляли её вздрагивать. Она нервно выполняла свои обязанности: проверяла расчёты, сверяла данные, заполняла таблицы — но делала всё машинально, будто на автопилоте. Пальцы то и дело сбивались, вводя неверные значения, а взгляд постоянно скользил к часам на стене. Кайлин то и дело отвлекалась на шум за дверью: шаги в коридоре, голоса рекомбинантов, лязг оборудования. Каждый раз она вздрагивала, выпрямлялась и прислушивалась — не идёт ли кто‑то к их лаборатории? Мысленно она уже была на тренировке: представляла, как полковник Куоритч отдаёт команды, как рекомбинанты выполняют упражнения, а она стоит в стороне, чувствуя на себе его взгляд… Элина сидела рядом за соседним столом, время от времени бросая на подругу лукавые взгляды. Сначала она просто улыбалась, потом начала тихо хихикать, прикрывая рот ладонью. Кайлин старалась не обращать внимания, но смех становился всё более явным. — Элина, сейчас вылетишь отсюда, — огрызнулась Кайлин, когда подруга снова не сдержала смешок, едва не уронив планшет от смеха. Но это только раззадорило Элину — она рассмеялась ещё сильнее, откинувшись на спинку стула и вытирая слёзы с глаз: — Кай, ну ты даёшь! Это же обычная тренировка, что здесь такого? Подумаешь, проведёшь три часа в одном помещении с полковником. Да там будут десятки людей — он даже не заметит тебя! — Зачем мы вообще о нём говорим? — Кайлин резко подскочила с места, её стул с грохотом отъехал назад. Элина мгновенно перестала смеяться, ловко вскочила и, прежде чем Кайлин успела отреагировать, силой усадила её обратно на стул: — Сядь. И успокойся. Ты ведёшь себя, как подросток перед первым свиданием. Она положила перед Кайлин толстую папку с документами: — Вот, займись делом. Разбери эти отчёты по биохимическому анализу. И перестань трястись, как лист на ветру. Кайлин цокнула языком, но спорить не стала. Она открыла папку, разгладила верхний лист и принялась разбирать документы — сначала резко, почти раздражённо перелистывая страницы, потом всё медленнее, постепенно втягиваясь в работу. Её пальцы перестали дрожать, дыхание выровнялось, а мысли, хоть и не полностью, но вернулись к цифрам и графикам. Прошло около сорока минут. Элина, которая тем временем проверяла какие‑то образцы под микроскопом, вдруг выпрямилась, посмотрела на часы на запястье и громко объявила: — Всё, Кай. Время. Нам пора идти на тренировку. Кайлин замерла, её рука с ручкой повисла над таблицей. Она медленно подняла глаза на подругу, потом перевела взгляд на дверь, ведущую в коридор. В животе будто завязался тугой узел, а ладони снова стали влажными. — Пора, — тихо повторила она, сглотнув. — Да, пора. Она закрыла папку, аккуратно сложила бумаги в стопку, встала и поправила рубашку. Элина подошла, ободряюще хлопнула её по плечу: — Не волнуйся. Мы рядом. И если что — я отвлеку полковника разговором о его любимых нормативах. Кайлин слабо улыбнулась: — Спасибо, подруга. Пошли. Они вышли из лаборатории, и Кайлин невольно замедлила шаг у поворота к площадке № 3. Где‑то там, за углом, её ждал полковник Куоритч и три часа напряжённого наблюдения за тренировкой рекомбинантов. Глубоко вздохнув, она расправила плечи и пошла вперёд.