Путь двух слияний

Кайлин проглотила таблетку и замерла, прислушиваясь к ощущениям. Горло чуть саднило от горьковатого привкуса лекарства, а в висках всё ещё пульсировала тупая боль. Тело казалось одновременно тяжёлым и будто бы невесомым – как будто она балансировала на грани реальности и забытья. Дыхание было неровным, прерывистым, а пальцы слегка дрожали, пока она сжимала стакан с водой. Майлз сидел на кровати без рубашки и наблюдал за ней. Его фигура выделялась на фоне приглушённого освещения комнаты – массивная, мощная, с чётко очерченными контурами мышц. Кайлин не сдержалась и начала смотреть на него. Его грудь была широкой, рельефной – каждая мышца проступала под кожей, словно отлитая из стали. Широкие плечи плавно переходили в мощные руки с вздувшимися венами, а пресс напоминал набор жёстких плит, разделённых чёткими линиями. Он был сильно массивным – не просто крупным, а по‑настоящему внушительным, будто созданным для сражений. Рядом с ним Кайлин чувствовала себя крошечной, почти хрупкой. – Что это за таблетка… и почему я здесь? – протараторила Кайлин и опустила глаза на постель, но тут же поняла, что Куоритч заметил, как она на него засмотрелась. Он слегка усмехнулся и нарочито повернулся к ней боком, чуть развернув плечо – так, чтобы ей было лучше видно его тело. Майлз чуть склонил голову, изучая её взглядом – внимательным, цепким, будто он пытался прочесть её мысли. – У тебя была сильная реакция на алкоголь, и ты заснула в моей машине, – произнёс он почти без эмоций, но в голосе прозвучала нотка сдержанного раздражения. Кайлин нахмурилась, пытаясь собрать разрозненные фрагменты воспоминаний. Перед глазами замелькали вспышки: музыка, грохочущая в груди, звон бокалов, смех Элины, широкая улыбка Фортиса, энергичные жесты Лайла… Потом – улица, холодный воздух Пандоры, его машина, его руки, его губы на её губах… – Это… твоя комната? – робко спросила она, чувствуя, как краска приливает к щекам. Майлз усмехнулся, откинув голову назад. – Моя. Я решил, что здесь будет безопаснее для тебя. Кайлин почувствовала, как жар охватывает лицо. Она вспомнила тот поцелуй – горячий, сочный, глубокий. Вспомнила, как Майлз сжимал её тело, как его руки скользили по спине, как они оба потеряли контроль на мгновение. – А… рубашка? Платье? – ещё тише спросила она, почти шёпотом. – Платье – вон, – он кивнул в сторону кресла, где аккуратно сложена лежала её одежда. – Рубашка – моя. Кайлин кивнула, пытаясь осмыслить услышанное. Таблетка начала действовать – головная боль постепенно отступала, тошнота тоже отходила на второй план. Она глубоко вздохнула, расправляя плечи, и только тогда заметила, что теперь уже Майлз засмотрелся на неё. Верхняя пуговица её рубашки была расстёгнута, и он мог видеть очертания груди под тонкой тканью. Майлз напрягся, пальцы непроизвольно заёрзали по простыне, а затем он резко встал с кровати. Подошёл к шкафу, достал оттуда чёрную футболку и натянул её через голову. Кайлин невольно залюбовалась тем, как ткань облегает его тело: подчёркивает ширину плеч, обтягивает мускулистую грудь, обрисовывает рельеф рук. Футболка сидела идеально, будто сшита специально для него, и Кайлин на мгновение потеряла нить своих мыслей, заворожённая этой картиной. Полковник подошёл к двери, будто собираясь что‑то сделать – возможно, выйти или принести воды, – но тут Кайлин осенило. Она резко выпрямилась и выпалила: – Майлз… Что было после того, как я уснула? Ты… ты что‑нибудь делал? – её лицо снова залила краска, и на этот раз её синяя кожа не могла скрыть смущения – оттенок стал глубже, почти фиолетовым. Майлз остановился, обернулся. Его лицо мгновенно стало строгим, почти каменным, отчего Кайлин невольно вздохнула, готовясь к резкому ответу. – Ничего такого, о чём бы тебе стоило волноваться, – твёрдо произнёс он. – Я не пользуюсь беспомощностью других. Кайлин кивнула. И вдруг поняла – он говорит искренне. В его голосе не было ни насмешки, ни двусмысленности. Только честность, почти грубоватая, но оттого ещё более убедительная. – Ладно… – она замолчала на мгновение, подбирая слова. – Тогда… может, мы увидимся попозже? – Да, – кивнул он. – И думаю, нам есть о чём поговорить. Он закрыл дверь, оставив Кайлин одну со своими мыслями. Она опустилась на край кровати, провела рукой по волосам и глубоко вздохнула. В голове крутились вопросы, но теперь в них не было страха – только ожидание чего‑то нового, неизведанного. Кайлин встала с кровати, потянулась, разминая затекшие плечи, и подошла к своей сумочке  той самой, которую, судя по всему, бросил здесь Майлз прошлой ночью. Она взяла её в руки, расстегнула молнию и достала телефон. Экран загорелся  и Кайлин обомлела. – Ого… 43 пропущенных,  – прошептала она, чувствуя, как внутри всё сжалось.  Элина меня убьёт… Кайлин быстро набрала номер подруги. Гудок  и на том конце мгновенно раздался громогласный голос Элины: –ТЫ ЧТО, СОВСЕМ?! Во‑первых, ты где?! Во‑вторых, я знаю, ты у полковника! В‑третьих, вы переспали?! – Элина орала так, что динамик телефона чуть ли не вибрировал. Кайлин невольно отдёрнула трубку от уха, поморщившись  резкая головная боль снова начала нарастать, пульсируя в висках. Она зажмурилась, пытаясь унять это неприятное ощущение, и тихо, но твёрдо произнесла: –Элин, всё хорошо. Со мной всё в порядке. –Ты хоть представляешь, сколько я тебе писала?!  – не унималась подруга. – И что я тут надумала?! Я уже начала продумывать план мести для полковника, если вдруг выяснилось бы, что он тебя куда‑то упрятал! Представляешь? Я даже схему нарисовала  как проникнуть в его кабинет и подложить ему в ботинки светящихся жуков! Кайлин невольно улыбнулась, представив эту картину: Элина с карандашом и блокнотом, серьёзно чертит схему диверсии, а рядом лежат пойманные жуки в баночке. –Элин, – перебила она подругу, пока та не пустилась в новые подробности своего «плана», – через 40 минут жду тебя в моей комнате. Мне нужно тебе кое‑что сказать. Очень важное. –Через 40 минут? – голос Элины мгновенно изменился: из возмущённого стал заинтересованным. – Ладно. Но если ты опять пропадёшь без объяснений, я всё‑таки воплощу свой план с жуками. Предупреждаю честно! –Договорились, –Кайлин улыбнулась чуть шире, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. – До встречи. Она нажала кнопку завершения вызова, положила телефон на тумбочку и глубоко вздохнула. Теперь оставалось только собраться с мыслями  и подготовиться к разговору, который, она знала, будет непростым. Но с Элиной рядом ей было не так страшно.