Позднакомимся поближе?
14 апреля 2026 г., 19:45
— После ночной смены Миша поднимался по подъезду, немного шатаясь в разные стороны. Он поднялся на свой этаж и начал открывать дверь. В этот момент вышла Кира, которая даже не посмотрела на Мишу.
— Привет, соседка, — Миша хотел извиниться, но его язык не поворачивался: гордость взяла верх.
— Ага, — сказала поспешно Кира и начала спускаться по лестнице.
— Эх, — протянул Миша, зашёл к себе в квартиру, лёг на диван и уснул.
Миша проснулся в 23:36. Он встал с дивана — голова тяжёлая, тянуло обратно на кровать, — но Миша взял сигареты и вышел на балкон. Балкон был обычным, как и у новой соседки: без стенок, только ограда и всё. Миша закурил, смотря на ночной город. В этот момент Кира вышла на балкон и тоже закурила.
— О, что, не спится, соседка? — сказал Миша, усмехнувшись.
— Не спится, — ответила Кира, задумавшись о своём и делая глубокую тягу.
— Куришь? На вид ты милая девочка, — сказал Миша, чуть усмехнувшись.
— Люди не такие, как на вид, — сказала спокойно Кира, смотря на него.
— Ладно, понял. Как тебя хоть звать? — спросил Миша с явным интересом к Кире.
— Кира, а тебя как? — ответила Кира резко и чётко.
— Я — Миша, приятно познакомиться, — он посмотрел на Киру.
— Приятно, — Кира встретилась с ним взглядом, но потом спокойно отвернулась и стала смотреть на ночной город.
— Ты местная? — поинтересовался Миша.
— Нет, я из Нижнего, — ответила Кира, погружаясь в диалог.
— Понял. И как ты сюда забрела? — сказал Миша, смотря на ночной город.
— Оставила несчастливое прошлое и ушла, — сказала Кира без иронии, без театра.
— Ого, а ты интересная, как документальный фильм, — усмехнулся Миша.
— А ты не как фильм, скорее всего, как шоу «Выживалити» или «Звёзды в Африке», но совсем не звезда, — сказала Кира с серьёзным намерением.
— Интересное размышление, — сказал Миша и выкинул сигарету с балкона. Кира же затушила сигарету, засунула её в горлышко бутылки и ушла в дом.
Миша усмехнулся, зашёл в дом и посмотрел в зеркало: лицо бледное, синяки под глазами, шрам над бровью, глаза мутные — не голубые, а серые.
— Без бутылочки сегодня никак, — сказал Миша, усмехнувшись. Он взял коньяк из рюкзака, включил новости и начал пить прямо с горлышка.
Миша проснулся: сухость во рту прожигала до самого желудка. Он встал с дивана, пошёл на балкон, закурил и постучал Кире в окно балкона.
Кира вышла и подняла бровь.
— Привет, присоединиться не хочешь? — спросил Миша, смотря на Киру.
— Привет, не особо, — сказала Кира и зашла обратно в дом.
— Ох, — пробормотал Миша, докурил сигарету, выкинул её с балкона и зашёл в дом.
Под вечер у Киры громко играла музыка. Миша вышел на балкон и постучал в окно, но никто не вышел и не ответил. Миша перелез на балкон Киры и зашёл в дом. Кира в это время стояла на кухне и что‑то готовила. Миша выключил колонку. Кира повернулась и испугалась.
— Ты что тут делаешь?! — возмутилась Кира, вытирая руки о полотенце.
— Воу, полегче! Я тебе стучал в окно, ты не услышала, я перелез к тебе, — сказал Миша.
— Я не спрашиваю, как ты сюда залез, я спрашиваю, что ты тут забыл, — Кира повысила голос от возмущения.
— Да музыка громко орала, я тебе и стучался, чтоб ты убавила, — сказал Миша, тоже повысив голос.
— Убавлю. Вали отсюда, — сказала Кира и взяла телефон, отключаясь от колонки.
Миша вышел к Кире на балкон, перелез к себе и закурил, наслаждаясь тишиной. А то музыка уже стояла поперёк горла: то на тусовках, то в баре — хочется просто тишины.
Миша постучал в окно Киры. Кира вышла.
— Чего ещё? — сказала возмущённо Кира.
— Покурим? — сказал Миша. Он хотел извиниться, но гордость взяла верх.
— Да пошёл ты, — Кира закрыла дверь балкона и ушла разбираться со своими делами.
Миша выбросил сигарету с балкона и зашёл к себе в квартиру.
