Охота без лиц

Заброшенная лаборатория на окраине Инчхона дрожала от далёкого гула поездов над головой. Стены были покрыты плесенью и старыми кровавыми пятнами — кто-то здесь уже умирал до них. Пятеро сидели вокруг единственного работающего голографического стола: Чонгук, Тэхен, Юнги, Чимин и новый — «Серебряный Принц», которого звали теперь просто Кей. Его настоящее имя никто не спрашивал. Не время. Чонгук стоял у стены, как всегда. Новое лицо — уличный псих с татуировками, ползущими по шее и вискам, — делало его похожим на зверя, которого выпустили из клетки. Импланты жгли кожу изнутри, но он не морщился. Не спал уже шестые сутки. Глаза были красными, как свежая кровь. — Следующие двое, — сказал он глухо, голос изменённый до низкого рыка. — «Телохранитель Босса» и «Нейро-Жнец». Они в главном комплексе под горами Кьонги. Это уже не окраина. Это сердце. Тэхен сидел за клавиатурой, пальцы летали по голограмме. Его улыбка была на месте — идеальная, обаятельная, маска, которую он носил уже три разных облика за последние десять дней. Но глаза… глаза выдавали всё. Усталость, которая граничила с пустотой. Он только что переписал их ДНК в пятый раз за неделю. — Я взломал внешний периметр, — тихо сказал Тэхен, не поднимая взгляда. — Но внутри — их личные щиты. Если я ошибусь хоть на миллисекунду, они узнают нас по старым кодам. Кук… ты снова пойдёшь первым? Я не выдержу, если ты вернёшься без руки или без… — Он замолчал, сглотнул. — Без тебя. Чонгук шагнул ближе, положил тяжёлую руку ему на плечо. Пальцы были в старых шрамах и свежих порезах. — Я вернусь. Всегда. Ты — мой якорь, Тхен. Без тебя я уже давно бы растворился в этих масках. Юнги сидел напротив, куря свою вечную электронную сигарету. Лицо бледное, как у призрака. Он выглядел так, будто каждый байт данных, который он крал, забирал кусок его жизни. — Я могу отключить нейро-сеть изнутри, — сказал он хрипло. — Но мне нужен Чимин рядом. Он единственный, кто может прикрыть меня в ближнем бою, пока я в системе. Чимин, прижавшийся к его боку, улыбнулся — ярко, как всегда, но в уголках глаз блестели слёзы, которые он не давал упасть. — Конечно, я буду рядом. Ты же знаешь: я не отпущу тебя одного. Помнишь, как в том бункере ты сказал, что можешь всё сам? А потом упал, и я держал тебя три часа, пока ты не очнулся. Больше не буду позволять тебе так рисковать. Юнги повернул голову, посмотрел на него долгим взглядом. В этом взгляде было всё, что он никогда не говорил вслух: страх, нежность, вина за все те годы, когда он был «Диригентом» и заставлял Чимина играть роль приманки. — Малыш… если с тобой что-то случится, я сам себя сотру. Без кода. Без пощады. Кей — Серебряный Принц — молчал в углу. Его серебристые волосы были коротко острижены, глаза — холодными, как у человека, который уже похоронил всё, что любил. — Я дам вам коды к внутреннему серверу, — наконец сказал он. — Но предупреждаю: Телохранитель — это не просто громила. У него мой старый имплант. Он чувствует ложь на расстоянии. А Жнец… он может перехватить сознание любого из нас на десять секунд. Если увидит Тэхена — сразу поймёт, кто Перевозчик. Тэхен посмотрел на него резко. — А ты? Ты уверен, что не предашь? Мы приняли тебя пять дней назад. Я всё ещё не понимаю, почему ты решил перейти. Кей усмехнулся — горько, без радости. — Потому что «Авалон» заставил меня смотреть, как мою дочь разбирают на импланты. Я притворялся мёртвым два года. Теперь я хочу, чтобы они все сгорели. Даже если сам сгорю с ними. Чонгук кивнул. Ни слова. Но внутри него шевельнулось что-то — не доверие, а осторожность. Призрак всегда чувствовал угрозу раньше, чем видел её. Они вышли через час. Четыре чёрных фургона, новые лица, новые имена. Чонгук стал «Рейджем» — садистом-телохранителем, которого якобы наняли для усиления охраны. Тэхен — «Элиотом», обаятельным техником по нейро-системам. Юнги и Чимин шли отдельно, под видом инспекторов из центрального офиса. Кей остался в бункере — координатор. Вход в подземный комплекс был как пасть зверя. Белый свет, стерильные коридоры, запах озона и страха. Чонгук шёл первым. Его новая походка была тяжёлой, агрессивной. Охранник на посту даже не успел спросить документы — Чонгук сломал ему шею одним движением. Тело упало без звука. — Чисто, — прошептал он в передатчик. — Тхен, ты в системе? Голос Тэхена в ухе был мягким, но дрожал: — Да, любовь. Я вижу тебя. Камера 12. Ты… выглядишь так страшно. Но я знаю, что под этим — ты. Пожалуйста, не рискуй зря. Я чувствую, как ты устал. Твоё сердце бьётся слишком быстро. — Это из-за тебя, — ответил Чонгук одними губами. — Потому что знаю: ты ждёшь. Они разделились. Чонгук и Тэхен пошли к залу Телохранителя. Юнги с Чимином — к серверной Жнеца. Зал был огромным. Телохранитель — гигант с имплантами по всему телу — стоял у окна, глядя на голографическую карту. — Ты опоздал, Рейдж, — сказал он, не оборачиваясь. — Босс уже знает, что вы здесь. Чонгук замер. Тэхен в ухе выругался тихо: — Я не понимаю… он не должен был знать. Мои щиты… Телохранитель повернулся. Его глаза вспыхнули красным. — Перевозчик с тобой? Я чую его код. Старый. Тот, что я сам когда-то ставил. Чонгук бросился вперёд. Рукопашка была яростной — кулаки, локти, нож. Кровь брызнула на пол. Телохранитель был сильнее, но Чонгук был быстрее. Он вонзил лезвие в плечо, потом в горло. — За моего брата, — прошептал Чонгук, когда тело рухнуло. — И за всех, кого вы сломали. Тэхен вбежал через секунду. Лицо его было белым. — Кук! Ты ранен? — Он схватил его за руку, пальцы дрожали. — Я видел… он чуть не сломал тебе ребро. Я… я чуть не потерял тебя в прямом эфире. Не делай так больше. Я не выдержу. Чонгук притянул его к себе, поцеловал жёстко, впиваясь пальцами в волосы. — Я здесь. Чувствуешь? Кровь — не моя. Я жив. Для тебя. В это время в серверной Юнги сидел за пультом, пальцы летали по клавишам. Чимин стоял спиной к нему, держа два пистолета. — Жнец приближается, — сказал Чимин напряжённо. — Я слышу шаги, быстрее. Юнги не ответил сразу. Его лицо было мокрым от пота. — Я почти… Чимин, если он возьмёт меня — стреляй. Не дай ему перехватить. Чимин обернулся, глаза полны паники. — Нет. Я не выстрелю в тебя. Никогда. Ты — мой. Мы выбрались вместе. Помнишь, как ты сказал мне в том бункере: «Я не позволю им забрать тебя»? Теперь моя очередь. Дверь взорвалась. Жнец вошёл — худой, с нейро-короной на голове. — Диригент и его кукла, — усмехнулся он. — Как мило. Он активировал перехват. На секунду Юнги замер, глаза остекленели. Чимин закричал, бросился вперёд. Ближний бой — танец смерти. Чимин был грациозен даже в ярости. Удар, поворот, нож в горло Жнеца. — Не трогай его! — кричал Чимин, пока кровь текла по его рукам. — Он мой! Юнги очнулся, рухнул на колени. Чимин подхватил его, прижал к себе. — Я здесь. Я здесь. Дыши. Я не дал ему забрать тебя. Юнги обнял его дрожащими руками. — Малыш… ты всегда спасаешь меня. Я люблю тебя. Даже когда молчу. Особенно когда молчу. Они встретились в точке эвакуации все пятеро. Кровь, синяки, но живые. Кей ждал в фургоне. — Шестой и седьмой готовы, — сказал он. — Но босс… он активировал протокол «Зеркало». Это значит, что он использует наши старые данные против нас. Тэхен замер. — Зеркало? Это… мой старый протокол. Я создал его шесть лет назад. Для Чонгука. Неожиданный поворот случился, когда они вернулись в новый бункер — глубокий, под старым заводом в Пусане. Тэхен подключился к главному серверу, чтобы стереть последние следы. И вдруг экран заполнился. На нём было его собственное лицо. Но не теперешнее. Лицо четырнадцатилетнего Тэхена из бункера №7. — Привет, Перевозчик, — сказал голос. Его собственный голос. — Я знал, что ты придёшь. Я — это ты. Клон. Босс создал меня шесть лет назад. Как резерв. И я знаю всё, что знаешь ты. Включая то, как ты любишь Призрака. Тэхен отшатнулся, как от удара. Лицо его побелело. — Нет… это невозможно. Я бы почувствовал. Чонгук был рядом мгновенно. Обнял его сзади, крепко, как будто мог удержать от падения в пропасть. — Тхен. Смотри на меня. Это не ты. Ты — здесь. Со мной. Тот мальчишка, который сказал мне: «Оставайся собой со мной». Это ты. Не он. Тэхен дрожал. Слёзы текли по щекам — впервые за месяцы. — А если это я? Если я уже давно не настоящий? Если всё, что я делал… это часть их плана? Кук, я боюсь. Я так устал быть кем-то другим. Что если в конце я убью тебя сам? Чонгук повернул его к себе, взял лицо в ладони. Глаза были тёмными, одержимыми, но полными тепла, которое он показывал только ему. — Тогда я найду тебя. В любой маске. В любом клоне. Ты — мой. И я твой. Мы шесть лет шли к этому. Не позволим им забрать это. Юнги и Чимин стояли в стороне. Чимин тихо шептал Юнги: — Видишь? Они такие же, как мы. Ломаются, но держатся друг за друга. Юнги кивнул, притянул Чимина ближе. — Мы все ломаемся. Но сегодня… мы ближе к концу. Босс ждёт в главном зале. Завтра — финал. Кей молчал. Но его глаза блестели странно. Как будто он знал что-то ещё. Тэхен уткнулся лицом в грудь Чонгука. Дыхание было прерывистым. — Обещай мне одну вещь, Призрак. Когда всё кончится… мы сожжём все маски. И я буду просто Тэхеном. А ты — просто Чонгуком. Без имплантов. Без крови. — Обещаю, — прошептал Чонгук ему в волосы. — Мы будем свободны. И будем вместе. Даже если придётся умереть за это. Ночь в бункере была тяжёлой. Они не спали. Говорили. Чонгук и Тэхен лежали обнявшись, перебирая пальцами шрамы друг друга. — Помнишь первую ночь? — тихо спросил Тэхен. — Когда ты сказал: «А если я не хочу?» Я тогда подумал: этот парень переживёт всех нас. Чонгук улыбнулся — редкой, настоящей улыбкой. — А я подумал: этот улыбающийся мальчишка — единственный, кто не сломается. И не сломался. Юнги и Чимин в соседней комнате шептались. Чимин смеялся сквозь слёзы: — Когда мы выберемся, я заставлю тебя танцевать со мной. Настоящий танец. Без масок. — Только если ты споёшь, — буркнул Юнги, но голос был мягким. Кей стоял у окна, глядя в темноту. Никто не видел, как он тихо активировал скрытый чип в запястье. Охота подходила к концу. Сердце «Авалона» билось всё ближе. Кровь уже лилась рекой. Но настоящий удар ждал впереди — в главном зале, где босс и последний из элитной восьмёрки готовили ловушку, которую никто не ожидал. Чонгук смотрел в разбитое зеркало. Новое лицо снова было чужим. Но рядом стоял Тэхен — настоящий. И этого было достаточно. — Мы хищники, — прошептал Чонгук. — Но завтра… мы станем свободными. Тэхен сжал его руку. — Вместе. До конца.