Своя в чужом отражении...

Они вышли из машины. Луз медленно шла возле матери, осторожно переставляя свои костыли. Девушка посмотрела на обычный уютный дом. "И я живу здесь?.. Я думала хотя бы что-то похожее на загородный особняк, а это.. М-да.. блин, Однако дом кажется довольно таки большим для двух человек.. Может быть с нами проживает ещё кто-то?" Подумала девушка. Они прошли внутрь. Носеда оказалась в уютной прихожей. Внутри дом был очень даже хорошим. Луз нравилась атмосфера внутри. Было спокойно, не то что в её особняке. Там было пусто и неуютно. - Тебе нужна помощь в принятии душа? - спросила Камилла, так как девушка действительно могла поскользнуться и упасть. - Нет, нет, дашь мне халат пожалуйста и банный принадлежности? - спросила она, совершенно забывая, что это её дом, и она по идее должна знать где и что здесь стоит. - Что прости? - не поняла Камилла. - Ну полотенце там, шампунь, можно ещё кондиционер для волос, если есть, - сказала Луз, задумываясь. - Ахахахахах! - рассмеялась Камилла, хотя Луз было вовсе не до смеха. - Я что-то не то спросила? - изогнула бровь подросток, так как по её мнению в её простых вопросах не было ничего такого. - Умеешь разыгрывать, доченька! Какой халат и кондиционер? Да и о каких волосах речь то? У тебя ещё не отросли они, - сказала Камилла, улыбаясь. - А.. Ну да.. - серьёзно смотрела девушка. - У тебя никогда не было халата. Что за бред, - махнула рукой Камилла. - Что?.. Ты скажи, что у меня ещё домашних тапочек нет, - язвительно сказал Луз. - Нет... - Камилла резко стала серьёзной. - Ну и что прикажешь мне делать? - пожала плечами Луз. - Не выделываться и идти в душ, - сказала Камилла очень спокойно. - Мне нужен халат и как минимум кусок мыла, - Луз стояла в прихожей и мягко говоря недоумевала. - У тебя никогда не было таких запросов, Миха. Ну если тебе так нужно, то возьми мой халат. Но твою привычку ходить после душа босиком я знаю с детства. Что произошло? - подозрительно посмотрела на неё мать. - Ничего страшного, просто ходить босиком сразу после того как помылся идея отвратная. Если можно, то я возьму твои тапочки? - сказала Луз, понимая, что бытовые привычки настоящей Луз были необычными. - Хорошо, возьми если тебе нужно. Я не буду против, - сказала Камилла. - Надеюсь ты помнишь где ванная комната. - Да, на втором этаже, - догадалась Луз, так как это было логично. Она увидела вход в зал и логически поняла планировку дома. - Слава богу, пойдем я помогу тебе подняться. Они неспеша поднимались по лестнице и тут открылся новое пространство для Луз. Множество семейных снимков, милый на вид коридор. Она решила, что ванная в конце. - Куда? Вот сюда, - слегка развернула её Камилла. - Я просто хотела взять одежду в комнате, - выкрутилась Луз, понимая, что её спальня в конце коридора. Она умела быстро выкручиваться из неординарных ситуаций. - Не переживай, всё найдешь в ванной, - сказала мать и открыла дверь. Ванная комната была довольно уютной и светлой. Было приятно мыться в простой душевой кабине, а не в дорогущем джакузи в огромной комнате. Стены давали ощущение защищённости и личного пространства. - Хорошо, спасибо. Дальше я как-нибудь справлюсь сама. - Напомню, что твои принадлежности на второй полке, - указала Камилла. Там стоял мужской гель-шампунь два в одном и мочалка. На этом "банные принадлежности" кончились. - Угу, - кивнула девушка, не став задавать лишних вопросов, понимая, что у Луз были свои привычки. Она поставила костыли у стены и опёрлась на раковину. Взглянув в зеркало она закричала, так как впервые увидела себя. - Аааа! Что?! Что это такое?! - стала трогать она себя руками выпучив глаза. - Луз! Что?! Что такое?! Ты ушиблась?! - вошла в ванную Камилла. Луз замерла в недоумении, убеждаясь, что это она. В отражении на неё смотрела худощавая девушка латино-американской принадлежности. Её короткие волосы, которые успели отрасти слегка завивались, так как она была кудрявой. Карие глаза бегали со своего отражения на отражение матери. Она провела рукой по густым шатенистым волосам, убеждаясь, что всё это не шутка и не розыгрыш. Луз трогала свои тонкие губы и щёки. Темноватый цвет лица пугал больше всего. - Тише, тише, - обняла её мать. - Всё хорошо, просто подстригли так, отрастут твои волосы, - погладила мать по черепу. - Да... Я просто не ожидала, что настолько коротко, - тихо сказала Луз, пытаясь оправдаться и как-то успокаиваясь. - Ты моя любимая доченька, отрастут твои волосики, - обняла её Камилла, а Луз всё не отрывала взгляд от зеркала. По щекам невольно покатились слёзы, что показалось Луз ещё сильнее уродует её лицо. Она сразу вытерла их кулаком и отвернулась уткнувшись в грудь матери. "Какого чёрта я так похожа на мальчика.. Что с моим лицом?! да на меня ни один парень не посмотрит с такой внешностью. Ах, точно, я же забыла, я же типо за меньшинства. Хотя на данный момент я ни за кого, сама за себя не могу... Что мне со всем этим делать.. Мой блонд и голубые глаза... Боже, почему это вообще со мной?! Кто додумался запихнуть меня в это тело?!" Пролетали в голове сотни мыслей. - Ладно, я хочу помыться правда, - сказала Луз, покачиваясь и слегка теряя равновесие, ведь она всё ещё очень плохо ходила. - Хорошо, я оставлю тебя одну, но не запирай дверь. Я не стану тебя тревожить, но мало ли что случится. Хорошо? - сказала Камилла, придерживая дочь. Луз молча кивнула и опёрлась об край раковины. Горячая приятная вода успокаивала накаленные нервы. Она стекала по подбородку и капала на живот. Луз сидела и молча осознавала, что она такая.. Что ей жить с этим телом и этой внешностью. Она всё ещё ощупывала себя и осматривала, однако подходить к зеркалу вновь она боялась. Она не узнавала себя, она не знала себя.. Двушка чувствовала себя неуютно в своём же теле, в своем отражении она не видела истинную себя. Девушка закрыла глаза, подставив лицо под тёплые струи. Тело казалось удобным, но таким непривычным... Мыться мужским гелем и одновременно шампунем ей понравилось. Он приятно охлаждал кожу. Новый дом, новые привычки, новое всё... Новая жизнь другого человека... Девушка тяжело вздохнула, она устала сама не знала от чего. Ей вроде бы было спокойно, но столько проблем сразу, в одночасье. Она никогда не жила в таком ворохе проблем. Но с другой стороны, она и не помнила как она жила, просто знала, что материально лучше чем сейчас. Всё, что окружало её, даже её лицо казалось ей чуждым и не своим. Девушка ударила кулаком по воде, которая скопилась в кабине и брызги полетели по стенкам. Её вдруг наполнила необъятная злость, ненависть ко всему, что она видела, ко всему, что она чувствовала и к себе самой. Она устала от всех и вся и хотелось вернуться в эту больницу и выпить какой-нибудь яд. Она стала хлестать себя по щекам в надежде, что всё вернётся, она проснётся, что она снова станет тем, кем была. Зубы были сжаты, дыхание стало неровным, она сжала нежную кожу на руке так, что она покраснела. Носеда разревелась и всхлипывала. - Тупая ебень! КАКАЯ ТУПАЯ ЕБЕНЬ! - закричала она, закрывая такое ненавистное лицо ладонями. Однако шаги мамы быстро вернули её в чувство. - Что то не так? - спросила Камилла, постучав в дверь. - Всё хорошо мам, помоги мне встать, - сказала Луз, наплевав на стеснение. - Ты уверена? - решила удостовериться Камилла, чтобы не нарушать личное пространство дочери. - Да мам, мне нужна помощь, - сказала девушка, выключая воду, которая уносила остатки пахучей пены. - Хорошо, - женщина прошла в ванную и открыла душевую кабину, из которой вырвались клубы пара. Подросток пыталась приподняться, опираясь об край. Камилла, подхватила её за подмышки и помогла выбраться. Она подала ей полотенце и положила на стиральную машину новый халат. Он был тёмно-синим с жёлтыми звездочками. - Ты успела съездить в магазин? - подняла брови Луз, вытирая голову полотенцем и снова пошатываясь. - Да, ты же, кажется, просила халат. Или уже не нужно? - сказала Камилла, намереваясь злиться. - Нужно конечно, просто я не думала, что ты ради меня поедешь в магазин... - задумчиво сказала Луз, надевая мягкий халат и завязывая пояс. - Всегда пожалуйста, - Камилла подала ей костыли, и Луз поплелась в свою комнату, опираясь на костыли. Женщина молча стояла возле двери и смотрела в спину уходящей Луз. Во взгляде читалась жалость и нежность к ребенку, которого она очень любит. Понимание, что она никак не может улучшить состояние Луз, не может сделать так, чтобы ребенку сразу стало легко и хорошо. Хотя у самой Камиллы на душе скребли кошки. Она чувствовала, что с её дочерью что-то происходит. Только что именно объяснить женщина не могла. Она решила отвлечься и позвонить подруге детства, с которой они периодически созванивались. Старшая Носеда спустилась на кухню и набрала номер телефона. На улице как назло собрали тучи и пошёл дождик, который капал на стёкла. - Привет, Камилла, - раздалось в трубке. - Hola! Как живёшь, Джоанна? - спросила Камилла, встав у подоконника и смотря вдаль. - Хорошо, вот как раз ужин приготовила, освободилась не так давно. Как там у вас с Луз дела? Как её здоровье? - обеспокоено спросила Джоанна. - Да все лучше и лучше. Мы уже домой вернулись. Она как всегда у себя сидит. Ходить потихоньку начинает, пока на костылях ходит. - Страшное дело, Камилла, очень страшно, когда твои дети болеют... - Да, безусловно. Слушай, вот у тебя Томми тоже возрастом как моя Луз, он тоже так себя ведёт? - осторожно подошла к теме Камилла. - Как именно? - не поняла женщина. - Ну у себя вечно сидит в комнате, курит, нечасто тебя называет мамой... - последняя фраза прозвучала предательски и выдала Камиллу с поличным. - Подожди, подруга, что-то ты мне недоговариваешь. Я тебя с детства знаю, ты обычно такие странные вопросы не задаёшь. У вас что-то не так? - сразу догадалась Джоанна. - Нет, нет, всё хорошо, просто я подумала, что все подростки примерно похоже себя ведут, вот и спросила у тебя так ли это, - попыталась выкрутиться Камилла. Дождь за окном разыгрался не на шутку и постепенно превращался в бурю. Небо заволокли чёрные тучи. - Ты хочешь мне сказать, что Луз не называет тебя мамой? - прямо спросила Джоанна. - Ну да, она как очнулась после операции, так совсем другая стала. Бросила эту Лизу к чертям, хотя раньше ни на секунду про неё не замолкала и каждый вечер к ней убегала, возвращалась поздно. Я просто не слышала ни разу, чтобы она обратилась ко мне что-то примерно: "Мам, а что на ужин?" Она спросит коротко: "Что на ужин" - Не знаю, Камилла, я не сталкивалась с такой проблемой. Томми всегда чуть что, сразу "Ну мааааам..." Хотя он тоже часто сидит в своей комнате, от него пахнет сигаретами и я заметила, что он стал периодически выпивать энергетики. - Просто я не могу же у самой Луз спросить. Это будет как-то странно с моей стороны. Я часто стараюсь называть её дочерью. Однако она стала такой холодной. Редко улыбается, шутит или смеётся. Она давно такая. - Мой Томми тоже такой угрюмый. Просто переходный возраст, да и она болеет, ничего не поделаешь. Ну гормоны у них сейчас завелись, вот они и с жиру бесятся. То скучно им, то ещё что-то, - сказала Джоанна, успокаивая Камиллу. - Понимаю, понимаю. Думаю всё как-нибудь наладится и придёт в норму. По крайней мере мне так кажется. Скоро всё образумится, рано или поздно. - Всё у вас в семье будет хорошо. Просто время такое тяжелое... - сказала Джоанна. Луз стояла на лестнице, подслушивая, что говорит мать. Девушка понимала, что она никак не может быть именно такой, какой её хочет видеть Камилла. Но как она могла веселиться или шутить, когда она не до конца понимала кто она такая, зачем она здесь, почему она помнит, что она совершенно другой человек. Прошлая жизнь не хотела отпускать её и очень прочно держала. Луз понимала, что она теперь никогда не увидит свою настоящую маму, своего деспота отца, своей комнаты в особняке. Девушка молча и тихо направилась к себе, чтобы Камилла не подумала, что она подслушивает чужие телефонные разговоры.