Мир за окном — всё тот же. Жестокий, опасный, непредсказуемый.

Пролог. Кровь соседей Тебе было двадцать один, когда мир пошёл по пизде. Не семнадцать. Не школьница, которая боится оценок и мальчиков. Взрослая женщина, которая успела поработать, снять квартиру, накопить на первую машину. У тебя был план. Потом вирус. Потом мертвецы. Потом ад. Ты выживала с группой соседей - теми, кто жил в твоём многоквартирном доме. Семья из третьего этажа - отец, мать, двое детей. Парень-программист с пятого. Старушка-пенсионерка, которая кормила всех домашними заготовками. Вы держались вместе почти два месяца. Они научили тебя многому. Как забивать окна. Как распределять еду. Как не шуметь после наступления темноты. Но никто не научил тебя тому, как смотреть в глаза людям, которых ты знала, когда они перестают быть людьми. Мертвецы пришли на рассвете. Вы не услышали - слишком устали, слишком привыкли к тишине. Они проломили дверь в подъезд, растерзали всех. Ты спряталась в мусорном баке - грязная, вонючая, дрожащая. Слышала крики. Потом - тишину. Ты просидела там до вечера. Выйдя, ты увидела их - соседей, которые стали ходячими. Дети из третьего этажа, теперь с пустыми глазами и рваными ранами на шеях. Ты убила их. Топором, который взяла из родительского гаража. Плакала, когда замахивалась. Плакала, когда добивала. Плакала, когда осталась одна. «Теперь ты одна», - сказала ты себе. И пошла. Ни карты. Ни плана. Ни надежды. Просто шла, пока ноги несли. На второй день скитаний ты наткнулась на группу мужчин у старой заправки. Четверо. С оружием. С жёсткими лицами, обветренными, как кожа старого сапога. Они смотрели на тебя - испачканную, голодную, с топором в руках - и не стреляли. - Ты одна? - спросил один из них. С ирокезом, с шотландским акцентом, с глазами, которые смотрели слишком пристально. - Одна, - твой голос сел от молчания. - Пойдёшь с нами? - спросил другой. С усами, с сигарой, с лицом командира, который привык отдавать приказы. - Не обидим, - добавил третий. С кожей темнее, чем у остальных, с холодным, оценивающим взглядом. Четвёртый молчал. В маске с черепом. С глазами, которые смотрели так, будто видели тебя насквозь. Ты знала, что это риск. Что мужчины в этом мире - не подарок. Что одна женщина среди четверых - это не случайность. Но сил бояться уже не было. - Хорошо, - сказала ты. Ты села в их джип, сжимая топор на коленях. «Если что - убью себя сама», - подумала ты. Но они не трогали. Не в первую ночь. Не во вторую. Они кормили тебя, давали воду, учили стрелять. А потом - началось.