~ Продано, но проклято. ~

Показы прошли с пугающей безупречностью. Клиенты вели себя как марионетки: кивали, улыбались, ахали в нужных местах. При упоминании проклятия их лица искажались странным восторгом, а обещания вернуться с деньгами звучали, будто под диктовку. Миона пропустила третий показ, ведь это был её единственный шанс на передышку. Но даже душ и череда изматывающих процедур: скрабы, маски, пилинги, бритьё – не принесли ей облегчения. Она только и думала о том, как сильно ей понравилось целоваться со своей коллегой. Она вышла из ванной комнаты в одном лишь полотенце, едва переставляя ноги. Путь к спальне казался таким манящим, она уже даже потянулась к дверной ручке, когда мадам Блэк резко схватила её за предплечье, крепко, но не до боли. – Не так быстро. – произносит женщина тихо, но в этом шёпоте больше угрозы, чем в крике. Её взгляд впивается в девушку, словно пригвождая к месту. – Ты прекрасно знаешь, чего я хочу. И мы обе понимаем, что выбора у тебя нет. – Но я.. Я не готова.. – шатенка пытается отстраниться, дёргает рукой, но хватка мадам Блэк только усиливается. В груди поднимается паника, дыхание сбивается. – Пожалуйста, давайте без этого? Я правда не могу.. – Не можешь? – брюнетка наклоняется ближе, её голос становится вкрадчивым, почти ласковым, но в глазах таится некое безумие. – Мы это уже проходили. Ты это пережила. Переживёшь снова. – она резко тянет свою коллегу на себя, но та упирается и это вызывает лишь снисходительную улыбку. – Я сделаю всё аккуратно. Больно не будет.  – В тот раз было.. – Миона выдыхает, цепляется за дверной косяк. Она вжимается в дверь, будто надеется раствориться в ней. – Было больно и стыдно.. – голос дрожит, но она заставляет себя договорить. – Может, вы всё‑таки.. Порадуете меня? Сделаете мне приятно.. – А ты этого хочешь? – мадам Блэк делает шаг назад, голос её звучит обманчиво мягко. – Перестань бороться.. Доверься мне и я сделаю тебе приятно.. – она чуть наклоняет голову, заглядывает девушке в глаза и продолжает говорить тише. – В тот раз тебе не было больно.. Тебе показалось, что было.. Но тебе не было.. Ты меня поняла?.. – эти слова проникают в сознание, размывают границы между правдой и ложью, заставляют поверить и вынуждают забыть, что было на самом деле. – Тебе не было больно..  Женщина повторяет это ещё несколько раз и когда Миона тяжело сглатывает, а затем утвердительно кивает, она прекращает. Шатенка отпускает дверной косяк и добровольно идёт вместе с ней в спальню. Брюнетка перехватывает её запястья и одним плавным, властным движением заставляет её развернуться спиной к ней и наклониться вперед, оперевшись ладонями на край письменного стола.  Мадам Блэк плотно прижимается к ней сзади, фиксируя её бедра в приподнятом положении. Эта поза лишает Мионы любой защиты: она согнута, её руки прижаты к поверхности стола, а её коллега полностью нависает сверху и давит на неё, вынуждая лечь на стол ещё и животом. – Ты так боишься сейчас.. Что я воплощу одну из твоих грязных фантазий.. Но ведь так ты точно сможешь понять нравятся ли тебе женщины или нет.. – женщина освобождает одну её руку, но лишь для того, чтобы запустить пальцы в её волосы, слегка потянуть их назад и заставить её сильнее выгнуть шею. – Ты надеялась, что тебе станет противно, когда ты поцелуешь меня? Но тебе не стало.. – вторую руку она также медленно отпускает, чтобы с тяжелым нажимом обвести её талию сбоку и опуститься на бедро. – Ты знаешь, а ведь я чувствую, как у тебя тянет низ живота прямо сейчас.. Хотя я ещё ничего такого не сделала.. – Нихуя вы не чувствуете. – грубо отвечает девушка, когда брюнетка приближает губы к её шее, едва касается кожи мягкими поцелуями, а затем больно кусает её, заставляя вздрогнуть и закричать. – Вы просто хотите внушить мне это!  Миона начинает яростно пытаться вырваться и буквально задыхается от злости, смешанной с паникой и подавленным желанием. Руками она старается оттолкнуть свою коллегу, но мадам Блэк лишь сильнее вжимается всем телом в её спину, наваливаясь сверху и используя преимущество в весе и позиции. Брюнетка перехватывает обе её кисти одной рукой, заламывает их за её спину и крепко сжимает в районе запястий.  – Кричи, ругайся, дерись, но помни.. Ты делаешь всё это лишь потому, что я права. Ты злишься не на меня, куколка. Ты злишься на себя за то, что не можешь принять это.. – она чувствует, как сердце шатенки бьется в сумасшедшем ритме и это дарит ей истинное удовольствие. – Борись, сколько хочешь. Но чем дольше ты будешь отрицать это, тем глубже я буду заглядывать в твою голову. И поверь, я знаю, что ты хочешь, чтобы я сейчас сделала.. – коленом она грубо раздвигает её ноги немного в стороны и с силой давит между них, от чего её коллега сдержанно и тихо стонет, замирая на месте. – Ну и чего ты? Продолжай дергаться. Давай.  Грубый, ощутимый нажим чужого колена между бедер мгновенно вышибает из легких Мионы остатки воздуха, превращая её гневный вдох в беспомощный, задушенный стон. Единственная преграда между ними: влажное, тяжелое полотенце, которое вот-вот задерется или упадет, и заставит девушку ощутить панику со стыдом ещё более явно. Мадам Блэк делает глубокий, медленный вдох, прикрывая глаза от накатившего наслаждения. На ней тонкая, струящаяся ночная сорочка из черного шелка, которая дразняще ласкает кожу Мионы при каждом её движении, а волосы её собраны в безупречно строгий пучок. – Что, притихла, малышка? – неожиданно низкий, порочный шепот женщины обжигает беззащитную, влажную шею её коллеги, пока колено с тяжелой, безжалостной силой вдавливается еще выше, сминая мокрую ткань полотенца. – Ты можешь сколько угодно врать себе, что тебе не нравятся женщины, но почему тогда ты сейчас так надеешься на большее? – Я не.. Я ни на что.. Не надеюсь.. – судорожно выдыхает девушка, отчаянно пытаясь вернуть голосу прежнюю твердость, но он предательски срывается на нытьё. – Вы пытаетесь мне это внушить.. Перестаньте! Прошу вас..  Брюнетка с безжалостным хрустом сжимает заломленные за спину запястья Мионы одной рукой, намертво лишая её возможности шевельнуться. Её вторая ладонь медленно, с тяжелым, властным нажимом скользит по ребрам шатенки вверх. Пальцы мадам Блэк бесцеремонно и грубо забираются под мокрый край полотенца. Она жёстко тянет его вниз на себя, намеренно царапая кожу Мионы и заставляя её судорожно вздрагивать, постанывая. – Ты зря думаешь, что можешь скрыть от меня свои похотливые желания, сладкая.. – её голос срывается на хриплый шёпот, от которого у девушки по коже бегут мурашки. – Я ведь читаю твои мысли. Я вижу каждую постыдную, извращенную картинку, которую ты пытаешься спрятать. Я знаю, как ты делаешь себе приятно пальцами по ночам, представляя, что это не твои пальцы.. А мои, например.. – она делает короткую паузу, её пальцы до синяков впиваются в тонкую, обнаженную талию Мионы, фиксируя её для нового толчка коленом. – Прямо сейчас я делаю только то, что ты хочешь. Моё колено давит именно там, где тебе это необходимо. Но ты продолжаешь молчать, верно? Из чистого упрямства. Из глупого, фальшивого стыда перед самой собой. Признай это, деточка. Перестань врать. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я прямо сейчас разорвала твою гордость и заставила тебя умолять о большем..  – Не скажу.. Ничего не скажу.. Пожалуйста.. – шатенка качает головой и просто скулит. Из её груди вырывается рваный, задушенный всхлип. – Это не мои желания.. Я не такая.. Я нормальная, мне просто понравилось целоваться с вами.. – она судорожно прижимается лбом к прохладному дереву стола, чувствуя, как по щекам катятся первые, бессильные слезы поражения. Сопротивляться больше нет сил, внутри всё горит от этого запретного, сводящего с ума возбуждения. Она готова выдохнуть и умолять, её губы уже приоткрываются, готовые попросить о большем.. – Я просто.. Я прошу..  Но именно в этот момент брюнетка внезапно замирает. Она делает последний, глубокий, жадный вдох, наслаждаясь сладкими эмоциями своей коллеги и перестаёт давить коленом, резко отстраняется. Шелковая ночная сорочка плавно опускается вдоль её бедер, а выбившиеся из строгого пучка пряди мягко очерчивают лицо. Она смотрит на тяжело дышащую, растрепанную девушку и не уходит. Вместо этого мадам Блэк медленно подходит к ней спереди, заставляет поднять заплаканное лицо и наклоняется к ней. Её пальцы нежно, почти ласково очерчивают контур нижней, припухшей губы Мионы, стирая дорожку от слез. Она смотрит ей прямо в глаза и тяжело дышит.  – Твои эмоции так соблазнительны.. То, как ты пытаешься отрицать словами.. И то, как ты просишь телом.. – полушепотом произносит женщина, заставляя свою коллегу содрогнуться. – Не стоит плакать. Я не проникала в твою голову так глубоко, как вчера.. Так что тебе точно не больно.. Хоть живот у тебя и тянет, но это терпимо.. И ты знаешь, что с этим можно сделать.. – она убирает руки, но перед тем, как отвернуться, наклоняется к самому уху дрожащей девушки, обжигая кожу горячим дыханием. – Иди к себе и помоги себе пальцами, моя дорогая..