Осколки одной катастрофы

Третий уровень встречал их не тишиной — голосами. Они звучали из стен. Шепотом, плачем, приказами, которые никто не отдавал. Ты замерла на последней ступеньке, вцепившись в перила так, что побелели костяшки. — Это… это не записи — сказала ты — Это отражения. Остаточные фантомы радианита. Они хранят боль.. Омен стоял впереди, втянув голову в плечи. Его тени бились в агонии, разрываясь на сотню мелких осколков — он не мог их контролировать. — Я знаю эти голоса, — прошептал он — Они звали меня. Всегда звали. Я думал, это в голове. А они… здесь.. Ты сделала шаг вперед, обходя его. Встала плечом к плечу. — Ты не один, — сказала ты — Помнишь? Я здесь. И если эти голоса — твое прошлое, то мы пройдем сквозь них. Вместе Он не ответил. Но его тени на секунду замерли — и тебе показалось, или они действительно потянулись к ней? Легли на твои плечи, как тогда в машине, ища опору? Коридор третьего уровня был узким, облицованным матовым металлом. Каждые несколько метров — гермодвери. Все открыты. Все — настежь, словно кто-то бежал отсюда, не оглядываясь. — Лаборатория 3-А, — прочитала ты на табличке — «Трансформация личности. Фаза 2».. — Входи — сказал Омен Она толкнула дверь. Внутри было темно. Абсолютно. Даже аварийное освещение не работало. Ты щелкнула тактическим фонарем на запястье — и луч выхватил из мрака кресла. Медицинские. С ремнями. Десять штук. Вокруг — мониторы, датчики, стойки с капельницами, в которых давно всё высохло. И одно кресло было не пустым. Ты вскрикнула, но тут же зажала рот рукой. В кресле сидел… человек. Точнее, то, что от него осталось: высохшая мумия в лохмотьях лабораторного халата, с открытым ртом и пустыми глазницами. — Доктор Вэнь.. — выдохнула ты — Он курировал проект. Говорил, что «открывает врата в новую эволюцию» Омен подошел к телу. Наклонился. — Он не умер от старости — сказал он — И не от радианита. Его… выключили. Мгновенно. Как свет — Кто? — ты обошла кресло, стараясь не смотреть на лицо — Другие ученые? Спецназ «Kingdom»? — Я — ответил Омен Тишина стала ледяной. Ты уставилась на него. Он стоял неподвижно, и в отсветах фонаря его профиль казался вырезанным из обсидиана — красивый, страшный, чужой. — Ты не мог..! — сказала ты — Ты был подопытным. Ты лежал в капсуле! — Я вышел из капсулы, — голос Омена звучал ровно, но в нем слышалась бездна — Не помню как. Не помню зачем. Но я стоял здесь. И он… доктор Вэнь… смотрел на меня и говорил: «Ты — ошибка. Тебя нужно утилизировать». А потом он замолчал. Потому что я сделал это навсегда.. Он повернулся к тебе. Впервые его лицо было видно четко, точнее, то, что от него осталось — не скрытое тенями, не размытое. — Я убийца, — сказал он — Не стал им. Был им всегда. Просто забыл Ты сделала шаг назад. Не от страха — от шока. Тебе нужно было переварить. Но Омен истолковал иначе. — Вот, — его голос сломался — Вот чего ты боялась. Не лабораторий. Не корпорации. Меня. Потому что я — то же самое. Только без белого халата Он отвернулся, собираясь уйти в темноту — навсегда, как он уже делал сотню раз. — Стой! — сказала ты Он не остановился. — Омен, стой, мать твою! — ты схватила его за запястье Он дернулся — и тени вокруг взорвались. Комнату заполнил первобытный ужас, крик сотен голосов, боль, которую он носил внутри. Тебе отбросило к стене, но ты не отпустила. Вцепилась мертвой хваткой. — Отпусти! — прорычал он — Я опасен! — А я выжила в аду, где все мы были всего лишь инструментом! — закричала ты в ответ — Не смей решать за меня, бояться тебя или нет! Тени замерли в дюйме от твоего лица. Острые, как бритвы, готовые разорвать. Но они не коснулись. Ни одна. — Видишь? — ты говорила сквозь сбитое дыхание, но твердо — Даже твоя тьма меня не трогает. Потому что ты не хочешь меня трогать. Не по-настоящему.. Омен стоял, тяжело дыша. Его руки дрожали. И вдруг — он рухнул на колени. Прямо перед тобой. Не в поклоне — в бессилии. — Я не знаю, кто я.. — прошептал он — Я убил их. Может, не только их? Может, я убивал до того, как стал этим… сгустком? А может, меня создали убийцей? И тогда у меня никогда не было выбора.. Ты медленно сползла по стене, опустилась рядом с ним на пол. Села на холодный металл, глядя на мумию доктора Вэня. — Выбор всегда есть — тихо сказала ты — Я выбрала уйти из корпорации. Ты выбрал не убивать меня сейчас. Это уже два выбора. Значит, мы не машины — А кто? — он поднял на тебя взгляд — пустой, потерянный — Люди, — ответила ты — Сломанные. Страшные. С руками по локоть в чужой боли. Но люди Ты осторожно, спрашивая разрешения глазами, коснулась его щеки. Он не отшатнулся. Его кожа была ледяной, как всегда, но под ней — там, глубоко — билось что-то живое. Ты почувствовала это кончиками пальцев. — Останься — попросила ты — Не сейчас. Не здесь. Вообще. Останься тем, кто есть. А прошлое… мы разберем его по кускам. Не за один день.. Он закрыл глаза. Сделал вдох — первый, который ты видела, такой человеческий, такой обычный. — Ты не боишься, что однажды я не узнаю тебя? — спросил он — Боюсь, — призналась ты — Но я боюсь еще больше, что ты узнаешь себя — и решишь, что недостоин жизни. А это не так! Омен медленно поднял руку. Накрыл твою ладонь своей. — Ты слишком хороша для этого мира.. — сказал он — Мир дерьмо — усмехнулась ты — Но в нем есть ты. И это пока перевешивает Они сидели в лаборатории смерти, среди трупов и теней, и держались за руки, как двое утопающих за последнюю доску. Где-то вверху завыла сирена — «Kingdom» заметила вторжение. — Нам пора! — сказала ты Омен кивнул. Помог тебе подняться — и не отпустил твою ладонь, когда вы пошли к выходу. Впервые он шел не один. Впервые ты не посмотрела назад. А тени позади них шептали напоследок: «Вы все равно не сбежите. Прошлое всегда догоняет!». Но ты и Омен уже знали: сбегать не обязательно. Иногда достаточно идти рядом. Даже если ведешь за собой собственную тьму.