Вторая Поттер

Они шагали по пустым коридорам Хогвартса. Точнее, шагал, буквально чеканя тростью каждый свой шаг, Снейп. Поттер приходилось передвигать ноги, поспевая за ним, так как директор Хогвартса, очень злой директор Хогвартса, крепко держал её за локоть. За первый учебный день она умудрилась пропустить завтрак, учёбу, обед, потом сходила на пару занятий, после отвлеклась на библиотеку, надеясь на ужине прибиться к своим, но пропустила ужин, не уследив за временем. Спала она снова в кабинете директора. И вот на второй день, когда она снова пропустила завтрак, после занятий, её, не явившуюся на обед, Снейп лично нашёл и решил сопроводить в Большой зал, где уже собралась вся школа. — Но я не хочу есть. — Меня мало волнуют ваши желания, мисс Поттер, — процедил он сквозь зубы. — Под моим руководством не будет голодных смертей. Даже если вы будете очень стараться, поверьте, ничего не выйдет, силой затолкаю в вас пищу, понятно? — Понятно, — согласилась она подозрительно быстро, — но у меня есть вопрос. — Какой, мисс Поттер? Что у нас на обед? Отвечаю, всё то, что вы затолкаете в себя через не хочу. — Нет, другой. Скажите, вы не хотите пускать меня в свой тихий омут, потому что боитесь, что я начну там тискать ваших чертей и сюсюкаться с ними? — Окончание она уже договаривала в дверях Большого зала, гул которого постепенно стих, завидев их парочку. — Минус тридцать баллов. — А кому минус тридцать? Давайте Гриффиндору? — А давайте, — легко согласился директор и в зале окончательно воцарилась тишина. — Вы не можете! — воскликнула Гарриет Поттер, вскочив с места. — Что за сомнения в нашем директоре? Наш директор может всё! — парировала Гарри. — И тридцать балов с Пуффендуя, — бросил Снейп, странно посмотрев на неё. — Но директор, сэр... — снова начала Гарриет, но Снейп, уже дошедший до преподавательского стола, остановился и бросил холодно, перебивая. — Можете считать, мисс Поттер, вы вышли на новый уровень. Вы же у нас герой. Вот и погеройствуйте, объясните своей сестре что такое хорошо, а что такое плохо. Зная её, это будет посложнее, чем убить Лорда. — Но... *** — Господин директор, а чего вы такой грустный? — спросила Гарри, заходя в его кабинет, чтобы отправиться в Мунго. — Имею сомнительную честь лицезреть вас ежедневно в стенах этого заведения, — бросил он холодно, не отвлекаясь от бумаг. — Так не то имеете, — усмехнулась Гарри. — Надо... — Надо вам рот с мылом помыть и заклеить, — перебил он её, пока она не сказала чего-то, что выведет его окончательно из себя. — Ну у вас и фетиши! Можно же сразу, без прелюдии... — Без прелюдий и лишних сомнений я могу сделать вам лишь больно, — ответил он серьёзно и подняв голову от каких-то счетов, взял её под прицел своих тёмных глаз. — Уверена, что делать приятно вы тоже умеете, — веселилась Поттер во всю. — Вообще считаю, что в душе вы очень чистый, светлый, милый человечек. Снейпа перекосило. Если бы он был почувствительнее, то обязательно бы блеванул от подобных «комплиментов». — Мисс Поттер, советую запомнить, если на моём лице и появится милая, светлая улыбка, то вам лучше бежать. Ведь это значит, что мысленно я уже положил руки на вашу шею и начал душить... душить... душить... — О, директор, когда вы лежали в палате, вы так мило улыбались во сне. Значит убили там кого-то и ели, да? Или душили? В целом, я о таком читала в порножурнале, так что можно попробовать. Будем считать, что я задалась целью увидеть вашу улыбку! —Мордред, мисс Поттер! Пятьдесят баллов с Грифф... Пуффендуя! Изыдите! *** Время вечер, место действия — гостиная Пуффендуя, куда Поттер впервые попала на пятый день своей учёбы. Благо спать ей было где, одежду легко чистили чарами домовики без последствий, пергаментами и перьями с ней тоже делились, а у соседей по парте всегда были учебники. Помыться и в ванной старост можно было, благо староста Слизерина — Астория Гринграсс не была против её компании. Девушка была живой и любознательной, в отличии от Дафны, которую Гарри знала лучше и которая не училась с ними, так как сдала экзамены летом. Ей то не нужно было год пропускать. — Ты считаешь нас плохими, да? — спросила Сьюзен Боунс на правах старосты, в то время как в гостиной собралось немало народа, начиная с пятого курса. — Ну что за глупости? — Гарри поморщилась и часть населения приободрилась. — Вовсе я не считаю, что вы плохие люди. Я вас, в принципе, и за людей не считаю. — Ты же шутишь? — спросила робко одна девочка, младше её на пару лет. И Гарри поморщилась повторно. Вот чего она себе старалась не позволять, так это обижать маленьких детей. Она ещё ярко помнила, как обошлись взрослые с ней, и поэтому малышки до восемнадцати были под запретом для её стёба и завуалированных оскорблений, а порой и не завуалированных. — Конечно. Просто вам всем где-то выдали пособие как жить эту жизнь, а мне достался сборник анекдотов. Вот, хожу, шучу. — Но это не смешно, — сказал обиженно Джастин. — Если ты не посмеялся над моей шуткой, то меня это мало волнует. Целевая аудитория моих шуток — я. Поэтому главное, чтобы весело было мне. — Так, всё, мы должны как-то наладить контакт! — решительно заявила Ханна Аббот и все закивали. — У нас дружный факультет, мы не можем нормально функционировать, когда одна из наших студенток даже не живёт в общежитии. Мы о тебе переживаем. — Тронута до глубины души, но советую переживать о себе. Вы в курсе, что ваша копилка баллов на нуле? Давайте подскажу, по сюжету жанра, у вас в руках должны быть вилы с факелами и вы должны кричать «сжечь ведьму»! — Мы в курсе, что наша, — Сьюзен выделила это слово особенно, — копилка на нуле. И нам всё равно. Мы не гонимся за баллами совсем. Четвёртое место, так четвёртое. Ты должна спать в постели и нормально питаться. — Тяжело быть сиротой, роль матери в своей жизни вообще никак не воспринимаю, — хмыкнула она и многие посмотрели с жалостью, отчего настроение покатилось к бездне. — Ты можешь сколько угодно нас отталкивать, но мы знаем, что ты добрая, — снова сказала та самая мелкая девочка. — И кто же меня выдал? Надеюсь Снейп? Потому что единственный, кто пользуется моим безлимитом добродетели, терпимости и послушания, только он. На всех остальных моего человеколюбия не хватает. — Вообще-то да, частично и он, — улыбнулась Сьюзен. — Он сказал, что если мисс Поттер заблудилась настолько сильно, что не может за пять дней найти гостиную, то это не удивительно, ведь у неё совершенно сбиты все жизненные ориентиры. Увы, это не значит, что можно ничего не делать и дал нам полное добро на изучении техник связывания. Нам строго настрого велели сделать всё, чтобы ты спала на своей кровати. — Фу, как это в его стиле, — Гарри догадывалась, что так и будет. — Заботиться о студентах? — Нет, заботиться о себе и своей нервной системе, которую я планомерно и осознанно расшатываю. — Но зачем? Это же Снейп! — Затем, что я люблю качели. — Но мы бы и без него тебя сегодня нашли, — вновь заговорила девочка. — Как зовут? — Селена. Селена... Розье, — фамилию она буквально прошептала. — Розье значит... — Моя мама не поддерживала семью! — воскликнула она и в её взгляде было столько боли и отчаяния. Да, после войны больно было не только светлой стороне. На скольких детей легла тень содеянного их старшими родственниками... — Да хоть бы и поддерживала, — Гарри пожала плечами. — Ты-то причём? Мы не в ответе за родителей. — Ты не понимаешь... — прошептала она, — мой отец, он... — Да мой вообще-то тоже не подарок, — хмыкнула Гарри. — Хулиганом был знатным. Однажды по его вине чуть ученик не погиб. Правила нарушал постоянно, задирал всех, шуточки его эти издевательские. — Все смотрели шокировано, ну да, в их глазах ведь Поттеры святые. — Снейп вот отчего мою сестрицу не любил? Учился с нашими родителями, пиздец у них война была. Так что всё я понимаю. — Но директор кажется к тебе лучше относится?... — Конечно, я даже уверена, от меня он без ума! Просто сам ещё не понял этого. Но возвращаясь к нашей теме... Никого и никогда не слушай, ты — это не твой отец. И даже не твоя мать. — Спасибо... Я думала тебе будет неприятно моё общество... — Забудь, малышка, все тревоги. Но, если вы хотите наладить контакт, то я согласна лишь через огневиски. — Но... Это же запрещено, — произнёс кто-то из старшекурсников. — Конечно, но я сегодня планировала надраться, отметить, что мы пережили первую неделю, так что либо с вами, либо без вас. — А где... где мы достанем? Ну... алкоголь... — спросила Сьюзен шёпотом и, на лице Гарри расползлась коварная улыбка. О-о-о, вот это её люди. — Вы готовы нарушить ещё пару правил? Если и были не согласные, то под общей волной подросткового бунта, сдались. И уже через час в гостиной алкоголь лился рекой, стоило только вернуться парням из Хогсмида. Барсучки даже не знали про тайные ходы, но Поттер их просветила. Тихие ребята оказались компанейскими, весёлыми и действительно дружными. Они не боялись нарушать правила, зная точно, что свои не сдадут — верность у них ценилась больше всего. — Я наказание господ-дне... ик, — пыталась сформулировать Гарри ответ на вопрос, чего она такая колючая обычно. — Я даже это... как его... не утешительный приз-з. И даже, не этот... не запасной вариант. Я прямо кошмар, отвечаю. А ещё, кажется, я безответно влюблена... И друзья... Мои друзья... ик... Мы с ними столько лет... А сейчас их нет... Мы вместе прошли войну-у, столько лет... ик... мне их так не хватает, — и Гарри всхлипнула. Прикрыла рот ладонью, чтобы никто не видел её дрожащих губ, но когда Сьюзен притянула её к себе, то не выдержала и зарыдала. Словно плотину прорвало. По её лицу текли слёзы, кожу щипало. Всё тело сотрясала крупная дрожь. Её обнимали, гладили, говорили какие-то слова, но она не слышала. Кто-то рядом тоже заплакал и уже спустя минуту плакали все. Вся гостиная плакала. Война зацепила всех. У кого-то погибли родные, у кого-то сели в Азкабан. А у кого-то погибли друзья. Кому-то было просто жаль других. Целая гостиная добрых, эмпатичных ребят. После они снова пили. Гарри учила их курить. Затем кому-то в голову пришла идея, что мир какой-то мрачный, но они молоды, сильны и могут всё изменить. Кто додумался начать менять мир с Запретного леса, никто бы уже не вспомнил, но итог... Найдя нужные материалы, в три часа ночи, они где-то в лесу, планомерно, дерево за деревом, украшали ветки. Яркие лоскуты ткани, какие-то колокольчики, мишура, разные брелки, игрушки... — Джастин, бля, ну нахер ты медведя гвоздём к дереву то? Живодёр! — Чё, мы же это... Мы же украшаем! — Украшаем, а не декорируем площадку в стиле хоррор для жертвоприношения! Ты забил гвоздь прямо в глаз мишутке! — Ну в жизни же тоже всё не идеально, — оправдывался он. Разошлись они довольные друг другом, допив окончательно весь запас, чтобы не оставлять улики. Радовало лишь то, что наступивший день был выходным. *** — Мисс Поттер, — процедил Снейп зло, появившись в дверях и замер. После установления дополнительных чар он всегда знал, когда она является, но всю первую неделю он терпел и не выгонял. Даже с постели не вставал, видимо надеясь, что ей надоест спать в его кресле. — Что вы делаете? — спросил он медленно. И также медленно начал приближаться к ней. — Стою, — ответила Гарри, вдыхая воздух полной грудью. — Не видно? — Мисс Поттер, не делайте этого... Она обернулась и едва устояв на ногах, схватилась за оконную раму. Ему потребовались секунды, чтобы преодолеть разделяющее их расстояние и дернуть её на себя. Гарри замерла в его руках, отмечая, какой же он всё-таки красивый. Не смазливый, как Малфои, не мягкий, как Гиппократ или Чарли, а такой весь злой, угрюмый, хищный. Чёрное, вкусно пахнущее Божество. — Вы что, пьяны? — спросил Снейп так тихо, с такой яростью, что у неё побежали мурашки и закружилась голова. — Пожалуйста, не говорите со мной таким тоном, мне в голову лезут глупые мысли, — пролепетала она честно. — Ваши мысли всегда глупые, соответственно это не зависит от тона моего голоса, — возразил он и помог ей встать на ноги, но тон смягчил. Теперь это был не праведный гнев Божества, а злое глухое раздражение. — Но сейчас всё гораздо хуже, — доверительно произнесла она и предприняла попытку стоять ровно, но тут же схватилась за Снейпа снова. — Насколько хуже? — Хочу вас поцеловать. — Мерлин, да вы совсем пьяны! Где вы достали алкоголь? — Там где мы его достали, его уже нет. Совсем. Мы всё забрали. Всё-всё. — Мы? С вами пил кто-то ещё? — А вы знаете, что мир чудесен? — воскликнула она и раскрыв руки закружилась, чуть не заехав ему по лицу. Правда Снейпу пришлось снова её ловить и крепко держать, чтобы она чего не учудила. Например, чтобы не разбила себе голову при падении. Итак ведь, на приколе вечном. Гарри, подтверждая его мысли, засмеялась. — Я бы может и знал, но к сожалению, ваше существование, не даёт мне насладиться миром и увидеть его в позитивном спектре. Сейчас дам антипохмельное, придёте в себя. — Не надо! — испугалась Гарри и пояснила на его вопросительно изугнутую бровь. — Хорошо же! Дайте ещё немного побыть счастливой! — Вы и без алкоголя вечно навеселе. — Глупости, — она грустно хмыкнула и выпутавшись из его рук, снова подошла к окну, но не стала забираться на него, а подтянувшись, села на подоконник. Когда она начала перекидывать ноги, Снейп снова её схватил. — Я посидеть... — Я тоже с вами скоро поседею, мисс Поттер. Сдались вам эти окна! Давайте без глупостей! — Я не прыгну, честно! Презрительно скривившись, Снейп позволил ей свесить ноги. Сам он встал рядом и щёлкнув пальцами, потребовал свой кофе. Всё равно спать дальше было бессмысленно, на горизонте начал пробиваться рассвет, окрашивая небо в серо-синие тона. Гарри коснулась пальцами его кожи в месте, где грудь была обнажена. Он взял её за запястье с заминкой, уверенно отводя её руку в сторону. — Давайте без глупостей, мисс Поттер. — У меня что, совсем нет шансов? — А вы до этого в этом сомневались? — он сделал глоток крепкого кофе, но заметив её взгляд, скривился и передал кружку, а себе заказал новую порцию. — Нет, наверное мне просто нравится себя обманывать, — она грустно улыбнулась и сделала глоток там, где его губы касались кружки. Пожалуй, это всё, что могло их связывать. — Я всегда знала, что такие как я, не нравятся нормальным мужчинам. Ещё когда была ребёнком это поняла... *** — Вот как... — Снейп решил воспользоваться её состоянием. Пока она была пьяна, она могла рассказать о себе больше, проговориться, дать информацию, которую не дала бы трезвая. Как бы он о ней не думал, но девчонка мастерски уходила от ответов и он о ней практически ничего не знал. А ему очень хотелось знать, куда же засунул её Дамблдор, что в итоге выросло то, что выросло. — Да. У меня вообще всю жизнь ощущение, что все всё откуда-то знают, кроме меня. Как играть в крикет, как вести себя в гостях, как устраиваться на лето на работу, как заводить первые отношения с мальчиком, как краситься и быть девушкой, как рисовать, как танцевать... Все умеют, а я нет. И мне непонятно, где они научились. — Обычно это просто приходит само, дети учатся на чужом примере. — девчонка горько рассмеялась. — Увы, на примере, что мне показывали, я могла лишь научиться быть незаметной, прислуживать, терпеть и ненавидеть тех, кто не похож на меня. — То что вы говорите не соотносится с тем, что вы демонстрируете. — Потому что я не хочу быть похожей на них, — выдохнула она и по её щеке потекла слезинка. Снейп наконец-то заметил, что её глаза припухшие, а значит она уже плакала этой ночью. — Я хочу, чтобы кто-то воспринял наконец меня всерьёз, как личность, а не как...Поттер. Я хочу, чтобы кто-то спросил какие мои любимые цветы, о чём я мечтала, когда меня наказывали и запирали, почему я боялась возвращаться из школы или о чём была моя первая прочитанная книга. — Почему вы боялись возвращаться из школы домой? — спросил Снейп серьёзно и губы Гарри дрогнули в кривой улыбке. Да, он выбрал из всех представленных вопросов самый... Он же Снейп. Ему нужна была информация. — Я не боялась возвращаться домой, — она повернула голову в его сторону, не скрывая дорожек слёз и прижалась подбородком к плечу, наблюдая за ним. Такая естественная поза, говорящая, что она его действительно не боится и чувствует себя в его компании уютно. Глупая наивная девочка, в его компании никто себя не чувствовал комфортно. — Я боялась возвращаться в то место, где мне нужно было жить по воле Альбуса Дамблдора. Это не было моим домом. Потом, повзрослев, я уже не боялась, но просто... Я пыталась сопротивляться, но толку-то. Меня там никогда не любили. Я бы хотела домой... — произнесла она совсем тихо и отвернулась, смотря на рассвет и стирая слёзы рукавом платья, — но я не знаю где мой дом. — Ваш дом на Гриммо. Она не ответила, лишь посмотрела на него своими невозможными глазами разбойницы. И отпила кофе. Её нужно было ругать, снять баллы, наказать, но Снейп в очередной раз не смог этого сделать. Он не знал где и кто растил её, но даже он считал свой дом домом, несмотря на выходки отца и холодность матери. Что должно было быть в детстве девочки, чтобы она так сильно отличалась от своей сестры. Хотелось воскресить Альбуса и хорошенько так встряхнуть. — Почему вы не в своей постели? Ваши сокурсники должны были вас провести в гостиную. — Они и провели, — хихикнула маленькая катастрофа и Снейп всё понял. Она споила их. Вот они «мы». Где бы она не появилась, там начинался хаос. — Вы лишитесь баллов. — Пойдём в минус? — Мордред, — выругался он, осознав, что их факультет на полном нуле. — Тогда отработки... — сказав это, Снейп поморщился. Почему-то в голове промелькнуло её «прислуживать». Да и сомневался он, что это хоть как-то повлияет на неё. — Вы в состоянии дойти до гостиной? Или может антипохмельное? — Выгоняете? — Предпочитаете спать в моём кресле? — он выгнул бровь. — Мисс Поттер, это же неудобно. — Спала и в худших условиях. Я не хочу спать в спальнях Пуффендуя, почему именно на этом факультете общие женские и мужские комнаты на весь курс? — Потому что они дружные и на Пуффендуе это никого не смущает. — Я не смогу там спать, — она дёрнула плечом. — Тем более сплю вне графика, я там буду только мешать. — Мне выделить вам отдельную спальню? Он постарался сказать так, чтобы она поняла, что это бессмысленно, ждать от него снисхождения. И она поняла. Огонёк в её глазах потух. — Ладно, найду где поспать. Уже когда девчонка была у двери, с тяжёлым вздохом и матеря себя на все лады, Снейп произнёс: — Направо. Душевая — вторая дверь. Постарайтесь ничего не трогать и не рыться в моих вещах. И мисс Поттер, — он раздражённо посмотрел в её глаза, — это лишь сегодня. Потом вам придётся привыкнуть спать со всеми. Люди не кусаются. — Конечно не кусаются, они делают что-то гораздо хуже и страшнее, — парировала она и без какого-либо стеснения утопала в его личные покои. — Блять, какого хуя я творю? — спросил себя Снейп и сжал двумя пальцами переносицу.