забери меня в морскую бездну

      Утром рано Минхо разбудил старый штурман, чтобы юноша позавтракал, собрал свои вещи и сошёл с охотничьего судна. Минхо долго времени не тянул, ему было невыносимо больше находится на этом корабле. Он быстро собрался и сошёл на берег. Никто не провожал его и не попрощался с ним. Он всегда был чужой для этих людей, поэтому Минхо был рад наконец-то избавиться от невидимых оков в виде осуждающих взглядов и угрюмых лиц матросов. Отец даже не вышел, чтобы хотя бы посмотреть сыну вслед. Это ранило Минхо сильнее, чем хотелось бы.       Судно уплыло, оставив Минхо на неизвестном острове. Было неясно, обитаем ли он вообще, и Ли надеялся, что не какими-нибудь дикарями, которые тут же его съедят. Он решил пройтись вдоль побережья с целью найти какой-то признак людей, населяющих остров, который оказался довольно большим. Он шёл около получаса, пока не устал и не решил присесть, чтобы отдохнуть. Солнце согревало песок своими лучами и напекало голову Минхо, от чего та начинала кружиться. До невозможности хотелось пить.       Минхо так и сидел на песке, думая о том, что умрёт вот так от жажды и голода на каком-то острове посреди моря. Он сомневался, что тут часто проплывали корабли, чтобы можно было сесть на один и добраться до населённого порта или небольшого прибрежного городка.       Сознание стало отключаться, перед глазами плыло, а в ушах гудело. Минхо уже почти отключился, как увидел перед собой до боли знакомое лицо. В мыслях на секунду проскочило, что это предсмертные галлюцинации, но прохладные мокрые ладони вполне реально и ощутимо обхватили его лицо. Это слегка отрезвило Минхо, его зрение немного прояснилось. Взволнованный русал смотрел на него огромными блестящими глазами и словно хотел что-то сказать, но не мог. Вернее мог, но Минхо всё равно бы не понял.       – Почему... Почему ты здесь? Как ты тут оказался? – хрипло произнёс Минхо и накрыл чужие руки своими. Его взгляд опустился ниже, и юноша увидел, что русал лежал рядом с ним прямо на песке, а чешуя на его хвосте начинала сохнуть и трескаться. – Тебе же наверняка больно! Тебе срочно нужно в воду, глупый!       Минхо встал, не без труда подхватил русала на руки, отнёс к воде и опустил его. Тот что-то прощебетал на своём языке, проплыл вокруг Минхо и взмахнул хвостом в воде, обрызгав юношу с головы до ног. Холодная вода заставила вздрогнуть, расширить глаза от удивления, а затем рассмеяться. Он провел рукой по мокрому лицу и волосам, смахнув с себя воду.       – Ах вот как! – хитро ухмыльнулся Минхо, глядя на то, как русал широко улыбался, обнажая острые зубки, а в его тёмно-карих глазах плясали озорные искорки. Сердце Минхо пропустило удар от того, каким прекрасным и счастливым тот выглядел. Юноша широко улыбнулся в ответ, принимая правила игры, и попытался поймать русала, но тот оказался проворнее и быстрее. – Маленький хитрюга, думаешь, я тебя не поймаю?       Русал снова взмахнул хвостом, разбрызгивая солёные волны и ещё больше окатывая водой Минхо. Льняная рубашка неприятно прилипла к телу, но он не обратил на это внимания. Всё оно было приковано к русалу и его маленькой безобидной игре. Минхо снова попытался схватить того за плавник, но он ловко увернулся и вновь брызнул водой в человека.       – Ну всё, ты сам напросился!       Минхо кинулся в воду в нелепых попытках защититься от волн брызг и в шутку отомстить русалу за его выходки. Прохладное море обжигало кожу, но это только разгорало азарт Минхо. Он смеялся и барахтался в воде, пока русал то подплывал к нему близко, словно дразня, то уплывал далеко, то нырял прямо под ноги Минхо и выпрыгивал, поднимая тучу брызг.       Юноша решил схитрить. Он притворился, что поскользнулся на песке и стал тонул, беспомощно махая руками в воде. Русал тут же перестал резвиться и с испугом метнулся к нему. В тот же миг Минхо ловко схватил его за талию и прижал к себе, смеясь.       – Попался, маленький озорник!       Русал запищал и стал извиваться в попытках вырваться, но Минхо держал крепко.       – Ну уж нет, я тебя не отпущу. – С этими словами Минхо прижался своим лбом к чужому, от чего русал замер и перестал вырываться. Он расслабился в руках человека и обвил его за шею своими руками. Он замурлыкал и ткнулся носом в мокрую рубашку Минхо на плече, словно котёнок, ищущий ласки. Они простояли так какое-то время, наслаждаясь объятиями, пока Минхо не начал дрожать от холода.       – Всё, всё, мне пора выходить из воды, – Минхо похлопал русала по плечам, чтобы тот отпустил его, – не то замёрзну совсем. – А затем двинулся к берегу.       Уже начинало вечереть, и юноша почувствовал, как желудок урчит от голода. Они так заигрались, что не заметили, как прошло несколько часов. Минхо нашёл сухие ветки и стал разжигать костёр. Русал в это время поймал несколько рыб и положил их на песок. Он хоть и не понимал Минхо, но прекрасно всё чувствовал.       – Ты принёс это мне? – удивлённо спросил Минхо, начав жарить на костре принесённую русалом рыбу. – Ты сам-то тоже, наверное, голоден?       Тот не ответил, однако молниеносно сунул руку в воду, достал оттуда дёргающуюся рыбу и с большим удовольствием стал грызть прямо сырое филе, откусывая крупные куски и радостно причмокивая.       – О.. ясно. – Опешил Минхо и отвернулся от развернувшейся перед ним картины, чтобы до конца не портить аппетит. Когда рыба была полностью приготовлена, он тоже принялся за еду. Русал, покончив со своей, стал внимательно наблюдать за человеком. Он склонил голову вбок в любопытстве и помахивал своим огромным красивым хвостом.       – Что, хочешь попробовать?       Минхо отломил кусочек жареной рыбы и протянул русалу. Тот принюхался и брезгливо поморщился, но всё же решил отведать неизвестное угощение. Однако сразу выплюнул и отвернулся от Минхо, недовольно фырча. Юношу позабавило поведение русала. Он был похож на ребёнка, которому вместо сладостей дали невкусную кашу.       – Эй, ты что, обиделся? – рассмеялся Минхо, – я не виноват, что ты такой привередливый. Мне вот сырая рыба тоже не очень-то нравится.       Наполнив желудок, Минхо улёгся на песок и уставился на небо, на котором уже выступили миллионы ярких звёзд. Сейчас, в этом мгновении, не хотелось думать ни о чём плохом. Хотелось просто наслаждаться счастливыми моментами и присутствием русала рядом, который пристроился у кромки воды, чтобы хвост омывали волны, а вторая половина находилась рядом с человеком, который заставлял его сердце биться чаще.       – Знаешь, – вдруг прервал приятную тишину Минхо, – все эти годы я ни разу не забывал о тебе. Я так долго искал тебя, каждый день вглядываясь в воду, когда выходил в море. Я часто приходил на тот берег, когда мы с тобой встретились впервые, в надежде встретить тебя снова. Я плохо спал ночами, думая о том, что больше не увижу тебя, и на душе становилось так паршиво. И потом я увидел тебя... на том судне, пойманного и связанного. Ты был в таком отчаянии, что я хотел просто разорвать эти проклятые сети и уничтожить всех, кто причинил тебе боль. В тот момент я понял, что должен спасти тебя любой ценой, иначе я бы никогда не простил себя и не смог бы жить спокойно. И вот сейчас, когда ты рядом со мной, мне хочется плакать от счастья и ни за что больше тебя не отпускать. Потому что полюбил. Ещё когда ты спас меня, но я этого не осознавал. Мне плевать на то, что мы слишком разные, чтобы быть вместе. Пока мы вместе, всё остальное просто не важно.       Русал долго и изучающе смотрел на него, словно пытаясь всеми силами понять человеческую речь. Он положил свою голову на грудь Минхо и вслушивался в его мерное и успокаивающее сердцебиение. Впервые за долгое время в его душе было так спокойно и тепло. Через некоторое время он чуть приподнялся и ткнул пальцем в грудь юноши.       – Минх.. хо, – прохрипел он и затем указал пальцем на себя, – Дж.. джи.. джи..с.. сон. Джи-сон.       Минхо неверяще уставился на него.       – Твоё имя Джисон?       Русал снова ткнул пальцем в Минхо и назвал его имя, затем на себя, попытавшись выговорить своё. Минхо, не говоря ни слова, обнял его и крепко прижал к себе, поглаживая по светлым волосам.       – Хорошо, Джисон. Хорошо.       Оба так и уснули в объятиях на песке под шум волн и тихий свист ночного ветра.

***

      Пустота на груди заставила Минхо проснуться и открыть глаза. Он обнаружил, что Джисона не оказалось рядом, страх и паника окутали его разум. Он поднялся и осмотрелся. Вокруг не было ни души, кроме него самого. По спине пошли мурашки. Неужели Джисон уплыл и оставил его? Вдруг с ним что-то случилось? Минхо стал звать его, но никто ему не ответил. Тишину нарушали лишь шелест моря да крик чаек.       Минхо продолжал звать Джисона и всматриваться в морские волны в надежде увидеть изумрудный отблеск и знакомую светлую макушку. Вскоре его голос охрип, а сам он обессилено рухнул на песок, не веря, что всё закончится вот так. Юноша не знал, сколько прошло времени. Может час, может два. Внутри разрасталась холодная пустота, а в голову лезли самые мрачные мысли. Ему хотелось выть от обиды и от боли, но он продолжал глядеть на море, что подарило ему любовь и тут же жестоко отняло.       – Джисон, прошу, вернись... – хрипло прошептал Минхо, стирая слёзы со щек. Он закрыл глаза, стараясь успокоиться.       Вдруг он услышал всплеск и почувствовал, как что-то упало перед его ногами. Минхо открыл глаза и увидел перед собой кучу рыбы, а затем торчащую из воды голову Джисона. Тот сначала радостно улыбался, но затем, уловив настроение возлюбленного, подплыл ближе и обеспокоенно посмотрел на него.       – О, господи, Джисон, я так испугался! Я думал, с тобой что-то произошло! – Воскликнул Минхо и положил ладонь на чужую щёку, поглаживая её. – Больше так не пугай меня, ладно?       Джисон виновато посмотрел на него и что-то тихо промурчал, будто извиняясь. Он даже пододвинул добытую пищу поближе к Минхо, чтоб на него не сердились. Это заставило юношу снова рассмеяться и успокоить бешено колотящееся сердце.       – Я не злюсь не тебя, дурачок, я просто волновался за тебя. А ты всего лишь уплыл, чтобы принести мне еды. Спасибо, Джисон.       Русал, поняв что на него не обижаются, счастливо завертел хвостом в воде и издал мелодичную трель, будто смеялся. Минхо улыбнулся тому, как он резвился словно ребёнок, и вновь разжёг костёр из тех палок, что нашёл неподалёку, и пожарил рыбу. Джисон лишь с отвращением посмотрел на то, как он ел эту гадость, и презрительно фыркнул.       Так прошёл ещё один день.       Человек и русал плескались в воде, затем подолгу лежали на песке, глядя на небо и каждый думая о своём. Минхо понимал, что не может вечно оставаться на этом берегу, спать на песке и питаться одной рыбой. Вдобавок ко всему ему была необходима пресная вода, иначе он просто умрёт от обезвоживания. Но в то же время ему не хотелось оставлять русала, когда они только встретились снова и обрели друг с другом счастье и покой. Минхо хотел быть рядом с Джисоном и не мог представить, что снова потеряет его. Эта мысль приносила боль и удручала юношу, точно грозовой шторм, настигший матросов в открытом море без единого шанса на спасение. С каждым днём, проведённым на этом берегу, жажда мучила Минхо сильнее, его губы трескались, а сил становилось всё меньше. Но несмотря на это, он не уходил и оставался с русалом, чувствуя себя так счастливо, как никогда раньше.       Пока однажды их идиллию не прервали.       Проснулся Джисон утром не от того, что яркий солнечный свет слепил в глаза, и не от того, что громкие крики чаек раздавались неподалёку. Он проснулся от звука чужих шагов и человеческих голосов, доносившихся далеко со стороны прибрежных скал. Русал встревоженно огляделся, но никого не увидел. Тогда он принялся старательно тормошить Минхо, чтобы разбудить юношу. Тот нехотя открыл глаза, щурясь от утреннего солнца, и не понял, почему Джисон так странно смотрит на него и что-то испуганно лепечет. Минхо приподнялся на локтях, осмотрелся и прислушался. Ничего подозрительного. Вокруг только скалы, песок и шум волн, бьющихся о камни.       – Что случилось, Джисон? – Минхо зевнул и потрепал русала по голове. – Приснился кошмар?       Джисон, понимая, что человек ничего не слышит, стал настойчиво трясти юношу за плечо и смотреть в ту сторону, откуда доносились шаги и голоса. Минхо проследил за его взглядом, но снова ничего не увидел, однако поведение русала заставило его напрячься и встать на ноги. Он прислушался, стараясь уловить то, что так напугало Джисона, но так и не смог ничего услышать.       – Ты уверен, что тебе не показалось? – мягко спросил Минхо, на что Джисон вцепился мёртвой хваткой в его руку и стал тревожно размахивать хвостом под водой. Он чувствовал приближающуюся опасность и изо всех сил пытался предупредить юношу. – Хорошо, я схожу и проверю, что там. А ты будь здесь и не высовывайся из воды, что бы ни случилось, ладно?       Он попытался выдернуть руку из крепкой хватки, но Джисон не отпускал, а его глазах застыл неподдельный страх.       – Ну чего ты, прелесть моя, не переживай, я обязательно вернусь. – Минхо ободряюще улыбнулся и ласково погладил по чужой руке. – Ты веришь мне?       Джисон несмело ослабил хватку и выпустил руку Минхо, всё еще тревожно поглядывая на него.       – Я вернусь, обещаю тебе. – С этими словами юноша взял русала за щёки и поцеловал в лоб, а затем с тяжестью на сердце направился в сторону скалистой тропы, ведущей наверх, в глубину острова. Джисон проводил его взглядом, полным беспокойства, и спрятался за торчащий из воды камень, чтобы наблюдать за происходящим.       Минхо приближался к скалам и вскоре действительно услышал чьи то голоса. Он осторожно обогнул несколько крупных валунов, цепляясь руками за шершавые камени, насторожился и притаился, стараясь не издавать ни звука. Голоса стали отчётливее. Юноша выглянул из-за скалы и увидел вдалеке трёх человек, которые спускались к берегу. Это оказались мужчины, с виду похожие на рыбаков: одеты были просто и неопрятно, а в руках держали рыболовные сети. Они шли, о чём-то громко переговариваясь и смеясь. Кажется, люди не подозревали, что на этом берегу кто-то есть, кроме них самих.       – ...надо в город за новыми сетями. А то старик Пак изорвал мне все. – Промолвил с досадой один из рыбаков. – Скоро нечем будет рыбу ловить да семью кормить.       – Нарвался старик, поди, на акулу аль другую зубастую тварь, – пожал плечами второй, – да и попортила она все сети.       – Акул тут отродясь не водилось, не мелите чушь, – отмахнулся третий рыбак, – зато слыхал я, что обитает здесь тварь покрупнее ваших акул.       – И кто ж это?       – Существо, говорят, с человеческими телом, а вместо ног — хвост рыбий! – Тот, кого назвали Кёнсу, понизил голос. – И зубища острые, что не только сети вам порвёт. Когти такие, что в один миг схватит, утащит на дно и покромсает на куски! А лицо красивое, как у чёрта – так и манит глупцов!       Первый и второй громко захохотали.       – Дурак ты, старина Кёнсу. Больше верь детским байкам, может и повстречаешь какое зверьё.       Старина Кёнсу только вздохнул и махнул рукой на товарищей.       Рыбаки двинулись дальше, их голоса постепенно стихали, смешиваясь с гулом ветра. Минхо стоял, прижавшись к камню, и старался перевести дух. Сердце громко стучало где-то в горле, а ладони предательски вспотели. Эти люди, по всей видимости, и правда были обычными рыбаками и не знали о существовании русалок. Но это не успокаивало. Ведь если они случайно заметят Джисона, то могут попытаться ему навредить или рассказать другим. А те, кто поверят – начнут на него охоту. Минхо не мог допустить, чтобы Джисон вновь подвергся такой опасности. В память всё ещё отчётливо врезались те напуганные глаза, полные слёз, мольбы и отчаяния, когда русала поймал отец. Минхо отогнал от себя нахлынувшие воспоминания, отдававшиеся болью где-то внутри, и поспешил к рыбакам с целью отвлечь их и увести как можно дальше от Джисона.       – Утро доброе. – Охрипшим голосом обратился к ним Минхо.       Рыбаки разом обернулись. Перед ними стоял растрёпанный юноша в грязной одежде.       – А ты ещё кто таков будешь? – с настороженностью спросил у него рыбак, что жаловался на порванные сети. – Тут берег глухой, люди редко ходят.       – Судно моего отца потерпело крушение, а меня прибило к берегу, и я чудом спасся. Уже три дня здесь ночую, в горле ещё ни капли пресной воды не было.       – Вот оно как. – Подхватил второй рыбак, что засмеял старину Кёнсу. – И откуда прибыл, юнец?       Минхо замер, судорожно пытаясь придумать, что ответить. Говорить правду было рискованно: вдруг рыбаки знали его отца и могли что-то заподозрить.       – Я из маленькой деревушки Ханги на севере. Мало кто о ней знает. Мы с отцом торговали древесиной и сплавляли брёвна к портовым городам.       – Да.. далеко же тебя занесло, парень. – Мужчина достал из сумки футляр с водой и отдал юноше. – Пей понемногу.       Минхо припал к горлышку и стал жадно пить воду.       – Спасибо вам, добрые люди.       – Не за что, малой. Как звать то тебя?       – Минхо.       – Минхо значит. Мы тут порыбачим часа три да назад в деревню пойдём. Потерпишь?       – Потерплю. Но не советую рыбачить здесь. Видел тут огромного... – Минхо запнулся, – огромного осьминога. У самого берега. Я ещё никогда таких не встречал. Думаю, здесь довольно опасно ловить рыбу.       – Осьминога говоришь? – Первый рыбак с прищуром посмотрел на него.       – Д-да, он чуть не схватил меня, когда я только очнулся.       – Что ж, это могло бы объяснить мои порванные сети. Ладно, мужики, идём на восточную часть берега. Может там и улов покрупнее будет. Ты с нами, малец?       – Я вас догоню. Мне нужно... мне нужно забрать вещи, которые я оставил на берегу, где разводил костёр.       – Ладно, только не задерживайся. Мы будем на восточной части побережья, возле мыса. Увидишь нас.       – Я быстро, – кивнул Минхо и, дождавшись, когда рыбаки уйдут, кинулся в ту сторону, где его дожидался русал.       Не успел он подойти, как послышался всплеск воды, и из-за камня выглянула светлая макушка. А потом Джисон полностью показался из воды и бросился к Минхо. У того всё внутри сжалось от вида такого хрупкого и беззащитного русала. Минхо зашёл в воду, наплевав на то, что промокнет до нитки и вызовет вопросы у рыбаков, и прижал Джисона к себе, целуя в макушку. Джисон жался к нему как котёнок, крепко вцепившись в Минхо, словно утопающий за спасательный круг, и жалобно урчал.       – Тише, тише, маленький, я здесь, – нашёптывал Минхо, поглаживая русала по мокрым волосам, – всё хорошо.       Минхо продолжал успокаивать русала, а сам в это время думал, что должен уйти. Но как оставить такого разбитого Джисона одного? Он не мог бросить его в таком состоянии, но и не мог остаться здесь и умереть от жажды. Паника и тяжёлый выбор накрывали его с головой. Если он сейчас не поторопится, то рыбаки уйдут без него, а Джисон.. он останется здесь один, дрожащий, напуганный, не понимающий, почему его бросили.       Они простояли так еще какое-то время, пока Минхо аккуратно не отстранил Джисона и не заглянул в его глаза со слабой улыбкой.       – Джисон-и, я должен.. я должен уйти ненадолго, ладно? Те люди, они... они пообещали мне помочь. Я.. мне нужно пойти с ними, чтобы выжить, понимаешь? Я вернусь к тебе, обязательно вернусь, обещаю. Ты должен мне верить.       Он поцеловал русала в лоб и отстранился. Джисон, не понимая, почему человек уходит, издал жалобный писк, напоминающий то ли плач, то ли обиду. Он смотрел, как Минхо отдаляется, чувствовал, как внутри разрастается жгучая пустота. Его вот так вот бросят? Слёзы выступили на глаза. Джисон надеялся, что это лишь плохой сон, и он проснётся, а Минхо будет рядом, обнимет, успокоит и согреет своим человеческим теплом. Но он не просыпался...       Он продолжал покачиваться на волнах, глядя вслед Минхо и ощущая холод, от которого хотелось свернуться в клубок и спрятаться в родных руках. Он не понимал, почему человек ушёл. Разве он сделал что-то не так? А вдруг он вообще не вернётся? Вдруг те люди заберут его с собой навсегда? Русал вздрогнул и обхватил себя руками в надежде согреться. Чешуя на хвосте тускло мерцала, теряя блеск из-за тоски, медленно поглощающей его целиком. Джисон смотрел на скалы, за которые ушёл его человек, и не мог заставить себя сдвинуться с места. Только хвост нервно метался в воде, выдавая всё, что творилось внутри.       «Вернись», — умолял он про себя. — «Пожалуйста, не уходи».       Пока из глаз текли слёзы, медленно застывая и падая голубыми жемчужинами на морское дно.