Дом там, где ты дышишь

Последняя партия в «Dungeons & Dragons» перед отъездом ребят прошла на удивление быстро. В воздухе висело тяжелое предчувствие разлуки. Когда кубики замерли и книги с глухим стуком захлопнулись, в подвале воцарилась тишина, которую внезапно нарушил тихий голос Уилла: — А как же Волшебница? — спросил он, глядя на пустую фигурку на столе. Сердце Майка больно защемило, отозвавшись под ребрами слабым, но отчетливым ударом. Этот вопрос вырвал его из реальности и бросил прямо туда — в тот злосчастный день у Врат. Он медленно обвел глазами комнату, борясь с желанием снова утонуть в образе её лица, как вдруг его озарило. Одно слово вспыхнуло в сознании, как неоновая вывеска: «Криптонит». Майк замер. Холодная логика, спавшая всё это время под гнетом горя, вдруг проснулась. — Она не могла оказаться там так быстро, — прошептал он, и его голос окреп. — И она не могла использовать свои силы в эпицентре взрыва. Как... как я раньше этого не понял? Друзья замерли, глядя на него. Майк подался вперед, и в его глазах, которые месяцами казались пустыми, впервые блеснул лихорадочный огонь надежды. — Криптонит, — повторил он, выстраивая новую версию их общей истории. — Волшебница была слишком умна. Она знала, что военные и Тень не оставят её в покое. Поэтому они с Сестрой продумали план. Он перевел дыхание, и слова полились сами собой, превращаясь в легенду, в которую он отчаянно хотел верить. — Сестра услышала мольбу отца Волшебницы. В последний момент она сотворила чудо — сделала её невидимой и неосязаемой для всех, помогая сбежать из-под самого носа военных. А то, что мы видели у Врат... это была иллюзия. Мастерски созданный фантом, чтобы обмануть всех и дать ей шанс на настоящую жизнь. Там, где её никто не найдет. Когда он закончил, в подвале стало так тихо, что было слышно биение сердец. Дастин шмыгнул носом, Лукас отвел взгляд, а по щекам Уилла покатились слезы. Это была не просто концовка игры — это была молитва. — Я в это верю, — произнес Майк, и на этот раз его голос не дрогнул. Он вдруг четко и искренне ощутил пророческую тяжесть своих слов. Кольцо в его кармане больше не казалось надгробием — оно снова стало обещанием. — Да, — тихо сказал Уилл, вытирая глаза. — Я тоже в это верю. Она где-то там. Свободна. — Это единственная правда, которая имеет смысл, — добавил Лукас, кладя руку на плечо Майка. В ту ночь, когда ребята разъезжались, Майк впервые за долгое время не чувствовал желания исчезнуть. Если она сотворила иллюзию для всего мира, значит, его задача — дождаться момента, когда она решит стать видимой для него.