DxD:Мастер боевых искусств

Глава 12: Искажение судьбы — Гаэ Болг Сражение достигло своего апогея. Поляна превратилась в хаос из ломаного льда, разлетающихся костей мертвецов и вспышек золотистой Ци. Ли Фэнь двигался на грани саморазрушения, превышая скорость звука в сотни раз. Для обычного глаза он превратился в размытую золотую нить, прошивающую ряды ледяных воинов. Однако холод Марены действовал как вязкое болото. Каждая секунда пребывания в её ауре высасывала тепло из клеток, замедляя нейронные импульсы. Богиня, паря в воздухе, методично посылала в него магические снаряды, каждый из которых нес в себе концепцию «Конца». Горыныч, возвышаясь над полем боя, распахнул все три пасти. Свет в них стал ослепительно-черным. Он готовил финальный залп, способный стереть с лица земли не просто холм, а целую провинцию. — Сдохни, червь! — выплюнула Марена. Три потока смерти слились в один и обрушились на Ли Фэня. Но парень не дрогнул. Он встал в стойку «Пустой ладони», концентрируя всю оставшуюся Ци в одной точке пространства перед собой. **— Бацзи — Зеркало Небесного Хаоса!** Вместо того чтобы принять удар, Ли Фэнь закрутил энергию залпа по спирали, используя инерцию вражеской атаки против неё самой. Огромный столб черного пламени, подчиняясь воле мастера, выгнулся дугой и с удвоенной силой ударил по самой Богине. Марена едва успела прикрыться косой, выставив ледяной щит. Взрыв сотряс небеса. Когда дым рассеялся, на щеке Богини виднелась тонкая алая царапина. Капля божественной крови медленно скатилась по её бледному лицу. — Ты... ты посмел?! — её голос сорвался на крик, переходящий в ультразвук. — Как ты, смертное отродье, смеешь ранить богиню?! Ты хоть знаешь, кто стоит за мной? Сама **Офис** стоит во главе, Другие пантеоны... все они падут ниц, а ты... Ли Фэнь тяжело дышал, но его взгляд оставался ледяным. Он заметил, как дрожат руки Марены. Оживление Горыныча и поддержание армии мертвецов выпили почти все её божественные резервы. Она блефовала, пытаясь запугать его именами высших сущностей. — Слишком много слов для той, чьё время вышло, — произнес Ли Фэнь. — Ты совершила ошибку, Марена. Ты поставила всё на этого дракона. Убью тебя — и он рассыплется пеплом. В его правой руке внезапно вспыхнул алый свет. Из пустоты материализовалось копье, чьё древко казалось вырезанным из запекшейся крови морского монстра. Аура, исходившая от него, была настолько зловещей и древней, что даже Горыныч непроизвольно отпрянул. — **Гаэ Болг**... — глаза Марены расширились от первобытного страха. — Нет... Оно было утеряно тысячи лет назад! Человек не может владеть проклятым копьем Кухулина! Ли Фэнь не ответил. Он принял позу для броска. **Суть техники: Gáe Bolg — Пронзающее копье разящей смерти.** Это оружие не просто летит быстро. Оно обладает силой **искажения причинно-следственной связи**. В тот момент, когда Ли Фэнь активировал его истинное имя, результат сердце врага пробито возник раньше, чем причина бросок копья. Судьба была переписана. Увернуться или заблокировать этот удар невозможно, ибо мир уже зафиксировал факт того, что сердце цели уничтожено. — Гэ Болг! — выкрикнул Ли Фэнь, вкладывая в бросок остатки своей Ци. Алая молния прошила пространство. Марена попыталась создать десятки слоев ледяной защиты, она пыталась телепортироваться, но копье, словно самонаводящаяся ракета, изменило траекторию в воздухе, огибая все препятствия по невозможным углам. **Хруст.** Алое острие вышло из спины Богини, пройдя точно через её сердце. Марена застыла, её глаза остекленели. Копье начало выпускать внутри её тела тысячи шипов, разрывая божественную суть изнутри. Рана от Гаэ Болга несет в себе проклятие: она не заживет, пока существует само копье. — Это... невозможно... — прошептала она, распадаясь на ледяную пыль. Как он и предсказывал, без подпитки её магии Змей Горыныч издал протяжный вой и мгновенно превратился в черную сажу, которую тут же подхватил ветер. Армия мертвецов рухнула грудами костей. Ли Фэнь подошел к тому месту, где стояла Богиня. На снегу лежала её коса — «Хладный Жнец». Тяжелое, холодное оружие, сохранившее частицу божественной власти над зимой. — Хороший трофей, — хмыкнул он, подбирая косу. — Думаю, Ватикан доплатит за это сверху. Он обернулся и, пошатываясь от усталости, побрел в сторону деревни. Битва была окончена, но впереди его ждал серьезный разговор с выжившим Добрыней и Валери, которая наверняка уже сходила с ума от беспокойства. Рассвет над деревней был тихим и неестественно чистым. Метель улеглась, оставив после себя лишь бесконечные сугробы, искрящиеся в первых лучах холодного солнца. Ли Фэнь шел по главной улице, тяжело опираясь на древко трофейной косы. Каждый шаг отдавался глухой болью в мышцах, а иней покрыл его ресницы и красные волосы. Местные жители, вооруженные чем попало — от старых ружей до топоров, — столпились у своих домов. Они видели рыжие всполохи над лесом и слышали грохот, от которого дрожали стекла в избах. Увидев одинокую фигуру, выходящую из тайги, толпа замерла. — Всё кончено, — хрипло произнес Ли Фэнь, проходя мимо них. — Твари больше нет. Лес чист. Возвращайтесь к своим делам. Люди не сразу поверили, но, заглянув в его глаза, полные какой-то запредельной усталости и силы, они молча расступились. В этой тишине было больше благодарности, чем в любых криках «ура». В избе было жарко натоплено. Пахло лечебными травами и озоном. Валери сидела на полу возле кровати, на которой лежал Добрыня. Девушка выглядела изможденной: под глазами залегли тени, а руки мелко дрожали. Она проделала невероятную работу. Раны Богатыря были нанесены «Хладным Жнецом» — оружием, несущим саму концепцию Смерти. Обычная магия или даже слезы феникса были здесь бессильны, так как они лечат плоть, но не восстанавливают душу, выжженную божественным холодом. Но **Сефирот Грааль** Валери был иным. Как святой механизм, способный манипулировать принципами жизни и смерти, он буквально «переписал» состояние Добрыни, вернув его душу в израненное тело. — Ты спасла его, Валери, — Ли Фэнь подошел сзади и мягко положил руку ей на плечо. — Без тебя даже его богатырское здоровье не вытянуло бы. Ты молодец. Девушка вздрогнула, обернулась и, увидев, что он жив и цел, просто прижалась лбом к его колену, тихо выдохнув. — Я так боялась... — прошептала она. Ближе к вечеру, когда тени удлинились, Добрыня наконец пришел в себя. Он резко сел на кровати, едва не сломав её под своим весом, и тут же схватился за голову. — Ох, матушка-роща... Будто сам Велес по лбу приложил, — пробасил он, оглядываясь. Его взгляд упал на Ли Фэня, который невозмутимо точил нож у окна, и на черную косу, прислоненную к стене. — Погоди... Это что, её зубочистка? — Она самая, — Ли Фэнь кивнул на косу Марены. — Богиня отправилась на пересдачу в Навь. Больше она эту деревню не побеспокоит. Добрыня замер, переводя взгляд с косы на парня. В его глазах читался шок, смешанный с глубоким суеверным почтением. — Убить богиню... Ты хоть понимаешь, парень, что ты сделал? Про такое былины веками слагают. Слушай, а сколько тебе вообще лет? Ты выглядишь молодо, но бьешь как столетний воевода. Ли Фэнь пожал плечами, не отрываясь от дела. — Пятнадцать. В этом году исполнилось. Добрыня поперхнулся воздухом и зашелся в кашле. — Пятнадцать?! Да я в твои годы только заборы лбом сшибал да за девками по сеновалам прыгал! — он хлопнул огромной ладонью по столу. — Ну и времена пошли... Слышь, герой, а раз уж мы заговорили о девках... Какие тебе вообще нравятся? Ну, предпочтения есть? Валери, которая в этот момент наливала чай в углу, замерла. Её ушки покраснели, но она невольно задержала дыхание, ловя каждый звук. Ли Фэнь на мгновение задумался, глядя в окно на заходящее солнце. — Ну... особых идеалов нет, — протянул он с легкой усмешкой. — Но если честно, меня всегда привлекали милые девушки... знаешь, такие, с характером, но добрые. Ну и, если совсем честно... чтобы задница была побольше. Валери издала звук, похожий на писк испуганной мышки, выронила полотенце и, не оглядываясь, пулей вылетела в другую комнату, громко хлопнув дверью. Добрыня на секунду замолк, а затем разразился таким громовым хохотом, что с потолка посыпалась пыль. — Ха-ха-ха! Ай да Тадео! Ай да сукин сын! — он протянул Ли Фэню свою лапищу. — Всё, брат, теперь ты точно мой кровный союзник! Не только спас меня, так еще и вкусы у нас один в один! Настоящий мужской ответ! Ли Фэнь лишь весело хмыкнул, пожимая руку Богатыря. В доме наконец-то стало спокойно и уютно, а напряжение последних дней ушло, сменившись простым человеческим теплом. Через час они начали собирать вещи. Пришло время возвращаться в Петербург — к отчету для Ватикана, к новым песням на YouTube и к миру, который еще даже не подозревал, какую силу он в себе приютил. Конец Главы