Мгновение,перевернувшее судьбу.

Лёгкий осенний ветерок развевал волосы. Лёша надел беспроводные наушники и включил любимые треки. Немного успокоившись, он направился в школу. По дороге он встретил своего одноклассника и по совместительству друга — Илью Яцкевича. Скромный паренёк, ростом 175–180 см, с карие‑ореховыми глазами и тёмно‑каштановыми волосами. Он умён, родители предъявляют к нему очень высокие требования — добиваются, чтобы мальчишка учился только на пятёрки. Отец, который занимается ювелирным бизнесом, надеется в будущем передать дело сыну.Так сказать,родился с золотой ложкой в жопе — Привет, Лёш.Удивлён,видеть тебя рано утром,обычно приходил ко второму уроку,— с улыбкой на лице сказал Илья, подавая руку для рукопожатия. Лёше было приятно находиться в его компании. Парень был добр к нему, как и другие ребята, но особенно умел поддержать в тяжёлый момент. — Ага, — отозвался Лёша. Он хотел съязвить насчёт того, что его друг встаёт строго по расписанию, словно примерный сынок, но сдержался — слишком хорошо он относился к Илье. — К нам переводится новый ученик, — сообщил Илья. — В старой школе он буллил учеников, из‑за драки его исключили: один поц получил перелом и сотрясение. Многие закрывают глаза на его выходки из-за красивого личика. Этого нам только не хватало! Наверняка сдружится с Ермолаевым, — с явным недовольством добавил он, выделив фамилию близкого друга. Лёша почти не слушал — он снова ушёл в свои мысли. «Исключили за драку, да ещё и смазливый… Интересно, что за тип?» *** Уже в школе Илья встретил по дороге в класс приятеля Андрея Кокошку — ребята обменялись приветствиями и вместе направились к кабинету. Лёша же перед уроками решил заскочить в туалет покурить. Заходя в помещение, где неприятно пахло, он достал из рюкзака пачку вишнёвых «Chapman Red». Сколько бы ему ни говорили, что курить плохо, Лёша не мог избавиться от этой вредной привычки. Он не мог не думать о никотине: его трясло, и ему просто хотелось что‑нибудь употребить — кальян, снюс, сигареты… Он мечтал бросить, но не мог. Не хотел быть зависимым от курения, но банально не находил в себе сил. Он достал сигарету, зажег зажигалку и сделал первую затяжку. Дым медленно поплыл в воздухе, а Лёша прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться только на этом ощущении. С каждой затяжкой дрожь понемногу уходила, дыхание выравнивалось, а тревожные мысли отступали на задний план. Всего на несколько минут мир становился чуть спокойнее, а напряжение — чуть менее ощутимым. Глубоко вздохнув,Деревяшкин стряхнул пепел и на мгновение почувствовал то самое хрупкое равновесие, ради которого всё это и затевалось: не радость, не эйфорию — просто тишину внутри, короткий миг покоя среди хаоса собственных эмоций. «Думаю, пора идти», — подумал про себя Лёха, потушив окурок. Он направился к выходу — и вдруг раздался стук, последовал удар, и тот уже лежал на полу, пришибленный дверью. — Блять! — от резкого удара Лёша зажмурил глаза, держась за ушибленное место и взывая от боли. — Твою ж… — бросил незнакомец, подбежал и помог Деревяшкину подняться на ноги. Шатен, пошатываясь, пытался сфокусировать взгляд на том, кто его сбил. — Ты как? Может, тебе… ну, в медпункт? — пытаясь сгладить ситуацию, торопливо произнёс незнакомец. Через некоторое время Лёха пришёл в себя и уже твёрдо стоял на ногах, но всё ещё потирал место ушиба — шишка, без сомнений, гарантирована. Подняв взгляд, он увидел симпатичного белокурого парня с выразительными чертами лица. Его глаза были зелёными, словно росистые травинки на рассвете, и лучились мягким, живым светом. В них читалось что‑то по‑детски искреннее и одновременно мудрое, будто в этих зелёных омутах отразилась вся свежесть мира, ещё не тронутая суетой. Белые волосы парня выглядели безупречно: оттенок был идеально ровным, без намёка на желтизну или серость. Чуть более тёмные корни создавали мягкий градиент, плавно переходящий в основной белоснежный тон, что придавало причёске глубину и объём, не нарушая общей гармонии. Пряди лежали гладко, подчёркивая чёткость силуэта, а лёгкий перламутровый отлив добавлял образу сдержанной роскоши. Парень был одет в мятую рубашку с галстуком и чёрные джинсы. «Как ему ещё не влетело за такой внешний вид?» — пронеслось в голове у Лёхи. Алексей пришёл в себя не сразу — только когда осознал, что слишком долго разглядывает незнакомца и буквально пялится на него, хотя они даже не знакомы. — Более‑менее. За тобой что, стая волков гналась? — недоумённо и смущённо проговорил шатен, обращая внимание на то, что блондин по‑прежнему не отпускает его локоть. — Чел, мне так и до сотрясения недалеко было бы! Удивлён, что дверь вместе со мной на полу не валяется — откуда столько силищи? — Да так, неважно, — ответил блондин, заметно сглотнув при упоминании сотрясения. — Ты точно в норме — Жить буду, — усмехнулся Лёша, чувствуя, как понемногу отпускает напряжение. Его приятно удивило, что незнакомец не остался безучастным, а искренне переживал за него. Правда, голова всё ещё шла кругом: то ли от резкого удара дверью, то ли от странного ощущения внутри себя.. Блондин улыбнулся, видимо, удовлетворённый ответом. Затем наклонился и протянул Лёше пачку сигарет — та, похоже, выпала из кармана при падении. — Курить — плохо. Не люблю запах сигарет. Видишь, каким я красавчиком вырос, и без этой гадости, — заметил блондин. — Я сам решу, что для меня хорошо, а что плохо. Не лезь, пожалуйста. Кстати, ты кто? Выпускник? Учитель, не дай бог? Или с параллели? Я тебя раньше не видел, — бросил Лёша. Но блондин не успел ответить: оглушительный звонок напомнил, что пора на урок. Он лишь пожал плечами, ухмыльнулся, махнул рукой на прощание выбегая за дверь и направляясь в непонятное направление. «Странный тип», — лишь подумал про себя Лёша, покидая санузел, идя в сторону класса.