Глава 15
16 апреля 2026 г., 12:01
Глава 15: Чай навсегда (или как Нелси разбил два божественных сердца одной кружкой)
Прошло три дня после признания Айрис.
Она стала заходить в казино чаще обычного — не только играть в шахматы, но и просто сидеть рядом с Нелси, пить чай, смотреть, как он крутит рулетку. Она не давила, не требовала ответа. Просто ждала.
Энри тоже стала появляться чаще. Она не признавалась — пока нет, — но её взгляды стали дольше, а улыбки — мягче.
Лилит чувствовала: что-то назревает.
— Нелси, — сказала она однажды вечером, когда казино опустело. — Ты должен что-то решить.
— С чем? — спросил он, заваривая свежий чай.
— С Айрис. И с Энри, — ответила Лилит. — Они обе на тебя смотрят. Обе ждут. Ты не можешь вечно делать вид, что ничего не происходит.
Нелси помолчал.
— Я ничего не делаю вид, — сказал он. — Я просто пью чай.
— Нелси.
— Лилит.
Она посмотрела ему в глаза. Обычно он отводил взгляд, шутил, переводил тему. Но сейчас — нет. Сейчас он смотрел прямо.
— Я люблю чай, — сказал он. — Только чай. Всё остальное — сложно. Эмоции — сложно. Отношения — сложно. А чай — просто. Заварил, выпил, хорошо.
— Но ты не можешь прожить жизнь с чаем, — возразила Лилит.
— Почему? — искренне удивился Нелси. — Чай всегда со мной. Он не предаёт. Не ревнует. Не заставляет биться головой о стены. Он просто есть. И этого достаточно.
Лилит вздохнула.
— Ты боишься, — поняла она.
— Чего?
— Чувств. Своих и чужих.
Нелси промолчал. Но не отвёл взгляд.
— Может быть, — сказал он наконец. — Но это не меняет фактов. Я не хочу никого расстраивать. Поэтому я буду делать вид, что ничего не понимаю. И пить чай.
— Это жестоко, — тихо сказала Лилит.
— Это честно, — ответил Нелси. — Я не умею любить. Я умер в 16 лет, у меня не было семьи, я читал манги и пил чай. В этой жизни у меня есть навык, казино и ты. Этого достаточно.
— А Айрис? А Энри?
— Они богини, — сказал Нелси. — Они переживут.
Он допил чай и пошёл спать.
Лилит осталась сидеть за столом, сжимая дневник.
— Ты неправ, — прошептала она. — Ты умеешь любить. Просто боишься признаться.
Но Нелси её не слышал.
---
На следующий день. Казино «Чайный тролль».
Айрис пришла первой. Она была в хорошем настроении — новое платье (белое, с золотой вышивкой), волосы уложены, на лице лёгкий румянец.
— Привет, — сказала она, садясь за стол. — Чай будешь?
— Чай всегда, — ответил Нелси, наливая ей кружку.
Она взяла чашку, сделала глоток и замерла.
— Вкусно, — сказала она. — Ты добавил что-то новое?
— Мяту. Мила принесла.
Айрис почувствовала укол ревности, но подавила его — Мила же сестра.
Они пили чай молча. Айрис хотела спросить о том, что он сказал в прошлый раз — «я тоже тебя люблю» было сказано в будущем времени, но так и не произнесено вслух. Она ждала.
Вошла Энри. Села рядом, молча протянула кружку.
— Чай, — сказала она.
Нелси налил.
— Тоже с мятой?
— Да.
Они пили втроём. Странная компания: богиня света, богиня тьмы и смертный тролль.
— Нелси, — сказала Айрис наконец. — Мы должны поговорить.
— О чём? — спросил он, хотя знал.
— О нас.
— О нас — это о ком? — уточнил Нелси.
— Обо мне и о тебе, — ответила Айрис. — И о ней, — она кивнула на Энри. — И о тебе тоже.
Энри подняла бровь, но не возразила.
— Ты должен выбрать, — сказала Айрис. — Или мы продолжаем жить в этой неопределённости, или ты говоришь прямо.
Нелси отставил кружку.
— Хорошо, — сказал он. — Прямо.
Он посмотрел на Айрис. Потом на Энри.
— Я люблю чай.
— Что? — спросили обе одновременно.
— Чай, — повторил Нелси. — Только чай. Чёрный, зелёный, с мятой, с жасмином, с бергамотом. Горячий, свежий, ароматный. Чай — это единственное, что я люблю по-настоящему.
Айрис побледнела.
— Но… ты сказал, что любишь меня…
— Я сказал, что тебе будет приятно это услышать, — поправил Нелси. — И я не врал. Тебе было приятно. Но это не значит, что я люблю тебя. Это значит, что я хотел сделать тебе приятно.
— А я? — спросила Энри. — Ты что-то говорил мне?
— Нет, — честно ответил Нелси. — Но ты смотрела на меня так, будто ждала. И я не хотел тебя расстраивать. Поэтому не говорил ничего.
Энри сжала кружку так, что она треснула.
— Ты… ты просто не хочешь никого расстраивать? — переспросила она.
— Да, — кивнул Нелси. — Я не умею любить. Я пробовал — в прошлой жизни. Не получилось. В этой — даже не пытался. Потому что знаю: ничего хорошего не выйдет.
— Откуда ты знаешь? — спросила Айрис дрожащим голосом.
— Я вижу будущее, — ответил Нелси. — И в каждом будущем, где я с кем-то, я несчастлив. Не потому, что она плохая. А потому, что я — плохой. Для отношений. Я тролль, а не романтик.
Айрис встала.
— Ты… ты просто трус, — сказала она.
— Может быть, — согласился Нелси. — Но это не меняет фактов.
— А чай? Чай не трус? — спросила Энри с горечью.
— Чай — это чай, — ответил Нелси. — Он не требует ничего взамен. Он просто есть. И я просто есть.
Тишина.
Айрис смотрела на него так, будто видела впервые. Энри сжимала осколки кружки.
— Ты разбил нам сердца, — сказала наконец Айрис. — Одной фразой.
— Я не хотел, — ответил Нелси. — Я хотел, чтобы вы знали правду. Потому что врать — это хуже, чем быть троллем.
Айрис отвернулась. Её плечи дрожали.
— Я… я пойду, — сказала она.
— Я тоже, — добавила Энри.
Они исчезли — каждая в своей вспышке. Свет и тьма.
Нелси остался один.
Он налил себе чай. Сделал глоток.
Чай был горьким.
— Странно, — сказал он себе. — Обычно он сладкий.
Лилит вышла из кухни, посмотрела на пустые стулья, на Нелси с его кружкой.
— Ты их обидел, — сказала она.
— Я сказал правду, — ответил он.
— Правда иногда обижает больше, чем ложь.
— Знаю, — Нелси сделал ещё глоток. — Но я не умею иначе.
Лилит села рядом.
— Ты правда не любишь их? Совсем-совсем?
Нелси помолчал.
— Не знаю, — сказал он наконец. — Может быть, люблю. Но боюсь. Боюсь, что испорчу. Боюсь, что мне станет скучно. Боюсь, что они поймут, какой я на самом деле — пустой, ленивый, эгоистичный.
— Ты не пустой, — возразила Лилит. — Ты просто притворяешься.
— Какая разница? — вздохнул Нелси. — Результат один.
Он допил чай, встал и пошёл к рулетке.
— Всё, Лилит. Разговор окончен. Открывай казино. Клиенты ждут.
Лилит хотела сказать что-то ещё, но не стала.
Она открыла дневник и написала:
«Сегодня Нелси признался, что любит только чай. Айрис и Энри ушли в слезах. Он пьёт горький чай и притворяется, что ему всё равно. Я знаю, что это не так. Но он не позволит мне это доказать. ISTP-тролль. Самый одинокий тролль в мире».
---
Несколько дней спустя. Храм Айрис.
Айрис сидела на полу, обхватив колени руками. Жрицы не решались подойти — их богиня плакала третий день подряд.
— Он сказал, что любит только чай, — прошептала она. — Чай. Листья. Горячую воду.
Она ударилась головой о стену — ту самую, треснутую.
— Ненавижу ISTP, — сказала она. — Ненавижу. Ненавижу.
Но в её голосе не было злости. Только боль.
Энри не плакала. Она сидела на троне из костей и пила демонический эликсир. Много. Очень много.
— Трус, — сказала она, глядя в пустоту. — Просто трус.
Она отставила бокал и посмотрела на чашку с чаем — зелёным, с жасмином. Она заварила её утром по привычке.
— Зачем я это делаю? — спросила она себя. — Он же не придёт. Он же любит только чай.
Она вылила чай в окно и разбила чашку.
Но через час заварила новую.
Привычка — страшная сила.
---
Мила. Рынок.
Мила, сестра Нелси, услышала историю от Лилит и пришла в казино.
— Нелси, — сказала она, садясь напротив. — Ты дурак.
— Здравствуй, сестра, — ответил он, не поднимая головы. — Тоже чаю?
— Нет. Я пришла поговорить.
— О чём?
— О том, что ты разбил сердца двум богиням.
— Я сказал правду, — повторил Нелси.
— Правда в том, что ты боишься, — сказала Мила. — Я знаю тебя. Я помню тебя в прошлой жизни. Ты был таким же — закрытым, ленивым, вечно с чашкой чая. Но ты не был жестоким.
— Я не жесток, — возразил Нелси.
— Жесток, — настаивала Мила. — Не потому, что ты сказал правду. А потому, что ты не дал им шанса. Ты решил за них, что они не справятся с твоим характером. Ты решил за себя, что ты не способен на чувства.
Нелси промолчал.
— Ты любишь их, — сказала Мила. — Я вижу. Ты просто не хочешь признаться даже себе.
— Чай не врёт, — тихо сказал Нелси.
— А люди врут, — закончила Мила. — Да. Но это не значит, что нужно бояться.
Она встала, поцеловала его в макушку и ушла.
Нелси остался один.
Он смотрел на свою кружку. Чай остыл.
— Странно, — сказал он. — Обычно я не даю ему остыть.
Он вылил чай и заварил новый.
Горький. Как и в прошлый раз.
— Может быть, дело не в чае, — сказал он себе. — Может быть, дело во мне.
Он отставил кружку и посмотрел в окно.
За окном шёл дождь.
— Айрис, — сказал он тихо. — Ты права. Я трус.
Но богиня его не слышала.
Или делала вид, что не слышит.
---
Сцена после титров
Лилит писала дневник:
«Нелси признался, что любит только чай. Богини ушли. Он пьёт горький чай и притворяется, что ему всё равно. Я знаю, что это не так. Но он не позволит мне это доказать. Мила сказала, что он боится. Я думаю, она права. Но страх — это отрицательная эмоция. Если он признает страх, его навык отключится. Может быть, поэтому он не признаётся? Или это просто отговорка? Я не знаю. Но я буду рядом. Потому что, кроме чая, у него есть я. И этого, надеюсь, достаточно».
Она закрыла дневник и посмотрела на Нелси.
Он сидел за столом, крутил рулетку и делал вид, что всё нормально.
Но кружка с чаем стояла нетронутой.
Впервые за всё время.
---
Конец пятнадцатой главы.
