Tea Jester with Self-Limiting Skill (Главы по отдельности)

Глава 14: Ревность богини (или как Нелси чуть не разрушил небеса) Прошло две недели после визита делегации семи королевств. Нелси стал ещё знаменитее. В казино «Чайный тролль» теперь была очередь на вход — люди приезжали из соседних городов, чтобы проиграть деньги парню, который видит будущее. Принцы и принцессы присылали подарки (некоторые — просто чтобы задобрить, некоторые — чтобы он не приехал к ним снова). Айрис и Энри по-прежнему заходили поиграть в шахматы и выпить чай. Всё шло своим чередом. Но потом появилась она. --- День первый. Знакомство. Нелси гулял по рынку в поисках нового чая (старый закончился, а без чая он становился раздражительным — единственная отрицательная эмоция, которую он допускал). На рынке он увидел девушку. Она торговала травами — сушёная мята, ромашка, какие-то местные растения. Обычная продавщица, каких тысячи. Но Нелси остановился. Не потому, что она была красивой (хотя была — русые волосы, зелёные глаза, веснушки). А потому, что его навык показал кое-что интересное. — Через 10 минут, — сказал он, подходя к прилавку, — к тебе подойдёт стражник и попытается забрать твои травы бесплатно. Скажет, что это «конфискация». Не отдавай. Девушка удивлённо подняла брови. — Откуда ты знаешь? — Я вижу будущее, — ответил Нелси, беря пучок мяты. — И ещё: твоя мята пересушена. Завтра привезут свежую. Подожди до завтра. Он бросил монету и ушёл. Девушка смотрела ему вслед с открытым ртом. На следующий день Нелси снова пришёл на рынок. — Ну что? — спросил он. — Приходил стражник? — Приходил, — кивнула девушка. — Я не отдала. Он ушёл. Как ты узнал? — Я же сказал: вижу будущее. Она представилась: Мила. Обычная травница, без магии, без амбиций, без тайн. Нелси почему-то задержался у её прилавка дольше, чем планировал. Они разговорились. О чае, о травах, о погоде, о том, как скучно торговать на рынке, когда все вокруг думают только о деньгах. Мила оказалась простой, без пафоса, без попыток казаться умнее или лучше. Она просто была. — Ты странный, — сказала она Нелси. — Я знаю, — ответил он. — Но приятный. — Это редкость. Они улыбнулись друг другу. С этого дня Нелси начал заходить на рынок каждый день. --- День пятый. Чаепитие. Через пять дней Нелси пригласил Милу в казино. Не играть — она не любила азартные игры. Просто пить чай. Они сидели за отдельным столиком в углу, пили зелёный чай с жасмином (Мила принесла свои травы, и они смешали их с его заваркой — получилось неожиданно вкусно) и говорили. — Ты не похож на других, — сказала Мила. — Ты не пытаешься произвести впечатление. Ты просто… есть. — Потому что мне лень, — ответил Нелси. — Производить впечатление — это работа. А я не люблю работать. — Но ты работаешь в казино. — Это не работа. Это развлечение. Разница в том, что за развлечение мне платят. Мила рассмеялась. — Ты философ. — Нет, я чайный тролль. Это другое. Они проговорили до вечера. Лилит, которая наблюдала за ними из-за стойки, записала в дневнике: «У Нелси появилась подруга. Настоящая. Не богиня, не демоница, не принцесса. Простая травница. Он улыбается. Не тролльской улыбкой, а настоящей. Я не знаю, что это значит. Но я волнуюсь». --- День седьмой. Айрис узнаёт. Айрис не была ревнивой. По крайней мере, она так думала. Она зашла в казино, как обычно — поиграть в шахматы, выпить чай, поругаться с Энри (которая тоже стала завсегдатаем). Но вместо привычной картины — Нелси за рулеткой, Лилит с дневником, пустой стол для шахмат — она увидела их. Нелси сидел в углу с какой-то девушкой. Они смеялись. Он наливал ей чай. Она поправляла его воротник. Айрис замерла. — Кто это? — спросила она у Лилит. — Мила, — ответила Лилит. — Травница. Они познакомились на рынке. — Травница? — Обычная. Без магии. Без навыков. Без всего. Айрис почувствовала, как что-то сжалось у неё в груди. — И часто он с ней? — Каждый день, — вздохнула Лилит. — Он закрывает казино пораньше и идёт на рынок. Или она приходит сюда. Айрис села за свой обычный стол. Энри уже была там — пришла раньше и тоже смотрела на Нелси с Милой. — Ты видишь? — спросила Энри. — Вижу, — холодно ответила Айрис. — И что ты думаешь? — Ничего, — соврала Айрис. — Мне всё равно. — Конечно, — усмехнулась Энри. — Поэтому ты сжимаешь чашку так, что она трещит. Айрис посмотрела на свои руки. Чашка действительно треснула. Чай потек по пальцам, но она не чувствовала боли. — Я не ревную, — сказала она. — Я не говорила, что ты ревнуешь, — ответила Энри. Они замолчали. Нелси, заметив богинь, помахал им рукой, но не подошёл. Остался с Милой. Айрис встала и вышла. --- День десятый. Стена. Айрис перестала приходить в казино. Она сидела в храме, смотрела на Нелси через божественный кристалл и сходила с ума. Он всё ещё встречался с Милой. Каждый день. Они гуляли по городу, пили чай, разговаривали. Она смеялась над его шутками. Он поправлял её платок, когда дул ветер. — Почему не я? — прошептала Айрис в пустоту. — Я была первой. Я дала ему навык. Я играла с ним в шахматы. Я пила его чай. Кристалл показал, как Мила кладёт голову на плечо Нелси. Айрис встала, подошла к стене храма и ударилась о неё лбом. — Ненавижу ISTP, — сказала она. — Ненавижу ISTP. Ненавижу ISTP. Она билась головой о стену снова и снова. Не сильно — чтобы не разбить лоб, но достаточно, чтобы почувствовать боль. Жрицы в ужасе смотрели на свою богиню. — Ваша светлость, — осторожно сказала главная жрица, — вы в порядке? — Я В ПОРЯДКЕ! — закричала Айрис. — Я В АБСОЛЮТНОМ ПОРЯДКЕ! Она снова ударилась головой о стену. — Ненавижу ISTP. Ненавижу ISTP. Ненавижу ISTP. Энри, наблюдавшая за этим через свой демонический кристалл, от души смеялась. — Вот это зрелище, — сказала она, поедая адское печенье. — Богиня света разбивает голову о стену из-за простого смертного. Никогда не видел ничего забавнее. Она посмотрела на Нелси, который в этот момент пил чай с Милой, и задумалась. — Может, и мне стоит приревновать? — спросила она себя. — Или нет. Я же богиня тьмы. Мне положено быть холодной. Она откусила печенье и продолжила наблюдать. --- День двенадцатый. Кризис. К двенадцатому дню стена в храме Айрис покрылась сетью трещин. Она повторяла мантру «ненавижу ISTP» уже тысячу раз. Жрицы начали подозревать, что их богиня сошла с ума. Главная жрица даже позвала экзорциста, но тот, увидев Айрис, сам попросил изгнать из него бесов. — Я не могу так больше, — сказала Айрис в пустоту. — Он встречается с ней. Он улыбается ей. Он… он не пьёт со мной чай! Она упала на колени перед статуей самой себя (ирония судьбы) и зарыдала. — Я богиня! Я могу уничтожить мир! Я могу превратить её в жабу! Я могу… я могу… Она не могла. Потому что знала: если она сделает что-то плохое Миле, Нелси возненавидит её. А это будет отрицательная эмоция. Но не у Нелси — у неё. — Я влюбилась в тролля, — прошептала она. — Я, богиня света, влюбилась в тролля, который пьёт чай и троллит всех вокруг. Она ударилась головой о пол. — Ненавижу ISTP. В этот момент в храм вошла Энри. — Ты выглядишь ужасно, — сказала она, оглядывая растрёпанную Айрис. — Твоя причёска… это новый стиль? — Заткнись, — буркнула Айрис, не поднимая головы. — Я пришла не издеваться, — сказала Энри, садясь рядом. — Я пришла помочь. — Помочь? — Да. Потому что, если ты продолжишь биться головой о стены, небеса рухнут. А мне нужны небеса — они хорошо смотрятся на фоне ада. Айрис подняла голову. — Как ты можешь помочь? — Поговори с ним, — сказала Энри. — Спроси прямо. Кто она ему? Просто друг или что-то большее? — Я не могу! Я богиня! Я не должна… — Ты должна, если хочешь спасти свою стену, — перебила Энри. — И свою психику. Айрис помолчала. — А если он скажет, что она — большее? — Тогда ты хотя бы будешь знать, — ответила Энри. — И перестанешь гадать. Айрис встала, поправила платье, причесалась. — Ты права, — сказала она. — Я пойду. — Удачи, — кивнула Энри. — И не убей её случайно. — Не обещаю. Айрис исчезла в вспышке света. Энри осталась сидеть на полу храма, глядя на треснувшую стену. — Бедная Айрис, — сказала она. — Влюбиться в ISTP — это как полюбить кактус. Колется, но почему-то хочется обнять. Она вздохнула и исчезла в облаке тьмы. --- Разговор Нелси сидел в казино один. Мила ушла домой — сказала, что завтра рано вставать. Лилит мыла кружки на кухне. Айрис материализовалась прямо напротив него. — Айрис? — удивился Нелси. — Ты давно не приходила. Чай будешь? — Не надо чая, — сказала Айрис. — Мне нужно поговорить. Нелси посмотрел на неё. Она была бледной, глаза красные (то ли от слёз, то ли от бессонницы), платье мятое. — Ты выглядишь… — начал он. — Знаю, — перебила Айрис. — Я выгляжу ужасно. Я билась головой о стену. Потому что… потому что… Она запнулась. — Потому что ты встречаешься с этой девушкой, — выпалила она. — С Милой. Нелси поднял бровь. — И что? — И что? — Айрис повысила голос. — И что?! Ты встречаешься с ней каждый день! Ты пьёшь с ней чай! Ты улыбаешься ей! А я… я… — Ты что? — спокойно спросил Нелси. — Я ревную! — закричала Айрис. — Я, богиня света, ревную к простой травнице! Потому что… потому что я… Она замолчала, сжав кулаки. — Потому что я люблю тебя, — сказала она тихо. — Не как богиня смертного. А как… как женщина. Идиотка. Которая влюбилась в тролля. Нелси долго молчал. Потом отпил чай. — Айрис, — сказал он. — Мила — моя сестра. — Что? — Айрис замерла. — Сестра, — повторил Нелси. — Двоюродная. Дочь моей тёти из прошлой жизни. Она тоже умерла. Тоже реинкарнировалась. Мы нашли друг друга на рынке случайно. Я узнал её по родинке на шее. Айрис открыла рот. Закрыла. — Но… но вы… вы смеялись… она поправляла твой воротник… — Потому что она сестра, — устало сказал Нелси. — Она заботится. А я позволяю. Потому что у меня никого не было. А теперь есть. Айрис села на стул. — Ты… ты не встречаешься с ней? — Нет, — ответил Нелси. — Я встречаюсь с чаем. С печеньем. С троллингом. А Мила — просто семья. Первая семья за всю мою жизнь. Айрис закрыла лицо руками. — Я… я дура, — прошептала она. — Я разбила стену головой из-за того, что… — Ревновала к сестре, — закончил Нелси. — Да. Это смешно. — Не смейся! — Я не смеюсь, — сказал Нелси. — Я пью чай. Он помолчал, потом добавил: — Айрис. — Что? — Ты сказала, что любишь меня. Она покраснела. — Я… я ничего не говорила! — Говорила. Я слышал. И запомнил. — Это была шутка! — Я проверю, — спокойно сказал Нелси. — Через 20 минут. Он активировал навык, посмотрел в будущее, улыбнулся. — Знаешь, что будет через 20 минут? — Что? — испуганно спросила Айрис. — Ты будешь сидеть на этом же месте, пить чай и краснеть. Потому что я скажу, что тоже тебя люблю. Айрис замерла. — Ты… ты… — Не знаю, правда это или нет, — честно сказал Нелси. — Но я решил, что тебе будет приятно это услышать. А мне приятно, когда тебе приятно. Он налил ей чай. — Пей. И не бейся больше головой о стены. Мне их потом жалко. Айрис взяла чашку дрожащими руками. — Ты… ты невыносим, — прошептала она. — Я знаю, — улыбнулся Нелси. Они пили чай молча. И это молчание было лучше любых слов. --- Сцена после титров Лилит вышла из кухни, увидела Айрис за столом (спокойную, почти счастливую) и Нелси (обычного, ленивого) и поняла, что кризис миновал. — Всё хорошо? — спросила она. — Всё хорошо, — ответил Нелси. — А где Мила? — Дома. Спит. Она моя сестра. — А, — сказала Лилит. — Я знала. — Знала? — Догадывалась, — соврала Лилит. Она не догадывалась. Но дневник она вела не просто так — надо же иногда выглядеть умной. Она записала: «Сегодня Айрис призналась в любви Нелси. Он не ответил взаимностью, но и не отверг. Сказал, что "подумает". Я подозреваю, что он уже давно всё решил, но ему нравится смотреть, как она краснеет. ISTP-тролль. Что с него взять». Энри, наблюдавшая через кристалл, отключила связь и задумалась. — А если я тоже признаюсь? — спросила она себя. — Нет. Я богиня тьмы. Я холодна как лёд. Я не ревную. Я не влюблена. Я… Она посмотрела на свою чашку с чаем (зелёный, с жасмином — Нелси научил) и вздохнула. — Ненавижу ISTP, — сказала она. Но в её голосе не было ненависти. Было что-то другое. То, что она боялась назвать. --- Конец четырнадцатой главы.