Не прошедшие акклиматизацию

Декабрь 2044       Церемония вручения дипломов затянулась, но оказалась не такой торжественной, как на бакалавриате. Тем не менее зал был заполнен до отказа. Когда наконец объявили моё имя, я поднялась, поправила мантию и пошла к сцене. Кисточка на шапочке качалась чуть быстрее такта шагов, чем изрядно отвлекала. Люди в зале хаотично аплодировали – звук распадался на отдельные хлопки и ложился плотным фоном. Я поднялась по ступеням. Директор протянул руку. Рукопожатие сухое, крепкое. Он посмотрел мне в глаза, чуть кивнул. Приняла от него диплом, ощутив под пальцами плотную подложку. Улыбнулась и обернулась к залу, отправив всем присутствующим дерзкий воздушный поцелуй. Аплодисменты ударили новой волной. Момент казался почти кинематографичным. И всё же внутри не было особенного восторга. Скорее спокойное удовлетворение.       Когда мероприятие закончилось, люди поднялись практически одновременно. Проходы заполнились, у выхода началась толкучка. Поскольку торопиться было некуда, мы с Джи Воном плелись позади.       – Ну, что, ощутил себя взрослым? – я взяла друга под руку.       – Пока как-то не особо, – увернулся он от чьего-то плеча.       – Ага, я тоже, – поддержала меланхолично, – Когда и как отчаливаем в Пеннант? Я все вещи уже собрала.       – Джи У после работы нас захватит. Как раз отметим, да поедем.       – Отличненько.       Выдавившись из зала, в просторном светлом вестибюле выловила глазами миссис Сон и помахала ей. Она стремительно направилась к нам, вскоре крепко обняв Джи Вона.       – Ну, мам, ты чего? – смущённо пробормотал он.       – Ты такой умничка, сыночек… – миссис Сон промокнула слёзы платком.       Подошедший к этому моменту мистер Кан тоже обнял сына. Джи Вон поклонился родителям и тихо сказал:       – Спасибо, папа и мама, за всё, что вы сделали для меня.       Я стояла чуть в стороне и наблюдала. Пока Джи У тискала брата, его родители переключили внимание на меня и сказали несколько тёплых слов. Вскоре нас разыскали мои. Они выделялись сразу, издалека. Высокие, осанистые. Светлые волосы, бледная кожа – на фоне разношёрстной толпы они выглядели как инопланетяне. Мама – в длинном платье с пёстрым геометричным рисунком и в увесистых серьгах. Папа – в таком же по духу наряде, с пиджаком, перекинутым через предплечье. Когда их заприметила, невольно выпрямила спину. Добравшись до меня, мама прижала меня к себе с такой силой, что стало трудно дышать, а отец, похлопав по плечу, в который раз за сегодня повторил, как они мной гордятся.       Начались перекрёстные поздравления, рукопожатия, короткие общие фразы. Потом из ниоткуда появился Марк и позвал нас фотографироваться. Прежде, чем все снова смешались с толпой, стремящейся на улицу, попросила:       – Марк, сфоткай нас с семьями, пожалуйста.       – Без проблем.       Марк сделал несколько снимков, после чего Джи У предложила снять нас троих.       Мы встали рядом. Джи Вон в центре, я слева, Марк справа. Закинула руку Джи Вону на плечо, он в ответ притянул меня ближе. Поскольку в правой руке Джи Вон держал диплом, Марку не досталось объятий. Он, заметив это, ревниво прижался к Джи Вону со своей стороны. Я рассмеялась.       Щёлк.       – Давайте дипломы сюда и изобразите что-нибудь поживее, – скомандовала Джи У.       Марк собрал у нас папки и передал Джи У, затем подошёл ко мне и внезапно подхватил под талию и колени в попытке поднять.       – Поставь, поставь, поставь! – я заболтала ногами, упираясь ладонью парню в грудь.       Джи Вон, вместо того чтобы помочь мне, стоял и хохотал, прикрыв рот рукой.       Щёлк.       Марк поставил меня и получил тычок кулаком под дых.       – Знал бы ты, как рискуешь, когда вытворяешь подобную фигню! В следующий раз руки тебе переломаю, – я высунула язык.       – Обещаю, это был последний раз, – поднял он руки в притворной капитуляции, но в глазах всё ещё плясали весёлые искорки, – по крайней мере, сегодня.       Дальше я решила взять инициативу. Встала между ними, и сгибами локтей зафиксировала их шеи, притянув парней к себе так, чтобы мы почти соприкасались головами. Шапочки у всех троих съехали набекрень.       – Вот так. Джи У, снимай.       Джи Вон послушно прижался. Марк тоже приблизился и, повернувшись, почти уткнулся носом мне в висок.       – Марк, ты дышишь мне в ухо, – проговорила я сквозь зубы, не поворачивая головы.       – Позволь хоть недолго насладиться ароматом успеха, – ответил он низким, наигранно-соблазнительным голосом.       Я не удержалась и фыркнула от смеха. Джи Вон тоже усмехнулся.       – Вы двое невыносимы, – пробормотал он.       – Мы стараемся, – заявил Марк одновременно со мной.       Щёлк.       – Всё, хватит с вас. – Джи У, улыбаясь, убрала телефон в карман брюк и вернула дипломы. – Нам с отцом пора. Фотки по дороге скину.       – Петра, ты хоть до отлёта дома появишься? – спросила мама.       – Ага, пока планирую вечером вернуться. Ну, а там как пойдёт. – ответила я, поцеловала мать в лоб и отдала ей папку с дипломом.       Всей гурьбой мы вышли на улицу, попрощались с семьями и поспешили к нашим группам для того, чтобы сделать общие фотографии. Марк отделился к юристам, а Джи Вон и я смешались с правоохраной.       – На счёт три! – крикнул кто-то.       – Раз. Два. Три! – Раздался хор.       Шапочки взлетели. Они на секунду зависли в воздухе, потом начали падать вразнобой. Снова смех и возбуждённая суета.       Я подняла свою шапочку с земли и стряхнула с неё пыль.       У барной стойки под подбадривания однокурсников закидывалась уже третьей Рыжей собакой, когда услышала голос Джи Вона:       – Петра. Петра!       – Да-да?       – Джи У скоро подъедет. Идём?       – Не, я решила потом на такси поехать.       – Не дури, пошли.       – Ой, отста-а-а-а-ань! Вечеринка только началась, – я махнула рукой и влила в себя ещё один коктейль. Девчонка-соперница только понюхав свой, с горечью на лице отставила шот и протянула мне десятку.       – Понятно всё с тобой. Я тогда поеду, смотри самолёт не проспи.       Вечеринка набирала обороты: музыка гремела, кто-то уже отплясывал на столах, кто-то громко рассказывал истории из студенческой жизни. Я пила, смеялась, обнималась с однокурсниками, которых теперь неизвестно когда увижу.       Незадолго до полуночи Марк потянул меня танцевать. Не стала отказываться. Свет резал глаза, ритм бил в грудную клетку. Души и тела касались чьи-то руки, дыхание, обрывки фраз. Двигалась в унисон со всеми, не задумываясь о грядущем.       Из бара выбралась под утро, когда время уже поджимало. На улице оказалось теплее, чем ожидала, – асфальт держал дневной жар, отдавая его в воздух. Ощущения напоминали о каждом недавнем действии: мышцы ног приятно ныли, в ушах пульсировал бас, а во рту оставался сладковато-горький привкус алкоголя. Слегка пошатываясь, хотя старалась держать спину прямо, не торопясь, дошла до общаги. Тихо, чтобы не разбудить уже бывших соседок, взяла единственный чемодан, рюкзак и, бросив последний взгляд на свою пустую кровать, ушла. По дороге из кампуса вызвала такси. Добралась до места подачи и стала ждать.       Машина подъехала через несколько минут. Я устроилась на заднем сиденье, подтвердила адрес и откинулась. Город за окном двигался плавно, без рывков. Светофоры, вывески, редкие прохожие. Небо светлело. Голова продолжала кружиться, сон не приходил. Улыбнулась сама себе, глядя в потолок салона: очередной этап жизни официально завершён.