Сам себе отступник.

Пролог. Охотник и жертва.

Морозный воздух обжигал легкие, мягкий белый покров которым земля укрылась на зиму словно пуховым одеялом, не хрустел и не скрипел под под моими ногами. Ступать бесшумно я научился, еще будучи лисенком, ну или точнее жизнь научила: “громкий хищник - это почти всегда голодный хищник” и это правило я очень быстро запомнил. Вокруг тянулся лес, тихий и молчаливый, корявые силуэты древесных гигантов тянули голые ветви словно цепкие пальцы а густая тьма ночи давала фантазии увидеть в этих силуэтах нечто большее чем просто дубы и тополя, хотя я отлично видел и в такой темноте , иногда было весело поискать в бездушном переплетении ветвей что нибудь необычное, этакая игра на внимание и абстрактное мышление, ну и что уж греха таить любил изредка “оживить” какой нибудь такой вот силуэт, да напугать лесника или охотника, сплошное ребячество, но ведь весело! Однако я не дал себе права играться сейчас, я на охоте и добыча близка, километр или чуть больше. Там на лесной опушке стояло величественное родовое поместье Даннов. И в этом каменном “логове” была столь желанная цель, юный мальчишка, сын нынешнего герцога (или барона? Никогда не интересовался этими глупыми человеческими ярлыками), парнишке лет двенадцать-тринадцать от силы, но душонка у него вкусная чтоб его. Я учуял его энергетику еще за пол дня быстрого бега. Такой трапезы хватит чтобы дожить до весны, вообще не задумываясь о пропитании. Однако я забыл важное правило: в этом лесу я чужак и нельзя быть беспечным, к сожалению, именно таким я и был, и не заметил присутствие человека. Он вырос из за огромного сугроба словно стена, с ружьем на перевес в тяжелом зимнем тулупе и меховой шапке-ушанке с опущенными ушами, его глаза на мгновение округлились (еще бы, вряд ли он каждый день встречается по ночам с юношей “украшенным” лисьими ушами и хвостом, а у меня их еще и два), впрочем он быстро взял себя в руки и уже спустя миг тяжелый приклад его ружья с силой ткнул меня в грудь. Больно, но больше унизительно. Но боль отрезвила, вернула остроту инстинктов и его выстрел ушел в пустоту вместо моего тела. Второго не последовало. Когтистая рука вспорола торс мужчины раньше. Он умер за три удара сердца, не смертью героя, просто оказался не в том месте и не в то время. Я медленно опустил оседающее тело на землю. Черт, грязная смерть, он успел ощутить боль. Нас с детства учат: настоящий хищник убивает так, чтобы жертва не страдала. Уважение к жизни, которую отнимаешь и все такое. А я вспорол его точно оголодавший шакал. Старшие были бы в ярости. Я слизнул кровь с когтей и наконец посмотрел на лицо погибшего. Генри Данн. Отец того мальчишки, я знал его имя, весьма уважаемый человек в местных кругах. - Ты нарушил границу, лис. - тихий, слегка скрипучий голос донесся откуда-то сзади. Я обернулся, из старого тополя выступила фигура выше любого человека. Кожа - кора с морозными трещинками, глаза - два тусклых огонька, будто светлячки. Леший? Не уверен, но определенно дух леса, вероятнее всего страж. Он даже не взглянул на тело. Люди для него не важнее белок. - У тебя нет права охотится в моем лесу, чужак. - все тем же голосом продолжило это существо. - А ты заставь меня уйти. - оскалился я, демонстративно сжимая когтистые пальцы. Я чуял его силу, тяжелую словно гора, и откуда только взял столько, пень трухлявый? Магический фон этого континента раза в три слабее чем на моей родине, а он едва ли слабее меня. Мы могли бы сразиться, но гарантий нет, ни для меня, ни для него. Но сегодня никто из нас не собирался умирать. - Предлагаю пари - с нежеланием произнес древень - Особняк Даннов. Ты ведь ради мальчика пришел? Сейчас он спит, не подозревая о том, что тут произошло. Входная дверь заперта изнутри, сможешь открыть дверь до рассвета - мальчик твой, не справишься - покинешь мой лес навсегда. Так просто? Для моих когтей даже тяжелая дубовая дверь не прочнее мокрой бумаги. Хищная улыбка растянула губы, обнажая острые клыки. - Сог... - начал было я, но старый пень не дал договорить. - Ты не можешь открыть дверь сам, ни когтями, ни хвостом. - с лукавой насмешкой продолжило существо. Чтоб его на дрова порубили! Впрочем, так даже интереснее, заставлю мальчишку лично открыть дверь, или кого ни будь из прислуги, у них ведь есть прислуга? - Черт с тобой, полено ходячее, согласен. - промурчал я с легкой досадой. Леший проигнорировал мое оскорбление, обидно, между прочим, черствый пенек. - Я предупрежу мальчика, иначе, в чем интерес? - и подмигнул, растворяясь в воздухе. Я потер руки и улыбнулся. До рассвета часов шесть, посмотрим сколько ты продержишься, щенок….