Сам себе отступник.

Глава 1. Ни когтем, ни словом.

Особняк Даннов стоял на опушке - монументальный, вросший в землю с заложенными ставнями. Луна висела низко, подсвечивая покрытую инеем черепицу. Дым из трубы лениво стелился по ветру в сторону глухого леса. Дверь - черный дуб, кованые петли, снаружи лишь кольцо для стука, изнутри наверняка тяжелый засов, такую выбить практически нереально - ну, человеку уж точно. Для меня же это было бы делом пары мгновений, но старое бревно со своим пари не позволят этого сделать. Я обошел дом по периметру. Окна высоко, без магии до них не допрыгнуть. На первом этаже скорее бойницы, а не окна. Черт бы вас побрал Данны, вы особняк строили или хренов форт для осады?! В доме горело лишь одно окно, на втором этаже. Детская, следует полагать. Я остановился прямо под окном, прислушался. Слабое сбивчивое дыхание, скрипы кровати и редкие всхлипы подтвердили мою догадку, мальчишка не спит. Леший, вероятно, напугал его до полусмерти. Молодец, пенек. Напуганный ребенок это именно то, что мне нужно, такими проще манипулировать. Я вернулся к крыльцу. Вдохнул. Пахло пирогами - свежими, видимо пеклись к ужину, с капустой, и еще что-то мясное. Наверняка работа повара или поварихи, не станет же сам хозяин у плиты спину гнуть? Медленно вдохнул воздух, и вот он, слабый “огонек” человеческой души. Повариха. Старушка лет пятидесяти, полная с большими руками. У таких мягкое сердце. И доверчивый разум. Такие верят в приметы, в духов жилищ. В то что покойники иногда возвращаются. Мысль пришла мгновенно, и я не смог сдержать улыбки. Пара шагов назад от двери, секунда концентрации и вот мне удалось коснуться ее разума. Лишь краем, но этого хватило чтобы вытянуть поверхностные воспоминания. Ну и о чем еще может думать служанка недавно услыхавшая весть о смерти господина? Извлечь информацию о голосе Генри не составило труда, старушка Марта только о нем и думала. Мое горло слегка дрогнуло. Не магия, так природный дар. Кицунэ могут подражать чужим голосам. - Марта - позвал я голосом покойника, получилось почти идеально с той же гнусавинкой, даже хрипотца от табака вышла почти как у оригинала. Эх, видели бы это ровесники, сжевали бы свои хвосты от досады - Марта, открой. Я ключи потерял в лесу. Замерз совсем. Тишина. Я напряг слух. Где-то в глубине дома скрипнула половица. Сердце поварихи забилось чаще. Она слышала. - Марта, ну чего ты. Открывай быстрее. Холод лютый, пальцы не согнуть.-я даже добавил стук, просто хвостом о дверь, имитируя как человек сбивает наледь с ружья. Из-за двери донесся шепот, слабый, дрожащий. - Барин?.. Господи, барин, как это... Шарль сказал, что вы... - голос старушки дрожал, мой фокус сработал как я и планировал. Она напугана, но верить в смерть барина не хочет и его голос для нее как глоток воды для умирающего от жажды. - Открывай говорю, мне в дом надо. Замерз насмерть. - рявкнул я уже злее, черт надо контролировать себя, она всего лишь напуганная баба, чего так завелся, лисий сын? Я замер. Не перестарался ли? Не спугнул ли? Но спустя секунды я услышал шаги, она идет к двери! Сейчас откроет. Сейчас... - Марта! Не вздумай открывать! Это не отец! - детский дрожащий голосок разорвал тишину, а заодно и мои надежды - Не знаю кто это, но он лишь притворяется отцом, если откроем ему дверь оно и нас сожрет! - голос мальчишки почти сорвался, но стоит отдать ему должное, сдержался. Я слышал, как грузная фигура Марты отшатнулась от двери словно та ее укусила. Черт, не открыла. - Дура - прорычал я уже своим голосом, вроде и человеческий, но звериные нотки не спутать - Дура, трусливая карга, упустила свой шанс сдохнуть без боли. Ярость затопила разум, этот щенок - Шарль успел-таки помешать мне, а я-то думал, что он забьется в самый дальний угол, будет плакать и молить. Но нет, решил-таки сыграть в героя. Мерзкий детеныш. Но ярость утихла так же быстро, даже какое-то странное чувство. Я что же, уважаю этого сопляка? Бред какой, просто удивил меня этот щенок, вот и все - Уходи - прошептал он из-за двери. - Большой козел сказал не открывать. Я не открою. - Козёл, - я усмехнулся - Леший, Шарль. Страж этого леса и твой добрый друг - мой голос сочился насмешкой и презрением - друг, что бросил тебя со мной один на один. Хороша защита: сказочка на ночь и совет: “не открывай дверь”. Я провел когтем по грубой деревянной поверхности. Мерзкий скрип и хруст дерева заставили их вздрогнуть. Я не видел, нет, я чувствовал, как дрогнули их души, подобно пламени свечи на ветру. - Сейчас ты веришь козлу - я продолжил более ласковым голосом, словно объяснял лисенку как охотиться - Но ночь длинная. А в доме кроме тебя только перепуганная кухарка. Ты останешься один. И начнешь слышать шаги. На лестнице. В коридоре. У самой двери. А потом... потом я перестану стучаться. И ты подумаешь: “Может мне показалось?”, “Может папа вернулся?”, “Может козёл просто хотел меня напугать?” - я подчеркивал каждый вариант мерным ударом когтя о дверь. - Так перестань оттягивать неизбежное. Открой дверь и я обещаю, убью быстро - я говорил тихо, ласково, почти успокаивающе. - Нет. - его голос сорвался на писк. - Жаль - я тяжело вздохнул - Тогда я попробую еще раз. И еще. До рассвета. И когда ты сдашься, а ты сдашься... - пауза - затем угрожающий рык - Я войду. Войду в облике того, кого ты будешь звать на помощь. И это будет больнее чем если бы открыл сейчас. Я отошел от двери. Он смотрит, я знаю. В окно возле двери. Тень поглотила мою фигуру. Этот раунд за тобой щенок, но на сколько хватит твоей смелости? **************************************************************** Я стоял на крыльце возле входной двери, прислонившись спиной н стену и слушал, как внутри дома перешептываются. Марта что-то причитала и иногда всхлипывала. Шарль что то бормотал себе под нос, то ли молитву, то ли уговоры самому себе. Сердца обоих колотились словно зайцы, пойманные в силки. Напуган, но не сломлен. Щенок с когтями Первый раунд остался за ним, успел-таки остановить эту старушку. Мягкие методы с ним не сработают, значит надо бить не в жалость или сострадание. Страх и.… вина. Вот что станет моим оружием. Я улыбнулся и даже внутренне пожалел мальчонку, то, что я собирался сотворить было ужасно, грязно. Но кто говорил, что лисы играют честно? Я отошел от крыльца, обогнул дом и встал напротив окна гостиной. Ровно так чтобы они могли видеть мою тень на стене. Луна светила прямо в спину, и тень вышла длинной. Я даже хвосты распушил. Для эффекта так сказать. Смотри, щенок. Смотри, что я тебе покажу. Глубокий вдох. Еще один. Иллюзии - не моя сильная сторона. Но в ночи кто обратит внимание на крохотные изъяны? Образ Генри всплыл в моей памяти. Его лицо, разорванная грудь. Кровь, стекающая из уголков рта. Выдох. И воздух задрожал, сначала едва видимое марево. Потом темное пятно, постепенно обретающее форму. Из темного пятна вырисовывался образ человеческого тела. Человек, Генри, стоял на коленях, опираясь на собственное ружье, одной рукой сжимая цевье, второй прижимая края разорванного тулупа. Голова поникла, а на снегу под “мертвецом” растеклась черная как смоль “кровь”. Я вложил в эту иллюзию все. Все что мог: запах крови, хруст снега под пальцами, даже слабый стон. А потом я заговорил. Не своим голосом - хриплым, умирающим, но все еще властным. -Ша-арль... Внутри дома кто-то вскрикнул. Марта. А мальчик... я услышал, как он подошел к окну. Занавеска дрогнула. - Отец? - его голос был слабым, почти неживым. Голова отца медленно поднялась, уставившись потухшими глазами на мальчика. - Ты оставил меня умирать, Шарль. -голос отца звучал грубо, обвиняющее. - Я.. я не знал! - голос ребенка предательски дрогнул. - Не знал?! - голос Генри вдруг окреп, наполнился гневом. - или бросил отца на откуп этой твари? Жалкий трус! Медленно фигура выпрямилась и теперь стояла во весь рост, шатаясь, но грозно. - Я не трус! Я.. - Тогда открой дверь. - приказала иллюзия голосом, полным презрения - Дай мне войти. Я хотя бы умру дома, как человек. Или ты хочешь, чтобы я сдох здесь, как пес, глядя на запертую дверь собственного дома? Мальчик молчал. Я слушал его дыхание - частое, рваное. А потом... Потом он сдался, метнулся к двери. И внутри что-то щелкнуло. Засов. - Шарль! Нет! - голос Марты наполнился ужасом. - Пусти. Там мой отец! - закричал мальчик в ответ. Я услышал, как тяжелое тело Марты ударилось в стену. Как лязгнул замок. Да. Давай, Щенок. Открой - Отец... - прошептал он, глядя не на меня, а туда, где стояла иллюзия. - Отец, прости.. Я шагнул вперед, обнажая когти. А фигура отца поплыла, словно дым. Я медленно приближался, наслаждаясь страхом в его глазах, вкусом его страха. Победа была столь сладкой что кружила голову. Но этот щенок не замер, как я думал. Вместо этого развернулся и исчез в глубинах дома, во тьме коридоров. Я мог бы броситься следом, догнать его меньше чем за миг, разорвать горло. Но... зачем спешить? Рассвет еще далеко, можно и поиграть. Пусть побегает. Пусть почувствует как его надежды сгорают с каждым моим шагом. - Беги-беги - промурлыкал я, перешагивая порог. - Только знаешь... я ведь не только глазами вижу. **************************************************************** Я медленно пошел по коридору. Когти царапали доски. Слева - гостинная, чуть справа - лестница наверх. Я втянул воздух. Вкус его души затопил чувства. Наверх побежал. Детская? Нет, в библиотеку свернул. - Ты думаешь, я тебя не найду? - сказал я вслух, поднимаясь по лестнице. Каждая ступенька жалобно поскрипывала под моими шагами. Я специально наступал тяжело, чтобы слышал, как я иду за ним. - Я чую твою душу, щенок. Она как свеча в темноте. Ты можешь спрятаться в шкафу, забиться под кровать, молясь, а я все равно найду! В библиотеке было темно. Только слабый свет луны пробивался через высокие окна, заставляя тени плясать по корешкам старых книг. - Выходи, щенок. Не заставляй меня бегать за тобой. И он вышел. Совсем что ли рассудка лишился? Шагнул в тусклый лунный свет. Руки дрожали, но в одной он сжимал то ли трость, то ли кочергу. Глупо. - Серьезно думаешь, что поможет? - я усмехнулся и демонстративно выгнул бровь - Нет - прошептал он. - Но я не сдамся. - О, это я уже понял - я шагнул вперед. Он отступил к стене - Ты смелый, щенок. Глупый, но смелый, признаю. Но смелость тебя не спасет. Я продолжал медленно приближаться к дрожащему ребенку. Вдруг он метнулся в сторону, тяжелая чугунная кочерга полетела в мою сторону. А щенок уже вынырнул в коридор. Я вздохнул, роняя его “оружие” на пол. Продолжим игру. Мы гонялись по дому минут десять. Он знал каждую комнату, каждый поворот и коридор. Но я был быстрее, и главное - я знал, где он. Его душа пульсировала словно маяк. Я давал ему фору, иногда специально проходил мимо, так чтобы он слышал мое дыхание и вжимался в стены. - Ты устал. - произнес я, загнав его в малую гостиную. Тупик. - Твое сердце колотится так громко, что я слышу его даже отсюда. Он стоял у камина. Дрова уже давно прогорели, оставив лишь мерцающие алым угли. Я видел, как его взгляд лихорадочно скользит по комнате, отчаянно ища спасения, которого нет. - Это было весело, щенок. Не худший план. Прятаться, бегать, измотать меня - я слегка улыбнулся, показывая клыки. - Но ты кое-что забыл. Я не человек. Я не устаю. А ты? Ты устаешь. И сейчас ты загнан в угол, малыш. Он не ответил мне. Смотрел прямо мне в глаза. Без страха, только какая-то странная, не детская решимость. Мне это даже понравилось - Если попросишь - сделаю это быстро - почти ласково пообещал я. - Один удар. Даже понять не успеешь. - Я не стану просить. - произнес он ровным голосом В следующий миг он схватил керосиновую лампу и швырнул на пол. **************************************************************** Стекло разбилось, огонь, более не сдерживаемый набросился на длинный ворс ковра словно оголодавшая волчья стая на оленя. Яркий свет резко выделил его черты. Холодный, почти отрешенный взгляд. Я замер. Не от страха. От изумления. Этот маленький, загнанный в угол щенок... он не бросился мне в ноги, не заплакал, не стал умолять. Он поджог чертов дом! Себя. Меня. Все. - Ты... - выдохнул я. А потом - усмехнулся. Истинное восхищение шевельнулось где-то в глубине. Вот это добыча. Вот это ядро! Конечно, его попытка жалкая, жечь меня столь же бесполезно как попытаться утопить рыбу, но, чтобы на такое решился ребенок? Интересный щенок... Огонь уже вовсю хозяйничал в комнате. Пожирал ковер, деревянную мебель, полз к шторам. Жар становился почти невыносимым для человека. Шарль прижался к стене, прикрывая лицо рукавом, но не отрывал взгляда. Смотрел на меня все тем же холодным взглядом, в котором отражались жадно пляшущие языки пламени. - Ты сгоришь. - равнодушно заметил я. - Да. - с таким же спокойствием ответил мальчик. - и ты сгоришь вместе со мной. Я лишь улыбнулся, слегка качая головой. Сделал легкое движение рукой. Огонь отпрянул от нас словно испуганный пес. Пламя будто обтекало невидимый купол, билось о стену не в силах дотянуться. Простое умение - управлять огнем для кицунэ так же естественно, как дышать. На родине мы часто игрались с огнем, будучи совсем детенышами. - Мне не страшен огонь, щенок - тихо сказал я - и тебе сгореть не дам. Ты - мой трофей. Трофеи не сжигают. Я видел как его глаза расширяются в удивлении. Он видел пламя что хозяйничало в доме, но так и не приблизившееся к нам. - Что ты за тварь - почти не слышно прошептал мальчик. - Это не важно. Важно то что ты заинтриговал меня, юнец. - Ты меня не получишь - тихо, но твердо произнес он. - Уже получил. - усмехнулся я - остальное, формальности. Я хотел сказать еще что-нибудь, но рев моторов расколол ночную тишину. Так эта старуха не сбежала? Позвала помощь? - Твои спасатели прибыли -бросил я мальчику с усмешкой и, прежде чем он ответил, схватил его за руку и потащил к выходу. Он, конечно, пытался сопротивляться, но я не обращал на его попытки никакого внимания. Огонь расступался перед нами пока я тащил его к выходу. Спустя всего пару секунд я грубо вышвырнул его из горящего дома. - Это не последняя наша встреча Шарль Данн. - я впервые обратился к нему по имени. - я знаю твой запах. Где бы ты ни был, я найду. И не говоря больше ни слова, обратился рыжей лисицей и растворился в бушующем огне. Мы еще встретимся Щарль Данн, щенок с когтями.