Малышка Туманова

Глава 2. «Малышка Туманова, я не для тебя»

Две недели спустя. Вечеринка у Власова. Музыка била по ушам басами. Пиво лилось рекой. Лёха пытался научить Дилару Айдарову играть в «Правду или действие» на раздевание, но заводная казашка отбивалась пустой бутылкой из-под «Джека». — Барс, не напивайся, тебе за руль, — предупредил Лёха. — Я сказал, похуй, — отрезал Дима, залпом допивая виски. Рядом смирно сидел Лорд, стаффордширский терьер с умными злыми глазами. Собака положила тяжёлую голову на колено хозяину и тихо рычала на всех, кто подходил слишком близко. Полина стояла в углу, вцепившись в стакан с колой. Ей было душно в этом сборище пьяных тел. Лика тёрлась о Егора, показательно засовывая ему язык в глотку. Отчим снова звонил ей каждые полчаса. «Ты где? Почему не дома? Я волнуюсь, дочка». Полина знала цену его «волнению». Узнает, что она на вписке, — выломает дверь в её комнату. — Слышь, Туманова, — голос Барса раздался прямо над её макушкой. Она была настолько маленького роста, что он нависал над ней скалой. — Ч-что? — она подняла глаза. — Дай зажигалку. Моя сдохла. Она неуверенно протянула ему пластиковую дешёвую зажигалку из супермаркета. Барс усмехнулся, глядя на её трясущиеся пальцы. — Чё ты дрожишь, как осиновый лист? Я не кусаюсь… больно. — Я не дрожу, — тихо ответила Полина, набравшись смелости. Стервозная часть её натуры иногда просыпалась в самый неподходящий момент. — Я просто замёрзла. — Ну да, ну да, — он чиркнул колёсиком. Пламя на секунду выхватило из темноты его грубые черты лица и глубокие тени под глазами. — Слушай, я твои фоточки в инсте видел. Небо, крылья, хуилья. Красиво. Это «красиво» ударило Полине в солнечное сплетение сильнее, чем выпитое шампанское. Дима Барсов похвалил её снимки. Это был знак. Точка невозврата. — Дима… — она схватила его за локоть, ощутив под пальцами тепло кожи и твёрдые мышцы сквозь татуировки. Он резко выдернул руку, будто она его ужалила. — Барс, — поправил он жёстко. — Барс… я… — голос сорвался. Слёзы, противные, горячие, закипели на пухлых ресницах. — Я люблю тебя. Давно. Ещё с того раза, когда ты на мотоцикле у первого корпуса тормозил. Я… я не могу молчать. Ты не такой, как все думают. Я видела, как ты Лорда гладишь, когда никто не смотрит… Она говорила и говорила, захлёбываясь словами и соплями, пока он смотрел на неё сверху вниз абсолютно пустым, скучающим взглядом. Когда она замолчала, ожидая хоть слова, Барс прикурил, глубоко затянулся и выдохнул дым ей прямо в лицо. Медленно, нагло, демонстративно. — Слушай сюда, малышка Туманова, — его голос был спокойным, как удав. — Я не для тебя. Ты поняла? Я трахаю таких, как Малина, по пьяни. А ты… Ты сопливая ромашка. От тебя ванилью и мамиными пирожками несёт. Ты сдохнешь в моём мире через пять минут. Так что вытри глаза, надень свои трусишки в цветочек и беги снимать свои ёбучие самолётики. Он развернулся и пошёл к выходу, пнув ногой пустую банку. Лорд послушно засеменил за ним, звякнув цепью ошейника. — Барс, ты придурок конченный! — взвизгнула Дилара, подлетая к Полине. — Поля, не реви, он говно! — Нет, Дил, — Полина вытерла слёзы тыльной стороной ладони, глядя на удаляющуюся широкую спину. Где-то вдали, за окном, мерцали габаритные огни взлетающего лайнера. — Он прав. Я просто идиотка. --- Поздняя ночь. Полина сидела на подоконнике в своей новой комнате, прижимая колени к груди. В соседней комнате Андрей «любил» её мать, а в телефоне горело фото Димы, сделанное исподтишка на физкультуре, — его спина, татуировки и хищный профиль. Она смотрела в небо, где не было звёзд, и думала, что лучше бы он её ударил. Удары она умела терпеть. А вот тишину внутри себя — нет.