Звезда и Погоны

После той ночи в доме шерифа прошло ещё десять дней. Банда у каньона была почти разбита, но последний главарь — хитрый ублюдок по кличке «Скорпион» — всё ещё скрывался где-то в скалах. Федералы требовали результатов, и Дон Мейс каждый день получал новые телеграммы с приказом «уничтожить остатки». Аллисер Хорниголд был на голову выше полковника. Высокий, жилистый, с длинными ногами и узкими бёдрами ковбоя, он всегда слегка сутулился, когда заходил в помещение, чтобы не задевать головой потолочные балки. Дон, напротив, был крепким, широкоплечим, но ниже ростом — на целых двенадцать сантиметров. Это бесило шерифа и одновременно заводило полковника. — Ты слишком длинный, — бурчал Дон, когда они стояли рядом. — Мне приходится задирать голову, чтобы тебя поцеловать. — А ты слишком короткий, чтобы мной командовать, — огрызался Аллисер, но в глазах уже плясали тёплые искры. Сегодня они вернулись поздно. Оба усталые, пыльные, с запахом пороха и пота. В доме шерифа горела только одна керосиновая лампа. Аллисер снял шляпу, повесил ремень с кобурой на гвоздь и потянулся, расправляя длинные руки. Рубашка задралась, открывая полоску загорелой кожи на животе. Дон стоял у двери и смотрел на него снизу вверх. Взгляд был голодный. — Иди сюда, — тихо приказал он. Аллисер шагнул ближе. Из-за разницы в росте ему пришлось слегка наклониться. Дон схватил его за ворот рубашки, притянул вниз и поцеловал — жадно, властно. Потом резко толкнул шерифа назад. Аллисер упал спиной на кровать, длинные ноги свесились с края. — Снимай всё, — сказал Дон, уже расстёгивая свой мундир. Аллисер послушно стянул рубашку через голову, потом брюки. Он лежал полностью голый — высокий, стройный, с твёрдым членом, который уже стоял почти вертикально. Дон разделся быстрее, его тело было коренастым, мускулистым, покрытым старыми шрамами. Несмотря на то, что он был ниже, он излучал такую силу и уверенность, что Аллисер невольно сглотнул. Полковник забрался на кровать и сразу навис над шерифом. Он был сверху — полностью сверху. Аллисер лежал на спине, длинные ноги раздвинуты, а Дон — между ними, крепко упираясь коленями в матрас. Из-за разницы в росте лицо полковника оказалось на уровне груди Аллисера. Это не мешало ему доминировать. Дон наклонился и жадно взял в рот сосок шерифа, одновременно проводя рукой по его длинному телу. Аллисер выгнулся, тихо застонал. — Дон… чёрт… — Молчи, — рыкнул полковник и спустился ниже. Он не стал долго готовить. Плюнул на ладонь, быстро смазал свой толстый, тяжёлый член и приставил его к входу Аллисера. Одним мощным движением бёдер Дон вошёл почти до конца. Аллисер громко выдохнул, пальцы вцепились в простыни. — Слишком… глубоко… — прохрипел он. — Ты выдержишь, высокий, — усмехнулся Дон и начал двигаться. Он трахал Аллисера сверху, сильно и ритмично. Несмотря на то, что шериф был выше и длиннее, именно Дон контролировал всё. Он держал длинные ноги Аллисера за бёдра, прижимая их к груди шерифа, почти складывая его пополам. Каждый толчок был глубоким, тяжёлым, звучным. Кровать скрипела. Тело высокого шерифа вздрагивало под более низким, но гораздо более властным полковником. — Смотри на меня, — приказал Дон. Аллисер открыл глаза. Их взгляды встретились. В глазах шерифа было и желание, и нежность, и лёгкая злость — всё сразу. — Я люблю тебя, упрямый койот, — выдохнул Дон, не прекращая мощных движений. — Люблю твои длинные ноги, твою злую морду, твою гордость… Всё люблю. Аллисер тихо застонал, обхватил руками широкие плечи Дона и притянул его ближе. — И я тебя люблю… коротышка мой… Даже когда ты меня так жёстко… ах! Дон ускорил темп. Он нависал над Аллисером полностью, одна рука упиралась в матрас рядом с головой шерифа, вторая крепко держала его за бедро. Член полковника входил и выходил быстро, глубоко, ударяя точно в нужную точку. Аллисер дрожал всем своим длинным телом, член тёрся о пресс Дона при каждом толчке. — Кончай для меня, — прошептал Дон ему в ухо. — Хочу почувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня. Аллисер кончил с громким стоном, выгнувшись дугой. Горячие струи ударили между их телами, забрызгав живот и грудь обоих. Дон не остановился — ещё десяток мощных толчков, и он тоже кончил, глубоко внутри шерифа, рыча его имя и прижимаясь всем своим коренастым телом к высокому, дрожащему Аллисеру. Они замерли. Дон остался сверху, тяжело дыша, член всё ещё пульсировал внутри. Аллисер обнимал его за шею, длинные пальцы гладили короткие волосы полковника. — Завтра мы возьмём Скорпиона, — тихо сказал Дон, целуя шею Аллисера. — А потом… я хочу остаться. Навсегда. С тобой. Аллисер улыбнулся, устало и счастливо. — Тогда после завтрака я тебя всё равно назову коротышкой при всех. Дон тихо рассмеялся и прикусил его ключицу. — А я скажу, что мой высокий койот наконец-то научился слушаться. Они лежали так долго — Дон сверху, Аллисер под ним, длинные ноги обвиты вокруг крепкой талии полковника. Любовь-морковь, грубая и нежная одновременно, крепко держала их обоих.