re-start

      Марк проснулся с головной болью. Будильник орал словно сирена, врезаясь в ушные перепонки болезнеными звуками. В глаза буквально сразу же начали слезиться от солнечного света, что проходил через прозрачные занавески. Кажется, он снова забыл закрыть шторы перед сном. На одни и те же грабли, в который раз. — Марк, ты что ещё не проснулся? Я же будила тебя пол часа назад! Снова опаздаешь, если не поторопишься, — донёсся из-за двери голос мамы. — Да встал я! Всё нормально.       Марк поднялся с кровати, в глазах начало темнеть и он слегка пошатнулся, хватаясь рукой за шкаф и упираясь взглядом в бумажный календарь. "Вторник. Четырнадцатое апреля." — пролетело в голове, совершенно невзначай, и прямо в эту секунду осознание обрушилось на парня словно лавина.

ВТОРНИК. ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ. АПРЕЛЬ.

      В ушах появился оглушительный электрический гул, а перед глазами замелькали картинка за картинкой: злостчастная душевая, реки крови и его Хёк. Превозмогая головную боль, Марк оделся за доли секунд, и выбежал из комнаты по направлению к выходу. Он может успеть, нужно лишь поторопиться. — А завтрак? — донеслось с кухни. — Потом, — находу кинул он, обуваясь и пулей вылетая на улицу.       В прошлый раз он пропустил одну пару из-за того, что автобус сломался. Но сейчас у него нет времени от слова совсем, так что парень словил первое попавшееся такси и попросил довезти его до универа. На поездку пришлось потратить часть денег, что он успел отложить на новые наушники, но сейчас это волновало его в последнюю очередь. К сожалению, даже такси не гарантировало ему быстрое прибытие в университет, так как они попали в пробку. Но тем не менее Марк оказался на месте гораздо раньше, чем в прошлый раз.       Первая пара была в самом разгаре, но парень решил не дожидаться её окончания, а сразу же направился к душевым.       Поднявшись на нужный этаж, он заметил до боли знакомую фигуру, что успела скрыться за дверьми душевой. Так что не медля ни секунды Марк сорвался на бег. Лишь бы успеть. Когда он зашёл внутрь, то услышал звук льющейся воды и тихие всхлипы. Всего несколько шагов, и Марк увидел его. Донхёк сидел у стены, засучив немного рукова, и держал что-то блестящее в правой руке. Он выглядел неважно. Глаза слезились, щёки были впалыми, да и оттенок кожи был бледнее, чем обычно. Парень тихонько всхлипывал и всё никак не решался на то, что задумал сделать. — Стой! — охриплость из-за сухости в горле приглушилась шумом воды, так что голос прозвучал чужеродно, но Хёк всё равно услышал и немного вздрогнул, касаясь кончиком лезвия кожи, но не надрезая её. — Пожалуйста, не делай этого. — Марк? Что ты здесь делаешь? — Донхёк поднял на старшего испуганный взгляд, но лезвие от руки не отвёл. — У тебя же пара. — Это важнее. Ты важнее, Донхёк. Не делай этого. Давай поговорим.       Марк сделал несколько шагов, навстречу парню, но Хёк вдруг произнёс: — Нет. Не подходи, слышишь? — он шмыгнул носом, по телу начала распротраняться дрожь, из-за того что вся одежда уже успела промокнуть насквозь, руки немного дрожали. — Тебя не должно здесь быть. Уходи. — Я не оставлю тебя. Хёки, пожалуйста. — Ты уже оставил меня. Ты уже выбрал не меня. Я не буду больше мешать тебе. Так будет лучше.       Донхёк опустил взгляд на своё запястье. Было страшно делать следующий шаг, но он уже всё решил, было бы глупо сдаваться в последний момент, только из-за того, что Марк появился так не вовремя. Секунда, ещё одна, он успел надавить тонким остриём на упругую кожу, пуская несколько капель крови, как внезапно чужая рука обвила его кисть метталической хваткой и резко отвела в сторону. Из-за боли от захвата пальцы Хёка разжались, выпуская тонкий предмет из пальцев, и парень почувствовал родные объятия. — Без тебя никак не будет. — прозвучало слишком разбито, где-то в районе шеи. — Я не смогу без тебя. Слышишь? Ты моё всё, Донхёк. Прости, что не понимал этого. Прости, что не понял сразу. Прости, что игнорировал твои чувства. Прости меня. — Но... У тебя же парень и... Я не понимаю... — Это был розыгрыш. — Марк отстранился, заглядывая в глаза. По его щекам теперь тоже текли слёзы. Это было облегчение, что вытекало из него солеными дорожками. Успел. — Я собирался подшутить над тобой, думал что ты начнёшь возмущаться, как обычно это делаешь. Но ты просто ушел, а потом пропал. Боже, Донхёк, я так соскучился по тебе. Всё это время я только и думал, что по глупости так ни разу и не сказал, что люблю тебя. — Что? — в глазах напротив читалось недоумение. — Что ты сказал? — Я люблю тебя, Ли Донхёк. Всей душой, всем сердцем люблю. Ты моё всё. Я просто не смогу без тебя, так что не бросай меня. Не уходи, прошу. — Марк, я тоже. Я люблю тебя, Марк. Я думал, что не нужен тебе, что слишком тебе надоел, но я бы не смог просто быть в стороне и я...       Договорить ему не дали крекие объятия, что вышибли из легких весь воздух. Руки Марка обнимали так крепко, что и вздох было сложно сделать, но от этого на душе становилось тепло и спокойно.       Они просидели так несколько минут, но вдруг на коридоре стали слышны чужие голоса. Скорее всего пара закончилась, так что им лучше было уйти отсюда подальше, чтобы избежать лишних вопросов. Марк осторожно отстранился, проверяя состояние Хёка, а затем поднялся, протягивая парню свою руку и помогая встать. Не отпуская чужую ладонь, он закрыл краны в душевых, поднял лезвие и пошел к выходу. — Поехали домой, — сказал Марк, отправляя блестящую железку в мусорку. — Как домой? Куда? А пары? — Ко мне домой. Прогуляем сегодня и завтра думаю, что тоже. Я не успел позавтракать, а ещё я хочу тебя поцеловать, но не хочу делать это здесь.       Донхёк смутился из-за слов старшего. Он постоянно дразнил хёна поцелуями в шутку, но когда Марк говорил об этом так серьёзно и уверенно, внутри зарождалась непонятная волна жара, что заставляла пульс укоряться.

***

      Марк резко открыл глаза и сделал глубокий вдох и не менее тяжелый выдох. Ему снова приснился кошмар, но тяжесть чужого тела рядом быстро помогла избавиться от осадка ужасающих картинок сна, постепенно заменяясь воспоминаниями произошедшего несколько часов назад.       К моменту когда они из универа добрались до дома Марка, в квартире уже никого не было. Первым делом парни переоделись в домашнюю и самое главное сухую одежду, а потом Марк начал хозяйничать на кухне, доставая из холодильника контейнеры и разогревая еду.       После импровизированного завтрака парни перебрались в комнату Марка, где и случился их первый настоящий поцелуй. Поначалу было немного неловко, но после нескольких попыток найти более удобную позу и словить один темп, всё получилось. Они целовались, признавались друг другу в любви и снова целовались. Хёк мило смеялся, когда руки Марка, вызывали щекотку, но он не просил перестать, он лишь просил большего. Так они и провалялись в кровати, пока на смену эмоционального всплеска не пришла усталость вызванная пережитым стрессом.       Марк аккуратно начал поглаживать чужие волосы, рассматривая лицо вблизи и любуясь любимой россыпью родинок на щеке. Донхёк забавно нахмурился и через секунду приоткрыл один глаз. Заметив перед собой Марка он улыбнулся и, закрыв глаз, лишь сильнее придвинулся к парню. — Я думал, что мне всё приснилось. Ну, то что мы теперь вроде как вместе. Мы же вместе? — Мы вместе. Я тебя никуда не отпущу, потому что ты мой и только мой. — Эй, это вообщето-то должна быть моя фраза. — возмутился Донхёк, открывая глаза, но всё недовольство сразу же пропало, стоило Марку оставить на ложбинке между сдвинутыми бровями легкий поцелуй. — И всё же, я не могу поверить, что это не сон. Ты точно Марк Ли? Ущипни меня, чтобя я смог убедиться. — У меня есть идея получше, — Марк перекатился, прижимая Хёка к кровати и оказываясь над ним. — Я пожалуй просто легонько укушу тебя.       Старший наклонился ближе к покрасневшему лицу Донхёка и сперва оставил на его губах несколько невесомых поцелуев, а потом слегка прикусил нижнюю, немного оттягивая, и в конце концов углубил поцелуй, вытягивая из парня несколько равных стонов. — Так веришь? — спросил он, отстраняясь, когда маленьких и спешных глотков кислорода между поцелуями перестало хватать. — Более чем, но теперь я немного... У меня небольшая... Эм, проблема... — Донхёк слегка выгнулся, давая почувствовать Марку свой стояк. — Если позволишь, я и с этим разберусь. — прозвучало слегка низко и с хрипотцой на самое ухо.       Донхёк просто не смог бы сказать нет. Только не Марку Ли.

Они любили друг друга. Это была больная любовь. Непонятная ни для кого. Сумасшедшая. Зависимая. Токсичная. Но это была их любовь.