Проект "Седьмая Сотня"

Михаил шёл впереди. За ним шли Николай и Соня, подпирающие с двух сторон под руки Анвара. У Сони на плече болталась сумка с образцами и вакцинами, то и дело сползающая вниз. Коридоры медотсека быстро кончились, так и не представив ни одного зомби. Зато техотсек то и дело подкидывал заплутавших представителей неживой фауны. Большинство из них они просто обходили, хотя некоторых пришлось отстреливать. В эти моменты Анвар облокачивался на стену и его придерживала только Соня, давая возможность Николаю нормально обороняться.

— Ты обо мне так хлопочешь, киса. Неужто понравился? Или это из-за тортика? — всё отшучивался Анвар, утирающий пот со лба.

— А как ты думаешь! Конечно, из-за тортика! — отвечала ему Соня. — И учти — с кремом и безешными розочками. Иначе прямо сейчас все заплатки отдеру!

— А что, бывают тортики без розочек?! Что за святотатство! — подыгрывал Анвар, не сдерживая улыбку.

«Ро-о-о-озочки-и-и-и-и!» — прохрипел один из зомби, которых зачищали Михаил с Николаем.

— Ты, кусок розочки! Какого хрена они повторяют за тобой всякую хрень?! — не выдержал Николай.

— Нравлюсь я им! — отшутился Анвар.

— А-а-а-а! Так это тварь заигрывала с тобой тогда?! — подловила Соня Анвара.

— Да, — спокойно ответил тот, добавив: — Но её чувства оказались не взаимными. Знаешь, не люблю девушек с накладными ногтями. Задалбываешься потом спину зелёнкой мазать.

Соня в ответ лишь посмеялась. Михаил, молча слушавший краем уха за диалогом, лишь помотал головой. Вскоре зомби кончились, и Николай снова подошёл, закинул больного иждивенца себе на плечо, чтобы вместе с Соней тащить его дальше по маршруту, приговаривая, какой же этот кабан тяжёлый и как от его перевязки воняет.

Зайдя в главный корпус, Михаил остановил группу и связался с Сергеем. Николай в это время предоставил Анвара на попечение стене и Соне, а сам встал на караул.

— Всё стесняюсь спросить, а где этот гад, который перед моим носом дверь закрыл? — тихо шёпотом спросил Анвар у Сони.

Радостный настрой Сони померк, она вздохнула и выдавила из себя:

— Он… Я… В общем, его больше нет.

Анвар пристально посмотрел на Соню. Её руки затряслись мелкой дрожью, глаза устремились куда-то в пол.

— Эй! Не грусти. Ты… ты спасла меня. Кстати, спасибо, что спасла меня! — не найдя слов лучше, сказал Анвар, приобняв её рукой, которую она подпирала, добавив через паузу: — Ведь если б не ты, моя задница зачётная пропала бы. Николай такого точно не перенёс бы.

— О да! На кого б он тогда орал, — воодушевившись и отогнав дурные мысли, отшутилась Соня.

— Так, со слов Сергея, последнее местонахождение тварей — в распределительном центре, испытательном комплексе и бакотделе. Он вместе с Иваном-как-его-там выдвинулся к выходу. Предлагаю последовать туда же, — сказал Михаил группе и двинулся в нужном направлении.

«… торяем: Отключение энер…… ….. нынешнем эн………. ении произойдёт через… ноль ча…..… двадцать… ….. ут. ……. ба всех сотрудни…….. покинуть пом……… до указанного вре……..» — прозвучала искажённая запись из динамика.

— Что-то ты совсем приболела, старушка, — тихо произнёс Анвар на прощание динамику.

Ещё минут десять они шли по коридору к выходу, пару раз отстреливаясь от зомби. Перед самым выходом они встретились с Сергеем и учёным. Старик, жалуясь на радикулит, ворчал на слишком долгое ожидание эвакуации и быстрый темп ходьбы Сергея. Тот, смотря на следы крови на стене, на вид Анвара и вспоминая всё, что видел за это время сквозь камеры, смотрел на старого учёного, как на идиота, но из вежливости молчал.

— Виктор, приём! — взяв рацию, сказал Михаил.

— Слышу вас, командир! — ответил бодрый голос Виктора.

— Открывай дверь! — скомандовал Михаил.

Через минуту дверь полностью открылась, и перед Виктором предстали остатки группы. Старый учёный тут же побежал дальше на выход, словно никакого радикулита не было и в помине. Как только все зашли, Михаил произнёс:

— Закрывай дверь и перехватывай Анвара у девушки.

Виктор ринулся к терминалу вводить нужные команды, а Соня с Николаем тем временем приставили в очередной раз Анвара к стенке.

— Эх, а я уже пригрелся к тебе! — с лёгким сожалением, вздохнув, сказал Соне Анвар.

— Ничего, котик, я буду рядом, чтобы взгреть тебя, — неожиданно для Анвара сказал из-за его спины Николай.

— Я… Киса, спаси меня! Он задумал что-то нехорошее! — будто Николай его не слышит, громким шёпотом сказал Анвар.

— А где остальные? — наконец закончив с терминалом, недоумевающе спросил Виктор. — Они что, подойдут позже?

— Мы понесли потери. Никто больше не подойдёт, — с тяжёлым сердцем ответил Михаил, после чего, указав на Соню с Анваром, добавил: — Помоги девушке.

— Х… Хорошо, — запнувшись на полуслове от плохих новостей, ответил Виктор.

Шокированный, подходя к ним, он не слышал их шутливого диалога. Его вид спугнул ту мимолётную радость, которая висела в воздухе после спасения Анвара, и словно отрезвил всю троицу. Осознание того кошмара, который они пережили, вдруг нахлынуло на них, поселив в них гнетущую пустоту.

— Позволите, — немного безучастно произнёс Виктор и сменил Соню.

Вся группа двинулась за территорию, где уже был организован полноценный кордон оцепления. В свете луны блестели костюмы химзащиты и противогазы прибывших к месту ликвидаторов. Чуть дальше, в глубине, стояли какие-то палатки. А за ними, на наспех перекрытой автодороге, была организована импровизированная посадочная полоса, где стоял небольшой самолёт. Всю группу сразу повели к нему и после небольшого обследования и экспресс-теста на что-то погрузили на самолёт. Медики хлопотали над Анваром и Николаем. Михаил, как командир группы, отчитывался устно о произошедшем в комплексе кому-то вышестоящему. Соня некоторое время общалась с агентом компании, а после передачи собранных образцов и информации последнему подсела к уже уложенному на кушетку Анвару. Она рефлекторно сунула руки в карман и, наткнувшись на содержимое, незаметно переложила из халата письмо и флешку в свой сапог. Последним из кармана она достала сложенный клочок плотной бумаги, который ей передал перед смертью Мишако, и развернула его. Это была фотография, на которой она вместе с Мишако стоит на фоне животных. В её памяти всплыл тот день. Её первая принятая партия животных. Тогда как раз был какой-то праздник, и они ради смеха сфоткались с Мишако в дурацкой позе. Они оба были тогда счастливы. Она перевернула фотографию. На обороте была проставлена дата, а под ней надпись: «День святого Валентина. Мы с любимой. Её первая партия». Соня, не в силах больше смотреть на фото, сложила его и убрала в сапог.

Вскоре самолёт взлетел.