То ли беги, то ли стой

Жутко перенервничав накануне первого рабочего дня, утром Уми вышла из дома слишком рано и прибыла на станцию возле новой работы аж на двадцать минут раньше, чем следовало. Сжимая в руках сумку, она стояла возле узкого шестиэтажного офисного здания, притулившегося на углу улицы в районе Касумигасэки и находящегося в тридцати минутах пешком до Токийского районного суда. Серо-бежевый фасад офиса выглядел скромно. Эдакое типичное токийское офисное строение, где на каждом этаже ютились небольшие фирмы, адвокатские конторы и бухгалтерские бюро. Через дорогу располагалась парковка, где тесно прижались друг к другу корпоративные автомобили и с десяток велосипедов. Небо над деловым кварталом казалось вымытым до бледной голубизны и каким-то нереально прозрачным. На асфальте все еще темнели следы ночного дождя, а слабые лучи утреннего солнца отражались в окнах, скользили по металлическим вывескам и цеплялись за боковые зеркала машин. Уми переминалась с ноги на ногу, вжимая голову в теплый шарф, и разглядывала перед входом худое деревце с набухшими почками. На его голых ветках уже проступали крошечные намеки на будущие листья. То и дело поглядывая на наручные часы, Кадзама отсчитывала секунды, когда можно будет войти в здание. Ей не хотелось показаться чересчур дотошной перед будущими коллегами. Тем временем люди вокруг нее двигались быстро и бесшумно, каждый был погружен в собственные думы. Уми следила за спешащими мимо нее мужчинами в черных дорогих костюмах и накрахмаленных рубашках, подвязанных шелковыми галстуками. Окутывая ароматом роскошного парфюма, проплывали женщины в брендовых плащах, цокая каблуками своих элегантных туфель. С долей разочарования Уми глянула на свои черные кожаные мокасины — единственное, на что у нее хватило денег. Прикусив губу, она живо представила на что потратит первую зарплату, а после еще раз глянула на часы. Пора. Она глубоко вздохнула, поправила темно-синюю юбку ниже колен и вошла в вестибюль. На табличке у входа среди других названий — бухгалтерская фирма, агентство недвижимости, консультационный офис и прочих — было написано: Tachibana Law Office [6F]. Сердце колотилось в груди, как ненормальное. Все вокруг казалось идеальным, включая охрану на первом этаже и блестящее нутро лифта, даже несмотря на то, что она была здесь уже неделю назад на собеседовании. Вместе с ней в узкую кабину протиснулось довольно много народу, зажав Кадзами в дальний угол. Заправив прядь волос за ухо, она чуть ли не боялась дышать рядом со всеми этими серьезными людьми. Пока загорались цифры этажей, Уми слушала собственное дыхание и глухой механический шум. В голове всплывали обрывки фраз с собеседования: — «Стажировка примерно на два месяца. Работа требует аккуратности. Информация клиентов не обсуждается вне офиса. Если сомневаетесь, не решайте сами, сразу спрашивайте. У нас небольшой коллектив, поэтому каждый должен понимать, что делает.» Небольшой коллектив… Кадзама с тревожностью подумала, впишется ли в него? Пока что единственный человек, которого она знала в конторе, — Маруяма Аяко, предыдущий секретарь, на чье место Уми собиралась стажироваться. И то! Знала лишь по собеседованию. Женщина она оказалась приятной и отзывчивой. Однако были ли все такими? Лифт остановился, и створки разъехались в разные стороны. Перед Уми тут же открылся короткий коридор с кремовыми стенами и мягким светом потолочных ламп. Слева — дверь с матовым стеклом, на котором тонкими темными буквами было написано: Tachibana Law Office. Выдохнув, Уми взялась за ручку и через секунду очутилась в уютной приемной, где за ресепшеном сидела женщина лет тридцати пяти с короткими черными волосами, уложенными в идеальную прическу. Как раз в этот момент она встала из-за стола и потянулась к шкафу с папками, забирая одну из них и кладя себе на стол. Уми невольно бросила взгляд на ее чуть округлый живот, едва заметный под светлой блузкой. Это была Маруяма Аяко, уходящая в декрет секретарша. Завидев Уми, она тепло улыбнулась: — А, доброе утро, Кадзама-сан! Проходи, не стой в дверях. — Доброе утро, — вежливо поклонилась Уми, подходя ближе к ресепшену. — Сегодня мой первый день. Спасибо, что приняли меня. — Ах, давай без формальностей, — махнула рукой Аяко, снова опустившись в кресло и вернув глаза на монитор. — Погоди минутку, я сейчас доделаю одно дело. Присядь пока на диван. Чувствуя себя неуверенно, Уми опустилась на кожаную обивку и прижала к груди сумку. Внутри нее все словно сжалось. Ведь ее взяли не просто «на работу», а на место человека, который должен был за короткий срок передать всю свою привычную жизнь в этом офисе. Чтобы занять себя, Уми принялась разглядывать приемную. Первым делом взгляд невольно цеплялся за огромное матовое стекло за спиной секретаря. Оно заменяло глухую стену и отделяло приемную от внутреннего офиса. Сквозь молочную поверхность угадывались размытые силуэты столов, шкафов и движущихся людей, а по центру стекла темными строгими иероглифами было выведено: «Честность и доверие». Справа от стола секретаря находилась дверь, которая, должно быть, вела во внутренний офис за стеклянной перегородкой. Слева от главного входа была ещё одна дверь с аккуратной табличкой «Переговорная», а справа — дверь в кабинет основателя фирмы, господина Татибаны Каташи. Сама приемная показалась Уми уютной и очень продуманной. Светлое дерево, бежевые стены, мягкий низкий диван для клиентов, журнальный столик со стопкой аккуратных папок и свежими номерами юридических журналов. Возле входа стояла стойка для зонтов и небольшая вешалка для верхней одежды посетителей. На рабочем столе Маруяма Аяко стояли большой монитор, телефон с несколькими линиями, органайзер с ручками, лотки для входящих и исходящих документов, коробочка визиток, настольный календарь, маленькая печать и блокнот с закладками. Слева от стола почти до потолка поднимался шкаф с папками. Рядом с ним стоял маленький кулер с водой. Быстрый стук клавиш и кнопки мыши, и через мгновение в углу проснулся принтер, захрипел и принялся поедать из лотка чистую белоснежную бумагу, выплевывая ее с другой стороны всю испещренную мелким текстом. — Ну вот, — с удовлетворением кивнула Аяко, не без труда поднимаясь со стула и забирая распечатки, а после обернулась к Уми и махнула рукой: — Пойдем, покажу офис. У нас небольшая, но очень сплоченная команда. — Она оглядела свой стол, подумала о чем-то пару секунд и снова сказала: — Ну для начало, это будет твоим местом. Но на время стажировки, думаю, рядом поставят еще один стул. — Поняла, — кивнула Уми, с легкой тревогой разглядывая небольшой хаос на столе Аяко. — Не волнуйся, в первый день от тебя никто не ждет чудес, — мягко произнесла женщина. — Можешь расслабиться. — Спасибо вам, Маруяма-сан, — кивнула Уми. Женщина хотела еще что-то сказать, но посчитала это лишним, и направилась во внутренний офис за стеклом. Там располагался опенспейс. Не огромный, но достаточно просторный на четверых сотрудников. Параллельно огромным окнам возвышались шкафы с бесконечными папками и специализированной литературой. Окна выходили на улицу. Видны были крыши соседних зданий, тонкие линии проводов, кусок парковки внизу и узкая улица, по которой люди двигались, как маленькие фигурки. Пока еще опенспейс жил тишиной: щелкала клавиатура, шуршала бумага, кто-то сидел в телефоне, кто-то переворачивал страницы в толстой папке — всё это сливалось в будничное дыхание утреннего офиса. — Коллеги, хочу вам представить нашу новую сотрудницу, — позвала тех, кто был на месте, Аяко, и двое из трех присутствующих, как один слаженный механизм, подняли головы, уставившись на Уми. — С сегодняшнего дня она будет проходить стажировку и постепенно принимать мои обязанности на ресепшене. Уми сдержанно улыбнулась, как репетировала дома, и низко склонилась перед всеми: — Доброе утро! С сегодняшнего дня я буду у вас работать. Меня зовут Кадзама Уми. Я понимаю, что пока многого не знаю, но постараюсь как можно быстрее освоить работу. Постараюсь не доставлять вам лишних хлопот. — Вот молодец, — довольно улыбнулась Аяко. Выпрямившись, Уми скользнула быстрым взглядом по лицу молодой женщины лет тридцати в сером жакете. Ее короткие светло-каштановые волосы были заправлены за уши, а между бровями залегла хмурая складка. — Рада знакомству, — кивнула она. — Я Шимидзу Сато, младший юридический сотрудник. За ней сидел брюнет примерно того же возраста с телефоном в руках. Во рту он перебрасывал языком конфетку-леденец, и было слышно, как она изредка ударяется о зубы. — Добро пожаловать в команду, Уми-сан! — весело махнул он рукой, откинувшись на спинку мягкого кресла. — Это Харада Иошито, — сказала за него Аяко. — Адвокат общей практики. Молодой мужчина весело хихикнул, словно его что-то позабавило, и Уми почувствовала, что, должно быть, сможет с ним поладить. Следом ее глаза метнулись к мужчине, что сидел спиной ко входу и быстро печатал что-то на клавиатуре. Он даже не повернулся, когда Аяко представляла Уми, словно все, что происходило в офисе его не касалось. Серый пиджак сидел безупречно на широкой спине, светлые волосы были зализаны гелем с педантичной точностью. На столе ничего лишнего, все будто выровнено по линеечке: бумаги, монитор, калькулятор, закрытые папки, настольная лампа. Рядом шкаф с документами и небольшой сейф в углу. — Там, у окна, Нанами Кенто, — поджав губы, пояснила Маруяма-сан. — Он занимается финансами и административными вопросами. — Эй, Нанами-сан! — выгнувшись дугой, от чего стул под ним скрипнул, Харада глянул на широкую спину. — Отвлекись на секунду и поприветствуй новенькую. Печать по клавишам не прекращалась несколько секунду, и наконец, поставив точку, Нанами Кенто поправил очки на носу, встал из-за стола, обернулся на Уми и слегка поклонился. Стекла без душек блеснули, и хриплый тихий голос произнес: — Рад знакомству, Кадзама-сан. Если у вас будут вопросы по внутренним процедурам, расходам, счетам или расписанию платежей, спрашивайте. Но сначала у Маруямы-сан. Уми прошиб легкий холод от этого спокойного и тихого приветствия. Она рассеянно кивнула. Ей показалось, что перед ней не человек, а робот. С этими словами он вернулся к своему столу, продолжив быстро стучать по клавишам. — Так, ладно, — откашлялась Аяко и дотронулась до руки Уми. — А вот тут у нас комната отдыха, она же кухня. — А чей тот дальний стол в углу? — поинтересовалась девушка перед тем, как пойти дальше. Она успела отметить на краю внушительную стопку толстых папок и кружку с надписью «Justice». — Он принадлежит Хигуруме Хироме-сама, — весело пояснил за Маруяму Харада. — Но он сегодня задерживается в суде. — Хигурума-сама занимает должность адвоката по уголовным делам, — отметила следом Аяко. Уми понимающе кивнула и последовала за секретарем дальше. В комнату отдыха можно было пройти только через опенспейс. Маруяма открыла дверь, и атмосфера мгновенно изменилась. Здесь было теплее. Маленькая кухня занимала одну стену: тумба, шкафчики, узкая раковина, электрический чайник, микроволновка, мини-холодильник, контейнер с чаем и растворимым кофе, коробка с печеньем. Параллельно почти у входа стоял небольшой стол на трех человека, у окна — диван светло-серого цвета. Не дорогой, но мягкий, с двумя подушками, одна из которых была чуть примята, будто кто-то часто сидел там в обеденный перерыв. В комнате пахло чаем, пластиковыми контейнерами для бэнто, чистящим средством и чем-то сладким. Возможно, конфетами или выпечкой из комбини. На холодильнике висел магнит с расписанием вывоза мусора и маленькая записка: «не оставлять еду без подписи». — Здесь можно обедать, — пояснила Аяко. — Только не занимай диван надолго, если кто-то плохо себя чувствует. Она машинально коснулась живота, и Уми почувствовала легкий укол неловкости. — Конечно. — Обычно все едят кто когда может. Иногда заказываем доставку. Хигурума-сама чаще забывает поесть, Нанами-сан ест в одно и то же время, Шимидзу-чан живет на онигири и кофе, а Татибана-сэнсэй делает вид, что ему нельзя сладкое, но все равно берет печенья. Харада-чан предпочитает питаться в кафе неподалеку. — Аяко указала на холодильник. — Если принесла контейнеры, обязательно подпиши. Положить можешь на любую полочку. — Поняла, — кивнула Уми, а потом кивнула в сторону еще одной двери: — А что там? — Там у нас что-то вроде кладовки, — объяснила Аяко, подходя ближе и включая свет. Открыв дверь, она показала маленькую комнатку без окон. Здесь располагалась куча шкафчиков и стеллажей, заваленных пачками бумаги и разной канцелярией. В углу стояло огромное многофункциональное устройство по типу принтера и сканера в одном лице, страшный зверь, на которого Уми смотрела с опаской. — Этой штукой придется часто пользоваться, — объяснила Аяко, — но не волнуйся, я научу, если ранее ты с таким не сталкивалась. — Благодарю, — низко поклонилась Кадзама. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — Конечно, — кивнула в ответ Аяко. — Дальше покажу тебе переговорную. Они вернулись в приемную через опенспейс, где Шимидзу с кем-то спорила по телефону, а Харада, отложив мобильный, перебирал свои папки на столе. Нанами как сидел в одной позе, так и остался в ней, только теперь что-то считал на калькуляторе, записывая цифры в блокнот. Переговорная казалась более тихой, чем остальной офис. В центре стоял прямоугольный стол из темного дерева, вокруг него — стулья с кожаной обивкой. На стене висели часы, под ними — небольшая полка с чайным сервизом для клиентов. По бокам стояли узкие шкафы, где, как объяснила Маруяма, хранились чистые бланки, папки для встреч, запасные блокноты и прочие необходимые предметы. На одной стене висели рамки с лицензиями и сертификатами, на другой — скромная картина с изображением цветущей сливы. — Клиентов обычно проводят сюда, — взялась за спинку одного из стульев Аяко. — Если адвокат задерживается, предлагаешь воду или чай. Кофе только тогда, когда просят, или если встреча длинная. Некоторые клиенты нервничают, поэтому важно говорить спокойно и не задавать лишних вопросов. Уми кивнула. Она живо представила человека, сидящего за этим столом с руками, сцепленными так крепко, что белеют костяшки. Представила адвоката напротив и папку между ними. — А если клиент приходит без записи? — спросила она. — Не обещать, что его примут, — сразу ответила Маруяма. — Следует уточнить имя, причину визита в общих словах и спросить у адвоката. Не обсуждать детали у стойки. Если человек повышает голос, тогда зови меня, Шимидзу-чан или Нанами-сан. — Нанами-сан? — Да. Он хоть и не адвокат, но в таких ситуациях полезен. — Почему? Маруяма посмотрела на Уми с мягкой улыбкой: — Потому что один его взгляд заставляет людей вспомнить о приличиях. Уми не успела решить, шутка это или описание должностной функции, потому что в приемной раздались шаги. Они вышли из переговорной как раз в тот момент, когда дверь в кабинет с табличкой «Татибана Каташи» закрылась. — Господин Татибана обычно приходит чуть позже, — проговорила Аяко. — Но сегодня он хотел быть к девяти. — Он строгий? — шепнула Уми. — Нет, — усмехнулась женщина. — Но он очень внимательный. Я познакомлю вас чуть позже, когда он освободится. От этих подробностей офис вдруг стал не таким страшным. Ее ждали не только папки, звонки и сроки. Здесь кто-то забывал поесть. Кто-то прятал печенье. Кто-то оставлял записки на холодильнике. Живые люди, значит. Не жуткие существа в костюмах. — А Хигурума-сама? — спросила она осторожно. — Что именно? — с отеческой заботой глянула на нее Аяко. — Я имею в виду… — пожевала с внутренней стороны щеку Уми. — Он часто работает вне офиса? — Адвокату по уголовным делам приходится быть часто в разъездах, — вернулась к своему рабочему столу Аяко. — Ничего не попишешь. Полиция, следственные изоляторы, суд. У него свой ритм.