После перерождения выхожу замуж за пожилого мужчину из богатой семьи

Ресторан, который выбрал Шан Чэн, отличался высокой приватностью. Внутреннее убранство было выполнено в китайском стиле, во дворе искусственные скалы и водопад сочетались с ароматом трав и деревьев вокруг. Сквозь панорамные стеклянные стены отдельного зала можно было расслышать тихие звуки гуциня вперемешку с журчанием воды. Всё это создавало особое очарование. Но у Шу Шиюня совсем не было настроения любоваться этой красотой. Палочками он ковырял в тарелке заранее вынутое крабовое мясо, а в голове царил полный хаос. После того как в машине он произнёс те слова, Шан Чэн долго смотрел на него, а потом лишь тихо усмехнулся. Больше ничего не сказал. Смысл оставался совершенно неясным, но Шу Шиюню почему-то казалось, будто над ним просто посмеялись. Смутно он ощущал, что Шан Чэн, кажется, принял его слова за шутку. А когда иногда поглядывал на него, в его глазах мелькали такая мягкость и снисходительная ласка, словно взрослый смотрит на ребёнка. Как такое вообще возможно? Он ведь не настолько мал. По крайней мере, он зрелый взрослый человек. Да и разница между ними всего десять лет. Десять лет — это много? Шу Шиюнь невольно продолжал думать обо всём подряд. Хотя из-за внутренней тревоги аппетита почти не было, блюда здесь действительно пришлись ему по вкусу, поэтому он всё же съел немало. Когда он наконец отложил палочки, сидящий рядом Шан Чэн уже взял салфетку и вытирал уголки губ. Опустив взгляд, тот выглядел совершенно спокойным, будто вовсе не замечал его душевных метаний. Шу Шиюнь терпел слишком долго. Он взял со стола мятную воду и залпом выпил большой глоток, словно набираясь храбрости. — Шан Чэн. Впервые он произнёс его имя с такой серьёзностью. Шан Чэн поднял глаза и посмотрел на него с лёгким недоумением. — Мм? — Ты вообще серьёзно обдумал то, что я тебе сказал? — Шу Шиюнь уже не заботился о смущении и смотрел прямо на него. — Я не шучу. Я говорю совершенно серьёзно. Во взгляде Шан Чэна на мгновение что-то изменилось. Но ровно за секунду до того, как он успел ответить, в дверь кабинета внезапно постучали. Всё внимание Шу Шиюня было приковано к нему, поэтому этот неожиданный глухой стук будто ударил прямо по сердцу, и он невольно вздрогнул. Дверь открылась. На пороге стоял мужчина средних лет в серебристой короткой куртке в стиле нового китайского костюма. Позади него шли двое официантов с подносами. Едва войдя, он широко улыбнулся. — Господин Шан, вы давно к нам не заходили. Шан Чэн спокойно сидел на месте, лишь слегка кивнул ему в знак приветствия, а на губах мелькнула лёгкая улыбка. — Работы много. — Я слышал о ваших недавних делах. Некоторое время назад господин Хэ приходил с друзьями. Тогда вас не было, и Линда даже немного скучала. Линда? Услышав это довольно распространённое имя, Шу Шиюнь мгновенно представил какого-то иностранца. — Ого, а этого молодого господина я вижу впервые. Разговор неожиданно переключился на него. Шу Шиюнь опомнился и услышал, как Шан Чэн представляет его: — Племянник господина Шу из группы RTW, Шу Шиюнь. Затем он посмотрел на Шу Шиюня и уже мягче добавил: — Это господин Фан. Было видно, что этот господин Фан вовсе не простой владелец ресторана, поэтому Шу Шиюнь не стал медлить и послушно кивнул ему: — Господин Фан, здравствуйте. — Ох, да это же родственник большой персоны, — господин Фан изобразил удивление. — Я не слишком разбираюсь в зарубежных делах, но имя вашего дяди в нашей стране, пожалуй, знает каждый. RTW был одним из ведущих мировых автоконцернов и лишь частью активов семьи Шу. В стране компания пользовалась огромной известностью. Шу Шиюнь лишь улыбнулся и обменялся с ним парой вежливых фраз. Похоже, заметив, что он не слишком расположен к беседе, господин Фан не стал продолжать разговор. Дождавшись, пока официанты поставят на стол десерты и фрукты, он уже перед уходом спросил: — Господин Шан, вы потом зайдёте к Линде? Она вас давно ждёт. Шан Чэн ненадолго задумался и ответил: — Хорошо. Позже зайду. Господин Фан расплылся в улыбке, кивнул и закрыл за собой дверь. В кабинете снова воцарилась тишина. Шу Шиюнь нахмурился, доел десерт почти до конца и только потом поднял голову: — Кто такая Линда? Шан Чэн, кажется, уловил его недовольство, но лишь спросил: — Наелся? Шу Шиюнь только кивнул, как увидел, что тот поднялся с места и жестом велел идти за ним. Перед выходом Шан Чэн снял с вешалки своё пальто. Шу Шиюнь пошёл следом, но заметил, что они направляются обратно той же дорогой, которой пришли. Совершенно ничего не понимая, он шёл за ним по длинному коридору. Впереди уже смутно виднелся знакомый двор, и он не удержался от вопроса: — Мы не идём к Линде? — Она здесь. Едва Шан Чэн договорил, как остановился в коридоре и поднял взгляд во двор за карнизом крыши. Через несколько секунд на влажной дорожке из зелёного камня появилась золотистая фигура. Длинная густая шерсть спадала по бокам, движения были лёгкими и стремительными. Увидев стоящего под навесом Шан Чэна, Линда широко «улыбнулась», одним прыжком взлетела по ступенькам и тут же начала тереться о его ногу. — Гав-гав-гав! Шу Шиюнь застыл и долго смотрел на большого золотистого ретривера, который крутился вокруг ног Шан Чэна, прежде чем внезапно осознал. Так Линда — это собака! Шан Чэн наклонился, потрепал Линду по голове, затем небрежно взял с кресла в коридоре фрисби и бросил его. Не прошло и минуты, как Линда уже притащила диск обратно. — Это собака господина Фана, — вдруг сказал он. — Иногда он берёт её с собой погулять. Шу Шиюнь внезапно почувствовал себя неловко. Он и сам не понимал, почему вдруг начал придумывать лишнего, поэтому поспешил подхватить тему: — А ты сам тоже иногда выводишь гулять своих собак? Едва эти слова сорвались с губ, рука Шан Чэна, гладившая Линду, вдруг замерла. Он повернул голову и спросил: — Откуда ты знаешь, что я тоже держу собак? Голос был очень мягким, даже с лёгкой усмешкой, но в тот миг, когда Шу Шиюнь встретился с ним взглядом, по спине у него пробежал холодок. Откуда он знает? Конечно же потому, что в прошлой жизни побывал у него дома способом, о котором Шан Чэн даже не подозревал, и видел там того красивого бордер-колли. Но сказать такое было невозможно. Иначе Шан Чэн наверняка решил бы, что у него не всё в порядке с головой. Но и отмахнуться от вопроса нельзя, это выглядело бы подозрительно. Мысли заметались с бешеной скоростью, ладони даже вспотели. Спустя несколько секунд Шу Шиюнь изогнул губы в улыбке и сказал: — Разве то, что ты держишь собак, какая-то тайна? Захотел бы я узнать, спросил бы людей, и мне бы рассказали. Плечи у него всё ещё были напряжены. Убедившись, что выражение лица Шан Чэна не изменилось, он отвернулся к зелёному двору и тихо добавил: — Я ведь даже замуж за тебя готов выйти. Конечно, я заранее постарался всё узнать и понять, какой ты человек, прежде чем принимать такое решение. Думаешь, я настолько легкомысленный? Выслушав его, Шан Чэн улыбнулся. — У меня три собаки. Сейчас со мной живёт 09, остальных временно забрала моя мама. Шу Шиюнь тайком выдохнул с облегчением и непринуждённо спросил: — Почему его зовут 09? — Он родился в сентябре. Когда речь зашла о любимом питомце, настроение Шан Чэна заметно улучшилось. Шу Шиюнь опустил глаза на Линду, которая всё ещё крутилась возле его ног, и вспомнил прошлое: — Вообще-то раньше у меня тоже был питомец. Кролик, серо-белый. Но спустя несколько месяцев он вдруг пропал. Мы весь дом перевернули и так и не нашли. После этого я больше никого не заводил… Мне всегда казалось, что я плохо умею о них заботиться. Он невольно вздохнул. И вдруг почувствовал ладонь на затылке, Шан Чэн легко провёл по его волосам, совсем мягко, словно утешая. Шан Чэн посмотрел на него и сказал: — Потом познакомлю тебя с 09. Ты ему понравишься. Шу Шиюнь поджал губы и улыбнулся. — Хорошо. Я ещё и подарок ему принесу. Между ними не было никакой договорённости куда-то пойти вместе. Если он хотел увидеть и Шан Чэна, и его собаку, то единственный вариант, это прийти к нему домой. Но когда они покинули ресторан и сели в машину, Шан Чэн так и не сказал, когда именно это будет. А у взрослых «как-нибудь потом» часто означает «никогда». Шу Шиюнь слишком хорошо это понимал. — У тебя есть планы на день? — неожиданно спросил Шан Чэн за рулём. Тот очнулся от мыслей и немного растерянно покачал головой: — Нет. Работа у меня только вечером. Шан Чэн лишь коротко хмыкнул и больше ничего не сказал. После возвращения к жизни Шу Шиюнь всё ещё испытывал лёгкий страх перед поездками в машине. Это не было явно слишком сильным, но резкие торможения или внезапные ускорения заставляли сердце тревожно сжиматься. Однако постепенно он заметил, что Шан Чэн водит превосходно. Машина двигалась плавно и ровно, почти без рывков и резких остановок. Сердце постепенно успокаивалось. Телефон в кармане то и дело вибрировал от входящих сообщений, но он лишь перевёл его в беззвучный режим и даже не стал смотреть. Нетрудно было догадаться, кто пишет. Ещё утром, проснувшись, он увидел пропущенные звонки от Лань Сучжи и Тан Итун. Очевидно, они хотели вызвать его домой из-за истории с Лань Сюанем. Но Шу Шиюнь наконец-то встретился с Шан Чэном и не собирался портить себе настроение этим делом. Вот только та договорённость… Беспокойство снова стало нарастать. Когда он наконец решился спросить конкретно, когда именно тот пригласит его в гости, машина вдруг остановилась. Подняв глаза, он увидел, что автомобиль уже въехал в просторный передний двор и плавно встал на своё место. А неподалёку находился дом, где в прошлой жизни Шу Шиюнь провёл несколько дней в виде души. — Сейчас я живу здесь. В это время няня обычно гуляет с 09 в саду, так что ты как раз можешь с ним познакомиться, — сказал Шан Чэн, доставая с заднего сиденья пакет с вакуумной прозрачной упаковкой сушёного мяса и протягивая ему. — Это приготовил профессиональный повар у моей матери. Можно подарить ему как угощение. Шу Шиюнь растерянно посмотрел на него, смутно ощущая, что что-то здесь странное. Сейчас Шан Чэн выглядел точь-в-точь как ребёнок, которому не терпится похвастаться своим питомцем, только выражал это куда сдержаннее. Почему-то ему казалось… Что Шан Чэн совсем не такой, каким он себе его представлял. Через десять минут они нашли 09 в саду, среди густого зелёного газона. Серо-белая шерсть собаки была пушистой и блестящей. Он почти мгновенно заметил появление хозяина и, словно молния, рванул к ним. Шу Шиюнь впервые оказался так близко к нему. В прошлой жизни он знал, что не может коснуться 09, поэтому чаще всего лишь наблюдал сверху, как тот носится по траве. — Какой красавец… — Он присел на корточки, приветствуя собаку. Но бордер-колли даже не посмотрел на него и по-прежнему кружил возле хозяина. Шан Чэн наклонился, потрепал 09 по голове, затем поднял взгляд на Шу Шиюня: — Он довольно серьёзный. Ему нужно время, чтобы принять нового человека. Это не значит, что ты ему не нравишься. Шу Шиюнь прекрасно это понял и, приблизившись, с интересом стал разглядывать сосредоточенную морду 09. Вскоре у Шан Чэна зазвонил телефон. Он жестом велел няне увести собаку, а сам поднялся и ответил на звонок. Шу Шиюнь не собирался подслушивать, но не успел даже отойти на пару шагов, как отчётливо услышал женский голос с той стороны линии. — Ну как прошло свидание? Надеюсь, ты не настолько не джентльмен, что заставил другого платить? Признаваться надо пораньше, а не то… Шу Шиюнь услышал, как Шан Чэн тихо усмехнулся, и внезапно почувствовал, как у него горят щёки. Свидание? Так Шан Чэн именно так рассказал о нём своей матери?